На злобу дня.

А всех женщин с 8 марта!

Интересные и, по-моему, вполне реальные прогнозы, правда, концовка слегка смазана в духе «Духа времени» (прошу прощения за каламбур)… В общем, смотрите сами.

Автор: Майк Адамс (Mike Adams)

Кого ни спроси, все беспокоятся о будущем. Людей волнует глобальный финансовый крах, экологический кризис и возможные перебои в обеспечении продовольствием. Радикальные погодные условия, наблюдаемые сегодня по всему миру, служат дополнительным признаком того, что в мире что-то не так — в мире, который, как нам казалось, мы знаем.

Так что же случится до 2012 года? Можно ли сделать обоснованное предположение о том, какие испытания могут выпасть на нашу долю?

Именно это я и попытался сделать в этой подборке из 36 предсказаний на период с 2010 по 2012 годы. Я не умею предсказывать будущее по хрустальному шару, но, тем не менее, у меня есть успешный опыт прогнозирования многих крупных событий за несколько лет до того, как они произошли. Мои прогнозы событий 2009 года, опубликованные в NaturalNews, сбылись с 79-процентной точностью. В 2007 г. я публично предсказал крах жилищного рынка — за два года до этих событий, а те, кто следит за моими статьями уже несколько лет, знают, что я также открыто предупреждал о крахе дот-комов за два года до самих событий.

В этой статье я предлагаю вашему вниманию свое видение событий 2010-2012 годов. Мой прогноз основывается на «обоснованных предположениях» о том, куда нас могут привести текущие тенденции. Я не пытаюсь быть медиумом, мои предсказания целиком и полностью базируются на наблюдениях и дальновидности.

И, кстати, если эти прогнозы покажутся вам чересчур пессимистическими, обязательно дочитайте до конца, где я пишу о светлой стороне событий, которые произойдут после этих нескольких лет. В конечном счете, нас ждут хорошие новости…

1. Повсеместный дефицит редкоземельных металлов.

Мы зависим от редкоземельных металлов (РЗМ), которые нужны нам для производства всего: от электродвигателей до солнечных батарей и компьютерных деталей. Ожидайте наступления серьезного глобального дефицита в ближайшие три года (http://www.naturalnews.com/028028_rare_earth_elements_mining.html).

2. Перебои в обеспечении продовольствием в западных странах.

Один или несколько серьезных перебоев с продовольствием заставят американцев очнуться и осознать, что их продовольственное обеспечение не столь гарантировано и обильно, как им казалось. С одной стороны эти перебои могли бы выразиться в заболевании сельскохозяйственных культур, распространившемся по кукурузным или пшеничным полям, но, наиболее вероятно, что это будет связано с радикальными погодными условиями, уничтожающими урожаи и сокращающими продовольственные ресурсы.

3. Неконтролируемая эпидемия смертельного сверхинфекта.

Смертельный сверхинфект вырвется из стен больницы и «пустится во все тяжкие» — т.е. начнет заражать обычных людей, распространяясь, пожалуй, через спортивные залы или школы. Анализ причин «побега» микроба укажет на злоупотребление антибиотиками и несоблюдение персоналом больницы правил по поводу мытья рук.

4. Новые данные подтверждают связь между прививками и неврологическими нарушениями.

Появятся новые данные, указывающие на связь прививок и неврологических заболеваний, например, болезни Альцгеймера. Эти данные могут свидетельствовать о том, что химические адъюванты, применяемые в составе вакцин, вызывают в организме воспалительную реакцию. Вакцинная промышленность, конечно, подобную связь будет отрицать, но появятся доказательства, на эту связь указывающие.

5. Катастрофическая авария в энергосистеме США.

В какой-то момент в течение следующих трех лет электрическую сеть США постигнет катастрофическая региональная авария, из-за которой без света останутся десятки миллионов людей. Электросеть — хрупкая система, которая только и ждет возможности сломаться после ряда каскадных сбоев. Авария будет устранена сравнительно быстро (вероятно, через 72 часа), но заставит многих понервничать, а также послужит толчком к началу бума торговли товарами первой необходимости на случай чрезвычайной ситуации.

6. Поломка спутника.

Произойдет крупная поломка одного или нескольких ключевых спутников связи, что приведет к масштабным сбоям систем связи, включая системы, используемые правоохранительными органами и организациями МЧС. Вероятные причины: космический мусор, солнечная вспышка, либо умышленное поражение ракетой с земли. (Китай может начать обстрел американских спутников в случае военного конфликта, см. ниже…)

7. Загрязнение посевов генетически модифицированным материалом приводит к кризису.

Загрязнение посевов генетически модифицированной ДНК или модифицированными семенами в одном из районов Северной Америки выльется в кризис (а, возможно, и в неурожай). Возрастет напряженность отношений между пострадавшими фермерами и селекционными компаниями, такими как Монсанто, и общественность снова обратит внимание на проблему генетически модифицированных семян. (В дополнение, появится новое свидетельство, указывающее на связь между генетически модифицированной пищей и повреждением внутренних органов у подопытных животных…)

8. Гибель популяции медоносных пчел распространяется на другие виды.

«Синдром гибели колонии», поразивший популяции медоносных пчел, не только усилится среди пчел, но и распространится на другие виды, включая земноводных. Орнитологи зафиксируют тревожный спад в популяциях птиц по всей Северной Америке, а ученые заметят подозрительную тенденцию снижения видового разнообразия во многих районах.

9. Погодные условия становятся все радикальнее.

Ожидайте еще больше наводнений, землетрясений, засух, аномальной жары и заморозков при усиливающейся дестабилизации общемировых погодных условий. Засуха придет в регионы, которые обычно не испытывали недостатка в воде, а в более засушливые — придут наводнения. Многие люди будут вынуждены покинуть свои жилища, а нанесенный имущественный ущерб возрастет до десятков миллиардов долларов. (Заметьте, я написал это предсказание в начале января, задолго до недавних метелей, бушевавших на Восточном побережье. Но грядут еще более радикальные погодные явления…)

10. Глобальное возрождение атомной энергетики.

В связи с необходимостью дешевой неископаемой энергии многие страны обратятся к атомной энергии, как к «чистому» энергоносителю ближайшего будущего. Ожидайте увеличения количества проектов атомных ЭС, допускаемых к строительству. (Хотя, до фактического завершения строительства может пройти десять и более лет.)

11. Применение ядерного оружия на Ближнем Востоке.

Этому предсказанию я даю лишь 25-процентную вероятность до конца 2012, но, тем не менее, возможность применения маломощного ядерного оружия в одном из конфликтов на Ближнем Востоке кажется реальной. Наиболее вероятно, это будет израильская атака на Иран. Существует и такая опасная возможность, что для бомбежки иранских ядерных установок будут применены обычные бомбы, используемые против укрепленных или подземных целей, в результате чего образуется облако радиоактивной пыли, которое накроет весь регион и повлечет за собой бесчисленные потери среди гражданского населения. Если говорить о ядерной угрозе, то я могу предсказать еще одну немаловажную вероятность того, что более радикальные силы Пакистана похитят ядерное оружие и будут использовать его для угроз, чем вызовут дестабилизацию всего региона.

12. Появление на западном рынке новой экзотической супер-еды из Южной Америки.

Будет, как минимум, один новый пищевой супер-продукт, который ворвется на западный рынок точно так же, как несколько лет назад это сделали ягоды асаи. Это будет растение или фрукт, о котором практически никто в Северной Америке еще не слышал, но которое известно жителями амазонских лесов на протяжении тысячелетий. Кстати, возможно, что NaturalNews будут среди первых, кто опубликует эту информацию…

13. Изобретение высокотехнологичного переносного датчика витамина D.

На этот счет сроки могут быть немного побольше — на самом деле я считаю, что такой датчик появится, скорее, к 2016 г. С его помощью можно будет измерить уровень витамина D в крови за две минуты посредством либо взятия небольшого количества крови (как это делают диабетические устройства для измерения уровня глюкозы), либо, что еще лучше, посредством непроникающей технологии лазерного или инфракрасного обнаружения. Широкое применение такого устройства произведет революцию в здравоохранении, позволяя выявлять людей с недостатком витамина D. Как вы, наверное, знаете, недостаток этого витамина вызывает рак, диабет, ожирение, заболевания сердца, депрессию, остеопороз и многие другие заболевания. Вполне возможно, что Комиссия по контролю за лекарствами и продуктами питания будет препятствовать появлению этого изобретения, не пуская эту спасательную технологию в широкое применение в США. Почему? Потому что, если люди смогут регулировать уровень витамина D в крови, они перестанут покупать такое количество лекарств, а противораковая промышленность практически рухнет.

14. Падение долгового рейтинга США на фоне резкого сокращения покупок американских долговых обязательств мировыми инвесторами.

США потеряют доверие в финансовом мире. Это приведет к бурной инфляции цен в сочетании с валютной дефляцией американского доллара. Американское правительство со своим небывало выросшим долгом окажется в такой ситуации, когда оно будет уже не в состоянии продавать еще больше долговых обязательств. Тогда оно включит печатный станок, чтобы напечатать деньги для оплаты собственного долга, что, грубо говоря, равносильно использованию наличных денег по кредитной карте для внесения минимального месячного платежа для выплаты долга по этой же карте. Все это обернется полным банкротством правительства США задолго до 2025 г.

15. США приблизятся к военному конфликту с Китаем из-за природных ресурсов.

Для этого может потребоваться еще несколько лет после 2012 г., но я с 50-процентной вероятностью предсказываю, что к 2016 г. США чуть не вступят в военный конфликт с Китаем из-за природных ресурсов. Наиболее вероятный кандидат? Нефть, конечно. Однако, природный газ или редкоземельные металлы тоже могут быть замешаны в этом конфликте. Китай выйдет из переговоров победителем, потому что тайно пригрозит распродать долговые обязательства Штатов и обрушить их долговые рейтинги (см. выше), если они не откажутся от своих притязаний на природные ресурсы.

16. Новый крупный скандал с участием крупной фармацевтической компании, уличенной в научном мошенничестве.

Вообще-то, здесь и так все ясно. Это лишь вопрос времени, прежде чем Биг Фарма (Big Pharma) будет в очередной раз поймана, подкупая исследователей, подделывая данные клинических испытаний или скрывая определенные результаты исследований от общественности. Ожидайте еще одного скандала масштаба Vioxx, который будет вскрыт, вероятно, благодаря осведомителю из штата Биг Фарма.

17. Армии Китайских хакеров атакуют западные страны с целью корпоративного шпионажа.

Это уже практически началось, и в следующие три года будет только усиливаться. Китай будет использовать этот новый метод ведения электронных войн для хищения фирменных секретов и подрыва западного общества. Особенно уязвимыми в этом смысле являются корневые DNS-серверы. Если вывести их из строя, то, фактически, застопорится весь интернет.

18. В результате скандала, связанного с методами диагностической визуализации, выясняется, что у старых пациентов начинаются серьезные заболевания, спровоцированные излучением при получении маммограмм, срезов КТ и т.п.

Рак, вызываемый применением технологии диагностической визуализации — это один из «маленьких и неприличных» секретов западной медицины. Ожидайте больше исследований, связывающих диагностическую визуализацию с различными заболеваниями. Как обычно, отрасль медицинской диагностической визуализации пойдет на все, чтобы скрыть доказательства (сюда относится и отрасль маммографии, которая уже обвиняется в медицинском насилии над женщинами путем неоправданного назначения маммографии).

19. Еще одно фальшивое происшествие а-ля «11 сентября».

В отчаянном стремлении убедить народ принять еще более жесткие меры полицейского государства определенные темные силы в американском правительстве устроят еще одну масштабную фальшивую «террористическую» атаку, в которой, вероятно, будет применена «грязная» бомба или биологическое оружие. После теракта власти выступят с новыми обращениями по поводу необходимости слежки за всем населением. Особое значение будет придаваться радио-имплантатам и отслеживанию сотовых телефонов. В пропагандистских рекламных роликах на телевидении будут демонстрировать, что имплантаты безвредны, и что их нужно установить для «защиты своей семьи от терроризма». Но реальная цель будет заключаться в том, чтобы составить базу данных передвижений и расположений граждан США, на основании которой можно будет вывести типовые схемы встреч двух и более людей. Если вы будете встречаться «не с теми», то вас добавят в список людей «под присмотром». А если вы не захотите, чтобы вас метили или чтобы за вами следили, то вам откажут в пользовании воздушным транспортом и другими средствами свободного перемещения.

20. 21 декабря 2012 г. конца света не будет.

Мир не прекратит свое существование 21 декабря 2012, но некоторые элементы нашей цивилизации к тому времени определенно могут прекратиться. В частности, глобальная денежная система идет к своему полному краху. Многие элементы экологии уже достигли своего предела (например, химическое загрязнение океана). Химическое бремя, навалившееся на жителей мира, приближается к критической массе, и кульминацией всего этого может стать сокращение населения. Я не придаю особого значения дате 21 декабря, но верю, что многое подходит к своему пику, за которым последует спад (и перерождение) в течение следующих нескольких лет.

21. Управление по охране окружающей среды США вынуждено обратить внимание на поступление лекарственных препаратов в водопровод.

Десятилетиями игнорируя эту проблему, УООС, наконец-то, будет вынуждено взяться за контроль над поступлением лекарственных препаратов в водопровод. Биг Фарма, конечно же, будет упорно все отвергать, потому что их доход зависит от объема реализованных лекарств, которые в итоге оказываются в водопроводе. Так что не стоит ожидать каких-то ощутимых действий в области ограничения лекарственной торговли компании Биг Фарма. В основном, мы увидим лишь разговоры (но не дела) со стороны УООС.

22. Скандал с одурманиванием пациентов в домах престарелых.

На западе разразится крупный скандал, связанный с преступным одурманиванием обитателей домов престарелых. Выяснится, что персонал намеренно давал им наркотические препараты, вводя в ступор, чтобы с ними было «проще работать». Несколько пациентов домов престарелых умрут, причем один из них — при загадочных обстоятельствах, что и спровоцирует расследование.

23. Все больше нормальных поступков считаются в психиатрии «ненормальными».

К 2012 году психиатрия «откроет» еще больше синдромов, которые будут раскручиваться в качестве двигателя для продаж опасных препаратов, влияющих на психику детей. Эти новые синдромы, на самом деле, будут ничем иным, как нормальным, но «неугодным» родителям и учителям, поведением. Например, перепады настроения могут квалифицировать, как синдром, требующий медикаментозного лечения. «Синдрому огрызания» дадут какое-нибудь звучное «научное» название (чтобы все выглядело обоснованно) и будут лечить препаратами, вредящими функции мозга. Биг Фрама может торговать болезнями бесконечно. Ожидайте появления новых заболеваний у детей младшего возраста, беременных женщин и пожилых людей. Все это будет проходить в рамках работы Биг Фарма по расширению клиентской базы.

Страшная вероятность: на взрослых, которые отказываются выполнять указания правительства по радио-слежке или иным планам Большого Брата, могут начать вешать ярлык «Синдром неповиновения взрослых» (СНВ), затем их будут сажать под арест и насильно «лечить» нарушения функций мозга. Единственный способ избежать ярлыка «СНВ» — соглашаться со всем, что говорит правительство.

24. Вакцинная промышленность срывается с цепи, придумывая все новые вакцины для различных «болезней».

Уже несколько лет у вакцинной промышленности чешутся руки найти и продвинуть новые болезни. В Биг Фарма поняли, что именно вакцины являются будущим больших прибылей, потому что для их продаж не требуется, чтобы кто-нибудь действительно заболел. Это способ продажи лекарств здоровым людям, и это было главной перспективной целью Биг Фармы, как минимум, последние двадцать лет. К 2012 году ожидайте появления новых вакцин, продвигаемых для различных сфабрикованных болезней (вроде H1N1), а также вакцин, нацеленных на поведенческие поступки! Например, могут появиться вакцины, которые якобы позволяют отказаться от курения, алкоголя или даже переедания. «Диетическая вакцина» — вот конечная цель Биг Фармы: один укол, и вы худеете без каких-либо усилий!

25. Разворачивается борьба со свободой здравоохранения, нападая на молоко, гомеопатию, лечебные травы и пищевые добавки.

Война против сырого молока дойдет до того, что не в меру ретивые (и сбитые с толку) представители органов здравоохранения, участвующие в «вооруженных рейдах против непастеризованного молока», будут обращаться с владельцами молочных ферм, как с наркодилерами. Гомеопатия, антираковая терапия, лечебные травы и пищевые добавки будут и дальше подвергаться злостным нападкам со стороны Комиссии по контролю за лекарствами и продуктами питания (ККЛПП) и Федеральной торговой комиссии (ФТК), и эти нападки обострятся с вступлением ККЛПП в новую эру государственной полицейской тирании против американского народа, который лишь ищет исцеления.

26. Мир становится еще опаснее для честных граждан.

По мере развития сбоев в области экономики, экологии и инфраструктуры, многие останутся без работы и жилищ, что приведет к резкому росту преступности почти во всем мире. Мы уже видели подобное после урагана Катрина, когда сотни тысяч безработных беженцев прокатились огромной волной преступности по соседним городам, таким как Хьюстон. Ожидайте ощутимого роста преступности во всех крупных городах мира.

Чем хуже экономическая ситуация, тем меньше количество полицейских, которых могут содержать муниципальные власти. А это означает рост уличной преступности: нападения, грабежи, налеты, и т.д. Это уже происходит: например, недавняя история про 73-летнего мужчину, ограбившего три банка в г. Тампа, чтобы оплатить ипотеку.

Примечательно, что в каждом банке он взял лишь по 600 долл. — именно столько ему было нужно для взноса по ипотеке. Интересно, что когда люди грабят банки, то это незаконно, а когда банки грабят людей — то это вполне нормально!

27. Новые попытки уничтожить свободу в интернете.

Одно или несколько государств предпримут новую серьезную попытку уничтожить свободу в интернете. Это будет сделано в форме законов о борьбе с «враждебными высказываниями», законов об идентификации личности (чтобы исключить анонимность высказываний) или посредством признания текстов на определенные темы (например, запретят публиковать информацию о природных лечебных средствах) незаконными. Это будет в отчаянии реализовано в тех странах, правительства которых поймут, что из-за свободы в интернете они проигрывают пропагандистскую войну.

Также можно ожидать усиления сотрудничества между Google (и YouTube), Управлением национальной безопасности, ФБР и ЦРУ. Правительство подключит секретные информационные краники ко всем крупным поисковикам, службам электронной почты и сайтам. Google, Facebook, Yahoo, YuoTube и многие другие будут служить платформами тайной слежки для правительства США.

28. Китайский пузырь лопается, сотрясая глобальную экономику.

Китай ведет свою раскаленную экономику к краху. Все выглядит прекрасно во время бума, но к январю 2013 г. этот бум закончится.

Китай является крупным потребителем природных ресурсов и строительных материалов, таких как сталь и бетон. Когда его экономический пузырь лопнет, то ударная волна пройдет через экономики всех крупных стран первого мира, поставляющих материалы и технологии, которые и лежат в основе его стремительного роста. Но что важнее — экономический крах Китая выразится в резком падении покупательской способности страны в отношении долговых обязательств США. Центральные банки Китая могут даже начать их продажу. Этот шаг вызовет цепную реакцию глобальных распродаж, что пробьет огромную дыру в метафорическом «Титанике» фальшивого экономического процветания Америки.

