"Я СКАЗАЛ - ВЫ БОГИ"

Крик

2013-03-16T22:21:00.003-07:00

"Крик" считается знаковым событием экспрессионизма и одной из самых известных картин в мире.

"Я шёл по тропинке с двумя друзьями – солнце садилось – неожиданно небо стало кроваво-красным, я приостановился, чувствуя изнеможение, и оперся о забор – я смотрел на кровь и языки пламени над синевато-черным фиордом и городом – мои друзья пошли дальше, а я стоял, дрожа от волнения, ощущая бесконечный крик, пронзающий природу", говорил Эдвард Мунк об истории создания картины. Существуют две трактовки изображенного: это сам герой охвачен ужасом и безмолвно кричит, прижимая руки к ушам; или же герой закрывает уши от звучащего вокруг крика мира и природы. Мунк написал 4 версии "Крика", и есть версия, что картина эта - плод маниакально-депрессивного психоза, от которого страдал художник. После курса лечения в клинике Мунк не возвращался к работе над полотном.

Черный Квадрат

2013-03-16T22:16:00.001-07:00

"Черный квадрат" Малевича - одно из самых известных и обсуждаемых произведений искусства - не такое уж и новаторство. Художники экспериментировали с черным цветом "сплошь", начиная аж с XVII века. Первым наглухо черное произведение искусства под название "Великая тьма" написал Роберт Фладд в 1617 году, за ним в 1843 году последовали Берталь и его работа "Вид на La Hougue (под покровом ночи)". Спустя более чем двести лет. А дальше уже практически без перерывов - "Сумеречная история России" Гюстава Доре в 1854, "Ночная драка негров в подвале" Пола Билхолда в 1882, совсем уж плагиат "Битва негров в пещере глубокой ночью" за авторством Альфонса Алле. И только в 1915 году Казимир Малевич представил публике свой "Черный супрематический квадрат", именно так картина называется полностью. И именно его картина известна всем, тогда как прочие знакомы только историкам искусств.

Сам Малевич нарисовал как минимум четыре версии своего "Черного супрематического квадрата", различающиеся рисунком, фактурой и цветом в надежде найти абсолютное "безвесие" и полет форм.

Бурлаки на Волге

2013-03-16T22:04:00.002-07:00

В своей книге «Бурлаки на Волге» Репин рассказывает, что тема картины родилась под впечатлением увиденной на Неве сцены: празднично одетые прогуливающиеся господа, а рядом бурлаки в лямке, тянущие баржу. Впечатление у художника от этой сцены было очень сильным. Подсказанная жизнью тема так овладела художником, что он вынашивал ее около пяти лет, делал все эти годы наброски и эскизы в поисках решения.

Судя по одному из ранних эскизов известнейшей картины живописца, Репин намеревался взять за основу сюжета картины контраст между веселящимися господами и группой бурлаков. И хотя это соответствовало первому впечатлению художника, он продолжал искать новые формы и темы. Репин трижды специально выезжал на Волгу, где наблюдал труд и быт будущих героев картины, делал зарисовки, писал эскизы и этюды. В конце концов художник решил дать общий образ этих людей, показать духовную энергию и силу живописно-пластичными средствами.

В результате... широкие просторы великой русской реки. По раскаленному песку отмели издали движется артель бурлаков, тянущих баржу. Не одну сотню верст прошли эти люди в лямке. Яркое солнце освещает всю артель, темное тревожное пятно мрачной группы одетых в рубище людей подчеркивается спокойствием, ясностью пейзажа, полными светом и воздухом бескрайними просторами. Узкая полоска берега, смутные очертания холмов за широкой водной гладью усиливают впечатление необъятности и глубины волжского пейзажа, что позволяет художнику еще резче оттенить «темное, сальное, какое-то коричневое пятно» (по выражению самого художника) — бурлаков.

Первое впечатление от картины именно такое: среди искрящегося солнцем пейзажа движется темное пятно. Сначала видишь только это пятно, вытянутое по берегу, группу людей. Затем начинаешь различать лица: бурлака с трубкой, старика, молодого парня и, наконец, замечательного вожака артели Канина. И постепенно воспринимаешь каждого члена артели как индивидуальность, как характер.

Репин неустанно сопровождал бурлаков во время их движения по берегу, наблюдал за ними и воспроизводил наиболее интересные типы в этюдах. Этот живой источник творчества помог художнику найти прототипы задуманных образов и подсказал ему убедительное живописно-пластическое решение темы.

