Make me unsee it!

Лотерея, типа

2011-05-29T01:43:00.000-07:00

http://roman-zhigun.livejournal.com/22259.html

My video on YouTube

2011-03-20T16:08:00.000-07:00

My video on YouTube

2011-03-19T13:28:00.000-07:00

My video on YouTube

2011-03-19T13:27:00.000-07:00

My video on YouTube

2011-03-19T13:26:00.001-07:00

My video on YouTube

2011-03-19T13:25:00.000-07:00

My article on the Echo of Moscow

2011-03-19T13:22:00.000-07:00

Эта статья была опубликована на сайте радиостанции Эхо Москвы 3 марта 2011 года, где ее прочитали более восьмисот человек.

Однако интересным с точки зрения круглых цифр оказался 2011 год. На этой неделе подряд празднуются два юбилея. Второго марта исполнилось 80 лет первому и последнему Президенту СССР, знаменитому советскому реформатору, Михаилу Сергеевичу Горбачеву. Третьего марта исполняется 150 лет крестьянской реформе — первой и самой знаменитой из Великих реформ Александра II.
Далее в этом году нас ждут весьма скорбные даты. Уже 13 марта будет 130 лет со дня убийства царя-освободителя Александра Николаевича. А 14 сентября — ровно 100 лет со дня покушения на автора масштабных реформ начала XX века Петра Аркадьевича Столыпина.
Как россияне через сто лет будут вспоминать 2011 год? Какими запомнятся россиянам реформы медведевской эпохи (кстати, 2 марта — ровно 3 года со дня избрания Дмитрия Анатольевича на должность Президента РФ)? Да и будет ли вообще актуален через сто лет термин «россияне»? Вынужден сказать банальность: судьба нашей страны решается именно сейчас и именно сегодня. С вашего позволения, вновь затрону проблему отечественного образования.
Реформы, проводимые сейчас Минобрнауки под руководством Андрея Фурсенко, в своей совокупности направлены на то, чтобы сломать прежнюю советскую систему образования — не отвечающую, по мнению чиновников, требованиям современности. Что нам предлагается взамен?
В случае со школьным образованием — бесформенный и бессмысленный набор абстрактных идей, не имеющий не только практического приложения к реальности, но и даже вменяемого отображения на бумаге.
В случае с высшим образованием — это серьезное урезание, под прикрытием декларируемого соответствия западным стандартам. Мало того, что при этом копируются именно худшие западные черты, так еще и ВУЗы обязывают — без какой-то видимой причины — подстроиться в течение считанных лет под систему, которая складывалась в Европе ни много ни мало девять веков. Если кому-то не совсем понятно, о чем идет речь, то я говорю навязываемой нам системе бакалавриата — крышке гроба отечественной академической науки.
Мне, студенту, изучающему исторические и смежные дисциплины при Институте всеобщей истории РАН, очень бы хотелось подробно остановиться именно на вузовской реформе, но, увы, ни как не попадется нужный информационный повод. Да и б-мерзкая реформа уже давно принята, так что торопиться некуда. Вернемся к школе.
Если заведомо исключить вариант целенаправленного вредительства со стороны ведомства господина Фурсенко (хотя это первое, что приходит на ум), то надо признать — в Министерстве образования нет адекватного представления о целях и задачах образования, извините за вынужденную тавталогию.
Воспитание патриотизма, прививание любви к Родине — все это откровенная туфта и демагогия. Само слово «воспитание» актуально только для детского сада. У образования — школьного, вузовского, послевузовского — есть одна конкретная задача: подготовить стране кадры. Пишу крупными буквами: ПОДГОТОВИТЬ СТРАНЕ КАДРЫ.
Россия, в отличие, например, от США, является страной с очень низким уровнем жизни. Нашей стране нечем привлечь специалистов из-за рубежа. Единственное, на что мы можем рассчитывать, — это наши собственные людские ресурсы, это кадры, взращенные в нашей стране. Если мы, конечно, не хотим вернуться в каменный век.