29. Центральная и Южная Америка отказываются от американского доллара, как от валюты.

В настоящее время Эквадор использует американский доллар в качестве своей основной валюты. Доллар также свободно принимается в таких странах, как Панама. Но в следующие три года доллар США утратит свое господство в Южной Америке. Предсказываю, что к январю 2013 г. Эквадор твердо встанет на путь отказа от доллара и принятия либо своей собственной, либо новой южно-американской валюты.

Все южно-американские выборные должностные лица уже понимают, что бесконечная печать новых денег Федеральным резервом ведет к девальвации американского доллара, а это, по сути, влечет за собой передачу богатств тех стран, которые доллар используют, Соединенным Штатам. Это заметно по инфляции, которая повышает розничные цены на рядовые товары (продукты питания и топливо) в развивающихся странах, в результате чего популярность президентов среди граждан этих стран стремительно падает. Единственный способ защититься от падения уровня благосостояния — отказаться от американского доллара, как от валюты, и перейти на собственную национальную или региональную валюту.

30. После краха доллара появляются новые местные валюты.

Что касается валют, то, хотя крах доллара может и растянуться на несколько лет после 2012 г., когда это произойдет, можно ожидать целую волну местных валют, льющихся на улицы и города Соединенных Штатов. Например, в таких штатах, как Калифорния и Техас, очень быстро могут появиться собственные «резервные банки штата», которые заменят Федеральный резерв. Затем они выпустят собственные банкноты (техасские баксы), которые будут служить валютой на замену доллару.

Далее появятся курсы обмена валют разных штатов: я дам вам 1,25 калифорнийского бакса за 1 техасский бакс… и т.п. Люди будут разоряться и богатеть на колебаниях обменных курсов между валютами разных штатов.

31. После скандала с фотографиями знаменитостей Управление транспортной безопасности приостанавливает использование полноростовых сканеров.

УТБ клянется, что фотографии вашего «обнаженного» тела удаляются буквально через несколько секунд после фотографирования. Но я предсказываю, что сканированное изображение какой-нибудь американской знаменитости будет сохранено и раскидано по интернету. Вопль общественности заставит УТБ приостановить сканирование, но когда страсти поулягутся, процедура будет возобновлена. Послушные авиапассажиры будут согласны на все, будучи убежденными, что ради толики дополнительной безопасности можно пожертвовать любым количеством свободы.

32. У молодежи начинают появляться опухоли мозга, связанные с использованием сотовых телефонов.

К 2012 г. будет зафиксировано множество случаев опухоли мозга у 20-летних, которые активно пользовались сотовыми телефонами на протяжении всего детства и юности. Для развития опухоли, конечно, требуется время, поэтому их и не было еще в таких количествах. Сегодняшние взрослые, кому за 30, не пользовались сотовыми телефонами в детстве, но 20-летние уже росли, регулярно подвергая свои головы воздействию сильных электромагнитных полей.

33. Медицина заявляет, что причина аутизма найдена.

Чтобы отвести подозрения от вакцин, медицинская промышленность сфабрикует любое необходимое исследование, которое будет свидетельствовать о том, что причина аутизма кроется не в них: вероятно, это будет смесь генетики и воздействия определенных химикатов. Это новое «исследование» будет опубликовано в «престижном» медицинском журнале (который старается угодить Биг Фарме, конечно же).

34. Террористическая атака на систему водоснабжения США.

К 2014 произойдет «террористическая» атака на систему водоснабжения США, вероятно, с применением «грязной» бомбы/радиоактивных капсул. Эти капсулы можно сравнительно легко достать на свалках отработанного ядерного топлива в России или других странах. Стоит лишь забросить их в стратегические водозаборные сооружения (которые практически не охраняются), чтобы вызвать загрязнение системы водоснабжения крупного американского города, например Лос-Анджелеса или Нью-Йорка.

Прежде чем атака будет замечена, миллионы людей будут поражены некоторым уровнем радиации. После обнаружения водоснабжение будет перекрыто, что создаст еще одну крупную катастрофу: в связи с перекрытием водоснабжения начнутся общественные волнения. Ожидайте, что Национальная Гвардия практически выбьется из сил, стараясь эти волнения уладить.

Кстати, такая атака вполне может оказаться фальшивкой, нацеленной на то, что напугать американцев и заставить их еще отказаться от свобод в обмен на безопасность.

35. Сокращение количества сперматозоидов, рост бесплодия.

В течение следующих пяти лет бесплодие продолжит свой рост на фоне сокращения количества сперматозоидов и увеличения мутаций ДНК (вызванных фармацевтическими препаратами и прочими химикатами). Это будет началом генопокалипсиса, как я это называю: генетическая деградация основной популяции человека.

36. Массовое распространение «личных невидимых рекордеров».

Предсказываю, что через 3-5 лет массовое распространение получат крошечные «личные рекордеры», способные записывать 24 часа звукового и видео-потока и которые можно незаметно носить на себе. Эти устройства будут широко применяться в работе правоохранительных органов (ожидайте случаев, когда полиция будет поймана за использование невинных граждан), на деловых совещаниях (ожидайте появление видеоклипов с закрытых корпоративных совещаний, которые будут попадать в сеть благодаря стукачам), в правительстве и многих других областях.

Со временем появится и ключевое судебное дело, которое поставит под сомнение законность личных записей, но в итоге они будут признаны правомочным доказательством. В 2015 Конгресс примет закон, ограничивающей применение личных рекордеров в общественных школах, правительственных зданиях и других «деликатных» областях. Кстати, эти устройства, пожалуй, будут иметь форму колец, одеваемых на палец (для записи звука), ожерелий, браслетов или очков. Некоторые специальные рекордеры, возможно, даже будут помещаться внутри искусственных глаз.

Год 2010 и последующие годы станут эрой «противодействия слежке», в которой граждане будут следить за властями. Большую роль в этом сыграет YouTube, но рано или поздно на сайте появится цензура, и дискредитирующие власть ролики будут блокироваться.

Не верите этим предсказаниям? Почитайте Джона Перкинса (John Perkins)

Тем, кто никогда толком не понимал, как устроен мир, некоторые из этих предсказаний могут показаться нелепыми. Если хотите узнать, как на самом деле устроено правительство США, почитайте книги Джона Перкинса:

«Исповедь экономического убийцы», «Тайная история американской империи» и др. на его сайте.

Его работы навсегда изменят ваш взгляд на устройство геополитической машины нашей цивилизации. Если, например, вы думаете, что Гаити помогают из «гуманных» побуждений, не торопитесь с выводами: все это делается в рамках хорошо организованного процесса по использованию стихийных бедствий в качестве экономических ловушек для бедных или развивающихся стран.

А теперь хорошие новости

На самом деле я разделяю положительный взгляд Перкинса на личную и глобальную трансформацию. Это интересно, потому что я не знаком с Джоном лично, но когда жил в Эквадоре, я общался с индейцами Шуар, о которых он упоминает во многих своих книгах.

Мы оба с Перкинсом считаем, что после периода экономического и геополитического бунта у оставшихся людей нашей планеты появится возможность «мечтать о новом», что позволит нам встать на новый путь развития. Мы сможем построить будущее, основанное на принципах самодостаточности, уважения природы и честности по отношению к своим соседям. Такая возможность нам по силам, если только мы отважимся нацелиться на более ясное и позитивное будущее.

Эта статья не имеет своей целью подробно описать все, что будет происходить, но знайте, что, несмотря на все предсказания, я смотрю в будущее с оптимизмом! Я верю, что миру предстоят трудные времена в следующее десятилетие (и дольше), но мы, Люди, станем сильнее, умнее, скромнее, и с чувством новой свободы будем создавать свое новое будущее.

Я буду и дальше делиться с вами новостями и информацией по мере того, как перед нами будут вставать новые испытания, и как мы будем их успешно преодолевать. Присоединяйтесь ко мне на сайте NaturalNews.com и я буду держать вас в курсе по всем важным вопросам, имеющим отношение к созданию нового более яркого и надежного мира для нашего общего будущего.

Будущего не стоит бояться. Взлет и падение народов это нормальный, естественный цикл, который наблюдается во всей мировой истории. Конец империи знаменует начало новых возможностей, и самое главное — быть в нужном месте и начать действовать, когда придет время выбора нового курса для нашего лучшего будущего.

Старт, который спас мир от военных орбитальных лазерных станций.

15 мая 1987 г.: запуск советского корабля Скиф-ДМ с Байконура.

Это похоже на кино про Джеймса Бонда: огромный спутник, крупнейший из когда-либо запущенных, с мощным лазером на борту — чтобы нейтрализовать американский противоракетный щит, прежде чем Союз нанесет свой первый удар. Но это было по-настоящему — ну, или, по крайней мере, так планировалось. Более того, когда советский президент Михаил Горбачев в октябре 1986 г. покидал саммит в Рейкьявике из-за того, что американский президент Рональд Рейган не желал отказываться от своей программы «Стратегической оборонной инициативы», или СОИ, Советский Союз был намного ближе к запуску оружия космического базирования, чем Соединенные Штаты. Менее чем через год, пока мир продолжал критиковать Рейгана за его концепцию «Звездных войн», Советский Союз запустил экспериментальный спутник для своей космической лазерной системы, который, однако, так и не вышел на орбиту. Если бы все получилось, холодная война могла бы пойти совсем по другому пути.

Космический корабль назывался «Полюс-Скиф». «Полюс» — как в «Северном полюсе». «Скиф» — скифы, древнее племя воинов в центральной Азии, европейский эквивалент слова «варвар».

По словам специалиста в области советской космонавтики Азифа Сиддики (Asif Siddiqi), историка Фордамского университета в Нью-Йорке, Москва начала разработку космического оружия задолго до того, как 23 марта 1983 г. Рейган своей речью на тему звездных войн запустил американскую космическую программу на полную катушку. «Советы профинансировали две крупных программы научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок в конце 70-х и начале 80-х годов, нацеленных на противостояние воображаемым американским идеям противоракетной обороны», — говорит он. Две концепции слились в одну: Скиф — орбитальная лазерная «пушка» — и еще одно оружие под названием «Каскад», рассчитанное на уничтожение вражеских спутников ракетами, выстреливаемыми с другой орбитальной станции.

Несмотря на то, что кое-какие подробности об этих программах просочились еще в середине 90-х, даже в России эти планы космического вооружения стали известны в полном объеме лишь несколько лет назад, рассказывает Сиддики. Бывший пресс-секретарь «Роскосмоса» Константин Лантратов по кусочкам восстановил историю Полюса-Скифа. «Лантратову удалось копнуть достаточно глубоко и его исследование ясно демонстрирует невероятный масштаб проектов по строительству военных станций», — говорит Сиддики. «И это были не просто какие-то побочные работы, это была настоящая программа космического вооружения».

Проектно-конструкторские работы начались в 70-х годах, немного спустя после символического «космического рукопожатия» Союза-Аполлона между астронавтами НАСА и советскими космонавтами. Известная организация «Энергия», за плечами которой уже было строительство космического корабля Союз и гигантской ракеты для полета на Луну Н-1 (программа, в ходе работы над которой с 1969 по 1972 годы произошло четыре взрыва), в 1976 г. начала изучение обеих концепций: Скиф и Каскад. Первоначальный план Энергии заключался в том, чтобы из космоса сбивать американские межконтинентальные баллистические ракеты еще в начале их полета, когда скорость сравнительно невелика. Орбитальные станции Салют, первая из которых была запущена в 1971 г., должны были послужить платформой либо для космического корабля Полюс, оснащенного лазером, либо для ракетоносного Каскада. Станции можно было заправлять прямо на орбите и в каждой из них могли в течение недели жить по два космонавта.

Однако очень скоро проектировщики отказались от этого плана, а вместе с ним — и от идеи нахождения космонавтов на борту космического корабля Полюс. По словам Лантратова, Министерство Обороны СССР решило, что советская технология еще не достаточно развита для отстреливания МБР из космоса, и постановило, что вместо этого Скиф и Каскад будут применяться для борьбы с американскими спутниками системы ПРО, которые еще не существовали и даже не были утверждены.

Соединенные Штаты тоже потратили немало денег в 50-е и 60-е годы, пытаясь разработать систему ПРО, но, тем не менее, к середине 70-х эти работы начали постепенно сворачиваться, а во время президентства Джимми Картера движение в области систем ПРО было минимальным. В 1972 г. обе супердержавы подписали Договор по противоракетной обороне, согласно которому каждой из них разрешалось иметь не более двух полигонов ПРО, один для защиты столицы и один для защиты единственной базы, с которой можно было запускать МБР.

Однако, Договор запрещал лишь размещение вооружения ПРО, но не испытания и разработку — лазейка, которой воспользовались обе стороны. Начиная приблизительно с 1980 г., когда Рейган победил на президентских выборах, ученые из Ливерморской государственной лаборатории им. Э. Лоуренса в Калифорнии (среди которых был физик Эдвард Теллер (Edward Teller), так называемый отец водородной бомбы) совместно с учеными из других федеральных лабораторий и кучкой военных и гражданских высших должностных лиц начали поглядывать в сторону оружия «направленной энергии», стреляющего лучами вместо пуль, для нейтрализации растущего превосходства СССР в области ракетоносителей и стратегических ракет.

Рейган очень увлекся этой идеей и когда, спустя три года, он выступал по телевидению по вопросам государственной безопасности, объявил о планах строительства оборонительного щита, который «сделает ядерное оружие бессильным и бесполезным», по сути, меняя военно-стратегическое положение государства с наступательного на оборонительное. Это предложение тут же подверглось нападкам в Конгрессе со стороны демократов, которые назвали его невыполнимым. Именно сенатор Тед Кеннеди обозвал эти планы «Звездными войнами». Невзирая на возгласы скептиков, финансирование ПРО существенно возросло и к 1986 г. достигло почти 3 млрд. долл. в год.

Как писал в своих мемуарах «Становление советского ученого» в 1994 г. выдающийся планетовед и советник Горбачева Роальд Сагдеев: «Если американцы чересчур преувеличивали [планы по СОИ], то мы, русские, чересчур в это все верили». Летом после речи Рейгана о «Звездных войнах» заместитель министра обороны Фред Айкл (Fred Iklé) потребовал, чтобы ЦРУ провело расследование на тему того, какой может быть реакция Советов. Эта работа досталась трем аналитикам, среди которых был и Аллен Томсон (Allen Thomson), старший аналитик отделения ЦРУ по научным и военным исследованиям. Томсон уже изучал другие военные исследовательские программы СССР, включая работы по созданию оружия направленной энергии и приборов для обнаружения подводных лодок из космоса.

Он вспоминает: «По результатам исследования выяснилось, что как в политическом, так и в техническом плане у Советов имеются весьма широкие возможности ответить на прогнозируемые разработки Штатов в рамках СОИ». Они могли понастроить больше МБР, попытаться сорвать планы американцев по созданию щита, либо попробовать вызвать международное сопротивление этим планам. «Было некоторое понимание того, что СССР может остаться без гроша, если ему придется приступить к созданию новых крупных систем вооружения. Но ничто не указывало на их неспособность ответить», — говорит Томсон.

По сути, СОИ Рейгана послужила хорошим пинком для советской программы космического вооружения, дав аэрокосмическим конструкторским бюро как раз то, что им было нужно, чтобы убедить Политбюро в необходимости увеличения финансирования Полюса и Каскада. Оба проекта медленно варились в конструкторском бюро «Салют» (ныне ГКНПЦ им. М.В. Хруничева) в рамках организации «Энергия», а эксперименты с высокомощным лазером для системы ПРО велись еще с 1981 г. Однако, до сих пор работы ограничивалась лишь лабораторными условиями, но теперь, после выступления Рейгана, рубли потекли на настоящее летное оборудование. Мотивом послужило не столько опасение, что СОИ может помешать советским ракетам достичь своих целей, сколько нечто более зловещее и странное: уверенность в том, что у американцев вот-вот появятся военные космические станции.

Параноидальные фантазии не были редкостью среди высших генеральских чинов СССР, как сообщает Питер Вествик (Peter Westwick), профессор истории калифорнийского университета в Санта-Барбаре, пишущий про науку времен холодной войны. «Им казалось, что американцы могут запустить космический шаттл, который будет пикировать в атмосферу и сбрасывать водородные бомбы», — рассказывает он.

Сиддики рассуждает по поводу того, как Советы неверно истолковали намерения США относительного космического челнока: «Русским челнок казался чем-то очень важным. Для них это было признаком того, что американцы собираются перенести военные действия в космос». Официальное объяснение США гласило, что космоплан, появившийся в 1981 г., предназначался для обеспечения постоянного доступа на орбиту. К середине 80-х, однако, его также стали применять для запуска секретных военных спутников. «Шаттл очень сильно напугал русских, потому что они не могли понять, зачем может понадобиться такой летательный аппарат, не представляющий экономического интереса», — объясняет Сиддики. «Поэтому они решили, что здесь просто обязана присутствовать какая-то негласная военная цель: например, доставка и свертывание крупных военных комических станций или бомбежка Москвы». На предполагаемую угрозу Советы отреагировали строительством собственного космического челнока, практически точной копии шаттла НАСА, который совершил единственный полет и был списан в 1993 г.

Вскоре после выступления Рейгана в Академию наук СССР поступил запрос оценить возможность создания космического противоракетного щита. Рабочую группу возглавил выдающийся физик Евгений Велихов. В результате, рассказывает Вествик, они пришли к такому заключению: «Мы рассмотрели и изучили проблему, и мы решили, что ничего не выйдет». Но среди других советских ученых нашлись паникеры, которые убедили военных и политиков в том, что даже если СОИ и не является эффективным противоракетным щитом, ее можно применить в наступательных целях, чтобы поражать наземные объекты.

Мысль об орбитальных лазерных установках, расстреливающих территорию СССР, была поистине ужасающей. По словам Вествика, по Кремлю ходили уж совсем нелепые домыслы относительно реального предназначения СОИ. «Выборочное политическое убийство. Например, в Первомай, когда члены Политбюро стоят на уличной трибуне, и единственный лазер может убрать их всех разом… Эти штуки летают в небе, они невидимы и могут кокнуть без малейшего предупреждения».

Размышляя обо всех этих ужасах, советские военные ускорили работу над лазерной пушкой Полюс-Скиф, предназначенной для уничтожения спутников СОИ. До тех пор планировали использовать мощный лазер, построенный КБ «Астрофизика», но реализация этой программы стала запаздывать. Лазер «Астрофизики» и его системы энергоснабжения были слишком большими и тяжелыми, чтобы их можно было запустить на существующих тогда ракетах. Поэтому когда советским инженерам велели увеличить темп работы над Скифом, они придумали промежуточный план. Они собирались приспособить небольшой углекислотный лазер мощностью 1 МВт, который уже был испытан на транспортном самолете ИЛ-76, в качестве противоракетного оружия. В августе 1984 г. было утвержден и намечен план создания нового космического корабля Скиф-Д, буква «Д» в названии означала «демонстрационный». К январю 1986 г. Политбюро обозначило этот проект как один из важнейших спутников советской космической программы.

