Башня Асмодея

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sat, 21 Jun 2008 23:29:00 +0000

Глава 8.

Местность, именуемая ирейцами Антером, представляла собой обширную пустошь. В старину так назывались выжженные демонами земли, и хотя по Антеру никогда не ступали легионы врагов, название это намертво прицепилось к нему. Земля здесь была непригодной для возделывания, и планы градостроителей обошли ее стороной. С недавнего же времени, благодаря гроссмейстеру, здесь развернулась поистине грандиозная стройка.

Под покровом ночи сюда свозились материалы, детали и инструменты, работники в условиях строгой секретности монтировали отдельные блоки объекта, под условным названием «Генератор». Мало кто из них был способен понять истинные цели постройки этого устройства, и это вполне устраивало Инора Карса.

«Генератор» представлял собой маленькую электростанцию с подсоединенным к ней контуром высокого напряжения. Электрический ток в этом контуре должен был спровоцировать истончение реальности быстрее, чем ток в самом генераторе. Это было удобно с точки зрения локализации дыры.

Главный пульт находился в некотором отдалении от объекта, в нем помимо всяческих отладочных тумблеров, кнопок и рычагов под стеклом располагалась кнопка детонации объекта. Она была предусмотрена для того, чтобы в случае какой-либо опасности можно было быстро уничтожить первопричину прорыва.

День эксперимента настал, и у пульта занял свое почетное место гроссмейстер Карс, рядом с ним расположился истребитель и несколько подручных магов. Все рабочие были удалены с объекта. Гроссмейстер, нетерпеливо перестукивая пальцами по крышке пульта, поглядывал на горизонт:

- Что-то боевая бригада запаздывает, не люблю не пунктуальных людей, - заметил Карс.

- Вы же сами запретили им прибыть через телепорты, вот они и трясутся в каретах, долго это и всякое случиться может, - вступился за охотников Плексор.

- Да, эти чертовы тарантасы умеют ломаться в нужный момент, но телепорты легко проследить, да и энергии они требуют слишком много, вот проведем эксперимент, тогда и будем транжирить магию, а пока нельзя, - отрезал гроссмейстер.

На горизонте показалась карета в пыльном облаке, кучер гнал лошадей во весь опор и от того транспорт подпрыгивал на ухабистом бездорожье, будто консервная банка на мостовой.

- Вот и охотники, - обрадовался Инор Карс.

- Нет, - покачал головой истребитель, присматриваясь. – Это фон Вирте.

- А, этот хлыщ не упустит своего.

- Ну конечно, ведь он строил объект, посему имеет право присутствовать при эксперименте.

- Надо отдать ему должное провернул он все мастерски.

- Да, в Правлении он всегда был самым шустрым.

- Кстати, по поводу Правления, чем закончилось твое расследование? И что случилось с Годиным, я читал утренние сводки, на его дом напали?

- Да, было нападение, но сигнальные артефакты оповестили дежурных магов и они подоспели вовремя.

- Это хорошо, обидно было бы потерять столь ценный кадр.

- Что касается расследования, к сожалению, у меня не было времени заняться им вплотную. Я поговорил со всеми подозреваемыми, но они молчат. Я был занят по вопросам эксперимента, но с завтрашнего дня я вплотную займусь этим вопросом и поговорю с верхушкой правления пожестче.

- Ты поступаешь неосмотрительно, дав им время на бегство.

- Это провокация, если побегут, значит виноваты, а от меня далеко не убегут.

- Что ж разумно. Но помни, что это дело должно быть закрыто в кратчайшие сроки.

- Я понимаю.

Карета председателя Правления остановилась около решетчатой ограды объекта. Фон Вирте, элегантный и эффектный, будто пожаловал не званный бал, был одет в классический черный костюм с тростью. С ним был его агент Граф, изменивший свое лицо до неузнаваемости, впрочем, и некому было его здесь узнавать.

- Что это он так вырядился? - задумчиво протянул Плексор.

- Пыжится, павлин, - выплюнул гроссмейстер с презрением, - от гордости.

- Мое почтение, господа, - поприветствовал Фон Вирте.

- Здравствуй, Генрих, - кивнул Карс.

- Я, с вашего позволения, поприсутсвую при пуске объекта, все-таки мое детище? – спросил председатель.

- Поприсутствуй, - разрешил гроссмейстер, - это удобнее делать со смотровой площадки, здесь у пульта будет мало что видно.

- О, это пустяк, мне, признаться, больше интересно посмотреть не прорыв, а работу устройства, - заверил Генрих, становясь с боку от пульта.

- Кажется, маги прибыли, - Плексор бесцеремонно прервал разговор, впрочем, Карс был только рад прекращению беседы с председателем.

Две кареты остановились у входа. Из них вышло десяток отборных боевых магов из охотничьих отрядов, в полной военной выкладке.

- Итак, все в сборе, - подытожил гроссмейстер. – Начнем. Магам рассредоточится по периметру объекта, в случае прорыва демонов атаковать без промедлений. Работаем по системе боя – «один не справился, помог второй», не тратьте много силы.

Маги, отсалютовав, развернулись на каблуках и отправились выполнять указания.

Карс кивнул технику, единственному из персонала, кого оставили на объекте. Тот принялся поворачивать рычаги, пальцы его споро забегали по кнопкам. Генератор натужно загудел и ожил, внутри вспыхнуло топливо, из турбины повалил пар, вначале редкий, но с каждой минутой все гуще и гуще, механизмы заработали, оглашая окрестности металлическим скрежетом и стуком. Через несколько минут по контуру побежал ток, об этом свидетельствовали загоревшиеся на пульте лампочки. Некоторое время окружающая обстановка не менялась, минуты шли и все затаив дыхание ждали.

Вскоре реальность подернулась мутной дымкой, затем по ней пробежала судорожная рябь, будто от камня брошенного в воду. Это магия вступила в контакт с электричеством.

- Есть прорыв, - послышалось вскоре и на том месте, где кроме электрических проводов еще минуту назад не было ничего, образовалась огромная дыра.

Это было зрелище достойное летописи. Края дыры охваченные мерцающим туманом, то разрастались, то уменьшались, за границей нашей реальности виднелись черные земли демонов, лучи фиолетового светила проникали сквозь реальности и озаряли мир людей зловещим светом.

- Чувствуешь! – воскликнул гроссмейстер, - Чувствуешь, как огромная сила будоражит кровь. Вот она! Вот она, магия!

Он повернулся к Плексору, его глаза горели огнем алчности и фанатичной веры в успех.

---

Часы отбили четыре после полудня. День близился к исходу, но для магистра это ровным счетом ничего не значило: он потерял счет времени, с головой уйдя в расшифровку того ребуса, что вчера вечером подкинул миру Оракул.

Видящие не смогли своими силами расшифровать послание, они даже не смогли определить язык, на котором говорил Оракул, и им ничего не оставалось, как обратится к Клонгу за помощью.

Магистр с большим интересом принялся за работу и всю ночь и последующий день не отрывался от справочников, снова и снова прослушивая текст послания.

Все его поиски были безрезультатными.

Оторвавшись от очередного справочника, он устало потер глаза. Марк Лист спал в кресле напротив, он не обладал нужными знаниями, чтобы помочь в расшифровке, но оказывал неоценимую помощь в поиске и доставке нужных книг из библиотеки.

- Странно, - сказал магистр, разговаривая сам с собой, - этот язык не подходит не под один из существующих, наша раса не говорила на таких языках.

- Может быть, не стоит ограничиваться нашей расой, - сказал Марк, открыв глаза.