Между прочим, то, чего не понимают или не хотят понять реформаторы XXI века, прекрасно понимали в Советском Союзе. Ведь не из-за какого-то особого человеколюбия СССР обеспечивал своим гражданам лучшее в мире школьное и вполне приемлемое высшее образование. Не из-за какого-то особого человеколюбия советским студентам платили стипендии, в отдельных случаях достигавшие 50% от средней заработной платы (вам обращена эта реплика, господин Дворкович!). Просто советское руководство осознавало — для построения сверхдержавы нужны подготовленные кадры в самых различных отраслях.
Образование — это не услуга, которую государство предоставляет своим гражданам (якобы бесплатно — на самом деле за счет наших налогов). Образование — это объективная необходимость, такая же, как, например, армия или полиция.
Суть советской системы образования была в том, что, окончив школу, советский подросток обладал таким объемом гуманитарных, технических, и естествонаучных знаний, который позволял ему выбрать любой ВУЗ, то есть в дальнейшем освоить любую профессию. Да, при СССР школьники и студенты испытывали очень серьезные нагрузки, но зато спецы именно советской закалки сейчас ценятся в западных странах.
У советской системы образования были другие ощутимые недостатки. Это чрезмерная идеологизированность и ограничения для учащихся по национальному признаку. Однако оба эти недостатка уже были успешно преодолены в 90-е годы. Я учился в школе по великолепной советской системе, из которой вся идеологическая мишура была просто убрана — не в ущерб изучаемым предметам. Я не слышал ни об одном случае в российской практике, чтобы национальность стала преградой на пути получения знаний.
Вернемся к тому недостатку, о котором так любят разглагольствовать российские политики, — высоким нагрузкам для учащихся. Больше всего мне тут запомнился Владимир Жириновский, недавно заявивший: «Лучше наши дети будут тупыми, чем больными». Я всего лишь напомню, что Владимир Вольфович Жириновский, все нынешние политики и руководители различных ведомств получили отличное советское образование. Готовы ли они расписаться в том, что все они больные люди?
Да, та, еще советская система, при которой учился я, была довольно-таки изматывающей. Однако, как вчерашний школьник, могу заявить: ситуацию могли бы исправить элементарные компенсационные меры. А именно — бесплатные для каждого ученика завтраки и обеды, введение и обеспечение соблюдения санитарных требований к школьной мебели, освещению. В конце концов, если мы так любим копировать все с запада, то почему бы не ввести западную практику двойных комплектов учебников (это когда ученику не приходится носить учебник с собой в школу)?
Ну, еще я как-то писал, что учась по советской системе, я учился по устаревшим советским программам. Но кто мешает дописать и исправить эти программы? Хотя, между прочим, пусть по окончании школы мои знания в большинстве дисциплин и были на уровне 1991 года, они все равно превосходили знания моих европейских и американских коллег в разы! Проверял лично…
В общем, господа, я хочу донести до умов как можно большего числа людей (желательно, чтобы среди них оказалась пара-тройка министров) одну очень простую вещь. Ломать систему образования (скорее даже добивать) — вместо того, чтобы внести разумные и действительно необходимые коррективы — это последнее дело. Образование — школьное, вузовское, послевузовское — это кузница КАДРОВ. А кадры решают все. Без кадров никуда — не будет не то что модернизации, нормальной жизни в нашей стране не будет. Будет Африка. Не обремененные лишними знаниями африканские дети выглядят очень здоровыми, правда?
Ну, и напоследок. Часто слышу заявления: «хватит нам давать людям образование, пусть на заводах работают». Ребят, ау, вы откуда? Откуда эти дореволюционные представления о том, что рабочий — это тупой дядя Ваня с кувалдой? В современном мире рабочий — это специалист с высшим техническим образованием, работающий со сложными автоматизированными системами. Поглядите, как обстоят дела с рабочими в Японии. У них там не только на чужие острова зариться умеют.

My article on the Echo of Moscow

2011-03-19T13:10:00.001-07:00

Эта рецензия была опубликована на сайте радиостанции Эхо Москвы 14 февраля 2011 года, где ее прочитали более трехсот человек.
Эта рецензия опубликована также на сайте kinoman.me.