Тем временем американские ученые и инженеры боролись с собственными трудностями по созданию космических лазерных установок. По мере продвижения работ по таким проектам как «Zenith Star», которые занимались исследованием проблемы вывода на орбиту химического лазера мощностью 2 МВт, задачи, связанные с созданием и запуском подобных систем, обретали все более четкие контуры. Организация СОИ финансировала исследование пучкового оружия и рентгеновского лазера, которые должны были активироваться посредством ядерного взрыва, но ни один из этих проектов так и не приблизился к стадии реализации. К 1986 г. руководство СОИ начало переключать внимание с орбитальных лазеров на небольшое кинетическое оружие, которое могло бы поражать вражеские спутники, врезаясь в них.

Русские, однако, не сошли с взятого курса и продолжали работать над демонстрационной версией своего космического лазера, запуск которого был намечен на начало 1987 г. Вскоре инженеры КБ «Салют» поняли, что их лазер и его система энергоснабжения, даже менее крупная модель, уже испытанная на самолете, были все еще слишком велики для ракеты Протон. Но более мощный ракетоноситель был уже на подходе: ракета «Энергия», названная так в честь разрабатывающего ее КБ, создавалась для вывода на орбиту нового космического челнока Буран. Грузоподъемность Энергии составляла 95 тон, то есть она могла поднять Скиф-Д. Назначение ракеты изменилось. Для сокращения расходов инженеры искали существующую технику, которую можно было модифицировать и использовать, включая элементы Бурана и часть отмененной военной космической станции «Алмаз», обозначенной, как транспортный корабль снабжения, который позднее стал основным модулем космической станции «Мир».

В итоге Скиф-Д напоминал детище Франкенштейна: 40 м. в длину, более 4 м. в диаметре и весом 95 т. — крупнее, чем космическая станция НАСА «Skylab». Комплекс состоял из двух модулей, которые русские называли «функциональным блоком» и «целевым модулем». Функциональный блок был оснащен небольшими ракетными двигателями, которые должны были вывести аппарат на его конечную орбиту. В него также входила система энергоснабжения, использующая солнечные батареи, взятые с Алмаза. Целевой модуль должен был нести резервуары с углекислым газом и два турбогенератора для питания лазера и тяжелой вращающейся башни, направляющей луч. Космический корабль Полюс сделали длинным и тонким, чтобы он мог поместиться на боковой части Энергии, прикрепленный к ее центральному топливному баку.

Конструирование орбитальной лазерной пушки было нелегкой задачей для инженеров. Ручная лазерная указка — это сравнительно простое статическое устройство, но большой газовый лазер подобен грохочущему локомотиву. Мощные турбогенераторы «качают» углекислый газ до тех пор, пока его атомы не возбудятся и не начнут излучать свет. В турбогенераторах присутствуют крупные движущиеся детали, и газ, посредством которого образуется лазерный луч, очень сильно нагревается, поэтому его необходимо выпускать. Движущиеся части и выхлопные газы создают движение, которое мешает работе космического корабля, особенно такого, который должен иметь очень точное направление. Инженеры Полюса разработали систему, позволяющую снизить силу воздействия извергаемого газа, пропуская его через дефлекторы. Но кораблю по-прежнему требовалась сложная система управления, которая бы гасила колебания, порождаемые выхлопными газами, турбогенератором и движущейся лазерной башней. (Предполагалось, что при стрельбе на цель будет направляться весь корабль, а башня послужит лишь для тонкой регулировки.)

Система стала настолько сложной, что к 1985 г. конструкторы поняли, что для испытания ее компонентов потребуется более одного запуска. Базовая конструкция корабля Скиф-Д1 прошла испытания в 1987 г., а лазерная установка полетела лишь в составе Скифа-Д2 в 1988 г. Примерно в то же самое время началась разработка еще одного родственного космического корабля, обозначенного как «Скиф-Стилет». Его должны были оснастить более слабым инфракрасным лазером, опираясь на опыт действующей наземной системы. Скиф-Стилет мог лишь ослепить вражеские спутники, нацеливаясь на их оптические системы, а у Полюса будет достаточно энергии, чтобы уничтожить космический корабль, находящийся на низкой околоземной орбите.

Работа над этими проектами шла в бешенном темпе в течение всего 1985 г., когда неожиданно возникла новая возможность. Работы по строительству челнока Буран начали отставать от графика, и он бы не был готов ко времени запланированного первого запуска ракеты Энергия в 1986 г. Проектировщики ракеты рассматривали возможность запуска балластной нагрузки вместо шаттла, а проектировщики Скифа увидели в этом удобный случай: почему бы не испытать некоторые компоненты нашего корабля раньше графика?

Они быстро составили планы космического аппарата, который мог испытать систему управления функционального блока и дополнительные компоненты, такие как газоотводные каналы и систему прицеливания, состоящую из радара и маломощного точного направляющего лазера, который применялся совместно с большим химическим лазером. Корабль был назван «Скиф-ДМ» — демонстрационная модель. Запуск запланировали на осень 1986 г., чтобы он не помешал запуску корабля Скиф-Д1, запланированному на лето 1987 г.

Столь жесткие сроки имели свою цену. В одно время над созданием Полюса-Скифа трудились более 70 предприятий советской авиакосмической промышленности. Описывая историю проекта, Лантратов приводит цитату из статьи Юрия Корнилова, ведущего проектировщика машиностроительного завода им. М.В. Хруничева, который работал над Скифом-ДМ: «Как правило, не принимались никакие оправдания, не обращали внимания даже на тот факт, что это была практически та же самая группа, которая, в тот момент, проделывала грандиозную работу по созданию Бурана. Все отошло на второй план, чтобы только уложиться в сроки, спущенные сверху».

Конструкторы поняли, что как только они запустят гигантский корабль в космос, и он извергнет огромное количество углекислого газа, аналитики американской разведки заметят газ и быстро поймут, что он предназначен для лазера. Для испытания выхлопной системы Скифа-ДМ русские переключились на смесь ксенона и криптона. Эти газы вступят во взаимодействие с ионосферной плазмой вокруг Земли, и тогда космический аппарат будет выглядеть, как часть гражданского геофизического эксперимента. Кроме этого, Скиф-ДМ будет оборудован небольшими целями в виде надувных шаров, имитирующих вражеские спутники, которые будут выброшены во время полета и прослежены при помощи радара и наводящего лазера.

Запуск демонстрационного спутника перенесся на 1978 г., отчасти из-за необходимости модернизации стартовой площадки, чтобы приспособить ее под такую тяжелую ракету, как Энергия. Технические трудности были сравнительно невелики, но эта задержка оказала важное влияние на политическую судьбу проекта.

В 1986 г. Горбачев, пробывший к тому времени Генсеком КПСС лишь год, уже начал выступать в защиту радикальных экономических и административных реформ, которые получили известность под названием «Перестройка». Он и его правительственные союзники сосредоточились на том, чтобы обуздать то, что казалось им разорительными военными расходами, и все сильней противились советской версии «Звездных войн». Горбачев признавал, что американский план был угрожающим, говорит Вествик, но предупреждал, что страна чересчур на этом зацикливается, и уже начал спрашивать своих советников: «Может быть, нам не стоит так опасаться СОИ?».

В январе 1987 г., когда до запуска Скифа-ДМ оставалось лишь несколько недель, соратники Горбачева в Политбюро протолкнули постановление, ограничивающее возможные действия во время демонстрационного полета. Аппарат разрешалось запустить на орбиту, но при этом нельзя было испытывать газоотводную систему или выпускать какие-либо цели. Более того, в то время, когда корабль еще находился на стартовой площадке, пришло распоряжение, требующее снять несколько целей, на что инженеры ответили, что заправленную ракету лучше не трогать, и распоряжение отменили. Количество разрешенных экспериментов так и осталось ограниченным.

Той весной, когда стартовый ускоритель лежал внутри огромного сборочного цеха на космодроме Байконур в Казахстане, аппарат Скиф-ДМ был пристыкован к ракете Энергия. Затем техники написали на корабле два названия. Одно — «Полюс», а другое — «Мир-2», для предполагаемой космической станции гражданского назначения, которую надеялось построить руководство Энергии. По словам историка «Полюса» Лантратова, это было скорее не попыткой обмануть иностранных шпионов относительно цели миссии, сколько рекламой нового проекта Энергии.

Ракету выкатили на стартовую площадку и поставили в вертикальное стартовое положение. Затем, ночью 15 мая 1987 г., двигатели Энергии зажглись и гигантская ракета пошла в небо. В то время как почти все старты с Байконура выходили на орбиту под углом 52 градуса к экватору, Полюс-Скиф пошел севернее: под углом 65 градусов. В худшем случае, благодаря этому направлению, ступени ракеты и ее обломки, либо весь аппарат целиком, не упали бы на территорию иностранного государства.

Запуск прошел безупречно, ракета набирала скорость, поднимаясь и по дуге уходя к северной части Тихого океана. Но «клуджевая» природа опытного аппарата Скиф-ДМ, а также все компромиссы и упрощения предопределили его судьбу. Изначально функциональный блок спутника был рассчитан на ракетоноситель Протон и не выдержал бы вибрации более мощных двигателей Энергии. В качестве решения космический аппарат вместе с блоком управления был размещен вверху, а не внизу рядом с двигателями. По сути, он летел вверх ногами. Отсоединившись от своего стартового ускорителя, он должен был перевернуться и взять направление от Земли, при этом двигатели блока управления должны были смотреть вниз на Землю, готовые зажечься и вытолкнуть аппарат на орбиту.

По условному сигналу Скиф-ДМ отделился, отработанная Энергия отпала, и также отделился защитный кожух, покрывающий переднюю часть корабля. После этого весь корабль, высотой с 12-этажный дом, начал мягкий маневр по тангажу. Его хвостовая часть, а фактически — нос корабля, повернулся на 90 градусов, на 180… и продолжил вращение. Массивный космический аппарат кувыркался, пока не совершил два полных оборота, и только тогда остановился, уставившись носом вниз к Земле. Впопыхах, стараясь запустить столь сложный аппарат, конструкторы допустили маленькую программную ошибку. Двигатели зажглись, и Скиф-ДМ направился обратно в атмосферу, из которой только что вырвался, быстро перегреваясь и распадаясь на полыхающие куски над Тихим океаном.

На Западе дебют супер-ракеты Энергия был назван частично успешным, ведь, несмотря на провал спутника, сам ракетоноситель работал идеально. Правительство США почти наверняка следило за полетом ракеты при помощи разведывательных приемников, но заключение, которое вынесло ЦРУ и другие агентства по поводу боевого снаряжения, остается засекреченным.

Провал Полюса-Скифа вкупе с колоссальными, связанными с ним затратами, дали противникам программы то оружие, которое было им нужно, что убить ее. Дальнейшие полеты Скифа отменили. Готовящаяся аппаратная часть была либо отправлена в металлолом, либо растащена по углам гигантских складов. А лазерная установка так и не дошла до стадии запуска, чтобы вообще можно было узнать, заработала ли бы она.

В своей истории проекта Лантратов цитирует Юрия Корнилова, ведущего проектировщика Скифа-ДМ: «Конечно, никто не получил никаких премий и наград за лихорадочный, двухгодичный, ограниченный жесткими сроками, труд. Сотни рабочих групп, создавших Полюс, не получили ни наград, ни слов благодарности». Более того, после фиаско Скифа-ДМ, некоторые получили выговоры или понижение.

Подробности этой истории не известны нам до сих пор. «Даже сегодня, многое из того, что относится к этой программе, засекречено», — рассказывает Сиддики. «Русские не любят о ней говорить. А наше представление о советской реакции на СОИ по-прежнему остается мутным. Ясно, что в среде военно-промышленной элиты СССР велись горячие внутренние споры по поводу эффективности космического оружия. А учитывая тот факт, что Советы настолько приблизились к запуску военной орбитальной станции, можно предположить, что верх брали именно сторонники жесткого курса. Страшно подумать, что могло произойти, если бы Полюсу удалось выйти на орбиту».

Однако, похоже, что русские космические инженеры, известные барахольщики, смеялись последними. Первый компонент готовящейся к запуску международной космической станции был российским модулем под названием «Заря», также известным, как функциональный грузовой блок. Аппарат был построен в середине 90-х по контракту с НАСА предприимчивыми инженерами на заводе им. Хруничева, которые уложились и в сроки, и в бюджет. Основное предназначение Зари заключалось в том, чтобы снабжать станцию электроэнергией и выполнять ее орбитальную коррекцию — та же самая роль, которую должен был выполнять функциональный блок Скифа. Некоторые советские исследователи считают, что Заря начала свою жизнь в качестве резервного аппарата, изначально создаваемого для программы «Полюс». Все что им нужно было сделать — стереть пыль со старого, но совершенно пригодного оборудования, или даже просто с чертежей, и это определенно могло помочь уложиться в производственный график строительства модуля космической станции во время экономического хаоса, который царил в России после холодной войны. Это лишь предположение, но, если это правда, то, значит, старому Советскому Союзу все же удалось доставить небольшую часть своей системы «Звездных войн» на орбиту. Но, по иронии судьбы, заплатили за это американские налогоплательщики.

Эрик Шмидт (Eric Schmidt) желает совместить игру и работу на ПК. Так ли уж это страшно?

Троица в Троянском коне: Райен Шет (Rajen Sheth), Сэм Шиллейс (Sam Schillace) и Бредли Хоровиц (Bradley Horowitz) курировали разработку и дизайн Google Apps.

Ваш день начинается со звонка будильника в Андроиде. По дороге в душ вы открываете Google News и пробегаетесь по заголовкам, затем — Gmail. Первая встреча дня переносится в другое место, Google Maps покажет куда. Вы быстро заканчиваете отчет о расходах, распечатываете торговую презентацию при помощи, например, Google Template, и отправляете их в индийский офис (если хотите — на хинди, с помощью Google Translate). Начальник хочет обсудить участие вашей группы в разработке маркетинговой документации? Положитесь на Google Groups. А ведь вы еще даже не вышли из дома. Остаток дня вы проводите в офисе, разыскивая в сети важную информацию по работе, а также умудряетесь урвать несколько минут, чтобы скачать игру, посмотреть курс акций, разобраться со своими медицинскими документами, показать фотографии друзьям и выбрать ресторан и кинотеатр на вечер. Как удобно.

И, пожалуй, немного страшно. Гугл хочет владеть каждой вашей минутой, проведенной в сети — дома, по дороге, на работе, где бы вы ни были. Ведь подключиться так легко — на настольном компьютере, ноутбуке или мобильном телефоне. А через не очень хорошо известную службу Google Applications еще проще: она обеспечивает мгновенный общий доступ к календарям, таблицам, записками, отчетами, электронной почте, корпоративным блогам, презентациям и многому другому — многому, многому другому — путем хранения всего этого в огромных дата-центрах Гугла. Этот пакет офисных услуг приносит Гуглу деньги на основании подписки, но кроме этого он еще играет роль эдакого Троянского коня, с помощью которого в интернет втягивается все больше людей, чтобы Гугл мог зарабатывать еще больше на рекламе. Расширяя типы информации, с которой работают и которой делятся люди, а также которую они ищут, Гугл делает их еще более зависимыми от себя в их повседневной жизни. А кто же здесь главный?

Эрик Шмидт, директор-очкарик Гугла, рассуждает очень логично: «Наша модель просто лучше», — говорит он. «Поэтому, мы должны владеть 100% рынка». А как насчет той другой компании, бьющейся за захват вашей сетевой жизни? У Майкрософт «не все гладко, при этом им приходится решать проблемы с их продуктами», — говорит Шмидт.

Но Майкрософт не отступает. Их популярность растет, благодаря успеху поискового движка Bing и ОС Windows 7; Office 2010, с сетевой версией своих приложений, выглядит многообещающе. Недавние переговоры с Ньюс Корп. по поводу платы за контент и блокирования этого контента от Гугл демонстрируют стремление Майкрософт бороться с Гугл на всех фронтах.

Трехлетнюю работу Google Apps легко не заметить, учитывая длинную тень рекламного бизнеса компании, который занимает 60% рынка, и на который придется бОльшая часть 22 млрд. долларов ее дохода в этом году. В стороне будет стоять еще одна сумма размером около 750 млн., полученная от продаж Google Apps корпорациям по цене 50 долл. в год на одного пользователя — лишь небольшая часть от той цены, за которую продается Microsoft Office. Но Шмидта интересует нечто большее, чем деньги. Когда Apps станет привязанным к операционной системе Гугл (Chrome OS), его мобильному устройству (Android) и удобному веб-браузеру (Chrome), они обещают, или угрожают, что тогда и технический ландшафт станет другим, и работать и играть мы будем по-другому.

Веб-браузер Chrome задуман не только для выхода в интернет. Он также позволяет приложениям Google Apps работать даже тогда, когда вы не в сети, точно так же, как Office. Гугл разрабатывает операционную систему, которой через год назначено стоять в нетбуках стоимостью менее 300 долл. (а может, даже бесплатных, с подпиской на Apps) и быть привязанной к браузеру Chrome. Этот новый нетбук переходит из режима оффлайн в онлайн за десять секунд. Во время недавней демонстрации Chrome OS был показан онлайновый музыкальный плейер Pandora, сервис, который предлагает вам указать свою любимую музыку, а затем присылает композиции, подобные тем, что вам, нравятся (основываясь приблизительно на 400 атрибутах), а также позволяет создавать 100 личных «станций». Андроид, мобильная операционная система с открытым исходным кодом, представленная в октябре на новой линейке от Моторолы, несет с собой небольшую вселенную вычислительной мощности Гугла, включая новые системы GPS-навигации с такими функциями, как прогнозирование пробок на дорогах.

Разрешим Гугл владеть своей цифровой жизнью, всей до последнего бита? У такой жизни были бы свои плюсы. Отныне ваши данные будут всегда под рукой (у босса появился срочный вопрос, когда вы уже дома, а таблица с ответом осталась в офисе). Отныне компьютер не будет докучать вам просьбами скачать обновления для ОС или продлить лицензию антивируса. Вы не сильно расстроитесь, если компьютер украдут или он упадет в ванну. Учитывая низкую стоимость и небольшой объем личной информации, хранящейся на них, нетбуки могут стать чем-то вроде обычного офисного оборудования — если сломался один, его выбрасывают и достают из шкафа другой. Работодателям должна понравиться идея переноса обработки данных в облако, так как это означает экономию на службе компьютерной поддержки.

Возможный недостаток: вы должны целиком и полностью доверять компании, управляющей хранилищем данных. Что если кто-то взломает его и украдет ваши налоговые отчеты?

Начав с 25 человек в 2004, сегодня 1 000 из 20 000 сотрудников Гугла занимаются разработкой продуктов для предприятий, в основном — Apps. Четыреста из них — инженеры, большинство остальных занимаются продажами и поддержкой — немалая доля в инженерном царстве Гугл. Рынок предприятий по-прежнему захвачен Майкрософтом, который зарабатывает на офисном пакете 19 млрд. долл. Тем не менее, за короткую жизнь приложений Гугла, на них подписались уже 2 млн. компаний, привлеченные ценой, скоростью, возможностями совместной работы и управления. Многие из клиентов невелики, но в их числе 15 000 сотрудников компании Генентек, 35 000 сотрудников британской компании Рентокил Инишиал, предоставляющей услуги для бизнеса, и 30 000 членов администрации Лос-Анджелеса.