- Я разбудил тебя?

- Нет, я не спал.

- Ты считаешь, что это язык первой расы?

- Не забывайте, что до первой расы были другие, которые в справочной литературе принято именовать пространным словом «древнейшие».

- Да я помню, но на анализ всех языков древности уйдет не один год.

- Назовите это интуицией, но мне кажется, что с подобным языком я уже сталкивался, последнее время я копаюсь в раритетах, выискивая материалы по заклинательству, нечто похожее я уже слышал. Дайте мне пару минут, я подберу материалы по языкам такой же группы, может быть, там вы отыщите разгадку.

- Что за языки?

- Восточные.

Лист вышел и вскоре вернулся с большим справочником, изрядно потрепанным временем.

- Вот, - сказал он, - удалось найти общий справочник.

- Давай посмотрим, - магистр открыл книгу. – О, да здесь с транскрипцией, как удобно! – обрадовался он и углубился в чтение.

---

- Магия идет бурным потоком, по моим оценкам еще через полчаса мы достигнем уровня магического насыщения мира, который был триста лет назад, - доложил маг статист, продолжая делать замеры.

- Отлично, - удовлетворенно кивнул гроссмейстер.

- Демоны! – послышался возглас.

За гранью дыры от группы невысоких скал, что особняком стояли на пустынной местности, отделилось несколько теней.

- Встать боевым порядком, - по молчаливому согласию гроссмейстера командование взял на себя истребитель. – Как подойдут поближе, угостите их огнем.

Черные двуногие фигуры с кожей покрытой острыми наростами размашистыми прыжками приближались к месту прорыва. Из глаз демонов сочился колдовской свет, но и маги были наполнены силой под завязку.

Дружный речитатив заклинаний, короткие отточенные пассы знаков концентрации и десяток мощный огненных стрел устремились в наступающих врагов. Все снаряды угодили в цель, превратив демонов в пылающие головешки. Окрестности огласили предсмертные вопли тварей.

- Еще демоны! – воскликнул один из охотников, - Их становится все больше!

Со стороны скал бежало больше сотни демонов, среди них были не только солдаты, но и шаманы, выпустившие по охотникам шквал смертоносных лучей. Один маг не успел сплести защиту и рассыпался в прах, сраженный этим заклинанием.

- Мне вмешается? – спросил Плексор у гроссмейстера, который с интересом наблюдал за ходом сражения.

- Зачем? Ребята пока неплохо справляются. Покажешь свою силу, если она действительно понадобится.

Демоны уже подошли близко к проходу и выстроились боевым порядком. Охотники справились с вражескими магами, но сил на новую атаку у них не осталось, требовалась передышка, времени на которую не было. Маги выставили перед собой защиту и, изредка огрызаясь заклинаниями, ушли в глухую оборону.

- Ощутимый удар во фланг уравняет шансы, стоит им помочь, - порекомендовал Карс.

Плексор кивнул и, закатив рукава, мастерским движением сплел аркан. Его кисть изящно нарисовала знак концентрации и с нее, сопровождаемая мощным потоком света, сорвалась ветвистая молния. Четыре десятка демонов попали под заклинание и упали замертво, испещренные угасающими статическими разрядами.

Остатки демонов добили регенерировавшие охотники.

- Что это там слева от скал? – спросил фон Вирте у Карса.

- Слева? – раздраженно переспросил гроссмейстер, он уже и забыл о присутствии назойливого подопечного.

- Да вон же, смотрите.

На горизонте маячила одинокая фигура. Это без сомнения был демон. Покрытые острыми шипами спина и ноги, хвост с булавообразным окончанием, ветвистые длинные рога, а так же внушительный рост делали его вид угрожающим. Он отличался от своих собратьев размерами и манерой движения, в которой не было и грамма дикости, лишь величие.

- Поджарьте его, - скомандовал истребитель, и охотники выпустили сонм огненных снарядов.

Соревнуясь в скорости огненные шары, устремились в сторону демона, но на полпути тот коротким взмахом пятипалой лапы остановил их и направил назад.

Такого не ожидал никто и несколько магов не успели отразить вернувшееся колдовство.

Внезапно демон оказался в самой гуще боевого строя охотников, он будто бы сделал шаг длинной в версту, в мгновение ока перенесшись на такое расстояние.

---

Марк Лист подскочил в кресле и перевернул чашку горячего кофе, когда магистр Клонг, стукнув кулаком по столу, воскликнул:

- Да это де санскрит!

- Что? – не понял Марк.

- Самый первый из известных языков. На нем говорили в глубочайшей древности, даже во времена первой расы он считался мертвым, - пояснил магистр.

- Вы нашли его в справочнике? – уточнил секретарий.

- Да, я сравнил фонетику, и вышло, что Оракул на этот раз заговорил на санскрите, - потрясая справочником, поведал Клонг.

- Что ж, помнится, он и раньше выкидывал подобные штучки, правда впервые язык его послания столь древний. Так что же сказано в пророчестве?

- Дай мне пару минут, я составлю текст.

Магистр включил воспроизводящее устройство и, слушая голос оракула, принялся черкать карандашом на листе пергамента. Когда запись кончилась, Клонг перечитал написанное, сверил со справочником и, сделав несколько исправлений, сказал:

- Ну вот, кажется, более-менее связный текст у нас есть, немного не литературно, но думаю, Видящие меня простят, - магистр с довольным видом еще раз пробежал глазами текст и нахмурился, как будто только теперь обратил внимание на смысл расшифрованного послания.

- Не тяните, магистр, - взмолился Марк.

- Ладно, слушай.

«Когда власть и спесь одолеют разум, разверзнется пропасть… Придет Веромор и много бед принесет он… Грядет война, и конца ей не будет, пока паладин веры слаб…»

- Что-то ничего не ясно, - задумчиво потер подбородок Лист, - Что за Веромор такой, и кто такой паладин веры?

- Меня больше беспокоят, слова о пропасти, - ответил магистр, - боюсь, речь идет об эксперименте Карса.

- Думаете, Оракул пророчит неудачу? Прямого указания на гроссмейстера в пророчестве нет.

- На то они и пророчества, чтобы не давать прямых указаний. Я думаю, надо срочно предпринять меры. Активируй мне переговорник, вызови Сандера Варга, - распорядился Клонг, облачаясь в форму боевого мага.

Секретарий поколдовал над устройством стоявшим на столе магистра и через пару минут из него донесся голос Высшего Паладина:

- Слушаю.

- Сандер, это Аримос. Плохие новости.

- Говори.

- Я расшифровал послание.

- Оракул заговорил?

- Да, вчера. Это пока не афишировалось... Но не в этом дело. Похоже, пророчество касается эксперимента Карса, там предречена неудача. Последствия могут быть ужасны.

- Я тебя понял, я немедленно активирую телепорт на Антерскую пустошь.

- Отлично, я поступлю так же, возможно мы успеем предотвратить катастрофу.

- До встречи.

Связь оборвалась. Клонг подошел к зеркалу и, нарисовав несколько рун на стекле, произнес заклинание, зеркало стало прозрачным.

- Магистр, я с вами, - сказал Лист, надевая куртку.

- Нет – отрезал Клонг.

- Но как же так! – в сердцах воскликнул секретарий.

- Марк, ты не силен в боевой магии, без обид, но от тебя будет больше пользы здесь. Будь на связи, - сказал магистр и шагнул в открывшийся портал.