В картине раскрывается живописный талант Репина. Пластично вылепленные фигурки бурлаков, даже их лохмотья. Пейзаж с его желтым песком, в котором вязнут ноги, с голубоватой лентой реки, пестрой баржей и высоким знойным летним небом написан широко, смело, красиво. Далеко простирается гладь воды. Этот открытый пейзаж был для своего времени достижением по трактовке пространства, по характеру цветовой гаммы, основанной на сочетании желтых и голубых оттенков.

Бурлаки показаны в момент изнурительной и отупляющей работы. Однако это не вызывает чувства уныния, безнадежности. Наоборот, тяжелая поступь бурлаков, мощь тружеников — все это оставляет впечатление о внутренней силы народа, о великой силе России.

Именно живость картины, невероятная пластика форм, объем и пространство делают эту картину такой популярной с самого момента создания шедевра великим живописцем по сегодняшний день.

Бурлаки на Волге

2013-03-16T22:04:00.001-07:00

Брюллов Карл Павлович

2013-03-16T21:45:00.001-07:00

Карл Брюллов родился 12 декабря (23 декабря - по новому стилю) 1799 года в Петербурге, в семье известного мастера резьбы по дереву и живописца-миниатюриста Павла Ивановича Брюлло, потомка одного из французских гугенотов. Они сотнями тысяч бежали из Франции после того, как в 1685 году Людовик XIV подписал указ об отмене Нантского эдикта, открыв эпоху жестоких преследований протестантов во Франции.

Художническая судьба Брюллова была как бы предопределена самим фактом его рождения - П. И. Брюлло являлся художником в третьем поколении; все его сыновья (числом пять, Карл - третий по старшинству) прошли через Академию художеств, где, кстати, преподавал и сам Павел Иванович, и посвятили себя искусству. Карл рос очень болезненным ребенком и до семилетнего возраста практически не поднимался с постели. Тем не менее, его отец - убежденный масон, не знавший, что такое праздность, - занимался его при страстным воспитанием, требуя, чтобы тот каждый день рисовал положенное число человеческих фигурок и лошадок, - в случае невыполнения задания мальчик оставался без еды. Однажды рассердившийся Павел Иванович так сильно ударил Карла за какую-то мелкую провинность, что он на всю жизнь остался глухим на одно ухо.

В 1809 году Карла вместе с его братом Александром приняли "без баллотирования" в Академию художеств (дореформенная Академия начинала обучение своих воспитанников с детских лет). Очень скоро выяснилось, что среди однокашников Карлу нет равных, - во время учебы он собирал награды "пригоршнями", удивляя наставников своими способностями.

Триумфально окончив Академию в 1821 году с аттестатом I степени, Брюллов стал первым пенсионером только что основанного частного Общества поощрения художников (ОПХ) и в 1822 году на его средства отправился в Италию. Вместе с ним, тоже в качестве пенсионера ОПХ, ехал его брат Александр - на этом настоял Карл. Перед самым отъездом с высочайшего разрешения императора Александра I братья Брюлло "русифицировали" свою фамилию, добавив к ней окончание "в". Почти год они не торопясь двигались через всю Европу, по дороге посетив Ригу, Кенигсберг, Берлин, Дрезден, Мюнхен, Венецию, Падую, Верону, Мантую, Болонью и наконец оказавшись в Риме - конечной цели путешествия.

Более 12 лет Брюллов провел в Италии, именно здесь состоявшись как оригинальный художник. Эти годы, отмеченные множеством громких и трагических событий в европейской и российской жизни, ознаменовались в искусстве отчаянной борьбой классицизма и романтизма. Косвенным образом в ней участвовал и Брюллов, хотя главные "сражения" развернулись в Париже, где тогдашних столпов классицизма Давида и его ученика Энгра "атаковали" молодые живописцы, лидером которых стал Делакруа. Увы, в Париж русских молодых художников после революции 1789 года не пускали - их, довольно многочисленная, колония обосновалась в Риме.

Брюллов, очарованный блистательной живописью Возрождения, упорно искал собственные пути. С академическими сюжетами он довольно быстро распрощался. Громко "прозвучавшие" работы "Итальянское утро", "Девушка, собирающая виноград в окрестностях Неаполя", "Итальянский полдень", "Всадница" поставили их автора в один ряд с крупнейшими европейскими живо писцами, вместе с тем вызвав непонимание со стороны ОПХ, дававшего Брюллову средства на жизнь в Италии. Художник, скорый на резкие поступки, в 1829 году официально разорвал отношения с ОПХ, отказавшись от пенсионерства. Была тому и еще одна причина - в 1827 году он увлекся трагическим сюжетом из древнеримской жизни, получив заказ на создание большой картины "Последний день Помпеи" от русского богача А. Демидова.