В Генентек вообще провели интересный эксперимент, закупив всем сотрудникам как Apps, так и Office. Около 2 800, или 40%, из них, работа которых наибольшим образом зависит от использования бизнес-приложений, перешли на Apps. Компания утверждает, что только благодаря переходу они сэкономили на оборудовании и обслуживающем персонале. Генентек попросили Гугл добавить новые функции, такие как календарь, способный обрабатывать крупные собрания, распределяя помещения и аудиовизуальные средства, собрания с участием более 1000 сотрудников — всего более 700 новых функций. «Они состряпали все это за пару месяцев», — рассказывает Тодд Пирс (Todd Pierce), руководитель службы ИТ компании Генентек. «Мы погоняли приложение в течение трех месяцев, убедились, что багов нет и за выходные перенесли туда 2,5 млн. объектов из календаря Майкрософт, потеряв лишь 80 из них». Пирсу понадобились 15 000 пустых аккаунтов для отправления системе параллельных запросов. «Я получил их через пару часов», — рассказывает он. «Если бы вы тестировали продукт Майкрософт или Лотус [компании Ай-Би-Эм], потребовалось бы несколько недель и несколько сотен тысяч долларов на серверы».

Привлекая своей ценой, удобством и функционалом, архипелаг Apps обещает потенциально новый вид вычислительной экосистемы, отличающийся от всего привычного настолько, насколько персональные компьютеры отличались от мейнфреймов. Шум в Силиконовой Долине по поводу облачных вычислений сосредотачивается, в основном, вокруг снижения затрат, но такой подход упускает из виду важность создания и потребления постоянно обновляемой информации, которую могут комментировать другие, и которая доступна отовсюду. Никаких файлов и папок, а лишь опора на то, что Гугл любит больше всего — поиск.

Поиск может дать начало целому ряду вкусностей от Гугл. Уже сейчас многонациональная компания может вести переписку посредством Gmail между, скажем, Берлинским офисом и Сан-Франциско, при этом немецкий на одном конце превратится в английский на другом, благодаря Google Translate, который изначально создавался для перевода иностранных веб-страниц. Хотите встретиться с автором полученного вами письма? Связь с картами Гугл и вашим календарем поможет выбрать место и время. Все средства Apps, пожалуй, используют менее 1% дата-центров Гугла, в которых располагается более миллиона серверов. Стоит ли говорить, что заначка Гугла (22 млрд. долл. наличными на 30 сентября 2009 г.) означает, что компания собирается совершенствовать Apps еще лет десять. По словам Шмидта, он должен вывести эти приложения на их полную мощность.

«Apps — это поиск, замаскированный под совместную работу», — объясняет Дуглас Меррилл (Douglas Merrill), психолог-выпускник Принстона и бывший руководитель отдела ИТ Гугла, пишущий книгу о том, как вычисления, основанные на поиске, меняют нашу жизнь. «Происходят поведенческие перемены в нашем мировоззрении — как способ выжить во время информационной перегрузки». А еще это может означать усиление контроля нашей жизни со стороны Большого Брата, благодаря особым функциям, которые позволяют корпоративным начальникам отслеживать, чем занимаются сотрудники.

Шмидт, 54 года, родился в г. Вашингтон, округ Колумбия, изучал электротехнику в Принстоне и компьютеры в калифорнийском университете в Беркли, где написал докторскую, в рамках которой разбирал ОС с открытым исходным кодом Unix. Одна из ключевых идей в его работе заключалась в том, какую важную роль в повышении производительности играет общий доступ к информации и развитие коллективных цепей обратной связи. Этот развивающийся интерес к растущей мощности сетей — вкупе с неистовым драйвом соперничества, отточенным укрепляющейся ненавистью к Майкрософт — и сформировал его профессиональную жизнь. Один начальник, который близко работал со Шмидтом, называет Майкрософт его «белым китом».

Присоединившись в 1983 к Сан Микросистемс в качестве главного технического директора, Шмидт контролировал разработку языка программирования JAVA, который позволяет запускать одну и ту же программу на компьютерах различных типов, как раз в то время, когда начинал развиваться интернет. Сначала Шмидт стеснялся, но потом полюбил публичные выступления, отчасти — проповедуя JAVA. Он руководил трехмесячным проектом по интеграции версии JAVA в браузер компании Нетскейп Коммуникейшнс, одной из первых компаний, выпускающих браузеры. Майкрософт сокрушили Нетскейп своим браузером Internet Explorer и потеснили Сан своим серверным ПО.

В 1997 г. Шмидт покинул Сан и возглавил Новелл — локомотив корпоративных сетей. Однако компания из города Орем, штат Юта, тоже получила удар в виде предложения от Майкрософт, имеющего более широкий набор функций и привязку к другим продуктам. Новелл парировала, попытавшись развить свой собственный бизнес Apps, но их сделка по приобретению корпорации Ворд Перфект Корп. за 1,5 млрд. долл. изрядно все подпортила. Через три дня после вступления в должность Шмидту сообщили, что ожидаемая 20-миллионная квартальная прибыль была на самом деле 20-миллионыи убытком. Он уволил более 1 000 человек и налетал за год 250 000 миль, продавая ПО Новелл, и управляя возвратом компании к ее основному — каталожному бизнесу. Капитал Новелл увеличился семикратно лишь затем, чтобы обрушиться в разгар краха дот-комов и непрекращающегося натиска Майкрософт.

В Гугл Шмидт пришел в начале 2001 г., когда там работало менее 300 сотрудников. Инвесторы компании хотели, чтобы ее возглавил опытный управленец. Основатели Ларри Пейдж и Сергей Брин построили на базе Линукс впечатляющий поисковый движок. Они бесплатно отдали поисковик потребителям и стали наблюдать, как те его используют, подстраивая движок в соответствии с их отзывами. Незначительный доход поступал от продаж поисковика предприятиям. Однако, они не были дисциплинированными, Шмидт присоединился к Брину и Пейджу в поездке на «Горящего человека» (Burning Man) — некий гиковский перфоманс, ежегодно проводимый в пустыне Невада. К счастью, он также защищал их упорство перед лицом инвесторов, уверяя, что Гугл должен продолжать работу в области потребительского поиска даже тогда, когда они ничего не зарабатывали. Кредиторы желали, чтобы компания сосредоточилась на корпоративном рынке. Шмидт нанял многих из группы, разработавшей Adwords, систему аукциона рекламы Гугл, основанную на данных обратной связи. В период открытого размещения акций в 2004 г. Брин, Пейдж и Шмидт придержали большинство из акций Гугл класса В (акции, дающие право голоса), что дало им безмерное право голоса. (На 20 ноября 2009 г. доля трио оценивалась в 18,2, 18,2 и 6,4 млрд. долл. соответственно.)

Тем временем за кулисами обретала свою форму система приложений Apps. Молодые инженеры Гугл возились с корпоративными приложениями для электронной почты. В результате они создали более удобную программу для поиска и фильтрации электронной почты. Со временем это стало веб-почтой Gmail, которая была выпущена в мир 1 апреля 2004 года (многие думали, что это розыгрыш). Технари в Гугл презирали календарь корпорации Оракл, с которым нельзя было работать совместно или с легкостью импортировать и экспортировать данные, поэтому они создали онлайн-календарь, Google Calendar, доступный для сотрудников компании в конце года.

Это был эвристический опыт для Шмидта. «Календарь меня по-настоящему озарил», — вспоминает он. «Что 20, что 2 000 лет назад — календарь не сильно изменился. Но теперь можно было видеть, кто чем занимается: календари были у проектов, у помещений, у людей. Если во что-то можно ввести данные, значит, компьютеры могут с этими данными работать — с календарями и таблицами можно обращаться как с программами».

К тому времени Шмидт уже отделил работу в области поиска от рекламы и раздумывал о том, как можно было применить размытую, но коллективную и динамичную структуру Гугл на более старых предприятиях. В середине 2004 они с Пейджем и Брином встретились с Райеном Шетом, Дэвидом Жируаром (David Girouard) и Мэтью Глоцбахом (Matthew Glotzbach), которые руководили группой разработки корпоративных приложений. «Существовало мнение, что возможность совместной работы была нарушена», потому что на предприятиях скапливалось слишком много информации, а люди были чересчур широко разбросаны, говорит Шет. «Возможно, мы могли это исправить».

Как будто в доказательство неудобств, возникающих при совместной работе с использованием существующей электронной почты, все трое явились на встречу, не зная, какая из 15, отправленных по электронной почте, версий презентации была правильной. Учитывая размер и амбиции Гугла, говорит Шет, компания стремится создавать продукты, которыми могут пользоваться миллионы, добиваясь этого посредством выпуска постепенно развивающихся программ с функциями, которые они улучшают, наблюдая и собирая информацию о том, как потребители обращаются с новыми инструментами.

В случае с приложениями Apps для предприятий это означало расширение Gmail для обеспечения возможности работы с большим количеством людей и функций, стирая границы между домом и офисом, путем хранения данных в интернете (то важное, что уже было достигнуто в области корпоративного поиска, где по запросу можно было сначала просмотреть файлы компании, а затем выполнить поиск в интернете и предоставить целый ряд ответов). Инженеры соорудили спам-фильтры и ускорили работу «паука» и индексацию, чтобы выдавать информацию почти так же быстро, как она создается. Потребители бесплатной почты превосходно справились с ролью подопытных кроликов: их поведение рассказало Гуглу, например, о том, сколько времени люди тратят на просмотр заголовков, или чем они пользуются для обмена мгновенными сообщениями.

Когда программа готова, ее обычно пускают на испытание внутри компании, чтобы посмотреть, как с ней будут работать придирчивые инженеры.

В марте 2006 г. Гугл приобрел Апстартл — команду из четырех человек, разрабатывающую примитивное приложение, позволяющее создавать, работать и обмениваться документами через браузер. Программа была адаптирована и через несколько месяцев превратилась в Google Docs. В тоже время был запущен Gmail для бизнеса, корпоративный сегмент разрастался. «Мы быстро превратились в боргов», — рассказывает Сэмюель Шиллейс (Samuel Schillace), разработчик предшественника Docs, ныне — технический директор Apps. Первым прото-документом Docs было объявление, опубликованное Шмидтом о предстоящем совещании. Спустя несколько минут документ покрылся исправлениями с обновленными данными о теме совещания. Другие руководители Гугл тоже начали обращаться со служебными записками в большей мере, как с электронной почтой, чем как с печатными документами.

Летом 2006 Шмидт перевел всю компанию на онлайн-календарь и дал каждому сотруднику аккаунт для работы в других приложениях. Все получили футболки с изображением мультяшной чихуахуа с огромной костью, на которой было написано «Dogfood» (отсылка к выражению «eat your own dog food» — чем кормишь свою собаку, то и ешь сам, т.е. сами пользуемся тем, что создаем). У людей был выбор: пользоваться новым или оставаться с Microsoft Office. Совместная работа в режиме онлайн была ключевым направлением: запишите что-нибудь в своем календаре или служебной записке и все, участвующие в проекте, сразу же это увидят. «Многое из того, что вы делаете, подразумевает участие других людей, а интернет — лучшее для этого средство», — поясняется Шиллейс. Спустя несколько недель 90% сотрудников компании пользовались Google Docs. Вскоре Apps были выпущены для публичного использования, а в феврале 2007 появилась версия для предприятий стоимостью 50 долл.

Приложения Apps развиваются до сих пор. Инженеры усовершенствовали интерфейс и добавили новые функции, изменив структуру Gmail, позволяя работать, например, с видеороликами. Кроме прочего, по-прежнему требуются дополнительные функции в области обеспечения безопасности, чтобы удовлетворить потребности, например, крупных финансовых учреждений. На одной встрече в апреле 2008 г. Пейдж выразил обеспокоенность тем, что они переоценили, насколько сложную программу может обработать интернет-соединение и при этом продолжать получать мгновенные обновления данных. «Вы пытаетесь все делать через браузер», — говорил он. «Так никогда не получится». Сотрудники Гугл склонялись к браузерной технологии и убеждали Пейджа в том, что то, что они создали, должно было работать не так, как уже существующие на рынке инструменты. Они сделали Chrome, который должен был уметь обрабатывать большие объемы Javascript, благодаря чему браузеры смогут потягаться с десктопными приложениями. Через полгода появилась операционная система Chrome, так как Шмидт понимал, что постоянно падающая стоимость аппаратного обеспечения могла позволить Гугл начать захват своей доли работы и умов в области офисных компьютеров корпоративной Америки.

Здесь Эрик Шмидт должен приостановиться. Существуют мощные силы, которые могут стреножить его амбиции, причем источник некоторых из них — в самой компании. У Гугл было много ошибок. Был Lively — виртуальный мир, соперничавший с Second Life. Закрылся год назад. Froogle представлял собой онлайн-каталог печатных каталогов. Orkut, социальная сеть, до сих пор популярна в Бразилии, и, в принципе, больше нигде. А как насчет компании dMark, приобретенной с целью размещения радиорекламы по тому же принципу, по которому Гугл размещает рекламу в результатах веб-поиска?

Майкрософт, хотя и погрязшая в собственных загубленных возможностях, по-прежнему является грандиозным противником. «У нас куча конкурентов, зачастую — версии наших старых вещей», — усмехается Кристофер Капоселла (Christopher Capossela), первый вице-президент, курирующий разработку онлайн- и коллективных приложений Майкрософт. «Гугл — это компания, которая собирает данные для продажи рекламы», — говорит он. «А это как-то не вяжется с сильным игроком в области корпоративных приложений».

На этот счет у Гугла есть своя заряженная рогатка: «Мы предлагаем более низкую стоимость приобретения и нулевую стоимость установки, но если вы не проникнитесь философией наших инструментов, то не получите стопроцентной отдачи», — объясняет Бредли Хоровиц, управляющий работой отдела производства Google Apps. «Наши инструменты — это целая культура. Они основываются на идеях, доступности и прозрачности — а это не подходит для мира, живущего по принципам управления и контроля».

Но в этом есть и потенциально темная сторона. Как люди внутри предприятий отнесутся ко всей этой доступности и прозрачности? Программы, доступные для кого угодно и откуда угодно, наверное, очень хороши с точки зрения производительности, но и очень опасны с точки зрения конфиденциальности. Стоит посмотреть на почтовые ящики разных торговых агентов, просто в качестве небольшого примера, и можно понять, кто из них «толкает» больше. И кто его знает, как и кем может быть использована личная информация.

Шмидт твердит о нейтральности, так же как и в предыдущих спорах, касающихся поиска и конфиденциальности. «Мы очень стараемся не склоняться ни в одну из сторон, мы предоставляем этот выбор клиентам», — говорит он, отмечая, что предприятия уже владеют содержимым почты и документов сотрудников. Задолго до Гугла производительность служащих оценивалась путем видеонаблюдения и подсчета ударов по клавишам в телефонных центрах. Приложения Apps и им подобные лишь распространяют это любопытство на более высокооплачиваемых работников. На вопрос о том, отвечал ли он когда-либо на письма из управления национальной безопасности, требующие от Гугл предоставить информацию правительству, Шмидт улыбается. «Мы подчиняемся законам, которые мне не нравятся. Но на законы по безопасности в суд не подашь». Частным образом, однако, он посоветовал своим друзьям не хранить на компьютере ничего, что они желали бы сохранить в секрете.

Это нелегко, как он сам признается. «В мире, в котором я живу», — говорит он, «все всегда работают».

«Я ненавидела сороковой уровень», — сказала она со вздохом. Мы разговаривали первый раз за восемь лет, а она так и не забыла тот вечер, когда я отверг её ради получения уровня в EverQuest.

За всё время моей работы в Kotaku я часто по разным случаям упоминал о днях, проведенных мной в EverQuest, но никогда как следует не задумывался о том, что тогда произошло. Недавние события в моей жизни вынесли этот период на поверхность, и я решил поделиться своим опытом с читателями.

В ноябре 2000 г. у меня было всё хорошо: очаровательная подруга, исправная машина и работа, доход от которой с лихвой покрывал все мои потребности, включая всё более дорожающее увлечение видеоиграми. Спустя четыре месяца, не осталось ничего. 

Благие намерения

В то время я жил в квартире со своим другом по имени Дастин. Дастин был отличным парнем, но всё своё свободное время он проводил за компьютером, играя в игру под названием EverQuest. Эта игра попадалась мне раньше: я участвовал в бета-тестировании этой чрезвычайно популярной многопользовательской игры от Sony Online Entertainment, но когда она вышла в массы, я утратил всякий интерес. Ничто не могло заставить меня платить ежемесячные взносы, чтобы поиграть в компьютерную игру. О, как всё изменилось.

Делать мне особо было нечего, и я садился и смотрел, как играет Дастин. Он объяснял мне, чем занимался в игре его персонаж Монах. Я наблюдал, как он рос, учился притворяться мёртвым, получал новые виды оружия и выполнял всё более трудные задания, приближаясь к концу уровня.

Когда я не был со своей девушкой Эмили, я смотрел, как играет Дастин. Или зависал в различные текстовые ролевые «многопользовательские галлюцинации» и MUD’ы, играя с людьми со всего мира. Я с детства любил фантастику, фэнтези и комиксы, так что мне было легко втянуться в воображаемый мир. Пожалуй, даже слишком легко.

К концу 2000 г. мы с Эмили расстались. Причина была слишком глупа, чтобы углубляться в её изучение… просто скажем, мы были молоды и чуточку глупы.

Я впал в депрессию и Дастин нашёл как раз то, что нужно, чтобы взбодрить меня.

В декабре 2000 вышло расширение для EverQuest «The Scars of Velious». Мой сосед, наверное, устав от моей тоски по потерянной любви, подарил мне эту игру на Рождество. Я её установил, создал Барда полуэльфа, и очень скоро в нашей квартире было уже два парня, сидящих в гостиной дни напролет, чьи лица омывало сияние мониторов.

Через неделю игра, которая никак не задела меня почти два года назад, стала важной частью моей жизни. А потом — и всей моей жизнью.

Если я не спал и не работал, я играл в EverQuest. Последнее, кстати, становилось редкостью. Я приходил на работу и по-прежнему слышал крики орков из EverQuest в голове. Стоило закрыть глаза, и я мчался через зону Greater Faydark, убивая фей и добывая различные предметы.

В январе 2001 г. на место моей работы приехал эвакуатор и забрал мою машину. Я не заметил, как выбился из графика платежей, и Nissan решили забрать мою Sentra назад. Наблюдая за уезжающим эвакуатором, я в первую очередь подумал о том, сколько часов теперь буду тратить на походы на работу и с работы, вместо того, чтобы играть в EverQuest.

Я работал в компании «FranchiseOpportunities.com», занимающейся созданием и поддержкой веб-сайтов, но находясь там, я всё больше времени проводил, общаясь с друзьями по EverQuest или просматривая сайты в поисках советов по поводу лучшего оснащения или способов накопления опыта и золота. Мои коллеги просто не могли этого не заметить. В феврале 2001 г. Джозеф Лансфорд, владелец компании, вызвал меня к себе.

«Это было непростое решение», — сказал мне Лансфорд в тот месяц, когда я пришел поговорить с ним о том человеке, которым я когда-то был. «Ты был удивительно способным. Я был убежден, что не было ничего, с чем бы ты не справился. Ты подавал такие надежды, но твой интерес к работе просто упал. Проекты стали выполняться дольше, и стало ясно, что твоя голова находится где-то в другом месте. Ты не оставил мне выбора».