---

Пузырь противостояния раздувался с пугающей скоростью, угрожая лопнуть в любую секунду. Плексор Тор на последнем издыхании держал защиту. Демон, обладал силой невиданной ранее не одним из магов, он давил истребителя первозданной силой, тупой всеразрушающей мощью магической стихии. В это время гроссмейстер плел сложные арканы, сращивая дыру между мирами.

Если обычно демонов классифицировали по шкале от одного до десяти, причем десятый уровень был больше теоретическим, чем реальным, то этому монстру легко можно было присвоить пятидесятый.

Об этом можно было судить, хотя бы потому с какой легкостью он расправился с двадцатью охотниками. Атаковав внезапно, нескольких он уничтожил банально мощными ударами когтистых лап, а остальные превратились в кровавое месиво от силовой волны, которая концентрическим кругом разошлась по площадке.

Плексор, быстро оценив масштаб ущерба, атаковал мощнейшим заклинанием из своего тайного арсенала, но оно рассыпалось от защиты демона как комок пуха о стену. Тогда истребителю ничего не оставалось, как уйти в оборону. Гроссмейстер сращивая дыру планировал лишить демона источника магической энергии, тогда можно было бы отступить и, собрав побольше сил, уничтожить внезапно объявившегося врага. Этот план

ему удавался.

- Похоже, мне лучше уйти, здесь стало очень опасно, - обеспокоился фон Вирте до этого в молчаливом ошеломлении стоявший возле Карса.

- Стой на месте, Генрих, - сквозь зубы процедил глава Совета, - Выйдешь из-под защиты Плексора, и эта тварь тебя раздавит.

- Гроссмейстер! – вскрикнул истребитель, - Он меня ломает, не могу больше держать его!

- Дыра еще слишком большая! – крикнул в ответ Карс, - держись!

- Не могу.

- Ладно, дай мне минуту, сейчас я ему приготовлю сладкий подарочек, - сказал гроссмейстер и принялся неуловимыми движениями плести сложнейшую формулу какого-то древнего аркана, магия практически видимым потоком хлынула к кастователю. Пространство вокруг замерло в ожидании грандиозного колдовства.

В этот момент пузырь лопнул, с легким хлопком защита истребителя исчезла, предоставив возможность демону атаковать.

Гроссмейстер успел вовремя. Когда демон уже готов был размазать Плексора молотом силы, Карс воздел руки к небу, и с его пальцев, очерченный мириадами световых линий сорвался пылающий белым огнем шар. Этот болид повис над головой Карса, и из него исторгся мощный поток света, ударивший прямо в черный нагрудный панцирь демона. Монстр взвыл и, потеряв плетение молота силы, отшатнулся. Он пятился назад к дыре, тщетно пытаясь построить защитный барьер.

- Что не нравится! – торжествующе воскликнул гроссмейстер.

Плексор, чудом избежавший гибели на ватных ногах поднялся с земли и присев рядом со своим начальником устало посмотрел на демона, которому судя по воплям оставалось недолго.

Вдруг все прекратилось, истребитель озадаченно посмотрел на демона, тот был жив и еще твердо стоял на ногах.

Плексор Тор обернулся, гроссмейстер в недоумении разглядывал свои руки.

- Что с тобой Инор? – удивленно спросил Плексор.

- Ни чего не понимаю, - озадаченно покачал головой Карс, - не могу колдов…

Договорить ему не дал луч фиолетового света, прожегший в его груди огромную зияющую дыру. Изуродованное тело главы Совета, сильнейшего мага повалилось на землю.

Плексору от такого зрелища комок подкатился к горлу, и сложно было понять, что это -плод омерзительной тошноты или крик отчаяния. Но Тор был истребителем, боевым магом Совета, ему не свойственны были эмоции, к тому же от его реакции зависела его жизнь.

Плексор мгновенно развернулся и машинально выставил перед собой шит воздуха, как раз вовремя, чтобы отразить очередную атаку разозленного демона. Враг наступал, в неистовой ярости атакуя смертоносными арканами. Под таким натиском у истребителя не хватало сил даже на то ,чтобы просто подняться на ноги, но он продолжал держать щит.

- Я могу добить его, - прошептал стоявший рядом с фон Вирте Граф, потянувшись к шпаге.

- Не стоит, - возразил глава Правления. – С ним справится демон. К тому же кто прикроет наш отход. Давай поторопимся, а то наш общий друг не долго протянет.

Фон Вирте грациозно развернулся на каблуках и направился к своей карете, величаво переставляя трость с костяным набалдашником в форме черепа. Кучер уже давно убежал, увидев устрашающее зрелище, поэтому за вожжи взялся Граф. Карета тронулась и, набирая скорость, скрылась в ночи.

Плексор остался один.

Его сознание отошло куда-то на границы восприятия. Он машинально питал защиту силой, но организм мага не способен пропускать через себя магию непрерывно, подобное ведет к скорому истощению и неизбежной смерти. Смерть уже дышала над ухом истребителя. Он с трудом приподнялся и, дотянувшись до кнопки на пульте, запустил обратный отсчет детонации.

Демон, подходя все ближе, не ослаблял натиска, а наоборот все усиливал его.

Когда силы окончательно покинули Плексора Тора, и он оборвал канал питающий шит энергии и внутренне смирился со скорым концом, где-то справа полыхнуло зеленым, и мощная звезда скорпиона ударила в бок демону, окутав его едким облаком яда.

Следом за звездой полетел триплет из огненных шаров и одна ветвистая молния. Такой шквал атак заставил демона забыть про Плексора и переключить все свое внимание на нового врага.

Плексор лежал не в силах пошевелится, вдруг его грубо подняли с земли и поставив на ватные ноги влили в горло горькую вонючую жидкость.

- Давай, пей, эта штучка вернет тебе силы, - прошептал знакомый голос.

Плексор допил, и его буквально выдернуло из полузабытья, он твердо встал на ноги и был полон сил. Таким эффектом обладал только эликсир паладинов. Тор, сфокусировав взгляд, посмотрел на своего спасителя. Перед ним стоял Сандр Варг в полном боевой облачении.

- Колдовать можешь? – сурово спросил он.

Плексор молча кивнул.

- Тогда угости эту тварь чем-нибудь позабористей, а то старине Аримосу несладко приходится.

В некотором отдалении магистр Клонг, мастерски отклоняя смертоносные лучи демона, осыпал того не сильными, но болезненными арканами. Но невооруженным глазом было видно, что магистр устает и вскоре допустит ошибку, которая может стать фатальной.

Истребитель собрался с силами и, памятуя об аркане гроссмейстера, сплел нечто похожее оформившееся в звезду белого огня, устремившуюся в спину врага.

Демон издал крик полный боли и, повернувшись к обидчику, послал в его сторону сокрушительный поток первородной силы. Вперед выступил Сандр и поставив перед собой огромны шит укрылся за ним сам и подтащил под его защиту Плексора. Аркан демона отскочил от щита, будто мяч.

- Работаем в связке, - скомандовал паладин, - я защищаю – ты колдуешь, и давай твори свою волшбу поскорее, а тот Аримос там один.

И завертелся неравный бой. Причем в неравном положении оказался не демон, а магистр, Верховный Паладин и истребитель.

Демон, стоя между двух огней, легко справлялся с атаками магистра, не забывая угощать его ответными подарками, при этом он усиленно теснил связку Сандра и Плексора, играючи отмахиваясь от арканов истребителя.

- Нужно уходить, - крикнул Клонг, - мы его не одолеем.

- Дыра слишком большая, можешь ее срастить? – крикнул в ответ Варг.