Есть у меня такая особенность — я очень плохо переношу современные развлекательные фильмы. Ценитель работ Лукино Висконти и Стэнли Кубрика, я во время просмотра с друзьями очередного коммерческого боевика чувствую себя кулинарным критиком, изысканным гурманом, которого недоброжелатели заманили в чебуречную.
Однако бывают случаи, когда следует послать куда подальше собственный снобизм, когда нужно просто начать наслаждаться той «едой», которой тебя угощают, — вульгарно простой… но чертовски вкусной! «Зеленый шершень» — это как раз такой случай.
Стоит ли пересказывать сюжет фильма? Пожалуй, нет — дабы ненароком не отпугнуть потенциального зрителя. Ибо данная лента относится к столь презираемому в нашей стране жанру «супергеройского кино». Так что просто привожу официальную аннотацию:
«Сын медиа-магната «прожигает» свою жизнь в вечных пьянках и бесчисленных случайных связях. Но после неожиданной смерти отца он наконец осознает бесцельность своего существования и решает все изменить. Вместе с другом они становятся супергероями, которые борются с преступностью ее же методами, совершенно не считаясь с законом…»
Что ж, едва ли общую канву можно назвать оригинальной. Чего уж точно не скажешь об исполнении!
Нельзя не заметить, что у «Шершня» довольно-таки низкие рейтинги на крупнейших сайтах, посвященных кино. И это совершенно не удивительно. Публика желала, расслабившись, получить очередную порцию тупого «пиф-паф» и «ба-бах», но на деле фильм Мишеля Гондри (более всего известного благодаря хиту «Вечное сияние чистого разума») оказался… разговорным кино. От себя добавлю: отличным разговорным кино! И отличной эксцентрической комедией!
Разумеется, картина не лишена значительного числа экшн-сцен. Они весьма разнообразны и выполнены на высоком техническом уровне. В этих сценах в идеальной пропорции смешаны как очень неплохие режиссерские находки, так и привычные условности. Да-да, даже голливудские штампы играют на руку этому фильму. Противники не могут попасть в главгероев с пяти метров, главный злодей беседует с загнанным в угол персонажем ровно столько времени, сколько нужно его товарищу, чтобы придти на помощь, вражеская пуля, наконец, находит свою цель именно тогда, когда это «выгодно» сценаристу, — все эти моменты воспринимаются не как примитивизм, а как стеб над самим жанром.
Но, как я уже упомянул, отнюдь не экшн составляет основу и главную ценность фильма. Диалоги и гэги — вот ради чего стоит сходить на «Зеленого шершня».
Характеры персонажей проработаны отлично. Лучше всех, конечно, удался «главный плохой» с забавной фамилией Чудновски в исполнении Кристофа Вальца. Чудновски, словно подражая героям лент Квентина Тарантино, доводит зрителя до хохота своими долгими, монотонными и наигранно серьезными монологами. Ведь недаром Вальц играл главную партию в тарантиновских «Бесславных ублюдках»!
Однако стоит зрителю утомиться от чудаковатого и чудного Чудновского — тут же на сцену выходят уморительные Бритт Рид и Като — герои Сэта Рогена и Джея Чоу. За их кривлянием, за тем, как они просто разговаривают, можно наблюдать бесконечно. Тут слова бессильны, это просто нужно увидеть!
Лишь два обстоятельства подпортили впечатление. Во-первых, это, извиняюсь, совершенно несимпатичная и неинтересная Кэмерон Диас в главной женской роли. Во-вторых, это полный обман в плане заявленного 3-D. Трехмерными в фильме оказались лишь начальные и конечные титры. Тут уж остается лишь только простить создателей фильма.
Итог: отличная эксцентрическая комедия, которая придется по душе скорее даже любителям киноклассики (решившим отдохнуть от этой самой классики), нежели основным потребителям киношного «фаст-фуда».

8 из 10

My article on the Echo of Moscow

2011-03-19T13:06:00.000-07:00

Эта статья была опубликована на сайте радиостанции Эхо Москвы 6 февраля 2011 года, где ее прочитали более трех с половиной тысяч человек.