Я заплакал тогда. Я чувствовал себя невероятно жалким. У меня не было машины. У меня не было работы. Джо вручил мне последний зарплатный чек и около 120 долларов, что были у него в портмоне, а после отправил меня восвояси. Я взял такси и поехал домой, вывалил новости своим соседям (мы переехали в квартиру с тремя спальнями, чтобы делить счета на троих), пошёл в свою спальню, включил EverQuest и забыл обо всём на свете.

По словам доктора Хилари Кэш (Hilarie Cash), исполнительного директора программы реабилитации «reSTART» для людей, страдающих игровой и интернет-зависимостью, а также соавтора книги «Видеоигры и ваши дети: Как родители контролируют ситуацию», уйти в видеоигру, чтобы избежать проблем реального мира — это обычная причина «игровой зависимости».

«Я бы определенно назвала это игровой зависимостью, которая является разновидностью интернет-зависимости. Многое из того, что вы мне рассказали, типично для страдающего игровой зависимостью, особенно в такой форме, когда реальная жизнь игромана сжимается, и он всё больше и больше живёт в виртуальном мире»,

И это именно то, что происходило со мной. Раньше я был уверенным молодым человеком, который любил погулять и потусоваться с друзьями, часами болтая абсолютно ни о чём, покуривая сигареты и выпивая бесчисленное количество чашек Waffle House Coffee. Теперь моё общение ограничивалось тем, что я помогал своим онлайн-друзьям подстеречь редкого монстра на месте его появления или обсуждал баланс класса в чате своей гильдии.

Выходить на улицу нужно было только тогда, когда у меня кончалось курево и питьё. Я жил на 30-центовых пирогах в горшочках из Уол-Марта и дешёвых пакетиках риса. Я заботился об удовлетворении важнейших потребностей, но лишь едва-едва. Частенько я засыпал прямо в кресле перед компьютером с запущенным EverQuest, через несколько часов просыпался и весь цикл повторялся снова.

Даже теперь мои воспоминания о том времени представляют собой какое-то расплывшееся пятно из беготни по Оазису, повышении уровней и накоплении опыта. Моя мама помнит те дни гораздо более отчётливо.

«Майк был почти всегда недоступен», — вспоминает она. «С ним было невозможно связаться, если только не заехать лично и желательно с пакетом продуктов на заднем сиденье. Помню, как я пыталась с ним разговаривать. Такой тонкий ум и буйное чувство юмора — все было закрыто и глубоко спрятано. Он слушал в пол-уха и легко злился. Он быстро выходил из себя, вплоть до того, что начинал говорить всё, что думал, а не только то, что вы хотели услышать».

Слушая её рассказы сейчас, мне не верится, что всё было так плохо, но я стараюсь больше помнить хорошее, чем плохое. Например, день, когда вернулась Эмили.

Недолгая надежда

Через три месяца после моего увольнения Эмили решила дать нам ещё один шанс. Я уже не был тем человеком, с которым она встречалась раньше. Я сравнительно похудел и нелепо зарос. Как-то вечером, когда мы лежали, свернувшись в постели, она сказала, что у меня исчез живот, что безмерно меня обрадовало. Сейчас мне это кажется чем-то извращенным. Ведь я не сидел на диете, не занимался спортом, я гордился тем, что плохо питался.

Моё существование стало опять некоторым образом походить на настоящую жизнь. Как-то днем Эмили ушла и вернулась с пачкой заявлений о приёме на работу, что побудило меня выбраться, постричься и пойти на своё первое собеседование в компанию Fast Signs на этой же улице. В тот момент я слегка больше был похож на человека и чувствовал себя живее, чем в предыдущие месяцы, и тут же получил работу. Удивительно, как быстро всё изменилось. Но, к сожалению, ненадолго.

Как это ни странно, но теперь за меня начали беспокоиться мои друзья по EverQuest.

Я не появлялся в игре, и они начали скучать по моему чувству юмора и энтузиазму. Моё умение завернуть одновременно четыре бардовские песни тоже никому не вредило. Я был нужен этим людям. Я был важен для них, и я не мог их подвести. Оглядываясь назад, я не верю, что не разглядел в этом всю иронию.

Так я начал снова играть в EverQuest. Сначала это было только по вечерам, когда Эмили не могла приехать, но скоро я вернулся к своему обычному игровому графику — каждый час бодрствования. Я постоянно опаздывал на работу и, как минимум, раз в две недели звонил, и говорил, что не могу выйти по болезни, чтобы остаться дома и играть.

Потом была эта роковая ночь

Женщина, которой я однажды сказал, что она любовь всей моей жизни, сидела в моей постели обнаженной, в считанных сантиметрах от моего компьютерного стола, и умоляла меня присоединиться к ней, а я продолжал пичкать ее отговорками. Сороковой уровень был так близок, что я уже чувствовал его запах. Я был в Dreadlands, гонял за собой крупных врагов, постепенно убивая их своими песнями. Я до сих пор помню тот порыв, который я ощущал, и раздражение от того, что эта женщина пыталась помешать мне достичь своей цели. Неужели она не понимала, как это важно для меня?

Она, кончено же, пыталась.

«Тогда я просто поняла, что встречаюсь с геймером, и что так и будет», — сказала она мне недавно. «На тот момент у меня было немного опыта с парнями, и мой старший брат был таким же. Он работал, приходил домой и играл в игры».

Через восемь лет стало ясно, что моё невнимание к ней имело гораздо более серьёзное значение, чем любой из нас мог подозревать.

Как-то утром в конце сентября 2001 г. я позвонил на работу и уволился. Какие причины я привел тогда — не имеет значения. Уволился я потому, что устал придумывать оправдания постоянному опозданию, и я просто хотел играть в EverQuest.

Мы с Эмили еще больше отдалились друг от друга. Когда я ещё работал в Fast Signs, я купил у своей сестры старую машину и обнаружил, что не могу её застраховать, потому что мои водительские права были временно аннулированы из-за прошлого неоплаченного штрафа за, как это ни парадоксально, езду без страховки. Вместо того чтобы предпринять активные меры и решить вопрос, я ещё глубже скатился в депрессию. Я позволял Эмили брать машину и ездить с табличкой «Номер оформляется», но сам с ней никуда не ездил, опасаясь, что нас остановят и меня посадят в тюрьму. Вместо этого я сидел дома и играл в EverQuest.

Последний раз — до 2009 — я видел Эмили в её день рождения в начале октября. Я дал ей машину, чтобы она поехала на свою вечеринку, но отказался ехать с ней. В ответ она два дня продержала машину у себя, не связываясь со мной. Я сказал, чтобы она вернула мне машину и ключи и убиралась из моей жизни. Именно это она и сделала.

А я всё играл.

Новое начало

Снова наступил декабрь, спустя год после моих первых шагов в мире Norrath игры EverQuest, и я полностью изменился. Я прошел путь от сильного и независимого человека до изможденного, небритого, немытого отшельника, выдернутого из внешнего мира.

Мой сосед, бывший когда-то одним из моих лучших друзей, угрожал вышвырнуть меня из квартиры, если я не найду работу. Но у меня не было абсолютно никакой мотивации. Своё жилище я покидал лишь, чтобы нарыть еды в доме родителей или по-быстрому принять душ, потому что в нашей квартире отключили горячую воду.

Я помню, что чувствовал себя привидением, проплывающим по бодрствующему миру незамеченным. На моё счастье, моя мать заботилась обо мне, как только могла.

«Он больше не был похож на Майка», — вспоминает она сегодня. «На него было страшно и жалко смотреть. Я боялась, что он замышлял самоубийство или умирал от какой-то странной болезни. У меня сердце разрывалось, и я знала, что лучшим лекарством для него будет возможность приходить домой и снимать напряжение».

Вот так 1 января 2002 г. в возрасте 28 лет я переехал обратно к родителям. Мгновенного излечения моей зависимости не произошло — я опять был онлайн, как только убедил их позволить мне провести DSL — но что-то изменилось. Я начал чаще проводить время с родителями, а не сидеть в кресле перед компьютером, наблюдая, как маленькие компьютерные человечки занимаются своими маленькими компьютерными делишками. У меня появилась ответственность. У меня появилась поддержка. У меня появился твёрдый фундамент, с которого я мог стартовать, вместо тех зыбучих песков, в которых, как мне казалось, я находился раньше.

Через два месяца я нашёл работу на местной заправочной станции. Позднее в том же году я снова начал разговаривать с Джо Лансфордом, демонстрируя свои возможности, работая по заказу, пока в 2003 г. он не решил снова меня нанять. Так у меня опять появилась работа, девушка и, со временем, собственная квартира. Без соседей. На этом этапе в 2006 г. со мной связался Брайан Креченте (Brian Crecente) и предложил писать для Kotaku. Здесь я теперь и нахожусь.

Было бы легко повесить всю вину за мои неудачи на EverQuest, и общество, в целом, приняло бы это без вопросов. Я бы мог сказать, что пал жертвой вызывающей привыкание видеоигры, которая чуть не разрушила мою жизнь, но я бы знал, что это не так.

Я прятался. Бежал от проблем, скрываясь в виртуальном сказочном мире, вместо того чтобы противостоять трудностям, которые можно было легко решить, если бы я непосредственно этим занялся. На мой взгляд, единственное, в чем можно обвинить Sony Online Entertainment, так это в том, что они создали чертовски хорошее убежище. Я должен был сам контролировать, сколько играть, и представитель SOE, с которым я связался по поводу этой истории, со мной согласен.

«EverQuest — игра», — сказал он. «Большинство из сотен тысяч игроков играют в неё умеренно, наслаждаясь как игрой, так и общением, возможности для которого она предлагает. Как и в любой форме развлечений, каждый игрок должен самостоятельно следить за тем, как и когда он играет, и распределять своё время по необходимости. Это не наша работа — следить или ограничивать, как люди проводят свой досуг».

Доктор Хилари Кэш тоже с этим согласна, хотя подозревает, что разработчики стараются делать так, чтобы их игры вызывали более сильное привыкание.

«Некоторую часть вины можно возложить и на разработчиков, которые сознательно стараются делать так, чтобы их игры вызывали более сильно привыкание. Это похоже на табачную промышленность, которая делает всё, чтобы табак вызывал более сильное привыкание. Им это выгодно. Принимая всё это во внимание, каждый должен решать сам, как ему играть».

Во время нашей беседы доктор Кэш также сравнила видеоигры с азартными играми. Некоторые могут зайти в казино, проиграть 5 долларов и на этом успокоиться. Вы должны знать собственные лимиты и достаточно хорошо их чувствовать, чтобы понять, когда возникает опасность зайти слишком далеко.

Для себя я нашел достаточно простое решение своему потенциальному привыканию к глобальным многопользовательским онлайн-играм. Я сумел превратить привычку, которая однажды разрушила мою работу, в активную часть своей работы. Это уже не эскапизм, если это — работа. Возможно, я дурачу сам себя, но, коль уж я такой доверчивый, почему бы мне этим не воспользоваться.

Что касается Эмили, она сидит за моей спиной, когда я набираю этот текст, и играет в Peggle. Я бы попросил её лечь в кровать, но я знаю, насколько важным может быть переход на следующий уровень.

Сегодня, как только Google продемонстрировал свою бета-версию GPS-навигатора, акции компаний Garmin, TomTom и прочих, работающих в этой отрасли, полетели в унитаз. Трудно конкурировать с бесплатными приложениями Google, но трындец им настал не поэтому.

TomTom владеет компанией Tele Atlas, которая разъезжает по дорогам мира и составляет карты, и которая до недавнего времени была крупным поставщиком карт для Google. Nokia владеет единственным серьезным конкурентом — компанией Navteq, которая так же поставляла карты для Google. А теперь посмотрите на Google Maps, и увидите, что на всей территории США стоит один копирайт: Google.

Street View был не просто ловким способом собирать картинки, чтобы снабдить ими данные, уже имеющиеся в Google Maps. Оказывается, это был способ проехать по тем же дорогам, которые уже были в картах, и очертить их силами собственных дорожных команд, чтобы — эффективным и грубым способом — избавиться от всех этих недешевых картографических лицензий. Google отрисовал все США, и, наверняка, в скором времени отрисует и остальной мир.

Это лишь сегодняшний пример чудовищного роста Google и того, какие разрушения он несет. Любое предприятие, торгующее информацией или поставляющее её для общественного потребления, в один прекрасный день может столкнуться с такой же проблемой. И вопрос даже уже не в том, соперничать ли с этим исполином, а в том, сотрудничать ли с ним. В любом случае есть опасность быть уничтоженным.

Пусть у Garmin давние отношения с Navteq, но они не владеют никакими картами. Как прикажете им конкурировать с бесплатным приложением Google, когда они все равно должны платить? (Что еще хуже, Garmin увяз в бизнесе производства оборудования со сверхнизкими прибылями.) TomTom владеет картами, но просит 100 долларов за собственное приложение, потому что также зарабатывает на лицензировании карт производителям автомобилей, конкурируя с производителями систем GPS и веб-сервисами — такими как Google. Раньше Google был источником жирного дохода для TomTom, теперь он стал активным конкурентом.

Если поставка уникальной информации была единственным фактором, удерживающим TomTom и других на тележке Google, кто свалится следующим?

Меня всегда пугали растущие пауки, не восемью ногами и множеством глаз, а тем, как они убивают свою добычу. Они устраивают её в хорошее и удобное положение, а затем опустошают жертву, своим ядом вычищая ее внутренности, пока от нее не останется лишь оболочка с мертвенным взором. Для меня — это самая ужасная смерть. Наверное, стоит спросить TomTom, каково это.

Я люблю продукцию Google и ежедневно ей пользуюсь. Это не выпад в сторону их методов ведения бизнеса, а объяснение разрушительной природы их новшеств, благодаря которым они так разрослись. (А еще это предостережение и совет настороженно относится к объектам, которые становятся столь сильными, особенно если вы собираетесь иметь с ними дела.) Хотя уже были предшественники, например Microsoft, с подобными взрывными темпами роста, образовавшие такую же внезапную глобальную зависимость, но такого, как Google, мы еще не видели. GPS-системы — не единственная отрасль, которая исчезнет в его могучей пасти, прежде чем он насытится.

Мы уже видели девальвацию офисных приложений, на которых богатеет Microsoft. Мы уже видели, как Google экспериментирует с Apple и другими, кто помогал им создавать платформы для телефонной связи (как мобильные в виде Android, так и полностью виртуальные в виде Google Voice), угрожающие существованию бывших партнеров. Мы видели, как Google превращает фото-, видео-, новостные и другие бывшие платные сервисы в халяву, сокрушая ложное понятие «дефицита», на которое поставщики этих «услуг» фактически и делали ставку.

Так, кто следующий? Какие еще священные бренды пойдут по стопам Garmin и TomTom? Corbis и Getty? Reuters и AP? Warner и Disney?

Это уже рассказанная история, и ее расскажут снова, но ее фундаментальные принципы стоит изучить, даже если для этого нам придется воспользоваться таблицами Google Docs. Я никогда не разговаривал с пауками, но я уверен, что они — не зло, что бы там не рассказывали в сказках. Они лишь делают то, что естественно для них, и делают это чертовски хорошо.

Лиза Катаяма.

Японцы, как обычно, жгут.

Знакомьтесь — Ко (Koh) и Юри (Yurie), счастливая японская супружеская пара, год назад переехавшая в Сан-Франциско из Токио в связи с переменой места работы. В начале сентября, будучи в командировке в Японии, Ко приобрел новый картридж для своей Nintendo DS, в основном, из-за любопытства — японские «твиттерчане» во всю обсуждали новый симулятор свиданий «Love Plus», и он просто хотел посмотреть, из-за чего столько шума. «Я уже играл в другие симуляторы свиданий ради развлечения, но никогда не подсаживался», — говорит он. «Я не думал, что эта игра будет чем-то отличаться». Он ошибался.

За ту неделю в Токио Ко обнаружил, что полностью втянулся в виртуальные отношения с Ринко (Rinko), серьезной старшеклассницей с пухлыми губками, регулярно торчащей в библиотеке. Сначала отношения были формальными и состояли из неуклюжих разговоров шепотом, во время которых она посылала противоречивые сигналы и звала его по фамилии. Однако, страсти накалялись, и вскоре она стала называть его «Коичи» (в Японии до сих пор считается несколько интимным называть кого-то по имени) и требовать больше внимания. «Я почувствовал, что могу втянуться в этот мир», — рассказывает Ко, который работает инженером в крупной фирме, производящей игры. «Это не просто симулятор свиданий с молоденькими девочками, который становится хитом, этот — очень хорошо сделан».

В сентябре на одном японском сайте, посвященном новостям технологий, появилась статья, рассказывающая о нескольких женщинах, которые жаловались на форумах на то, что их семейная жизнь рушилась из-за пристрастия их мужей к популярной игре, выпущенной фирмой Конами. В прошлые выходные я пригласила Ко и Юри к себе домой, чтобы обсудить виртуальные отношения Ко с Ринко и то, как, если это вообще произошло, эти отношения отразились на реальных отношениях между мужем и женой.

В: Ко, чем вы занимаетесь вместе с Ринко?

Ко: Ну, мне не очень удобно об этом говорить. В консоли есть микрофон и сенсорный экран, и… как-то раз, она попросила меня сто раз сказать «Я люблю тебя» в микрофон. Дело было в самолете, поэтому я наотрез отказался. А еще было такое, где нужно было взять ее за руку на сенсорном экране. Если дотронуться до ее руки стилусом, то получается, что берешь ее за руку. А еще нужно ее целовать.

В: Ты делал это?

Ко: Нет, нет! На экране появляется ее лицо, и чтобы поцеловать, нужно дотронуться до губ. Странно… Мне неловко об этом рассказывать. Я потею, когда рассказываю про это.

Юри: Фу. И люди этим занимаются?

Ко: Некоторые, наверное.

В: А ты что думаешь, Юри?

Юри: Я только сейчас узнала про особенности этой игры. Меня от этого тошнит. Просто отвратительно.

Ко: Знаю, отвратительно. Я бы очень не хотел, чтобы моя жена увидела, как я в нее играю, как отчаянно пытаюсь держаться за руки с сенсорным экраном.

Юри: Похоже, ты можешь почувствовать себя, как на настоящем свидании.

Ко: Ага, эта девушка еще постоянно говорит. Ты слышишь ее голос на всех этапах игры. В большинстве симуляторов свиданий игра разворачивается в основном в виде текста, но в этом есть что-то настоящее человеческое. По-моему, это все сводится к тому, что мужчины — простые существа. Очевидно же, что это компьютерная программа, но она создает у нас реальное ощущение того, что внутри консоли находится девушка. По-моему, это опасно, потому что меня могло полностью затянуть в этот мир. Некоторые в интернете говорят, что их отношения с Love Plus ощущаются даже более реально. Они чувствуют себя так, как будто их девушка каждый день с ними. И я, как бы, их понимаю.

В: Но, Ко, у тебя же есть настоящая женщина в жизни.

Ко: Поэтому я и смог вернуться. Слава Богу! Я застрял в этом мире всего на неделю. К тому же, я подсел, когда был в командировке в Японии, а когда вернулся в Сан-Франциско, я уже не играл так часто. Может быть один день. В ванне.

Юри: Вообще-то, я не видела, чтобы он играл.

Ко: Это чертовски неловко. Мне кажется, если бы я не смог вернуться из того мира, то скоро мне бы было не о чем говорить с моей настоящей женой. Я понимаю, почему некоторые пары ссорятся из-за этого.