- Не могу, не останется сил на обратный портал. Уходим! Соберем подмогу и вернемся.

В подтверждение его слов за гранью этого мира, послышался громогласный боевой клич. Сандр и Плексор, которым было видно пространство за гранью дыры, устремили свои взоры на звук и ужаснулись. Три сотни демонов приближались к проходу боевым порядком. Это был самый настоящий легион, вернее одна из его когорт.

- Прорываемся к магистру, - скомандовал паладин.

Плексор кивнул и разразился чередой огненных шаров. Демон не ожидал подобного, и замешкался, отражая нападение. Это дало возможность связке добежать до магистра, тот напоследок отправил в сторону врага световой шар и, поставив защиту, обратился вместе с остальными в бегство.

Им вслед раздался торжествующий вопль демона, преследовать побежденных он не собирался.

Клонг, отбежав на достаточное расстоянии,е исполнил сложный аркан обратного портала и первыми отправил в его вихрь Сандера с Плексором.

Когда он уже собрался запрыгнуть следом, в его голове раздался голос, вклинившийся в сознание силой: «Веромооооооор…» - протянул голос и повторил: - «Веромоооор».

Магистр обернулся. Далеко, освещенный фонарями площадки, стоял огромный демон.

- Вот оно пророчество…., поздно… жаль, - вздохнул Аримос и, поставив ментальный блок, разорвал телепатический контакт и шагнул в портал. Когда телепорт закрылся, экспериментальная электростанция взорвалась, но демонам это не принесло никакого вреда. Огонь закалил их плоть.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 15 Jun 2008 20:24:00 +0000

Глава 7.

Над тренировочной площадкой паладинов воздух обычно наполняют ярость боя, злость и боль, но в этот раз там прибавилось эманаций чувств. Страх и предвкушение присоединились к «старожилам». Боялись тренеры и наставники, боялись ученики и все ждали чего-то с нетерпением и даже некоторым вожделением. На площадке предстояло случиться экзамену.

Смотровое ложе обычно пустое, было заполнено до отказа. В нем находились довольно высокопоставленные гости: сам магистр почтил присутствием этот экзамен, а так же Сандр Варг, Верховный паладин. Последний подобных мероприятий не посещал никогда, но для сегодняшнего сделал исключение, поскольку сам экзамен был исключением.

Проверка предстояла Тиллу с Грессом. Наставник Моор две недели тренировал их без сна и отдыха, прерываясь лишь на то, чтобы утолить голод. Затем он дал парням пару дней отдыха и подал заявку о проведении экзамена, сказав, что бойцы готовы.

- Начать испытание! – провозгласил магистр, и в центре арены грянула музыка.

Нет, это был не оркестр и не старинный граммофон на заводе, это был электрический музыкант, первая раса называла сей агрегат магнитофоном.

Не успела завершиться увертюра, как воздух вокруг проигрывателя затрепетал и сгустился. Медленно, но верно грань реальности истончалась.

Музыка играла, но магнитофон уже лежал не на песке арены, а на черной, как уголь, земле мира демонов, за ним продолжала расширятся дыра, принявшая уже размеры окна.

Наставник Моор подошел к проигрывателю и, выключив его, унес подальше от образовавшегося прохода. Дыра начала срастаться.

Тилл и Гресс замерли в ожидании тех демонов, которых им предстоит одолеть. Но демоны не спешили посетить этот экзамен.

- Призовите их, - распорядился магистр.

Несколько подмастерий поднесли к дыре тяжелый костяной рог и громогласно протрубили в него трижды, затем поспешили удалиться от опасного места.

Было известно, что на подобный звук демоны реагируют мгновенно, и они не стали нарушать традиций.

Тройка аспидных тварей вырвалась из прохода между мирами. Они выкатились на площадку, перебирая шестью членистыми лапами и оглашая окрестности возбужденным ревом.

- К бою, - скомандовал Моор, и ребята приняли боевые стойки.

В сущности тактика боя в связке была проста. Если демоны швыряются магией, то паладин прикрывает, а маг из-за его спины разделывается с врагом, если же ситуация складывается обратная, то маг пускает свои силы на защиту паладина, а тот в рукопашной одолевает противника.

Поскольку демоны пока не проявили своих способностей, ребята осторожно двинулись к ним плечом к плечу. Тилл был облачен в тяжелый панцирный доспех, в левой руке он нес башенный щит, а в правой тяжелый полуторник. Вопреки сложившейся практике, Гресс тоже был вооружен, правда не таким мощным оружием как его напарник, а всего лишь легкой катаной. Тем не менее, вся амуниция была заговоренной лучшими мастерами артефактов и потому для демонов представляла изрядную опасность.

Шестиногие твари, оглядевшись и оценив ситуацию, наглым образом проигнорировали двоих бойцов и принялись штурмовать высокие стены арены, силясь добраться до зрителей, и лишь когда их труды не увенчались успехом, они обратили свое внимание на паладина и мага.

Издав гортанный рев, две твари ринулись в атаку, угрожающе размахивая ядовитыми клешнями. Одна из них прыгнула на Тилла, но с разбегу напоровшись на шипастый щит, с ревом отскочила назад. Второй повезло меньше, она в прыжке подставила под удар свое брюхо, незащищенное чешуйчатой кожей. Гресс подобного шанса не упустил и святой стрелой полоснул по животу демона, тот издал предсмертный вопль и бесформенной грудой обмяк на песке, тут же начав разлагаться.

Пока первые два демона отвлекали внимание бойцов, третий тихо заходил им за спину. Такой маневр не укрылся от внимания Тилла и, когда демон прыгнул на него сзади, издав победный рев, Тилл резко ушел вправо и разнес нападавшего на куски, Гресс напитал его меч силой и тот еще некоторое время ярко светился после удара.

Казалось бы бой выигран: раненная тварь пятилась, готовясь к предсмертному броску, но из еще не сросшейся дыры выскочило пять демонов, они были размером поменьше и в отличие от предшественников имели четыре непропорционально длинных конечности, каждая из которых могла служить смертоносным копьем.

Герсс наскоро добил оставшегося демона тремя молниями, пущенными подряд, и встал за спину друга. Тилл принялся рисовать сложные узоры мечом, плетя смертоносную вязь защиты, демоны огрызались, но на рожон не лезли. Один из них плюнул ядом, но фиолетовый комок слизи с громким «плюх» расползся по вовремя поставленному щиту. Другой четвероногий поднял над округлой головой одну из лап и из нее вырвался темно-розовый луч света, он прожег дыру в щите, но, встретившись с доспехами, рассеялся. Тилл не обратил на эту атаку должного внимания, продолжая держать оборону. За его спиной Гресс сосредоточенно выговаривал формулы и плел знаки концентрации.

Демоны, видимо почувствовав сильные магические возмущения, перешли к решительным действия всем скопом ринувшись в атаку, но виртуозный танец меча исполненный Тилом в ответ охладил их пыл. Поддерживать такую оборону Тилл долго не мог, беспрерывная работа мечом была делом утомительным.

- Давай быстрее, я выдыхаюсь, - сквозь зубы процедил юный паладин.

Гресс ничего не ответил, поглощенный работой. Демоны снова атаковали, на этот раз Тилл чуть было не пропустил несколько опасных ударов, и когда силы стали уходить, а движения подтачиваемые усталостью потеряли прежнюю четкость и красоту, Гресс завершил построение аркана. Выкрикнув завершающее слово, маг направил густой поток света в спину своему другу и тот приподнявшись над землей сам засветился, напомнив зрителям библейского ангела. Демоны отпрянули, ослепленные густым потоком света, и эта заминка их сгубила.