Эта картина, на создание которой ушло шесть лет, и стала ответом мастера на вопросы, волновавшие в те годы живописцев. В ней он попытался примирить классицизм и романтизм. Результат этой попытки потряс современников - "Последний день" ожидало триумфальное шествие по всей Европе. Показанная в парижском Салоне 1834 года (одновременно с "Мученичеством св. Симфориона" Энгра, "Алжирскими женщинами" Делакруа" и др.), эта работа получила Большую золотую медаль. Когда же ее выставили в 1834 году в петербургской Академии художеств (А. Демидов подарил картину русскому царю), то к ней началось настоящее паломничество.

К тому времени и Брюллов уже собирался в Россию - будучи вызван туда императором Николаем I. В Италии он оставил большую любовь - его избранница, графиня Ю. П. Самойлова, была, в сущности, первой эмансипированной русской женщиной - о ее любовных историях ходили легенды среди тогдашней публики. Судя по сохранившейся переписке, это было страстное чувство: "Мой дружка Бришка, - писала графиня художнику, - люблю тебя более, чем изъяснить умею, обнимаю тебя и до гроба буду душевна тебе привержена". Ю. Самойлова стала постоянной моделью Брюллова, она запечатлена на лучших его портретах.

В России Брюллова встречали с ликованием. Пышные приемы в его честь (с венками, речами и стихами) были устроены в Одессе, Москве и Петербурге. Художник близко сошелся с лучшими представителями русской культуры - Пушкиным, Баратынским, Жуковским, Щепкиным, Тропининым и т. д. Особенно теплая дружба возникла у него с М. Глинкой (с ним он познакомился еще в Италии) и Н. Кукольником. Мучили Брюллова и определенные опасения. Пушкин писал жене в 1835 году: "Брюллов едет в Петербург, скрепя сердце, боится климата и неволи". Опасения были более чем обоснованными - Николай I, взволнованный европейскими нестроениями, энергично "закручивал гайки", делая бессмысленным само понятие "общественной жизни".

Отношения между императором и Брюлловым не сложились - во многом из-за свободолюбия мастера. Удивительно: художник не написал ни одного портрета царя, искусно и весьма хитро отказываясь от поступавших предложений, - на сей счет существует не одна история. Затеянная Брюлловым громадная историческая картина "Осада Пскова польским королем Стефаном Баторием" превратилась, по его собственным словам, в "Досаду от Пскова" - промучившись над ней 8 лет, он ее бросил. При этом в Академии, где Брюллову присвоили звание младшего профессора, в брюлловскую мастерскую выстраивались в очередь - среди его преданных учеников мы найдем Чистякова, Шевченко (которого он выкупил из неволи, написав и выгодно продав портрет Жуковского), Федотова, Ге.

Личная жизни Брюллова была неблагополучна. Он влюбился в юную талантливую пианистку Эмилию Тимм, дочь рижского бургомистра. Предложение художника было принято, но накануне свадьбы невеста призналась жениху, что, уступив противоестественной страсти своего отца, давно живет с ним. Тем не менее молодые в 1839 году обвенчались. Вскоре выяснилось, что отец Эмилии рассматривал эту свадьбу как прикрытие для продолжения специфических отношений со своей дочерью. Спустя два месяца брак с высочайшего соизволения был расторгнут. Брюллов оказался ославлен на весь мир. Светская "чернь" показала свое истинное лицо - сплетни следовали одна за другой, двери многих домов закрылись для Брюллова.

К концу 1840-х годов художник все чаще болел, особенно досаждало его больное сердце. В 1849 году он уехал за границу для лечения - через Польшу Пруссию, Бельгию, Англию и Португалию - на остров Мадейру. Спустя год Брюллов, посетив Испанию, перебрался в свой возлюбленный Рим. Там он сошелся с семейством Анджело Титтони, итальянского революционера, соратника Гарибальди, - по сути, став членом этого семейства.

В июне 1852 года русский посланник в Риме сообщил в Петербург: "Имею честь уведомить о кончине К. П. Брюллова, последовавшей 11 сего июня в местечке Манциана, в 30 милях от Рима, куда он отправился для пользования тамошними минеральными водами... Он был в тот день с утра на ногах, обедал по обыкновению, как вдруг сделался с ним припадок удушья, и часа через три он испустил дух, в совершенной памяти..." Похоронили Брюллова на римском кладбище Монте Тестаччо.

Брюллов Карл Павлович

2013-03-16T21:45:00.000-07:00

Босх Иероним

2013-03-16T21:39:00.003-07:00

«Изумительное явление этот художник, в котором многие на Западе усматривают чуть ли не отца сюрреализма, то есть модного кое-где отрицания в искусстве всякой логики, всего рационального, – пишет Л.Д. Любимов. – В век гуманизма, когда светлый человеческий разум, казалось, торжествовал над тьмой Средневековья, какие-то жуткие грезы, какие-то страшные, безграничные по фантазии видения сил тьмы, чертовщина, целая армия демонов вдруг встают из небытия и пускаются в разгульный пляс в творчестве этого удивительного мастера и его последователей».