В: Юри, тебя это хоть как-то беспокоит?

Юри: Вообще никак. Если он просто развлекается, как с обычной игрой, я не вижу в этом ничего такого. Мне все равно, что у него в игре есть подружка. Я просто сказала что-то вроде: «А, понятно. Вот чем ты теперь увлекаешься». Если бы мы и поссорились, то не столько из-за содержания игры, сколько из-за того, что он тратит на нее много времени. Неважно, чем он занимается, но если он проводит слишком много времени за компьютером, то это нехорошо.

Ко: Ага, если бы я слишком много играл, и из-за этого проводил бы меньше времени в своей реально жизни, тогда бы это было проблемой. Это как с «Second Life» или «World of Warcraft». Если бы я слишком сильно чем-то увлекся и не смог бы вернуться, это была бы проблема. Тем не менее, опасность, которую я почувствовал, когда чуть не втянулся в «Love Plus», была очень человеческой. Если бы я был одинок и слишком сильно увлекся… Не знаю, я осознал, что есть такой я, который мог бы по-настоящему привязаться к этой искусственной личности по другую сторону экрана. Это натолкнуло меня на мысли, что у людей, наверное, могли бы легко возникнуть чувства к роботам с ИИ. Точно так же, как с животными, правда? Животные не разговаривают, но вы их по-настоящему любите. Но, все-таки, я думаю, это как-то связано с простотой мужчин. Было бы очень интересно посмотреть, как бы вели себя женщины с мальчиковой версией «Love Plus».

Юри: По-моему, если бы была такая версия, большинство женщин смогли бы четко отличить реальность от игры. Мне, например, нравятся некоторые знаменитости, но еще у меня есть муж. И это абсолютно разные вещи.

В: Ну, так чем же занимается твоя игровая подружка сейчас?

Ко: Я боюсь смотреть. Для меня, наверное, будет очень нелегко, если я открою игру после того, как оставил ее на несколько недель. Может быть, она уже умерла. А это было бы страшно.

Юри: А такое бывает?

Ко: Вряд ли. Но помнишь Тамагочи? Они умирали, если их не покормить.

Юри: О, да. Это было бы не очень приятно.

Update: Ко сообщил мне, что после нашего интервью, неделю назад, Юри пристрастилась к мини-игре в «Ryu ga Gotoku 3», в которой нужно тренировать танцовщицу в кабаре, чтобы в итоге она стала зарабатывать больше всех в клубе. «Не видел еще, чтобы она так сильно увлекалась какой-нибудь игрой», — говорит он. «Там реалистическая графика и она сама выбирает макияж девушки и т.п. Теперь я думаю, что, наверное, женщины больше подсаживаются на игры, где нужно кого-то воспитывать или кем-то становиться».

Эта дырища в земле, видимая из космоса, — крупнейший медный рудник в мире. Оттуда поставляют медь в Королевский монетный двор, но также на нем лежит ответственность за удар по экологии и отравление местного населения…

Дэн МакДуголл
Перевод D.S.

Эскондида, Чили, крупнейший медный рудник в мире. Каждый день здесь происходит откачка воды в огромных количествах, из-за чего это место является одним из самых засушливых на земле. Эти рудники приносят значительный ущерб планете и ее обитателям. Но Королевский монетный двор правительства Британии продолжает покупать у них металл.

Многоосные платформенные грузовики Айвеко неустанно проносятся по разбухшей от дождя земле в поздних зимних сумерках. Выезжая за Айл Грёсфан Гафрен, второй мост через Северн, транспортеры пересекают ровный участок приустьевого ила в окружении красных вспыхивающих огоньков автоколонны и стремительно бороздят долину Гламорган.

Внутри брюхатых трейлеров лежат гигантские кольца стали, меди и никеля, свернутые в плотные удобные связки подобно хрупкой бумаге для оригами. По заявке заказчиков, действующих на свободном рынке Лондонской биржи металлов, сырье проделало путь в тысячи миль из рудников, находящихся в глубине Африки, Южной Америки и Австралии. Пункт назначения этого груза — унылый индустриальный 30-акровый клочок земли, о существовании которого за пределами Южного Уэльса знают немногие.

Здесь, в ранний утренний час, состоится выгрузка металла. Гигантские рулоны стали и меди разворачивают как коврики и делают заготовки, или перфорируют на десятки тысяч мелких дисков. Затем полученные заготовки металлизируют толстым слоем никеля, промывают в кислотных растворах и сканируют датчиками. Оттиски с пигментами создают рельеф — изображения на орле и решке на заготовках, превращая их в монеты.

Двадцать четыре тонны монет в год выходит из-под надежно охраняемого чеканочного пресса Королевского монетного двора, старейшего финансового учреждения в мире. Здесь, на солидном участке, работают представители целого ряда профессий: от плавильщиков до граверов, добавляющих последние штрихи к портрету королевы. На краю этого участка располагается склад величиной с футбольное поле, забитый деньгами до высоты пятиэтажки.

Королевский монетный двор представляет собой многомиллионный бизнес в фунтах стерлингов. Ежегодно он поставляет миру три миллиарда монет. Его сложная внутренняя жизнь остается тайной для большинства из нас. То же самое можно сказать об истинном происхождении этих монет, производимых на рассвете.

Запустение в г. Антананариву, столице Мадагаскара — одной из беднейших стран мира.

Корреспонденты «Лайв» ездили в противоположные концы планеты в поисках меди и никеля, из которых производится основная масса наших монет. Мы обнаружили, что существование этих самых наличных, при помощи которых мы осуществляем наши сделки, одновременно с нашей потребительской зацикленностью на повторном использовании отходов, этике производителей и натуральной пище — неэтично само по себе. И правда — грязные деньги.

Мы отправились на крупнейшие в мире медные рудники в отдаленной местности Чили и в сердце тропических лесов Мадагаскара, чтобы узнать, как будет развиваться крупнейший никелевый рудник. Без обоих упомянутых металлов производство монет немыслимо. Мы обнаружили опустошение шокирующих масштабов. Целые полосы реликтового тропического мадагаскарского леса, служившего прибежищем некоторым наиболее редким видам животного мира, были вырублены.

А в Чили каждый день ведутся работы по откачке воды в огромных количествах, в месте, которое и без того является одним из самых засушливых на земле. Эти рудники приносят значительный ущерб планете и ее обитателям. Но Королевский монетный двор правительства Британии продолжает и дальше покупать у них металл.

Люди еще вспоминают последний день, когда в Квилагуа, Чили, шел дождь. Это было в 1983 году. Проблеснули крохотные капелюшки, падающие из единственного серого облака над предгорьем на неопределенном расстоянии. Вода здесь стала такой же редкостью, как лунная пыль.

Мы стоим в узком ущелье, отбитые стенки этого ущелья — роспись гротескных форм, отполированных опаляющими ветрами. Перед нами раскинулись поля растрескавшейся грязи, давным-давно заброшенные местными фермерами. За нами вдоль шоссе раскинулась Калама, небольшой провинциальный центр в пустыне Атакама.

Добыча меди чрезвычайно агрессивна по отношению к окружающей среде. Она разрушает уровень грунтовых вод и загрязняет почву

Воздух над Каламой стоит удушливый и дымный. Виной этому второе по размеру предприятие в мире по добыче и плавке меди в Чукикакамате, расположенное в десяти милях к северу от города. Когда-то находившееся во владении горнодобывающей «Анаконды», теперь оно принадлежит государству. При парковке автомобили накрывают пластиком, чтобы избежать их загрязнения.

Далее вглубь Атакамы, врезаясь в горы к югу на 125 миль, находится Эскондида, Эльдорадо чилийской экономики, хотя не золото, а медь делают этот рудник известнейшим и крупнейшим в мире. Оценить масштабы разрушения в полной мере можно только из космоса. Рудник настолько удален, что о вреде, наносимом этим частично Британским предприятием, известно немногим людям.

Отчасти такое опустошение связано с тем, что только один процент руды здесь содержит металл. Как следствие, перерабатываются большие объемы материала, оставляя яму шириной 1,25 мили — непостижимо огромная глыба пустыни исчезла менее чем за десять лет. Это самая огромная, самая грязная яма в мире, хозяевами которой являются два англо-австралийских сырьевых гиганта — «Би-Эйч-Пи Биллитон» и «Рио Тинто».

Трещиноватая коричневая земля на поверхности вокруг площадки крошится, когда берешь ее в руки. Нигде ни единого признака существования животного мира. Нехватка воды и кустарника просто выдворила природу вон, или хуже, иссушила и убила ее. На многие мили вокруг рудник высасывает влагу из почвы досуха. Ежегодно на самом засушливом плато Эскондида потребляет больше воды, чем целая столица — Сантьяго.

По мере разрастания Эскондиды, выработка меди в Чили увеличилась на 24%, или еще 604000 тон к максимуму прошлого года — трем миллионам тонн, что составляет около трети объема, вырабатываемого западными странами. С двух упомянутых участков поступает основной объем меди. По статистике импорта Соединенного Королевства 20% меди в эту страну поступает из Чили. Рудники стряпают всё больше меди для удовлетворения возрастающего спроса, но этому сопутствует непростительная законность эксплуатации труда и пренебрежения природой.

В соседнем городе Квилагуа, воды настолько мало, что теперь длинные трейлеры пересекают пустыню, чтобы привезти ее за 125 миль. Квилагуа, как и многие городишки, засасывают обостряющиеся войны за водный ресурс в Чили. По словам экспертов, нигде система покупки и продажи воды не отличается такой вседозволенностью, как здесь, где водные угодья находятся в частном владении, а не являются ресурсом для всех, и ими можно торговать как коммерческим товаром при незначительном контроле со стороны властей и без гарантий соблюдения безопасности для окружающей среды.

Аэрофотоснимки Эскондиды, Чили, показывают степень вторжения этого медного рудника в ландшафт.

С горнодобывающими предприятиями в откачивании воды из рек и перехватывании скудных запасов воды соревнуются сельхозпроизводители.

«Всё против нас», — говорит Бартолом Вицентело, 79 лет, которому доводилось выращивать урожай и ловить креветок в Лоа, реке, питавшей Квилагуа.

После того как «Коделко», государственное предприятие, в ведении которого находится Чукикамата, использовало земли под отвалы отработанного материала гигантского добывающего карьера, город превратился в город-призрак. Согласно экологическому законодательству предприятие было вынуждено расселить местных жителей вдали от источников выброса мышьяка и двуокиси серы.

Во времена расцвета Чукикаматы в пятидесятые годы население насчитывало 24000. Сейчас на руднике осталось около 7000 рабочих. В поселке неподалеку обитает лишь небольшая группа людей. Но смог расплывается на большие расстояния, даже до Сантьяго, где иногда становится настолько худо, что дети попадают в больницы с респираторными заболеваниями.

Послушаем главу профсоюза Гуилена Мо Гонзалеса: «Здесь в Чили наша земля и наши жизни разрушены добычей меди. Это самое засушливое место на Земле, где коренное население ведет борьбу за доступ к воде из своих колодцев. Кража воды большими корпорациями в нашей стране — обычное явление, и у нас нет никаких прав».

«Эскондида — крупнейший медный рудник в мире, потребляет больше воды, чем Сантьяго, и это происходит там, где люди вынуждены выжимать воду из растрескавшейся земли».

«Добыча меди, как и всякий способ добычи методом открытых карьеров, просто не может быть этичным», — утверждает Гонзалес.

Если бы это было где-нибудь в более солидном месте, люди бы начали протесты

«Она в высшей степени насильственна, она оставляет шрамы на ландшафте, она разрушает водный баланс и загрязняет землю и местные источники. Она разрушает одно из красивейших и уникальнейших мест в мире. Посмотрите на фотографию с изображением Акатамы до начала добычи, а затем посмотрите, в каком состоянии это место сейчас».

«Эту пустыню невозможно узнать с воздуха — исчезли оазисы, исчез животный мир, исчезли водоемы. Это слишком дорогая плата».

Водная проблема настолько обострилась в этом уголке мира, что даже «Би-Эйч-Пи Биллитон» и «Рио Тинто» со всеми своими средствами и ресурсами не могут дальше выжимать из почвы то количество воды, которое требуется для обеспечения нужд рудника. Недавно они вложили 150 миллионов фунтов в опресняющую установку в Эскондиде. Ее назначение — качать морскую воду из Тихого океана на расстоянии 125 миль и на 10000 футов вверх для обеспечения рудника.

Мигель Штуцин, президент «Коуд», старейшей организации Чили по защите окружающей среды, говорит: «Это лишь кажущееся разрешение нашего водного кризиса, а подумайте, каков будет ущерб по отношению к побережью и предгорью Анд, нанизанному на этот трубопровод, и каким образом он восполнит всю ту воду, которую в регионе использовали на нужды этих рудников? Вернет ли это жизнь в заброшенные города? Конечно нет».

В здании на 56-й Лиднхол Стрит, что в центре Лондона, царит напряженная атмосфера. Вокруг красных кожаных скамееек, расставленных кольцом диаметром приблизительно 20 футов, прижимая телефоны к ушам, стоят трейдеры. По понедельникам в 11.45, как только начинается движение в древней системе Лондонской Биржи Металлов, разверзаются врата ада. Согласно многовековой традиции торги проходят с пятиминутными интервалами.

125-мильный трубопровод от рудника прорубил просеку через Мадагаскарские леса.

Стартует алюминиевый сплав, затем олово, первичный алюминий, медь, свинец, цинк, никель и, наконец, пластик. Вот где устанавливается цена на медь и никель в наших монетах. Невероятная сумма в 25 миллиардов фунтов кочует здесь из рук в руки каждый день. На этой бирже продается большая часть меди, добытой в Атакамской пустыне.

Согласно отчету Королевского монетного двора за 2008 г., выбор всех поставщиков меди и никеля происходит на открытой Лондонской бирже металлов, куда анонимно свозят сырьё из разных уголков планеты. Королевский монетный двор — один из самых крупных британских закупщиков меди и никеля.

Ежегодно на нем выплавляется 20000 тонн медных и никелевых сплавов и выпускается три миллиарда монет. Британские монеты примерно на 75% состоят из меди и на 25% — из никеля. Учитывая, что Чили принадлежит 24% мирового запаса меди, в наших монетах обязательно есть часть металла из упомянутых рудников.

Мы задали Королевскому монетному двору вопрос, принята ли у них политика этического подбора ресурсов, и могут ли они нам сообщить, откуда поступают металлы.

Их представитель сказал: «Королевский монетный двор очень серьезно относится к выбору поставщиков сырья. В рамках нашей готовности принять обязательства Королевский монетный двор в прошлом году вступил в „Седекс“ — биржу по обмену этической информацией о поставщиках, представляющей собой организацию предприятий, нацеленных на постоянное улучшение этических показателей в своих каналах поставок».

Фактически, «Седекс» — это нечто большее, чем добровольное объединение компаний, которые выразили готовность решать проблемы этического выбора поставщиков.

Фиона Мусана, руководитель отдела по связям организации «Гринпис» в Африке, утверждает, что без надлежащих действий это бессмысленно, и что Королевский монетный двор должен выйти из тени и поведать, насколько грязными являются наши деньги.

«Медные и никелевые карьеры прорывают чудовищную и невосстановимую трассу через один из самых девственных диких лесов на планете. То, что Королевский монетный двор не подходит к выбору поставщика металлосырья с этической стороны — одно из наиболее вызывающих проявлений пренебрежения в современном обществе».

«Тот факт, что вещь, которая находится у нас в повседневном обращении — деньги, которые мы тратим, чтобы делать покупки этично, покупать продукты без химических добавок — на самом деле сама по себе безнравственна, этот факт шокирует потребителя, и Королевскому монетному двору следовало бы опубликовать информацию о том, откуда они получают металл, если они сами знают, откуда. Но ясно одно, если взглянуть на производственные обзоры, главной целью этой организации, кажется, является прибыль».

Ключевой вопрос: нам требуется так много монет? Другие страны сокращают расходы на мелкую монету. В 2006 г. в рамках инициативы «Перемена к лучшему» («Change for the better» — также означает «Мелочь в обмен на лучшее») в Новой Зеландии отказались от пятицентовых монет и значительно урезали размер и вес 10-, 20- и 50-центовых монет.

Одна из наиболее сложных задач для Королевского монетного двора это закупки не только меди, но и никеля, который придает монетам их серебряный отлив. Потрясенная дефицитом в Конго и в России, никелевая промышленность находится в лихорадке, но открытие залежей металла в тропиках Мадагаскара придало надежды на то, что эту брешь можно залатать. Но новый никелевый рывок на Мадагаскар приносит с собой опустошение.

Фиделиз, 4 года, посреди экскаваторов, которые разрушили его дом на Мадагаскаре чтобы проложить трассу трубопровода для рудника.

Со стороны Индийского океана на запад приходит сильный дождь вместе с тем, как низкое серое облако покрывает горные склоны густым холодящим туманом. Мои сапоги по самые края утопают в густой красной земле, запекшейся и липкой, как комки ссохшейся крови.

Вода и грязь повсюду: стекают по шее, вдоль колючих стволов окружающих нас и выглядящих смертельно-опасными кустарников и деревьев, по мосту нашего забуксовавшего лэндкрузера, который брошен за шесть миль до этого места на всё том же страшном и неприветливом пути, по которому мы прошли, чтобы не встретиться с отрядами охранников, прочесывающими сельву.

Неожиданно с далекого горного хребта доносится дикий звук, что-то между истерическим хохотом и воем призрака, похожее на китовый стон.

«Мадагаскарский лемур индри запел», — говорит проводник. Звук парит над нами с крон тропического леса и доносится с высоты 150 футов.

Когда-то причитающая песнь индри, самого крупного лемура, слышалась с каждого горного хребта в восточной части Мадагаскара. Сейчас их осталось около 1000 особей. По мере прохождения по лесной тропе наш проводник издает громкие хрюкающие звуки, имитируя зазывные сигналы лемуров, и мы видим одного из них, как вспышку — без хвоста, черно-белого, с крупными пушистыми ушами. Лемуры обитают только на Мадагаскаре, острове, который, известен многим по одноименному мультфильму. Уже то, что мы увидели одного лемура примечательно само по себе.

Мы находимся в тропическом лесу Амбатови недалеко от города Андисабе, центральный Мадагаскар. Перед нами прямо по девственному лесу простирается шрам 80 футов в ширину, который напоминает четырехполосное шоссе. Поодаль длинные очереди бульдозеров заняты строительством никелевого рудника с бюджетом 3 миллиарда фунтов стерлингов — самого крупного в мире и находящегося в собственности канадской компании «Шерритт».

Мы первые из иностранных журналистов, кому удалось попасть в эту часть леса, проделав изнуряющий многочасовой путь по бороздам грязи. Чтобы оценить масштаб этого разрушения нам пришлось больше десяти часов идти пешком.

Чтобы доставлять сюда воду, «Шерритт» строит крупный и высокотехнологичный трубопровод. Мы идем вдоль него и нам страшно смотреть, как он кромсает чахнущую естественную среду обитания индри. Когда трубопровод дойдет до болот на западе Мадагаскара, редкие ядовитые лягушки тоже лишатся своего дома.