Тилл, наполненный силой, перешел в атаку и через несколько мгновений живых тварей на арене не осталось, мощные удары меча легко проламывали панцири демонов, не давая им шансов к обороне и уж тем боле к ответному нападению. Бой был выигран, дыра срослась окончательно и только налет черного пепла, принесенный ветром того мира, напоминал о том, что минуту назад здесь был проход.

- Праведный гнев! – с уважением воскликнул Сандр Варг, повернувшись к магистру, - Какие талантливые ученики у тебя пошли, у меня в Ордене не все подручные маги такое заклинание умеют кастовать. А второй боец отлично владеет техникой меча.

- Не жалеешь о потраченных деньгах? – улыбнулся Клонг.

- Ни сколько. Эта парочка того стоит, - Варг энергично потряс головой.

- Не боишься, что они нас переплюнут? – смеясь, спросил магистр.

- В свете эксперимента Карса, я бы предпочел, чтобы так и было, хоть будет кому поручить важное дело, - Верховный паладин посерьезнел.

- Кстати об этом, боюсь, мне нечего тебе сообщить, все мои изыскания по этому поводу не привели ни к каким точным выводам, - развел руками Аримос.

- Я так и ожидал, что ж, видимо придется ждать исхода этого предприятия, - вздохнул Варг.

- Придется, - согласился Клонг. – Пойдем, наградим победителей.

---

Клиника Линдера располагалась в престижном районе Ирея, где предпочитала держать свои конторы крупная купеческая знать.

Карета Година остановилась около входа, на ступеньках, прислонившись к колонне, сидел Ингвор.

- Давно ждешь? – спросил Евегний, выпрыгивая из кареты.

- Не очень, - ответил Ингвор, поднимаясь и отряхиваясь.

- Идем, - кивнул Годин.

- Зачем мы тут?

- Нужно поговорить с хозяином этого заведения.

- Зачем?

Евгений вместо ответа только многозначительно ухмыльнулся.

На то были причины: полной уверенности в успешном выборе подозреваемого у него не было. На хозяина клиники Васса Линдера указывало несколько любопытных улик. Во-первых, прошлое его тесно связано с демонологией, и доказательство тому, найденная газетная вырезка:

«Известный демонолог Васс Линдер снят с должности по решению Совета по причине халатности, повлекшей за собой гибель людей. Сам Линдер заявляет, что подобные действия - не более чем саботаж его исследований со стороны конкурентов, и в случившемся его вины нет».

Далее следовало описание сути происшествия. Оно было довольно сомнительным, складывалось впечатление, что Линдер был втянут в какую-то политическую игру и проиграл ее. Его дело явно было сфабриковано, причем довольно топорно. Выходило, что поводов для обиды на Совет у Васса предостаточно.

Во-вторых, Линдер, заведуя частной клиникой, имел возможности для проведения экспериментов и производства оружия.

В-третьих, Годин навел справки и выяснил, что клиника за последнее время получила солидные гранты на исследования от Правления Ирея.

Сведя воедино эти факты расследователь решил, что Васс Линдер наиболее привлекательная кандидатура на роль изобретателя оружия против магов.

Евгений и Ингвор подошли к стойке администратора. Молодой человек деловито перекладывал бумаги.

- Чем могу помочь? – отвлекшись от дел спросил парень.

- Мне необходимо увидеться с Вассом Линдером, - ответил Годин.

- Вам назначено? - поинтересовался администратор, потянувшись за книгой приема.

- Вроде того, - пожал плечами Годин, протягивая полномочную грамоту начальника расследовательной комиссии.

У молодого управляющего брови поднимались все выше и выше по мере чтения документа.

- Это вы?! – выдохнул он, наконец.

- Я, - согласился Годин.

- Проходите, второй этаж, до конца направо.

- Спасибо.

Васс Линдер оказался человеком с классической внешностью деятеля науки: высокий лоб в складках и с залысинами, густые брови, усы и короткая бородка. Он сидел за столом своего кабинета и сосредоточенно раскладывал пасьянс, когда к нему вошел старший расследователь с помощником.

- Чем могу? – не отрываясь от пасьянса, осведомился бывший демонолог.

- Меня зовут Евгений Годин, - представился Евгений, - мне нужно с вами поговорить.

- О чем? – все так же не поднимая взгляда, спросил Васс.

- О ваших исследованиях в области кристаллита.

- Я давно ими не занимаюсь.

- Я говорю не о прошлом, а о настоящем.

Годин сел напротив Линдера и посмотрел ему в глаза.

- Что вы тут мелете?! – возмутился хозяин клиники.

- Ваше изобретение, оружие против магов. Дело раскрыто, виновных сейчас допрашивает истребитель Совета. Они уже выдали вас, иначе как бы я здесь очутился?

- Вы расследователь? – Линдер сохранял солидное хладнокровие.

- Да.

- Убирайтесь.

- Послушайте, упрямство не в ваших интересах. Совет заинтересован в сотрудничестве, иначе мы бы с вами сейчас так не разговаривали.

- Вы паршивый расследователь, господин Годин, и вы очень правильно выразились... Если бы все было так, как вы обрисовали, вы бы со мной так не разговаривали. Какое сотрудничество? У Плексора Тора иные методы, если бы у вас было хоть что-то на меня, то меня бы уже давно пытали в казематах дворца Совета, - заявил Васс, собирая колоду и раскладывая ее вновь.

- Что за вздор?! – Годин искренне удивился.

- Вздор? Все так, как есть на самом деле, мальчик. Если Совет не в состоянии меня оставить в покое и хочет повесить на меня еще какую-то вину, то у него ничего не выйдет. Так и предайте своему начальству.

- То есть вы отказываетесь сотрудничать?

- Я уже сказал.

- Видимо придется применять репрессивные меры.

- Это как вам будет угодно.

- Всего доброго.

Годин покинул кабинет, оставив Линдера наедине с пасьянсом.

Клинику Ингвор и Евгений покидали молча, последний прибывал в угрюмом молчании.

- Эээ, шеф? - уже на улице Ингвор решился спросить.

- Да.

- А все, что вы ему сказали - правда?

- Что сказал?

- Про арест и допросы, про оружие.

- Нет, конечно.

- Тогда зачем…? Действительно как-то топорно получилось.

- Я не профессиональный расследователь, иных методов я тут не вижу.

- В смысле.

- А что я ему еще мог сказать?! У меня только косвенные улики, причем очень притянутые, так был хоть какой-то шанс, что он сознается.

- По-моему он не сознался бы даже если все было бы так как вы сказали. Крепкий орешек, этот Линдер.

- Вот этого то я и не предполагал.

- Что же теперь будете делать.?

- Возьму его на заметку и буду искать дальше. Будем искать.

- Будем.

- Отправляйся в библиотеку.

- Опять!?

- Снова. Задание то же, мне нужны подшивки прессы, только теперь все, даже самые мелкие издания, и половину подшивок возьми себе. Знаешь что искать?

- Представляю.

- Тогда встретимся, как только у тебя будет что-то для меня.

Годин пожал помощнику руку и сел в карету. В салоне под сидением находился маленький перговорник. Послав прибору мысленный образ абонента вместе с порцией магической энергии, Евгений принялся ждать ответа. Некоторое время из трубки не доносилось ничего, кроме тишины.

- Слушаю, - послышался, наконец, ответ.

- Плексор, говорит Годин. Как продвигается расследование?

- Нормально, звоните только чтобы проконтролировать меня?