Мир причудливых образов Босха до сих пор питает фантастически-романтические искания людей искусства.

Йероен ван Акен, прозванный Босхом, родился в Хертогенбосе около 1450 года в семье художников. Его отец и дед, Антониус и Ян ван Акены, также были живописцами. В городском архиве до сих пор хранится большое число заключенных с ними договоров на изготовление росписей и картин для различных храмов и монастырей.

По-видимому, учителями Босха были не только его отец, но и приезжавший в город и подолгу живший в нем известный голландский художник Д. Боутс. Иероним впервые упоминается в 1480 году в качестве члена религиозного «Братства Богородицы», которое спустя несколько лет он возглавил. В 1489 году ему поручили исполнить две створки алтаря для капеллы его братства в соборе Св. Иоанна. Известно, что эта работа получила высокую оценку Филиппа Красивого, будущего короля Кастилии.

Примерно в то же время Босх выполнил и эскизы витража-капеллы. На протяжении этого периода он участвовал в оформлении шествий и таинств, что не прошло бесследно для его творчества – Иероним Босх стал известен еще при жизни.

После женитьбы Босх поселился в небольшой пригородной деревне Оерошорт, где получил в приданое за своей женой дом и обширный участок земли. Известно, что он никогда не покидал ближайших окрестностей своего города, хотя был человеком общительным и любознательным.

Босх был знаком и на протяжении многих лет поддерживал дружеские отношения с Эразмом Роттердамским, мотивы книг которого часто встречаются на его картинах.

В настоящее время с уверенностью Босху приписывают всего сорок произведений, при том что содержание их часто остается загадкой для историков искусства, поскольку не существует прямых источников, способных его прояснить.

Босх никогда не подписывал и не датировал свои работы. Поэтому традиционно принятый подход к изучению его творчества практически невозможен. Правда, по договорным грамотам и церковным приходным книгам исследователи смогли достаточно точно датировать его основные работы. Так, известно, что сразу после свадьбы Босх пишет картину «Семь смертных грехов», в которой запечатлевает окружающую его жизнь.

Обычно Босх работал в технике «алла прима», то есть писал картину сразу, без предварительных прорисовок и эскизов. Художник был не только живописцем, но и неплохим кузнецом. Известно, что для главного собора города он сделал большую картину на стекле, для которой собственноручно изготовил металлическую раму.

Как и все образованные люди своего времени, Босх увлекался алхимией и был знаком со средневековой демонологией. Одним из его друзей был известный голландский богослов Дионисий ван Рейкель, который основал неподалеку от Хертогенбоса монастырь. Позже он был подвергнут преследованию и наказан инквизицией по обвинению в колдовстве. Но Босх не отрекся от друга и продолжал видеться с ним.

Навеянные демонологической литературой образы можно увидеть на многих картинах Босха. Так, на триптихе «Искушение святого Антония» весь задний план занимают ведьмы, летящие на шабаш, а на полотне «Страшный суд» запечатлено несколько эпизодов из черной мессы.

Л.Д. Любимов пишет: «Перед картинами Босха, особенно перед большой его композицией, изображающей св. Антония, в Лиссабонском музее (Босх не раз возвращался к этой теме), можно долго стоять, упиваясь созерцанием каждой фигуры, а их здесь несчетное множество. Сюжет религиозный. Но разве тут дело в св. Антонии, которого католическая церковь прославляет за торжество над всеми искушениями? Что-то хитрое, ироническое неслышно посмеивается в этой картине, и кажется вам – это посмеивается сам Иероним Босх, глядя, как вы не можете оторваться от мира склизких гадов, пузатых чудовищ, рыб с человеческими ногами, людей, у которых бочка вместо живота, паукообразных существ, чудовищ, в которых мерзость сочетается с мерзостью и в этом омерзительном сочетании становится вдруг жутко-пленительной. Эта мерзость, эти исчадия зловонных болот, темных гниющих недр кажутся просто забавными, чуть ли не уютными – такая чистосердечная внутренняя радость в творчестве живописца и так изумительна сама живопись! Этот бурый цвет, сочные пейзажи, эта переливающаяся теплыми тонами палитра уже предвещают искусство мастеров века последующего, эпохи расцвета, и кажется порой, что даже единство тона почти найдено художником».

Главные шедевры Босха, обеспечившие ему посмертную славу, – большие алтарные триптихи. В наиболее значительных работах художника – «Садах земных наслаждений» и «Возе сена» – преобладают чудовищные существа.