На развитие горнодобывающего сектора Мадагаскар бросил все свои силы. Большое количество местных неразведанных ископаемых привлекает многие иностранные компании: «Рио Тинто» и «Шерритт» действуют здесь очень активно. Современные клондайки расползаются по всей стране, переворачивая с ног на голову традиционное общество и угрожая обезобразить остров, биоразнообразие которого помогло ему заслужить репутацию «Ноева ковчега» в Индийском океане.

Жители деревни Аланале, вынужденные покинуть дома вследствие строительства 200-километрового трубопровода от рудника Амботови в центре восточной части Мадагаскара.

Местный борец за сохранение животного мира Рейнер Долх, представляющий мадагаскарскую группу защиты окружающей среды «Мициньё», говорит: «Давайте посмотрим на расположение рудника в перспективе. Около 90 процентов всего, что обитает здесь, эндемично — не встречается больше нигде».

«Продолжая в данном контексте — у Британии от 30 до 40 видов исконно произрастающих на ее территории деревьев, эндемичного ни одного; на Мадагаскаре их, по меньшей мере, 4200. Почти 12000 разновидностей растений. Это не только какие-то определенные виды, это целые классы. 80 различных видов хамелеонов, половина мирового количества, а также большинство видов орхидей планеты».

«Флора на Амбатови, где зияет гигантская дыра рудника, уже была в числе влажных лесов Мадагаскара, над которыми нависла угроза уничтожения. Реальность в том, что „Шерритт“ сейчас скрываются с поля зрения — в начале у них всё было очень прозрачно, приглашали консультантов из разных неправительственных организаций, но когда получили все разрешения, всё ушло в подполье. Сейчас они творят, что хотят».

«Шерритт» заявляют, что они пытаются сделать строительство 125-мильного пульповода через тропические леса и часть реликтовых мадагаскарских болот как можно более безболезненным для животного мира. Компания утверждает, что ее цель — не наносить «чистого вреда» среде обитания животных и не вызвать «потерь видов» в лесах. Они тратят миллионы долларов на чрезвычайные меры сохранения окружающей среды, в том числе на «лемурьи переходы» (деревянные конструкции, дающие лемурам возможность безопасно переходить через дорогу или трубопровод) и «замещающие леса», чтобы компенсировать леса, уничтоженные на месте рудника.

Мартин, 74 года, с внуком возле того места, где был их дом, ныне разрушенный, чтобы освободить место под прокладку 200-километрового трубопровода в центральной части на востоке Мадагаскара.

Но Долх отметает эти усилия как «попытку прикрыть свою задницу зеленым листком». Он говорит, что данный сырьевой проект не получил тщательного анализа в независимых научных кругах. Он утверждает, что вместо этого правительство уповает на информацию, представленную самой компанией «Шерритт”. Уже получены доказательства заноса илом местной реки вследствие эрозии, вызванной новым трубопроводом.

«Неплохо бы спросить, почему правительство навыписывало экологических разрешений», — говорит он.

Но мишенью оказался не только животный мир. Внизу вдали от нас на горном хребте, возвышающемся над сельвой Амбатови, ёжатся вокруг костров жители деревни Нового Андасифаатело. Далее в долине, в унылом сумраке выстроилась дюжина желтых экскаваторов, сейчас их двигатели выключены. За этими железными чудовищами через тропический лес тянется широкая полоса нашинкованной красной почвы. На их пути стояла деревушка Старое Андасифаатело.

«Я прожил там 25 лет», — говорит житель деревни Мартин на языке Бетсимисарака. — «Мы оказались на пути рудника. Они поместили нас сюда, над рекой, и выстроили для нас небольшие деревянные хижины».

Местные утверждают, что «Шерритт» пообещали им возместить расходы и переселить их, но обещанные деньги не появились, и жители находятся в том же месте. Окружающий их дом пейзаж — это разруха. Исчезли их традиционные охотничьи угодья, засорены бульдозерным шламом их колодцы. На окраинах деревни дети зарываются ногами в густую красную землю; зыбучий ил от землеройных работ стал для них игровой площадкой.

«Мадагаскарцы для этой горнодобывающей компании стали легкоустранимым препятствием, особенно племена, которые пытаются всячески избежать давления и конфронтации», — рассказывает Нарина Рабарисон, президент ассоциации проводников экотуризма в близлежащем Андасибе. «Произойди эта катастрофа где-нибудь в более респектабельном месте, люди начали бы протесты и приковали бы себя к бульдозерам».

Далее, к северо-западу, в сторону въезда на территорию рудника, местные жители сообщают, что их колодцы загажены землеройными работами. Десятки людей страдают от диареи. Теперь местное население проходит лишнюю милю, чтобы достать воды, но берут ее из прежнего источника, единственного в районе.

У колодца Марианна зачерпывает воду, отправляет ее в рот и подносит к лицу сына. За последний месяц четверо соседских детей попали в больницу с отравлением.

«У меня не остается другого выбора, кроме как брать воду отсюда», — говорит она. Во время нашего разговора самая младшая дочь спускается к воде и зачерпывает ее ладонью себе в рот.

«Моей дочери шесть лет», — рассказывает Марианна. «Я привожу ее сюда каждый день с самого ее рождения, но самое несправедливое то, что, давая ей жизнь, я вынуждена отравлять ее».

Я вынимаю из кошелька фунтовую монету и смотрю на латинскую надпись на обрамлении монеты «Nemo Me Impune Lacessit». Никто не тронет меня безнаказанным. Когда я наблюдаю опустошение, расползшееся по этой удивительной стране, я мыслями возвращаюсь к разрухе, которую довелось повидать в Чили.

Прискорбно, что эти рудники и дальше будут отравлять жизнь тех, кто оказался на пути добычи никеля и тех, кто в Чили отчаянно ищет отобранную у них воду, если такие компании, как Королевский монетный двор, не начнут практиковать этический подход к закупкам сырья.

Монеты текут рекой — как КМД зарабатывает деньги

Королевский монетный двор не только производит 1,3 миллиарда монет для оборота по Британии, от 1 пенса до 2 фунтов, он также выпускает 2,7 миллиарда монет еще для 50 стран по всему миру: от евро до египетского пиастра и исландской кроны, что превратило КМД в самый крупный монетный двор в мире.

Это государственное предприятие и оно приносит огромный доход. Основная часть его прибыли заключается в выпуске специальных серий и драгоценных монет для нумизматов.

Еще одно подразделение занимается изготовлением медалей для королевских наград, и дело пошло вперед, благодаря внезапному спросу на медали в связи с иракскими и афганскими военными кампаниями. По словам Эндрю Стэффорда, управляющего Королевским монетным двором: «Здесь, в КМД, мы любим говорить, что мы делаем деньги для всех, и ни один монетный двор не сравнится с нами в экспорте на мировые рынки». Это не вызывает сомнений, ведь в прошлом году Королевский монетный двор заработал 8,2 миллиона фунтов стерлингов.

У него на службе 1000 человек персонала, он выплавляет 20000 тонн меди и никеля ежегодно, и, как результат, является одним из крупнейших закупщиков меди и никеля в современной Великобритании. В прошлом году производство в г. Ллантрисант увеличило сбыт до 160 миллионов фунтов.

На своем вебсайте и в глянцевых брошюрах компания рассказывает нам о долговечности их монет, защите от подделок и сохранении формы в течение десятилетий.

И, что более важно, Королевский монетный двор хвастает высокими стандартами и вековыми традициями мастерства и профессионализма. Но нигде никакого упоминания об этике выбора ресурсов.

Все статьи, книги и заметки, написанные выдающимися специалистами по менеджменту об управлении айтишниками, можно свести к двум предложениям: «Гики умны и креативны, но при этом они эгоцентричны, замкнуты, отрицают руководство и правила бизнеса, склонны быть жертвой, упрямы и тщеславны. Чтобы преодолеть эти неуправляемые поведенческие недостатки, вы должны делать первое, второе и третье».

«Первое, второе и третье» отличается и, как правило, противоречит друг другу от одного специалиста к другому, но снисходительный стереотип остается неизменным. Я не вполне уверен, что в этом есть какая-то польза. Поэтому, позвольте мне взять уже знакомую кисть и нарисовать новый портрет айтишников, обитающих где-то в глубине вашей организации.

В своей карьере мне приходилось оказывать немало консультационных услуг по аварийному восстановлению, и я имел дело с десятками организаций, переживающих свои не лучшие времена, когда высказывались довольно-таки неприкрытые суждения. Я слышал и все вышеупомянутые стереотипы, и стереотипы намного хуже, и кое-какие гневные высказывания. Чем в более скверной форме находится организация, тем чаще вы слышите, разбрасываемые кругом стереотипы. Однако мой личный опыт работы с ИТ-группами всегда был достаточно неплохим, я работал с айтишниками, к которым все эти негативные стереотипы просто неприменимы. Я всегда относил провалы ИТ-групп на счет неудачного найма и тонкого баланса этих самых гиковских стереотипов.

Тем не менее, в последнее время, я осознал, что идеально здоровые ИТ-группы с серьезными и уравновешенными профессионалами в соответствующих условиях могут и будут, тихо и не спеша, скатываться к такому поведению, которое порождает эти стереотипы. Оказывается, что стереотипными являются именно условия, а айтишники лишь логически на них реагируют. Другими словами, организации активно добиваются этого стереотипного негативного поведения.

Понимание того, почему айтишники так ведут себя, сделает работу с ними, среди них и в качестве одного из них, семой легкой работой в мире.

Все дело в уважении

Немногие это замечают, но уважение для ИТ-групп — это валюта их царства. Айтишники не разбрасываются этой валютой. Тот, кто, по их мнению, не стоит уважения, взамен будет получать профессиональную этику, дружеские манеры или признание авторитета. Получить уважение это не значит быть начальником, и никак не связано с тем, чтобы быть привлекательным или общительным, правильно разговаривать, есть или пахнуть, либо делать что-то еще, непосредственно несвязанное с работой. Доля уважения, получаемая кем-либо от айтишника, зависит от того, насколько терпим этот человек, когда дело доходит до непосредственного выполнения задач, а также насколько элегантны и практичны предлагаемые им решения. Айтишники всегда и непременно будут молча самоорганизовываться вокруг тех, кто облегчает работу, и чураться тех, кто ее усложняет, независимо от занимаемой должности.

Саморегулирующееся поведение возникает в мире айтишников естественным образом, потому что он населен людьми с навыками креативного анализа и упорядоченной аргументации. Врачи — наиболее близкая к ним профессия. Пусть в медицине ставки выше, но в обеих сферах требуется профессиональная компетенция, которую нельзя симулировать, и профессионализм, который могут оценить лишь квалифицированные коллеги. Думаю, что все хорошие айтишники на планете поклоняются доктору Хаусу (за вычетом его пристрастий).

Тогда как всем хотелось бы работать на милого человека, который всегда прав, айтишники предпочтут работать на гада, который всегда прав, чем на душку, который всегда не прав. Неправота создает ненужную работу, невыносимые ситуации и крупные провалы. Неправота зла, и должна быть разгромлена. Способность мыслить логически бьет все остальные профессиональные факторы, точка.

Фундаментальное уважение (снизу-вверх) — это не только единый крупнейший определяющий фактор, влияющий на успех ИТ-команды, но и самый игнорируемый фактор. Считаю, что можно предсказать успешность ИТ-группы, лишь оценив уровень взаимного уважения в ней.

Элементы стереотипов

Эго — по аналогии с хорошими врачами, айтишники понимают, что правильное проецирование своего эго порождает доверие и снижает сомнения. Так как образование айтишников не делает упор на работе с людьми, то в этой области всегда есть шероховатости. Эго в ИТ состоит из комбинации необходимой доли уверенности с не такой уж малой долей скептицизма. Дело не в том, чтобы быть правым ради того, чтобы быть правым, но быть правым ради того, чтобы сэкономить время, усилия и деньги, а также сохранить авторитет. ИТ — командная игра, поэтому правота или неправота одного члена команды немало влияет на других ее членом. В отличие от других отраслей, в ИТ коллеги могут значительно повлиять на карьеры членов всей команды. Безошибочность приносит уважение, уважение создает хорошие команды, а хорошие команды создают доверие и поддерживают авторитет посредством здорового проецирования своего эго. Сильные ИТ-группы рассматривают безошибочность как добродетель, а уверенность — как механизм ее подачи. Кроткие ИТ-группы, забитые противоречивыми правилами и отсутствием структурной опоры, просто не в состоянии добиваться перемен и продуктивности, на каждом шагу подкашиваемые клиентами, руководством или и теми и другими.

Менталитет жертвы — айтишники хорошо чувствуют логику, за это вы им и платите. Когда что-то не клеится, они склонны выражать свое мнение по этому поводу, и уровень реакции будет пропорционален абсурдности события. Чем больше бессмысленных вещей происходит, тем циничнее будут вести себя айтишники. Политика стандартной организации часто грешит этим, поэтому айтишников часто воспринимают как нытиков или людей с менталитетом жертвы. Руководство делает большую ошибку, полагая, что эту черту нужно искоренять. Как правило, айтишники жалуются на отсутствие логики и, как правило, тем, кого уважают. Если вы пренебрежительно относитесь к их жалобам, не осознаете нелогичность событий или ведете себя обманчиво, айтишники, скорее всего, прекратят вам жаловаться. Вы можете ошибочно принять это за поведенческое улучшение, когда на самом деле это демонстрация неуважения. Это значит, что с вами больше не стоит разговаривать, а это ведет к нарушению субординации.

Нарушение субординации — здесь не все так просто. Хорошие айтишники не столь анти-бюрократичны, как может показаться внешнему наблюдателю. Они анти-идиотичны. И разница здесь и субъективна и тонка. Хорошим айтишникам, требуется от них это или нет, приходиться работать и принимать решения практически без надзора сверху. Поэтому, когда нет жестких правил, а те, что есть — логичны, при этом руководство ориентируется на результат, оказывая поддержку и помощь, айтишники лояльны, открыты, заинтересованы и крайне общительны. Своевольный менеджмент или микроменеджмент, нелогичные решения, противоречивые правила, создание ненужной работы и запретительство повлекут за собой молчаливое, подрывное, практически злобное отношение в остальном отличных айтишников. Интересно, что ИТ-группы в таком режиме не распадаются. Снаружи все выглядит нормально, и работа по-прежнему выполняется. Но внутри, ИТ-группа или ее части, могут полностью отрезать себя от заданной управленческой структуры. Они могут работать над крупными проектами или управлять группой, полностью скрываясь в тени, при этом отвлекая внимание руководителей на различные мелочи. Они считают, что защищают не только организацию, но и свой авторитет, и в этом они, зачастую, правы.

Тщеславие — айтишники предпочтут принять хорошее решение, чем поставить его себе в заслугу. Единственное, что может заставить их искать признания, это опасность того, что член группы или руководства, угрожающий процессу, может получить признание за выполненную работу вместо них. Это оскорбительно. Если в вашей ИТ-группе много тщеславных, значит, существуют большие проблемы, из-за которых это происходит.

Замкнутость — это правда, что многие айтишники не имеют навыков общения, но это не значит, что они замкнуты. В общем и целом, им есть много, что сказать. Если вы хотите, чтобы айтишники принимали больше участия, вам следует разобраться с проблемами, описанными выше, а затем научить ваших сотрудников, как вести себя с айтишниками. Пользователям нужно кое-что напомнить, а именно:

Айтишники хотят мне помочь.
Я должен быть непредвзятым.
Айтишники — не мои личные консультанты, а мой рабочий компьютер — не мой личный компьютер.
У айтишников есть своя жизнь и свои интересы.

Как и все, айтишники общаются с теми, кто их уважает. Они перестанут участвовать в пикниках работников компании, если эти пикники превращаются в повод для всех рассказать о своих компьютерных проблемах, о которых они не удосужились сообщить раньше.

Как мы создаем стереотипы

Руководители часто не осознают того, что все принимаемые решения, которые отражаются на айтишниках, это технические решения. Не только некоторые решения, и не только детали решений, а все решения без исключения.

В ИТ невозможно отделить технические аспекты от деловых аспектов. Это одно и то же, они ограничиваются друг другом, при этом и то и другое ограничивается креативностью. Креативность — самый ценный актив ИТ-группы, и если его не поддерживать, это может стоить организации буквально миллионы долларов.

Большинство айтишников работают в организациях, не связанных с ИТ. Основная задача любой ИТ-группы — научить людей работать. Это может прозвучать авторитарно, но это не так. На фундаментальном уровне функция ИТ заключается в создании, поддержке и модернизации интегрированных систем, внутри которых решаются поставленные задачи. Вы можете не рассматривать веб-сервер в качестве интегрированной системы для решения задач, но, тем не менее, он автоматизирует процесс рекламы, продаж, информирования и приема клиентов, и если бы его не существовало, все эти задачи приходилось бы решать по-другому. Айтишники буквально учат и переучивают мир работать. Вот в чем их задача.

Когда вы осознаете задачу ИТ, то нетрудно понять, почему сослуживцы и руководители подвергаются столь жесткой критике согласно своим способностям способствовать этому процессу. Если кого-то приходится постоянно учить компьютерной грамотности, как только перед ним встает новая задача, то значит, он не может вносить свой вклад на самом фундаментальном уровне. Одно дело, когда такое исходит от сослуживца, и другое, когда люди, представляющие ИТ, не совсем понимают, как работает эта технология, и не могут донести это так, как подобает ИТ-группе, не могут поддерживать стабильность, приписывают себе работу членов группы, и т.д. Перед группой предстает огромная моральная проблема. Руководители ожидают компетентных советов от ведущего айтишника, но у них нет возможностей понять, получают ли они их. Вот в этом и кроется вся проблема.

Айтишники понимают, когда такое происходит, но выясняется, что к этому невозможно привлечь внимание. Когда их работе препятствует такая проблема, они выработают стратегию и поведение, помогающие ее обойти. Это неустойчивое состояние, но прежде чем все окончательно обрушится, могут пройти дни, месяцы или даже годы.

Что делать

Поэтому, если вы хотите получить действительно довольную, здоровую и ценную ИТ-группу, я могу порекомендовать только одно: проявляйте интерес. Айтишники будут работать до потери пульса для людей, которых они уважают, поэтому вы должны дать им для этого все причины.

Начать можно еще в процессе найма. Нанимая айтишника, представьте, что нанимаете доктора. А нанимая руководителя отдела ИТ, подумайте о найме главврача. У главврача должно быть несколько квалификаций, но первое и самое главное — он должен быть практикующим врачом. Кто решает, является ли врач врачом? Другие врачи! Так что если ваша ИТ-группа не присутствует за столом при найме своих начальников или коллег, то это уже наносит вред всему процессу.

Отдавайте предпочтение технической компетенции и лидерским навыкам. Стандартные управленческие процессы практически бесполезны в ИТ-группе. Как говорилось ранее, если вы удачно наняли рядовых членов группы, то они уже знают, как управлять процессом. В отличие от многих отраслей, в большинстве ИТ-групп борьба идет не за то, как избежать работы, а за то, как выполнить задачу. Ради выполнения задачи айтишники могут сами себя организовать, дезорганизовать и перевернуть с ног на голову. Замысловатый, технически слабый коротышка, занимающийся микро-менеджментом, каким бы отполированным он не был, заброшенный в этот котел только для управления, получит от профессиональной ИТ-группы такую же реакцию, какую получит пятилетний ребенок от взрослого, которого он дергает за штанину.