Пятого февраля сего года в здании Академии народного хозяйства прошел круглый стол «Пути и перспективы российского образования» в рамках международного симпозиума «Пути России». Дискуссия в основном была посвящена проекту нового образовательного стандарта, также высказывались мнения о том, как именно следует реформировать российскую школу.
Новый образовательный стандарт ожидаемо был осужден почти всеми участниками круглого стола. Многое было сказано именно по сути нового документа, что, признаться, меня приятно удивило.
Ведущий круглого стола Валерий Анашвили, директор Центра современной философии и социальных наук философского факультета МГУ, вполне четко обозначил проблему. По его словам, Министерство образования и науки — это бюрократическая структура, в которой работа над каждым новым документом ведется на протяжении продолжительного времени, и в эту работу вовлечено большое число людей. Значит, необходимо понять — «что двигало этими безумцами?».
Лично мне было очень интересно послушать выступление Дарьи Митиной, директора департамента стратегического анализа Фонда содействия развитию науки, образования и медицины, депутата Госдумы 2-го созыва. Во-первых, прозвучал весьма занимательный рассказ о том, как организована работа в Минобрнауки. Во-вторых, Дарьей Александровной была дана очень содержательная критика документа (5 мин 30 сек — рекомендую просмотреть видео до конца хотя бы с этого момента).
Дарья Митина – о новом образовательном стандарте

Также интересным оказалось выступление Бориса Кагарлицкого, директора Института глобализации и социальных движений. В нем он попытался дать ответ на важный вопрос: кому выгоден новый образовательный стандарт? По его словам, реформа выгодна в первую очередь российскому олигархату (конкретно называется фамилия Прохоров). С одной стороны, Борис Юльевич, конечно же, выступает с однозначно левых позиций. С другой стороны, если вспомнить инициативу того же Прохорова о введении 60-часовой рабочей недели, становится понятно, что мнение, высказанное Кагарлицким, по крайней мере имеет право на существование.
Борис Кагарлицкий – о новом образовательном стандарте