- Нет. Ученый, который мог изобрести оружие и имел все мотивы, интересует?

- Интересует.

- Васс Линдер, хозяин клиники Линдера. Его не помешает проверить.

- Я подумаю над вашим предложением, как только разберусь с делами.

- Плексор, не время для склочности.

- Не перегибайте палку, Годин. Я не в потолок тут плюю, если я говорю, что разберусь, значит разберусь, а когда и как это проблемы сугубо мои, личные.

- Я так понимаю, допросы ничего не дали?

- До свидания, Годин.

Связь резко оборвалась.

Евгений бросил трубку в ящичек переговорника и, крикнув кучеру адрес, уткнулся в деловые бумаги. Злость на истребителя закипала снова и снова, но с каждым разом всплески становились все меньше. Евгений был из тех людей, которые считают бессмысленным проявление гнева на окружающих предметах, все свои переживания он переваривал внутри.

Неудача с Линдером недолго занимала его голову. Мысли его вскоре переключились на Свету. Эта девушка определенно мешала ему работать, но на этот раз он не был против.

Случившееся накануне совершенно не входило в его планы. Подобная спонтанность была для него необычной, но от этого еще более приятной.

Направляясь домой он, предвкушая встречу, испытывал радость, пожалуй, впервые за долгое время, от того, что его дома ждет не только гора неразобранных писем и документов. Но вместе с этими светлыми чувствами где-то на задворках души металось сомнение. Евгений достаточно хорошо разбирался в девушках, но при всем своем желании на этот раз он не мог понять, что это? Короткий ни к чему не обязывающий роман, длительные отношения, влюбленность?

Он боялся первого, хотел второго и ждал третьего, при этом понимая, что все могло сложиться иначе.

В конечном счете, Годин прогнал все эти мысли, отдавшись в этом вопросе фатуму.

Достав записки Бешеного, на весь оставшийся путь он погрузился в работу.

«День первый, семь часов пути от точки входа.

За время пути не встретили ни одного демона. Местность вокруг пустынная, много скал, в них гнездятся какие-то птицы. Наш биолог подстрелил одну, сказал, что съедобная. Убедиться в этом не рискнули. Земля под ногами черная, как копоть. Над головой низко нависают грозовые тучи, иногда в просветах между ними виднеется небо, оно фиолетового цвета. Из растительности вокруг только редкий кустарник с темно красными листьями…Маги чувствуют Силу. Здесь ее столько, что кровь закипает в жилах, даже у людей лишенных дара. Это действует на нервы».

«День второй, двадцать девять часов пути от точки входа.

Наткнулись на поселение демонов. Нашли площадку на скалах и сутки вели наблюдение с помощью биноклей. Они совершенно не похожи на нас. Двадцать часов к ряду без остановки они добывают какой-то минерал из дымящейся расщелины в центре поселения. Остальное время они спят. Поселением по нашим меркам это можно назвать с большой натяжкой. У них нет домов, вообще нет никаких построек, они складывают минерал в ящики, спят под открытым небом, ложась ровным кругом вокруг расщелины, не издают ни звука. Наши маги слышали отголоски их речи в своей голове, они считают, что демоны общаются между собой телепатически. Спустя сутки обоз груженый темно зеленым минералом отправился на север. Компас здесь работает, очевидно, магнитные полюса в наших мирах одинаковы. Мы отправились вслед за обозом, держась в некотором отдалении. Вечером на стоянке маги высказали план напасть на обоз с целью изучения загадочного минерала. Идею поддержали. Возможно, мы узнаем что-то новое о демонах, исследовав то, что они добывают…»

Арон Кордшар, глава экспедиции.

---

Граф лежал в номере дорогого отеля, который по обыкновению снимал, когда останавливался по делам в городе. По телу растеклась приятная нега от алкоголя и теплого внимания двух обнаженных девушек, лежащих рядом.

Блаженную прелесть момента нарушил треск портативного переговорника, со встроенным магическим аккумулятором. Граф схватил прибор и пошел в ванную, плотно прикрыв дверь, он повернул рычажок приема.

- Граф? – послышался голос Генриха фон Вирте.

- Кто же еще? – буркнул Граф.

- Есть дело.

- Не сомневался.

- Час назад со мной связался Васс Линдер, днем у него был Годин. Он знает.

- И что?

- Как что, он знает об оружии, о его производстве.

- Тогда почему вы до сих пор не в тюрьме Совета?

- Видимо, Годин не до конца уверен в своей правоте, а может быть истребитель не воспринял его всерьез, они, кажется, не ладят. Так или иначе ситуация для нас становится опасной.

- А что Линдер?

- Тот поводов для подозрений не дал, но его беспокоит сложившаяся ситуация, как и меня.

- Само собой.

- Надо бы наведаться в дом к этому ищейке, слишком близко он подошел к разгадке, не нужно, чтобы он выяснил все. После загляни к Линдеру. Он свою часть уговора выполнил.

- От этих визитов, как я понимаю, ожидаются жертвы?

- Непременно.

- Понял вас.

- Конец связи.

Граф умылся и, прогнав остатки алкогольной истомы, пошел одеваться, вскоре он был готов и собран. Девушки по-прежнему спали. Оставив деньги на тумбочке, наемник одел шляпу, пристегнул шпагу на пояс и вышел.

Его нехитрое оружие, с которым он отправился на дело, выглядело смешно в поединке с магом. Впрочем, те, кто так думал, быстро отправлялись на тот свет.

Шпага была не простым оружием. Это был старинный и очень редкий артефакт, носящий название «Смерть мага». Маги, изготовившие его, были слабыми по части боевой магии, и подобным оружием эту слабость компенсировали. Шпага не просто пробивала все защитные барьеры врага, но и делала ее владельца практически неуязвимым для любых видов магии. Обладая таким оружием, Граф очень быстро приобрел среди наемников репутацию убийцы магов. За ним охотился весь Совет, но наемник был очень осторожен и ловок.

---

В открытое окно с легким ночным ветром влетали звуки гомона насекомых, шелеста листьев и запах сада. Звезды на ночном глубоком небе сияли ярко, прорезая тьму острыми лучами.

Евгений лежал на кровати в своей спальне и смотрел на небо. Сон не шел. Рядом слышалось тихое дыхание Светы.

С ароматами ночи он вдыхал запах ее волос, давно он не был так счастлив. И не хотелось думать о том, что будет потом. Последнее время он жил в противоречии со своими принципами, он жил одним днем.

На нижнем этаже послышался звон стекла. Евгений насторожился, но не испугался: последнее время соседский кот повадился пробираться на кухню, через форточку.

Нехотя встав с кровати, он надел халат и пошел вниз, намереваясь задать хорошую трепку наглому животному.

Подойдя к двери, он остановился. Обладая чутким слухом, он уловил отрывки речи: как минимум двое стояли на лестнице:

- Тише ты, идиот, - прошипел один.

- Успокойся, время позднее они уже спят.

- Оба заткнитесь, - прошептал третий голос. – Врываемся в комнату, первым кладем мага, потом девку.

Евгений не знал, кто за дверью маги или простые наемники, но он точно знал, что помощи ждать не откуда. Ему стало действительно страшно от той мысли, что если он не справится с ночными гостями, то Свету тоже убьют.

Страх за дорогого ему человека подсказал единственное верное решение, он же придал сил.

Евгений открыл дверь резким ударом ноги и буквально залил лестничную клетку сплошным потоком огня. Заклинание «Месть дракона» еще никогда не удавалось ему таким сильным.

От шума произведенного заклинанием, Света проснулась.