Айтишникам нужен менеджер, который выслушает и даст общее направление. Лидерские качества и техническая компетентность должны присутствовать у каждого члена команды. Если вам нужен человек, который будет отслеживать ход проектов, составлять отчеты и работать с заказчиками, вы можете за гораздо меньшую зарплату нанять ассистентов.

Что касается проверок продуктивности, годовые обзоры бессмысленны без всесторонней (или 360-градусной) оценки. Такие вещи требуют больше времени, чем простой нисходящий обзор, но это время будет потрачено с пользой. Если вы внимательно прочли все, что я писал о поведении и организации ИТ-групп, то вы сможете посмотреть на свою ИТ-группу в ином свете, когда будете читать результаты ее всесторонней оценки.

И убедитесь, что все ваши менеджеры являются практикующими и обучаемыми. На таких должностях очень легко скользить по кривой, но, как и с врачами, практика и поддержка навыков — это единственный способ оставаться компетентным. В ИТ уважение и некомпетентность разделяются лишь сроком от шести месяцев до года.

И наконец, у руководителей в распоряжении должно быть несколько путей подхода к ИТ-команде. Если команда начинает фальшивить, то стоит разобраться и выяснить причины. Но вы никогда даже не узнаете, что такое происходит, если вашим единственным источником информации будет руководитель отдела ИТ. Периодически приглашайте ключевых айтишников на совещания, чтобы они могли понаблюдать за общими проблемами организации, даже если речь идет о вещах, не относящихся к миру ИТ, хотя бы для того, чтобы воспользоваться их высокочувствительными датчиками бреда. Хороший айтишник обучен выполнять поставленные задачи, и его навыки не обязательно ограничиваются только компьютерами. Кстати, из всех, кого я знаю, лучшие деловые решения принимают именно айтишники, при этом, даже не являясь менеджерами.

Как я говорил в самом начале, все дело в уважении. Если вам удастся выявить и поддержать тех людей и те процессы, которые приносят подлинное уважение айтишников, у вас будет великолепная ИТ-команда. Неподдельная заинтересованность в том, чтобы помочь айтишникам помочь вам — вот, пожалуй, самый умный ход для организации. Так вы получите довольных, абсолютно негиковых гиков.

***

ВНИМАНИЕ! Если хотите прокомментировать, то придется зарегистрироваться. Это не мания величия, а средство борьбы со спамом. Спасибо за понимание.

Криминалистику придумали не ученые, а, по большей мере, копы, ведомые лишь интуицией. По мере того, как распутываются сотни уголовных дел, многие установившиеся криминалистические методы попадают под удар. Посмотрим поближе на эту сомнительную науку, из-за которой за решеткой оказываются невинные люди.

11 января 1992 г. присяжные по делу об убийстве, обвиняемым в котором выступал Рой Браун (Roy Brown), заслушали показания стоматолога по имени Эдвард Мофсон (Edward Mofson). Для подтверждения своих полномочий доктор Мофсон заявил, что является дипломированным одонтологом-криминалистом, членом шести профессиональных организаций, и что он давал криминалистические консультации по всему штату Нью-Йорк. Затем он объяснил, что несколькими месяцами ранее его вызывали в морг округа Каюга, штата Нью-Йорк, для осмотра тела 49-летней Сабины Кулаковски (Sabina Kulakowski).

Труп Кулаковски был обнаружен пожарником-добровольцем на проселочной дороге приблизительно в 270 метрах от загородного дома, в котором она проживала, и который был сожжен той ночью дотла. Она была сильно избита, на ее теле были обнаружены ножевые ранения и множество следов от укусов. Браун был первым подозреваемым в совершении этого ужасного убийства. За неделю до преступления этот 31-летний пропойца был выпущен из тюрьмы, где находился по обвинению в том, что угрожал «истребить всех» в бюро социального обслуживания, где работала Кулаковски. По распоряжению социальной службы его дочь была направлена на патронатное воспитание. В добавление к этому мотиву, на суде окружной прокурор представил дополнительные косвенные улики, включая показания двух бывших жен Брауна о том, что он их избивал. Однако именно Мофсон, ныне покойный, стал основной деталью обвинения.

Мофсон показал, что семь следов от укусов, обнаруженных на теле Кулаковски, «в точности совпадают» с оттиском зубов Брауна. Это было единственной физической уликой, связывающей Брауна с этим преступлением. Несмотря на то, что эксперт со стороны защиты оспорил показания Мофсона, присяжные признали Брауна виновным в убийстве второй степени. Его приговорили к 25 годам тюремного заключения.

Годы шли, и мало кто прислушивался к крикам Брауна о своей невиновности, раздающиеся из его камеры в исправительном учреждении «Эльмира», но потом удача неожиданно улыбнулась ему. Сгорел дом его отчима, унеся с собой все судебные документы. Чтобы восстановить их, Браун подал открытый запрос о выдаче документов в управление округа. Шериф, который занимался запросом Брауна, по ошибке отправил ему все следственное дело целиком, которое обнаружило еще одного подозреваемого: Барри Бенч (Barry Bench), пожарник, нашедший тело Кулаковски. Брат Бенча встречался с Кулаковски, но их встречи прекратились за два месяца до убийства, и, как говорят, Бенчу очень не нравилось, что она продолжала жить в их семейном загородном доме. В 2003 г., за день до Рождества, Браун отправил Бенчу письмо, в котором писал о своем намерении добиться анализа ДНК: «Присяжные могут ошибаться», — писал он. Но «ДНК — это создание Бога, а Бог не ошибается». Вскоре после получения письма Бенч покончил с собой, прыгнув на рельсы перед пассажирским поездом. Анализ ДНК подтвердил виновность Бенча в убийстве Кулаковски, и Брауна освободили.

Может показаться, что ошибочное опознание, отправившее Брауна в тюрьму на 15 лет, представляет собой лишь редкий сбой системы уголовного правосудия США. Но это не так. Благодаря тому, что анализ ДНК позволил пересмотреть доказательства прошлых дел, полученные в результате биологической экспертизы, было отменено более двухсот обвинительных приговоров. Более чем в половине этих дел приговор основывался на криминалистическом анализе.

По телевидению и в кино эксперты-криминалисты распутывают сложнейшие дела при помощи научной проницательности, ультрасовременных технологий и чертовского упорства. Наивное изумление, возникающее при просмотре всего этого, породило новый правовой феномен медиа-эры, известный как «эффект расследования на месте преступления». Присяжные регулярно наделяют уверенных научных экспертов практические мифической непогрешимостью, потому что те напоминают им отважных героев детективных сериалов. Однако реальный мир криминалистики совсем не таков. Судебные лаборатории Америки перегружены, недоукомплектованы и находятся под огромным давлением прокуроров, требующих результаты. Согласно исследованию, проведенному Министерством юстиции в 2005 г., в среднем судебная лаборатория отстает на 401 заявку, не успевая их обрабатывать. Кроме того, несколько городских и государственных отделов судебной экспертизы были уничтожены скандалами на основании неправильного обращения с уликами и открытого мошенничества.

Тем не менее, более глубокая проблема криминалистики — ее общая правомерность. Следы укусов, характер разбрызгивания крови, баллистика и волосы, анализ волокон и почерка — все это звучит так заманчиво в зале суда, но большая часть «научности», стоящей за криминалистикой, покоится на удивительно шатком фундаменте. Многие авторитетные формы доказательств являются продуктом весьма субъективного анализа, выполненного людьми с минимальным образованием. Согласно информации Американского общества директоров криминалистических лабораторий, для того, чтобы сделать карьеру в криминалистике, не требуется никакой ученой степени. И даже наиболее опытные и уважаемые профессионалы могут делать ошибочные выводы, потому что предмет исследования большинства отраслей криминалистики неполон, а принятые методологии, зачастую, неточны. «Здесь нет научного основания», — говорит профессор правоведения университета штата Аризона Майкл Сакс (Michael Saks). «Стоит копнуть поглубже, и вы увидите, что там полно нескладухи».

Неудивительно, что движение, выступающее за реформирование судебно-экспертной системы США, набирает обороты. Ряд досадных провалов даже на высших уровнях правоохранительной системы подлил масло в огонь. После взрыва поезда в Мадриде в 2004 г. сотрудники ФБР арестовали юриста из штата Орегон Брэндона Мэйфилда (Brandon Mayfield) и две недели продержали его в тюрьме. Арестован он был на том основании, что его отпечатки пальцев совпали с отпечатками, обнаруженными на мешке с детонаторами, найденном недалеко от места преступления. Однако, как выяснилось позже в ходе расследования, проведенного Министерством юстиции, компьютерная программа ФБР, анализирующая отпечатки пальцев, указала не на совпадение его отпечатков с отпечатками подозреваемого, а на «весьма близкое несовпадение». За неимением каких-либо статистических данных относительно того, насколько редки случаи подобного сходства, следователи быстро убедили себя, что Мэйфилд и есть главный подозреваемый.

В следующем 2005 г. Конгресс поручил Национальной академии наук (НАН) исследовать состояние криминалистики в правоохранительной системе США. Результатом исследования стал гневный отчет, вышедший в феврале этого года, указывающий на «серьезные недостатки» государственной системы криминалистики и выступающий за необходимость больших реформ. Особо в нем подчеркивался тот факт, что ни одна криминалистическая дисциплина, помимо анализа ДНК, не способна «с достаточной долей уверенности» связать улики с подозреваемым. Вывод напрашивается сам собой: возможно, еще много Роев Браунов сидят сейчас за решеткой, обвиненные на основании халтурной науки. Есть еще и другая сторона медали: много плохих парней, которые должны быть в тюрьме, по-прежнему гуляют на свободе. В ходе изучения случаев оправдания заключенных по результатам анализа ДНК, проведенного проектом «Невиновность», выяснилось, что настоящие преступники были найдены в 103 случаях, что составляет приблизительно половину всего объема исследования. При этом, во всех случаях, кроме одного, преступник совершил, по меньшей мере, одно серьезное преступление после того, как в тюрьме оказался невинный человек.

Из-за ошибочных судебных доказательств Рой Браун треть своей жизни провел в тюрьме за убийство, которое не совершал.

Научный метод является определяющим в нашем понимании физического мира. Исследуй вопрос, выработай гипотезу, испытай гипотезу, проанализируй данные и затем опубликуй результаты для их оценки коллегами — для ученых этот процесс носит священный характер. Однако криминалистику создали не ученые. Ее создали копы, зачастую ведомые только лишь интуицией, в поисках надежных способов сопоставления улик с показаниями против подозреваемых. Исследование, проведенное ими, очевидно, концентрировалось на поисках новых методов заключения преступников в тюрьму.

В научном сообществе юридические науки получают сравнительно слабый поток федерального финансирования. В 2007 г. Национальный институт юстиции получил 21 грант на криминалистические исследования (не считая ДНК) общим размером 6,6 млн. долларов; Национальные институты здравоохранения получили 37 275 грантов общим размером 15 млрд. долларов. А без обилия статистически подкрепляемых исследований в поддержку своих доказательств судебным экспертам приходится полагаться на собственную интуицию и опыт коллег. «Нельзя взять несколько случаев из практики и сказать «О, с этими людьми это сработало. Наверное, это надежный способ», — говорит Карен Кафадар, профессор статистики университета штата Индиана и член комитета НАН. «Это же не двойное слепое плацебо-контролируемое исследование методом случайной выборки».

Ошибки ФБР в деле о взрывах в Мадриде особенно удивляют, потому что подвергают сомнению один из золотых стандартов средств доказывания — отпечатки пальцев. В последнее время судебные эксперты всерьез обеспокоились точностью «анализа папиллярных гребней», который является фундаментом идентификации отпечатков пальцев. Считается, что отпечатки пальцев уникальны, но процесс их сопоставления не имеет статистически достоверной модели. Судебные эксперты, как правило, работают в неидеальном мире, где отпечатки, взятые в полицейском участке с помощью чернильной подушки, сравниваются со смазанными и фрагментарными отпечатками, оставленными на месте преступления. Тем не менее, как пишет профессор правоведения Калифорнийского университета из Лос-Анджелеса Дженифер Мнукин (Jennifer Mnookin): «Эксперты по отпечаткам пальцев в большинстве своем дают показания на языке абсолютной уверенности».

В ходе исследования, проводимого в 2006 г. университетом Саутхемптона в Англии, шестерых ветеранов-дактилоскопистов попросили изучить отпечатки, взятых из реальных уголовных дел. Экспертам не сказали, что они уже изучали эти же самые отпечатки ранее. Исследователи хотели узнать, может ли контекстная информация — например, к некоторым отпечаткам прилагалось примечание, что подозреваемый уже сознался — повлиять на результаты. Однако эксперимент открыл гораздо более серьезную проблему: результаты анализа дактилоскопистов оказались непоследовательными, независимо от контекста. Лишь двое из шести экспертов сделали такое же заключение, как и в первый раз.

У баллистики имеются те же самые недостатки. Будучи частью анализа следов, оставляемых инструментом на обрабатываемой поверхности, баллистическое сличение основывается на теории о том, что когда пуля выстреливается, ствол оружия оставляет на ней уникальные следы. Таким образом, на двух пулях, выстрелянных из одного оружия, должны остаться идентичные следы. Тем не менее, принятых стандартов относительно того, при каких условиях следы на пулях можно считать идентичными, не существует. Присяжным приходиться доверять показаниям экспертов. «Ответ „Я смогу распознать это, когда увижу“ считается приемлемым», — говорит Адина Шварц (Adina Schwartz), профессор правоведения и специалист в области баллистики из колледжа уголовного права имени Джона Джея.

Сомнения вызывают не все криминалистические дисциплины

Методы, произошедшие из органической химии и микробиологии, имеют более прочный научный фундамент. Например, хроматография, метод разделения сложных смесей, позволяет определить присутствие химических веществ в жидкостях организма — важное доказательство в делах о наркотиках. Анализ ДНК не только установил новый научный стандарт судебного доказательства, он также продемонстрировал, что настоящая наука быстро не делается.

Структура двойной спирали ДНК была открыта в 1950-х, но лишь спустя 30 лет анализ образцов достиг такого уровня, что его стало возможно применять для положительной идентификации. В 1987 г. сексуальный маньяк по имени Томми Ли Эндрюс (Tommie Lee Andrews) стал первым человеком в США, осужденным при помощи анализа ДНК. Тем не менее, еще несколько лет в научных кругах продолжались исследования и споры о том, что следует считать удовлетворительным совпадением. Технология, появившаяся в результате, была широко принята и при этом она поддается количественному выражению (при самом современном анализе вероятность случайного совпадения ядерной ДНК двух посторонних людей составляет один к квадрильону).

Однако, анализ ДНК составляет менее 10% всех дел экспертно-криминалистических лабораторий США. Дальнейшая цель, и все с этим согласны, состоит в том, чтобы и вся криминалистика получила более твердый научный и статистический фундамент. В этой области уже ведется многообещающая работа: Шаргур Шрихари (Sargur Srihari), специалист в области распознавания образов из университета штата Нью-Йорк в Буффало, разрабатывает программу, которая поможет количественно определить точность совпадения отпечатков пальцев. А Николас Петрако (Nicholas Petraco), химик и математик из «Джона Джея», работает над базой данных микроскопических следов и вмятин, чтобы придать процессу идентификации инструментов взломщика статистическую значимость.

Авторы отчета Академии наук рекомендуют создать новый независимый институт — Государственный институт криминалистики, который бы стал главным органом, ответственным за финансирование исследований, а также за стандартизацию следственного материала и аттестацию экспертов-криминалистов. При правильном функционировании подобной системы, присяжные слушали бы только аттестованных в своей области экспертов, работающих в аккредитованных лабораториях.

Не исключено, что в результате тщательной и серьезной научной работы такие дисциплины, как дактилоскопия и баллистический анализ, имеющие большую историю и огромное количество образцов, превратятся в более надежный стандарт следственного материала. Однако многие другие криминалистические дисциплины можно охарактеризовать, как менее надежные. Следы укусов, опечатки ног, следы шин, почерк, кровавые пятна и прочие формы анализа, страдающие от обилия запутывающих неизвестных, в итоге могут служить лишь в качестве исключающих или условных подтверждающих улик. Некоторые виды доказательств могут полностью дискредитироваться. Именно это произошло с анализом образцов голоса и анализом свинца пуль, которые были популярны, пока соответствующие исследования не продемонстрировали существенный процент ошибок.

Реакция криминалистического сообщества на возрастающую критику неоднозначна. Некоторые чувствуют себя оскорбленными и называют это «пропагандой» адвокатов и снобизмом академиков. Дин Джиламас (Dean Gialamas), президент Американского общества директоров криминалистических лабораторий, утверждает, что у большинства методов есть «твердый научный фундамент», даже если они и не подвергались таким прикладным исследованиям, которые нужны, чтобы удовлетворить критиков. Он также замечает, что его организация давно выступает в защиту стандартизации и более строгих этических правил, чтобы наемники не могли засорить залы суда ложными показаниями. В конечном счете, Джиламаси и большинство экспертов уверены, что их методы будут обоснованы дальнейшими исследованиями. Даже те, кто критикуют сегодняшнюю систему, соглашаются, что криминалистика должна оставаться ключевой деталью правопорядка. «Давайте лишь будем делать это как можно тщательнее и честнее», — говорит Сакс.

Потребуются годы, чтобы совместить строгость научного метода с потребностями и порядками судебной системы. А тем временем сомнительная криминалистическая наука будет и дальше перевешивать чашу весов правосудия. Неверные решения, принятые в зале суда, могут погубить жизнь невинного человека. Двадцать лет назад такое случилось со Стивеном Барнсом (Steven Barnes). Тогда ему было 23, он был обвинен в изнасиловании и убийстве шестнадцатилетней девушки. Его никогда не арестовывали раньше, и он был уверен, что его отпустят. Однако, судебный эксперт Илэйн Паглиаро (Elaine Pagliaro) показала, что исследовав при помощи микроскопа два волоса, обнаруженных в пикапе Барнса, она установила их сходство с волосами пострадавшей. Также она заметила, что образцы почвы, взятые с машины, совпадают с землей на месте преступления, и что даже характерный узор джинсовой ткани одежды пострадавшей совпадает со следом, обнаруженным на его автомобиле.

Преимущественно из-за ее показаний Барнс был приговорен к 25 годам тюремного заключения. В прошлом году он прошел анализ ДНК и был освобожден. Он никогда не выходил в интернет и не пользовался сотовым телефоном, а его девушка, которая сначала хранила ему верность, когда он сел в тюрьму, давно вышла замуж. В интервью нашему изданию Барнс сказал, что изо всех сил старается не поддаваться обиде и ожесточению, даже по отношению к присяжным. «Наверное, они думали, что она [Паглиаро] знает, о чем говорит».

Паглиаро, опытный аналитик полиции штата Коннектикут, недавно приняла участие в написании книги под названием «Реальный мир криминалиста». «По-моему, такое критическое отношение только на пользу», — говорит она. «Очень важно, чтобы люди имели реальное представление о том, на что способна эта наука». Что касается дела Барнса, дело не в неправильности ее показаний, а в том, что все они основывались на статистически неподтвержденной науке. «Ужасно осознавать, что кто-то провел все это время в тюрьме», — говорит она. «Все что ты можешь сделать, это оглянуться назад и спросить: «Сделали ли мы все, что могли?».