К сожалению, меня весьма разочаровала та часть дискуссии, в которой говорилось о том, что же действительно нужно делать с нынешней российской школой. Увы, в который раз пришлось наблюдать то, как разговор на столь важную тему отрывается от реальности и из прагматической плоскости переходит в плоскость философского дискурса. Поэтому считаю необходимым самому написать о школе — строго по существу и понятным русским языком.
Я, выпускник 2009 года самой обычной общеобразовательной московской школы, отношусь к тому воистину счастливому и, видимо, последнему поколению, которому удалось застать замечательную советскую школу, пусть и в сильно испорченном виде.
Учился я по старой доброй советской системе. В рамках этой системы обучение в школе делится на два этапа. Первый этап — 1-9 классы. Второй — 10-11 классы.
На протяжении первого этапа обучения ученик получает тот массив знаний, без которого само существование в современном обществе не представляется возможным. Недаром, согласно закону, первые девять классов являются обязательными для всех. С первого по девятый классы нет такого понятия как «ненужные предметы». Ибо вне зависимости от будущей профессии любой человек обязан владеть родным языком, знать историю своей страны, уметь производить элементарные математические расчеты и обладать определенным минимумом знаний об окружающем мире. Только отучившись в школе девять лет можно по-настоящему чувствовать себя комфортно в современном социуме.
Второй этап обучения нацелен на подготовку к поступлению в высшее учебное заведение. Все учащиеся делятся на два класса — класс с гуманитарным уклоном и класс с техническим уклоном. Оба класса имеют одинаковый список предметов, но у них по-разному распределены учебные часы и различается степень погружения в тот или иной предмет.
Важно то, что «технарям» не разрешают полностью отказаться от гуманитарных предметов, а «гуманитариям» — от технических. И это очень правильно — как минимум по двум причинам.
Первое. Тем, кто решил изучать технические дисциплины, так или иначе, нужны гуманитарные предметы для развития личности. Тем же, кто выбрал гуманитарные дисциплины, в любом случае необходимы технические предметы, развивающие логику.
Второе. Подростку зачастую очень тяжело сделать правильный выбор. В той системе, при которой учился я, возможность ошибки была заложена заранее. Даже если учащийся ошибся в выборе профиля, он все равно сохраняет возможность изучать внепрофильные предметы. Поэтому выпускник гуманитарного класса вполне может подтянуть технические предметы и поступить в технический ВУЗ. И наоборот. К слову, многие ребята из нашего выпуска именно так и поступили.
Таким образом, та советская система, в которой учился я, к 9 классу готовила полностью приспособленного к жизни человека, а к 11 классу готовила человека, готового к поступлению в ВУЗ, то есть готового к овладению профессией.
У этой системы есть два мнимых недостатка, о которых любят разглагольствовать горе-реформаторы, и один настоящий.
Первый мнимый недостаток: «такая школа совершает насилие над личностью, заставляя ребенка учить неинтересные предметы». Да, это действительно так. Но жизнь ребенка в принципе связана с насилием над его личностью. Родители заставляют его чистить зубы, есть овощи и ложиться вовремя спать. В данном случае целью насилия является не само насилие, а благополучие ребенка в будущем. То же самое и в школе. Меня учителя принуждали учить ненавистные алгебру и химию вовсе не из садистских побуждений, а за тем, чтобы я сейчас имел возможность использовать математические алгоритмы в процессе мышления, чтобы я не получал травм, обращаясь с кислотой или щелочью.
Второй мнимый недостаток: «в такой школе не уделяется внимания воспитанию ребенка». Признаюсь честно, лично я с удовольствием оборвал бы одно место тому, кто ввел тезис о том, что школа должна кого-то воспитывать. Поймите, школа — это конвейер. Через каждого учителя еженедельно проходит около сотни учеников. Ему некогда воспитывать каждого из них. Ему некогда «находить индивидуальный подход». Учитель обязан успеть в определенный промежуток времени обеспечить учеников определенным набором знаний. Школа не обязана заниматься воспитанием. Она обязана на первом этапе обучения дать знания, необходимые для нормальной жизни, на втором этапе — необходимые для будущего овладения профессией. И точка.
Единственный настоящий недостаток, который был в той школе, в которой учился я, касался содержания учебной программы. Все очень просто и банально — программа была устаревшей. Она не учитывала новых достижений науки и общества.
Что это означало на практике? Если взять предмет «физика», то в программе говорилось о трех состояниях вещества, хотя науке уже известно четвертое состояние — плазма. Если взять химию, то в таблице Менделеева не хватало новых элементов, не было новых сведений о строении ядра. Если говорить об истории — в программе использовались устаревшие теории, не были учтены новейшие достижения археологии, да и сама история почему-то заканчивалась Беловежским соглашением.
Что с этим делать? Все тут предельно просто. Чтобы школьное образование отвечало требованиям современности, нет нужды разрушать систему, доказавшую свою эффективность. Нужно просто скорректировать и дописать учебные программы, дабы выпускнику не приходилось временами чувствовать себя пришельцем из 1991 года. Если вы поговорите со школьными учителями, то они вам скажут то же самое. Ведь лучшая в мире система школьного образования — это то хорошее, что досталось нам в наследство от СССР. Нет никакой нужды ее уничтожать. Повторяю: все, что действительно нужно — это просто ее осовременить. Или хотя бы не трогать!
Увы, фурсенкам (эта фамилия уже давно стала нарицательным) нет дела до мнения директоров, учителей, мнения учеников и их родителей. Министерство образования продолжает в одностороннем порядке изрыгать из себя всё новые и новые реформы. Видимо, раз ЕГЭ так и не смог окончательно добить школьное образование, значит, нужно придумать что-то еще.
И дело тут, кстати, даже не в новом образовательном стандарте, который, как я думаю, в конечном счете, так и не примут.
Я недаром упомянул то, что, будучи выпускником 2009 года, я отношусь к последнему или, может быть, одному из последних поколений, которое училось при пусть и устаревшей, но, тем не менее, эффективной системе.
Ведь нынешние учащиеся вовсе и не учатся в нормальном понимании этого слова. Они заняты чем угодно, но только не учебой. В большинстве своем они день за днем, год за годом гоняют тесты, подготовленные неучами, да и просто больными на голову людьми. Каким образом будущие выпускники, которые владеют лишь навыком решения тестов, будут поступать в ВУЗы, да и вообще жить в современном мире, науке неизвестно.
То, что сейчас делается — это преступление против нации. Уничтожается само наше будущее. Когда России понадобятся врачи, инженеры, учителя, она получит тех, кто освоил лишь две специальности — решать тупые тесты и скандировать «Россия, вперед!». Нынешние власти, пусть и несравнимо более мягкими методами, делает то же, что делали в свое время красные кхмеры. Они окрестьянивают население.
Вот такая вот ~~загогулина~~ модернизация…

My article on the Echo of Moscow

2011-03-19T13:00:00.000-07:00

Эта статья была опубликована на сайте радиостанции Эхо Москвы 19 января 2011 года, где ее прочитали чуть менее девяти тысяч человек.