- Спрячься, - коротко бросил Годин и сотворил новое заклинание, чтобы рассеять дым от сгоревшей дотла деревянной лестницы.

Как не странно один из нападавших был жив.

«Опять доспехи паладинов!» - пронеслось в голове у Жени.

На голове выжившего был шлем, он то и спас ему жизнь, двое других валялись у подножья лестницы с выжженными до костей лицами.

Годин пустил в ночного убийцу три пульсирующих снаряда подряд, но те разбились о броню, не причинив ее хозяину никакого вреда. Тот ответил мощной молнией пущенной с острия меча. Оружие нападавшего было заряжено заклинаниями.

Женя отступил и, схватив с ночного столика портняжные ножницы, принялся читать над ними заговор. Большим мастером по части артефактов он не был, но времени у него было достаточно.

Пока почувствовавший свою непобедимость убийца пробирался наверх по обломкам сожженной лестницы, Годин успел соорудить неплохой артефакт.

Выскочив почти перед самым носом нападавшего, он воткнул ножницы ему под ребра. Вопреки всем законам, тупые ножницы пробили толстую броню, как стилет бумагу. Наемник, отплевываясь кровью, и хрипя пробитым легким опустил меч и повалился на пол.

Евгений огляделся. Опасность миновала. Враги были повержены, но страх не проходил. Годин прекрасно понимал, что успех прошедшего боя основывался только на удаче, слишком много «но» было в этом поединке. Те двое могли быть в шлемах, а с тремя он бы не справился. Артефакт мог не сработать и тогда лежать бы уже Жене с отрубленной головой. И Свете тоже. От этого становилось по-настоящему страшно.

Во дворе блеснули вспышки порталов: прибыли маги Совета.

Годин обернулся. Света сидела на кровати и смотрела на него, испуганно укутавшись в одеяло, обхватив руками колени.

- Ты почему не спряталась? - спросил он.

- А где здесь прятаться? - ответила она.

- Одевайся, надо поговорить с магами.

- Сейчас.

Оба хотели сказать совсем не это, но нужным словам мешал какой-то барьер. Каждый знал о нем, но пока боялся его снимать. Страх он бывает разный и не всегда он наш друг.

---

Магов было трое, все охотники третьего ранга.

- Сработали сигнальные камни. Мы прибыли, как только смогли, - сообщил старший группы. – Что у вас произошло?

- На мой дом напали, трое в доспехах паладинов, - коротко ответил Годин.

- На вас напали паладины! – удивился маг.

- Я сказал в доспехах паладинов, это не значит, что напали паладины.

- Где нападавшие?

- Мертвы.

- Понятно, мы заберем трупы и оставим охрану. Или если хотите, можем сопроводить вас в гостиницу.

- Нет, не нужно, мы останемся здесь.

- Вы что-нибудь можете сообщить расследователю, по поводу мотивов нападавших?

- Я сам занимаюсь расследованием, нападение связано с ним. Теперь я знаю, что иду по верному следу.

За спинами магов раздался возглас:

- Шеф! Шеф!

Это был Ингвор, молодой помощник стоял на тропинке ведущей к дому. У него был измученный вид и заплаканное лицо.

- Ингвор!? – удивился Годин.

- Они сожгли его… ее.

- Кто кого сжег?

- Мой дом, я возвращался из библиотеки, потому остался жив, а вот моя мама… она была старой больной женщиной… она не смогла выбраться, - слезы снова брызнули из глаз несчастного Ингвора.

Годин не умел выражать сочувствие словами, вместо этого он сказал:

- Идем, я постелю в гостиной.

---

Круглый зал был залит ослепительным светом. Свет отражался от белых стен, потолка и пола, становясь еще ярче. Центр зала занимал стеклянный саркофаг, он вибрировал....

Амос Рид был одним из величайших предсказателей первой эпохи. Он ходил по земле в те времена, когда магия бурлила в окружающем мире. Он не имел ничего общего с теми шарлатанами, кои любили будоражить умы людей во времена первой цивилизации. Он был действительно сильным магом и непревзойденным провидцем.

Но смертный час приходит рано или поздно к любому человеку. Исключением не стал и Амос Рид, но не все так просто с древними магами. Им было доступно гораздо большее, нежели магам современным. Рид умер, но его дар остался жить.

Саркофаг содержал нетленное тело Рида, который широкой публике был известен под именем Оракул. Редко и совершенно бессистемно тело древнего мага оживало, и из уст его вырывались пророчества. Такое обстоятельство породило организацию Видящих, заведовал которой Верховный жрец Канте Старг.

Видящие ухаживали за Оракулом и слушали.

Последнее время их работа стала формальностью, вот уже более двадцати лет Оракул не издавал ни звука. Злые языки заговорили о смерти Оракула. Но разве может мертвый умереть? Совет полагал, что нет, и пока Совет так думал должность Канте Старга имела статус и важность, но положение могло измениться в любой момент.

Такие воспоминания и нелегкие думы приходили к Верховному Жрецу, когда он вечерами просиживал в своем кабинете рядом с залом Оракула. Он любил тишину собора Рида. Она воцарялась под высокими сводами, когда все служители расходились по домам и в соборе не оставалось никого, кроме Канте и двух видящих, несущих вахту у зала оракула.

Идиллию вечера нарушил громкий стук в дверь.

- Кто там? – крикнул Жрец. От испуга крик вышел тоньше, чем надо.

В комнату вошел один из видящих.

- Верховный Жрец…! – запинаясь, выпалил он.

- Что случилось? – настороженно спросил Канте, приподнимаясь за своим рабочим столом.

- Кажется, Оракул заговорил, - собравшись с силами, выдохнул подчиненный.

- Плохо, - покачал головой Страг.

- Как плохо? Что плохо? – опешил страж Оракула.

- Плохо пить жженку и не закусывать, - пояснил Жрец.

- Господин, я не… - принялся оправдываться подчиненный.

- Ну конечно, и скажи еще, что это не перегаром от тебя несет, а святым духом. Уволить бы вас всех,… распоясались! - Канте стукнул кулаком по столу.

- Жрец, каюсь, правда выпил, но про Оракул мне не померещилось, - замотал головой страж.

- Ну конечно, - скептически ответил Старг.

- Да, от саркофага пошли вибрации, мы сначала не придали этому значения, а потом крышка откинулась, тело Рида приподнялось и заговорило. Парс, мой напарник, молодой еще, так перепугался, что пятки я его только и видел.

- Вибрации, говоришь, тело приподнялось…. А ну-ка пойдем, посмотрим.

Канте устремился вслед за следящим, все его внутренности сжались. Этот подчиненный не мог знать, как обычно пробуждается Оракул, об этом уже мало кто помнил. Канте помнил…

Еще открывая дверь, Верховный Жрец услышал голос за ней. Этот голос снился ему по ночам, он жаждал услышать его, каждый раз, когда входил в зал Оракула, каждый раз испытывая разочарование. И вот он стоял у саркофага, а мертвое тело нелепо открывая рот, повторяло одну и ту же фразу на незнакомом языке.

- Принеси записывающее устройство, - бросил он стражнику, не отрываясь от саркофага и тела Рида, монотонным речитативом произносящего слова.

Канте Старга впервые за последние двадцать лет переполнял безграничный восторг и радость. Он не знал, какие вести принес древний маг, но он снова чувствовал свою значимость и власть. Для него не было чувства приятней.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 15 Jun 2008 20:24:00 +0000

Глава6.

Магистр Клонг проживал в скромной квартире при академии, положенной ему по службе.