В одном из самых своих грандиозных произведений – триптихе «Сад наслаждений» – Босх создает яркий образ греховной жизни людей. Р.Б. Климов пишет: «Здесь опять возникают мириады странных и болезненных созданий. Но теперь на смену Антонию явилось все человечество. Мелкий, дробный, но одновременно бесконечный и тянущийся ритм движений маленьких подвижных фигурок пронизывает картину. Во все убыстряющемся, судорожном темпе мелькают причудливые позы, жест, объятие, мерцающее сквозь полупрозрачную пленку пузыря, за которым распустился гигантский цветок; перед взором зрителя проходят целые процессии фигурок – жутких, назидательных, отталкивающих, веселых.

Это аллегория греховной жизни людей. Но и в райском пейзаже нет-нет да и мелькнет странная колючая и пресмыкающаяся тварь, а среди мирных кущ вдруг воздвигнется некое фантастическое сооружение (или растение?), и обломок скалы примет форму головы с лицемерно прикрытым глазом. Герои Босха – словно побеги, проросшие в темноте. Пространство, заполненное ими, как будто необозримо, но на деле замкнутое, вязкое, безысходное. Композиция – широко развернутая, но пронизанная ритмом торопливым и захлебывающимся. Это жизнь человечества, вывернутая наизнанку».

На другой картине, «Воз сена», изображены неверующие на пути в ад, который также находится на земле. «Многолюдное действо центральной части алтаря разыгрывается между Раем на левой и Адом на правой створках, – наглядными началом и концом земного пути беспутной человеческой массы. Сюжет главной сцены обыгрывает пословицу "мир – воз сена, каждый тащит с него, сколько может". Греховной сутолоке явно противостоят таинственные поэтические детали (например, изящная чета любовников, музицирующих на самом верху пресловутого воза) и, прежде всего, чувственная красота колорита, обретающего все большую легкость» (М.Н. Соколов).

Босх стал свидетелем утраты Нидерландами своей независимости. Богатая, цветущая страна попала под власть австрийских Габсбургов. Особенностью его времени стали ожесточенные теологические дискуссии, напряженная религиозная борьба, вылившаяся в движение Реформации. Религия перестала быть единственной сферой духовной жизни человека.

Горькая, ироничная, а иногда и саркастичная фантазия Босха отражает нравы его времени. Художник в своем творчестве стремился подчеркнуть глупость духовенства, погрязшего в грехе, далекого от какого бы то ни было раскаяния и ведущего нас к гибели. К таким «назидательным» картинам относятся «Операция глупости», «Фокусник», «Блудный сын» и «Корабль дураков». Критическое отношение к духовенству в картинах художника не помешало верному сыну католической церкви королю Филиппу II собирать картины Босха «для своего благородного развлечения».

В поздних произведениях Босх обращается к теме одиночества: «Святой Иероним во время молитвы» и «Иоанн Креститель». Трагизм и сложность духовного бытия людей переломного времени отразило творчество великого нидерландского художника. Появляется знаменитая картина «Блудный сын».

«Вписанная в круг композиция построена на пересечении сухих, узких форм и на преувеличенно пространственных паузах, – пишет Р.Б. Климов. – Герой картины – тощий, в разорванном платье и разных башмаках, иссохший и словно расплюснутый по плоскости – представлен в странном остановившемся и все же продолжающемся движении…

Она почти списана с натуры – во всяком случае, европейское искусство не знало до Босха такого изображения нищеты, – но в сухой истонченности ее форм есть что-то от насекомого. Это блудный сын, уходящий в отчий дом. Но на худом лице горят завороженные глаза – они прикованы к чему-то невидимому нами. А сзади него жизнь, покидаемая им. Дом с продранной крышей и полуоторванной ставней реален. За углом мочится человек, рыцарь обнимает женщину, старуха выглядывает из окна, едят из корытца свиньи. И собачка – маленькая, с сумасшедшими глазами, – приспустив голову, смотрит вслед уходящему. Это та жизнь, которую ведет человек, с которой, даже покидая ее, он связан. Только природа остается чистой, бесконечной. И цвет картины выражает мысль Босха – серые, почти гризайльные тона объединяют и людей и природу. Это единство закономерно и естественно.

А розоватые или сиреневатые оттенки лишь пронизывают это единство ощущением печальным, нервным, вечно изменчивым и все же постоянным».

Кроме живописи Босх занимался изготовлением гравюр. Их оттиски распространялись в разных городах. Его картины находились при многих королевских дворах Европы, хотя многие современники воспринимали их скорее как своего рода курьез.