Помощник президента РФ Аркадий Дворкович заявил, что он считает нецелесообразным платить студентам стипендии. Лично я — считаю нецелесообразным платить зарплату господину Дворковичу. По мнению помощника президента, студент должен сам своим трудом зарабатывать деньги, а не «получать компенсации за сам факт своей учебы» (это цитата).
Давайте сначала рассмотрим вопрос — что есть стипендия в российском ВУЗе. Стипендия — это ежемесячная выплата, выдаваемая студентам-бюджетникам при условии отсутствия у этих студентов каких-либо оценок помимо «отлично» и «хорошо», при условии своевременно сданных сессий и отсутствия долгов по учебе. Минимальный размер стипендии — 1170 рублей. Размер стипендии зависит от соотношения количества оценок «отлично» и «хорошо», а также от степени коррумпированности ВУЗа. Лично я учусь при Институте всеобщей истории РАН, где коррупции нет в принципе, поэтому стипендия у меня по российским стандартам достаточно высокая.
На что обычно уходит вся стипендия? На учебу! Бесплатной учебы не бывает в принципе — учебный процесс в любом нормальном ВУЗе связан с очень и очень большим количеством издержек. И нередко качество обучения прямо пропорционально количеству издержек.
Студенту необходимо оплачивать проезд до места учебы. Необходимо закупать специфическую научную литературу. Необходимо обеспечивать себя питанием. Очень дорого обходится студентам выездная практика (например, археологические раскопки). Стипендия — не есть плата за сам факт учебы, это компенсация неизбежных издержек. Причем крайне редко эта компенсация покрывает их полностью.
Если упразднить стипендии, то откуда студент должен будет брать деньги, чтобы обеспечить себе нормальную учебу? Дворкович говорит: «Если талантливый математик — можешь работать у своего профессора на кафедре, помогать делать исследования и получать за это деньги. А если это будущий менеджер — может и в компании какой-то работать на два-три часа в день». Дважды порочное и лицемерное заявление!
Начнем с конца. Неуважаемый Аркадий Владимирович, скажите, пожалуйста, а откуда мне взять 2-3 часа в день?
Не так давно была проведена реформа системы высшего образования. Ей я обязательно посвящу отдельную статью, забегая вперед, просто скажу, что эта реформа обязательно в считанные годы убьет академическую науку как таковую. Ее суть такова: вместо того, чтобы отучиться 5 лет и получить диплом о полном высшем, студенты большинства ВУЗов теперь смогут учиться только в течение 4-х лет, получив после сдачи дипломной работы бумагу о неполном высшем образовании.
Господа нехорошие, вы отняли у нас год! В моем ВУЗе вместо того, чтобы изучать десять веков средневековой истории в течение всего учебного года, мы их теперь пытаемся впихнуть в один семестр. То же самое с большинством дисциплин. Нагрузка на студентов по вашей милости выросла в 2 раза! Все, подчеркиваю, — все свободное ото сна время мы теперь тратим на институт, библиотеку и курсирование между двумя этими точками. На сон, кстати, времени остается мало. Так откуда нам взять ВРЕМЯ и СИЛЫ работать? Причем работать не ради нового телефона или плеера — а чтобы просто обеспечить себя материальными средствами для нормальной учебы.
Второй пункт — по поводу работы на кафедре. Аркадий Владимирович, вы что, в институте никогда не учились? Не слышали о том, что студенты и так работают в ВУЗах? Если вы прилетели к нам с Луны, то позвольте вам объяснить, чем ВУЗ отличается от школы.
Когда ученик идет в школу, он идет за получением знаний. Ему дают знания, он их усваивает. Когда студент идет в институт, он идет за тем, чтобы получить необходимые навыки и инструментарий, чтобы он уже сам — уже с первого курса — занимался исследованиями, производством знаний. Это не работа? А что это по-вашему?
Иногда мне кажется, что все наши чиновники — включая Самого Главного Чиновника — живут в каких-то своих мирках, где не работают ни законы логики, ни даже законы физики. Ускорение равно эм делить на эф. Площадь круга равно пи разделить на эр. Модернизация равно уничтожение системы образования умножить на промывку мозгов.