Умер Босх 9 августа 1516 года в своем родном Хертогенбосе.

Босх Иероним

2013-03-16T21:39:00.002-07:00

Мир причудливых образов Босха до сих пор питает фантастически-романтические искания людей искусства.

Умер Босх 9 августа 1516 года в своем родном Хертогенбосе.

Сиянье глаз твоих бездонных...

2013-03-15T09:47:00.004-07:00

Один из самых любимых жанров художников-портретистов - это женский портрет. Даже при небольшом экскурсе в историю портретной живописи нетрудно понять, какое место в искусстве занимает женский портрет. Магическая сила его восприятия - просто необъяснима.Женский портрет - это сокровенная тайна любви и женской прелести.
Еще древние художники воспевали женский образ, хотя и критерии привлекательности были различными во все времена. Но на первом месте всегда была - Женственность. Мастера эпохи Возрождения превозносили женщину до образа богини.
Женские образы на полотнах старых мастеров - это богато костюмированные образы и каждая деталь, атрибуты и аксессуары портрета многое могли рассказать об их владелице. В настоящее время только историкам и искусствоведам под силу прочесть послание из прошлого. В современном женском портрете костюм, к сожалению, уступил свои позиции.
Говорят - некрасивых женщин не бывает, как и не бывает полных - есть только тесная одежда - так говорила знаменитая Фаина Раневская. И настоящий художник всегда и в любом лице увидит привлекательность, подчеркнет достоинства, уберет недостатки. Главная его задача - создать неповторимый образ. Образ Женщины. Только настоящий художник видит характер человека по его взгляду, движению губ, найдёт изюминку в любом лице. Это задача не из простых. Талантливый портретист в первую очередь является великолепным психологом. И только ему под силу изобразить так женщину, какой она сама хотела бы себя видеть в своих фантазиях, угадать ее внутренние желания. Но в то же время не потерять ярких черт индивидуальности.
Взгляд женщины - это одна из самых главных частей портрета. Если хочется смотреть и смотреть в ее глаза не переставая, значит портрет удался. Будь то любящая мать, или хранительница домашнего очага, или же целеустремлённая бизнес-леди. Современная женщина занимает достаточно независимое положение в обществе и это не может не отразиться и в портретах современных женщин, способных коня на скаку остановить - и не только. А ведь каждая женщина мечтает быть хрупкой, женственной, неотразимой, ловить на себе восхищенные взгляды. И вечное ее предназначение - ждать подвигов от своих рыцарей.
Возвышенной красотой женщины человечество восхищалось всегда. Именно в нём отражается прелесть земной жизни - говорили греки - поцелуй Бога. Каждый художник-портретист должен по-своему разгадать секрет обольстительности женщины. Одна натура и разные художники - и портреты выйдут все совершенно разные, так как в каждом будет частичка его собственной души.

Ольга Смирнова

Сиянье глаз твоих бездонных...

2013-03-15T09:47:00.003-07:00

Ольга Смирнова

Двойник знаменитой Джоконды?

2013-03-15T09:39:00.001-07:00

27 сентября 2012 года швейцарский фонд Моны Лизы в Женеве выставил картину, предположительно - прототип Джоконды выдающегося Леонардо да Винчи.Портрет с названием "Айзелуортская Мона Лиза" - незаконченная ранняя версия шедевра, которая хранится в знаменитом Лувре - так считают некоторые специалисты.А названа она в честь лондонского района Айзелуорт, где жил английский художник Хью Блейкер, купивший ее в 1914 году.
Искусствоведам она известна уже сто лет. В 16 веке еще выдвигалось такое предположение, что мастер написал две версии: так же сложены руки, такое же лицо, а самое главное - та же загадочная улыбка.
По одной из версий сторонников подлинности "второй Моны Лизы" этот рисунок-копию создал современник Леонардо - Рафаэль в 1504 году с изображением двух колонн. На картине из Лувра их нет, однако присутствуют на "Айзелуортской Мона Лизе". Женщина на этом шедевре и выглядит моложе, и улыбается веселей, чем загадочная незнакомка. Оказывается потребовалось 35 лет для того чтобы установить: двойник Моны Лизы на 11-12 лет моложе знаменитой Джоконды.
По мнению историка искусства Мартина Кемпа этот мировой шедевр не является ранней версией портрета, и появилась позже. Он считает, что Айзелуортская Мона Лиза принадлежит руке совсем другого автора.
Обе картины очень похожи, но существуют и явные отличия - размер картин, насыщенность цветовой гаммы, фоновый сюжет. Скептики уверены, что причиной отличия двух картин является неудачное копирование подражателем.Разными являются и основы для полотен. Основа раннего портрета - деревянная доска, а поздний выполнен на холсте.
Одним из владельцев был Генри Пулитцер, американский коллекционер, приобретший ее в 1964 году.Он какраз настаивает на авторстве Леонардо, в то время как многие эксперты саму идею новой Моны Лизы воспринимали скептически. Швейцарский фонд Моны Лизы и был создан 2 года назад только с целью доказать, что швейцарская Мона Лиза принадлежит кисти великого Леонардо да Винчи.Не все знатоки, правда, верят в новую Мону Лизу.
Как бы то ни было, результаты многочисленных тестов не смогли доказать, что "Айзелуортская Мона Лиза" - подделка.

ВЫ ТАК СТРАННО ДРУГ С ДРУГОМ ПОХОЖИ,
ЧТО НЕВОЛЬНО Я ПУТАЮ ВАС.
ВЫ ПОХОЖИ ТАК СТРАННО, НО ВСЁ ЖЕ -
ЕСТЬ ОТЛИЧИЯ В ОМУТАХ ГЛАЗ...

Ольга Смирнова

Двойник знаменитой Джоконды?

2013-03-15T09:39:00.000-07:00

Ольга Смирнова

Великая сила искусства, или как бы чего не вышло.

2011-01-31T20:15:00.001-08:00

Я вспомнил эту историю недавно, когда работал над портретом одной почтенной дамы и которая, наблюдая за мной, за тем, как я всматриваюсь в ее лицо произнесла: «...ну и взгляд у тебя, Сергей, разве можно так?»

Это было очень давно, когда мы, с двумя чемоданами на человека, покинули уютный небольшой городок советского типа в Эстонии и пустились в дальнее путешествие. Когда тебе 33 года и впереди вся жизнь, будущее видится в розовом цвете и все трудности переносятся легко и просто. Вот такими бодрыми и целеустремленными мы тащили свои чемоданы через всю Европу. Те, кто ехал в Америку в 1989 году, хорошо понимают о чем я говорю.

Я – художник. Молодой, амбициозный, уверенный в своих силах человек, мечтающий одним движением кисти покорить Америку. Самым драгоценным своим достоянием я считал краски, кисти и увесистый томик Бамеса с громким названием «Анатомия для художника».

Наш путь пролегал через две страны – Австрию и Италию. Жизнь в Австрии была холодной, болезненной и какой-то не очень уютной. Сырые и грязные номера мы оставили с большой радостью и, уходя из номера, на вспотевшем от нашего тяжелого дыхания зеркале, я написал – «Все дороги ведут в Рим».

Наш поезд остановился на платформе и, лежа на второй полке, я лениво прочитал показавшиеся в окне огромные буквы – Rome. Прочитал и хотел было снова закрыть глаза. Но как ужаленный вскочил, присел на край полки и суетливо начал соображать. Так, уважаемый Сергей Гргорьевич, что-то очень созвучно со словом «Рим». А ведь Рим - это наш конечный пункт назначения. Оживившийся вагон тоже подсказывал – мы приехали. Выглянув еще раз в окно, я увидел знакомые лица встречающих. На улице было ясно, солнечно а на душе запели соловьи. Наконец. Приехали. Взят еще один рубеж, позади еще одна ступень к цели.

Нас разместили далеко за городом, в маленьком, уютном городке с очень красивым именем Ментана. Я не говорю «названием», а «именем», потому что это слово звучало для нас как мелодия, как звук торжественного аккорда. Пройдя с тех пор долгий путь, повидав много стран и побывав не один раз в Италии, вспомниная имя этого городка, во мне просыпается ощущение праздника, радости и светлых надежд. Это также как запах, цвет, вкус которые напоминают нам любимые места и дорогих нашему сердцу людей. Ментана – это дверь в какой-то волшебный мир, которого мы ждали, на который надеялись.

Ментану мы видели как городок, расположившийся на двух рядом стоящих холмах. На одном холме древняя крепость, на другой наша гостиница. Гостиница была круглая и похожа на летающую тарелку, зависшую над холмом по всем сторонам увитым виноградниками, маслинами, рядами пальм и высоких кипарис. Дорога в отель спиралью огибала холм и создавала дополнительное ощущение невесомости. Из окна нашего номера мы могли видеть старую крепость, за которой вот уже не одну сотню лет протекает какая-то жизнь. За этой стеной когда-то катили кареты, ходили дамы в длинных платьях а мужчины в шляпах и со шпагами наперевес. За этой стеной любили, ненавидели, дрались на дуэлях, покупали, продавали. За этой стеной, как чуть позже мы узнали, вершил свои дела со своими «краснорубашечниками» и небезысвестный в Италии национальный герой, борец за независимость страны Джузепе Гарибальди. Здесь его могила. Здесь похоронены все его мечты и его заслуги.

Имея привычку рисовать все, что вижу, в одно прекрасное утро, собрав свой походный этюдник я выбрался на пленер. Решил побродить по окресностям, посмотреть необычные улицы, людей, непривычные дома, стены, камни, деревья и, может быть, что-то запечатлеть на только что купленом холсте. Налюбовавшись вдоволь окресностями, я решил просто сесть и написать этюд с открывающегося вида на крепостную стену Ментаны. Вид был действительно интересный. Я бы назвал его прекрасно-торжественным. Было такое впечатление, что я рассматриваю картину Веронезе, Бордоне или Контельяно. Раньше я видел это только в учебниках по истории искусств или в художественных книгах. Даже колорит был тот, старо-итальянский, не очень цветной, слегка коричневатый, как будто покрытый налетом времени.

Я работаю быстро. Не прошло и часа, как на моем холсте уже были хорошо видны очертания города, тонущего в легкой дымке, более яркие и хорошо очерченные дома и деревья переднего плана. Я впитывал в себя свет и цвет и, пропуская их через себя, и кистью, и пальцами двигал краску по холсту, добиваясь ощущения времени, воздуха и своего личного отношения к тому, на чем останавился мой взгляд. Я был доволен. Хорошая, подумалось, будет память о нашей жизни в Ментане. Кто его знает когда я еще раз здесь побываю? С этими мыслями я вернулся в свой номер. Полюбовался своим творением в обстановке гостиничного номера и прилег отдохнуть.

Вечером, как всегда по расписанию - ужин. За окном уже стемнело. Мы сидели в ресторане, который, как я уже сказал, своими стеклянными окнами напоминал граненый стакан, инопланетного происхождения. Для нас, с детства привыкших к приблизельным линиям и относительным углам в советской архитектуре, даже изнутри этот зал ресторана казался летающей тарелкой с безупречными углами, линиями и формами. Мы аппетитно поглощали никогда не надоедающие спагетти с пахнущими почему-то бензином мандаринами, как вдруг за окном раздалась сирена пожарной машины. Она нарастала и усиливалась присоединяющимися к ней обертонами полицейских машин. Все вокруг свистело, гудело, визжало и что-то светящееся, разноцветной полосой неслось к крепостным воротам города, расположившегося на противоположном холме.

Что произошло? Что случилось? Раздавались справа и слева вопросы наших соотечественников. Мы выбежали на улицу и увидели страшную картину. Крепостная стена Ментаны в буквальном смысле сползла с холма как песочный домик, осела, открыв нашему взору то, что происходило по ту сторону. Да-да, имено та стена, которой я сегодня утром любовался, которая наводила на меня и грусные и торжественные размышления о далеком прошлом, о бренностит человеческого существоваания , кирпичи и черепицу которой я стрался упорядочить на своей картине сейчас просто исчезла.

Утром, когда первые лучи солнца осветили город на противополодном холме нашему взору предстала картина, настоящей трагедии. Это был не сон. Крепостная стена, которая вчера вдохновляла меня на творчество, как будто ушла под землю, неожиданно обнажив все, что было позади нее. Как не вовремя открытый театральный занавес. Как будто, кто-то взял и заглянул в душу тех, чье жилье вплотную примыкало к стене с другой стороны. Мебель, домашняя утварь, какая-то одежда беспомощно свисали с обломков стропил, настроенных когда-то перегородок и канализационных труб. Стена, которая простояла не одну сотню лет, вдруг, в одну минуту оказалась разрушенной. Она просто исчезла...

Я чувствал себя виноватым. Я чувствовал себя причастным к происшешему. Я смотрел на свою картину, воровски притаившуюся в углу комнаты, и не мог поверить. Силен, брат, силен, стучало в висках. Может не стоило браться за кисти? Может быть не нужно было так сильно увлекаться живописью? Может не произошло бы этой ужасной трагедии если бы не мой пристальный, назойливый взгляд? На картине стена есть, а за окном ее уже нет. Да, велика сила искусства.

Я шел по центральной улице Ментаны, нес свою картину в местную галерею и мне казалось, что люди на меня смотрят с каким-то подозрением. Мне казалось, что они читают мои мысли и насквозь видят мое преступление, аккуратно прикрытое картонкой и упакованное в красивый пакет. Я прибавил шаг и постарался об этом не думать.

Картину, купила местная галерея, стену отстроили, люди давно уже привыкли к новому виду своего города а я больше не пишу архитектру. Боюсь. Как бы чего не вышло.

Сергей Яценко

Великая сила искусства, или как бы чего не вышло.

2011-01-31T20:15:00.000-08:00

Сергей Яценко