Его соседи этажом ниже, не занимай магистр такой должности, непременно бы написали на него кипы жалоб. Причиной тому был шум, производимый Аримосом Клонгом каждое утро. На восходе солнца магистр завтракал, принимал холодный душ и делал нетрадиционную гимнастику. Технику он заимствовал из старинной восточной традиции первой расы. Она предполагала бег, кувыркания, прыжки и прочие шумные упражнения. Понятно, что соседи не испытывали от этого восторга. Но заявить напрямую об этом магистру они не решались, а сам Клонг, как большой внутренней свободы человек, редко задумывался о всякого рода житейских мелочах.

Это утро мало чем отличалось от остальных. Магистр уже закончил ряд упражнений и теперь спокойно разминал мышцы шеи, сидя на плетеном коврике. Внезапно раздался треск переговорного устройства. Этот аппарат, основанный на магических технологиях, магистр использовал лишь в крайней необходимости, предпочитая курьеров и почту, тем не менее, он поддерживал его включенным, чтобы всегда оставаться на связи.

Клонг нехотя поднялся с пола и подошел к переговорнику, выполненному в форме морской раковины, передав в устройство порцию энергии, магистр услышал голос старого друга:

- Здравствуй, Аримос.

- А! Как поживаешь, Сандер!? - радостно воскликнул Клонг.

- Неизменно в норме. Давно мы с тобой не общались, - ответил Верховный Паладин.

- Да уж, вот что значит быть занятыми людьми. Помню, когда мы после академии работали парой, вот то было время – не заскучаешь.

- Да и сейчас скучать не приходится.

- Что-то случилось?

- Потому собственно и трачу бесценную энергию.

- А я уж было подумал, что просто так проведать звонишь.

- Шутишь?

- Разумеется. Что стряслось?

- Было совещание Круга. Знаешь, как гроссмейстер решил выкрутиться из сложившейся ситуации?

- Какой ситуации?

- С нехваткой магии в нашем мире.

- Он хочет открыть большую дыру в мир демонов, для этого он строит генератор.

- Это же строго секретная информация! Как ты узнал?

- То, что знают двое, знает и свинья, слышал такое?

- Слышал, ну ты как был, так и остался тем еще пронырой.

- Стараюсь не терять хватки.

- Эксперимент уже на стадии завершения, Карс уверяет, что все точно рассчитано, и ошибки быть не может, но таких дыр в наш мир еще не открывалось, я не уверен, что это безопасно, но мое мнение в Круге оказалось в меньшинстве.

- Ты хочешь, чтобы я сказал свое компетентное слово?

- Да, возможно, еще не поздно будет переубедить гроссмейстера.

- Я тебя понял, я уже поднял старые архивы, просчитываю возможные исходы эксперимента, но как ты заметил, такой дыры еще не открывали, и сказать что-либо точно я не смогу. Все будет на уровне гипотез.

- Это плохо.

- Не пойму, почему гроссмейстеру не сделать дыру поменьше, чтобы не рисковать. Идея то в принципе опасная, но не столь плохая, как тебе кажется.

- Карс слишком уверен в себе, к тому же он считает, что мы не знаем ничего и о маленьких прорывах, поэтому разницы между ними не делает. Выгоднее решить проблему дефицита одним махом.

- Как бы он дров не наломал.

- Вот и я о том же. Подумай, как можно провернуть это поаккуратнее. Карс максималист, он никого не слушает.

- И меня в том числе.

- Но к твоему мнению прислушаются остальные члены Круга. Если ты будешь в чем-то уверен, я выступлю с инициативой об экстренном заседании Круга, где поставлю вопрос о пересмотре условий эксперимента.

- Хорошо, я сделаю все, что от меня зависит. Кроме того, кое-что я уже сделал, извини, пришлось прикрываться твоим именем.

- То есть.

- Я назначил двух своих учеников для обучения парной работе.

- Связка маг-паладин?

- Да.

- А они сработаются?

- Уверен.

- Это хорошо, только я то тут причем?

- Я сказал, что Орден назначит им именную стипендию.

- Вот пройдоха!

- Не все же оплачивать Академии, их обучение дорого стоит.

- Ладно, я понял, пришли мне счет.

- Уже.

- Ха. Рад был тебя слышать, надеюсь, в скором времени свидимся.

- Взаимно, удачи и счастливо.

---

Старинные часы на заводе пробили девять. Утренние лучи проникали в витражное окно главной башни, и свет постепенно завладевал кабинетом магистра. Марк Лист уже находился на рабочем месте. Сидя в кресле у камина он пил свой любимый кофе с имбирем и корицей и вдумчиво изучал какие-то старинные документы, изредка делая пометки в своем блокноте.

В дверь постучались.

- Можно, - в кабинет вошел Евгений Годин.

- А, Женя, рад тебя видеть. Входи, - Лист поправил очки и с широкой улыбкой протянул гостю руку. – Последнее время наши однокурсники все реже заходят проведать магистра.

- Хороший у нас был выпуск, - с ностальгией в голосе кивнул Годин и сел, - я иногда вижу наших в Совете, но в основном все разбрелись по отрядам охотников.

- Да у нас был сильный выпуск, почти все боевые маги, - согласился Лист, складывая документы на журнальный столик.

- По прежнему изучаешь заклинательство?

- Да, боевая магия мне не нравится, а вот заклинать демонов - настоящее искусство. Подчинить себе этих тварей. А? Какого?

- И как успехи?

- Да не плохо. Только последнее время топчусь на месте, не хватает знаний. Магистр в этой области не силен. Посоветоваться не с кем, складывается впечатление, что на сегодняшний день я сильнейший заклинатель демонов.

- И скромнейший.

- А что? Я знаю больше, чем кто-либо из Совета по этому вопросу. И практиковался я много, но выше второго уровня я не продвинулся, более сильные демоны меня не слушаются.

- И что будешь делать?

- Буду искать ответы в старинных записях.

- Сейчас направил запрос в архив Совета, чтобы мне разрешили поработать с секретными рукописями древних магов.

- Не разрешат.

- А вдруг Совет заинтересуется в сильном заклинателе, вполне могут позвать на службу.

- Уйдешь от магистра?

- А что делать? Надо же как-то дальше двигаться, думаю, магистр только рад будет.

- Кстати, где он?

- С минуты на минуту будет. Ты по поводу расследования?

- Да. Оно то собственно закончено, но есть один нюанс, который нужно обсудить с умным человеком.

- Закончено? И кто же все это затеял?

- Не мое дело, я сделал нужные выводы, дальше работа Плексора.

- О! Он то из подозреваемых душу вытрясет.

- Не сомневаюсь.

В кабинет влетел Клонг, он всегда спешил и появлялся всюду с шумом, посыпая вокруг позитивом.

- Женя! Вот так сюрприз, молодец, что зашел, - воскликнул магистр, разведя руки в приветственном жесте.

Евгений встал и поздоровался со старым учителем.

- Не лукавьте, магистр, я направлял вам материалы дела. Вы ведь знали, что я зайду.

- Ну уж, и нельзя старику подзабыть кое-чего.

- Старик!? Кто угодно только не вы, - улыбнулся Годин.

- Да знаешь, сколько мне лет! – наигранно возмутился Клонг.

- Знаю, и в своем возрасте вы замечательно выглядите.

- Льстец.

- Ни в коем случае, суровый реалист.

- Ладно, к делу, рад бы с тобой поболтать подольше, но у меня скоро лекция. Кофе?

- С удовольствием.

- Марк, тебя не затруднит?

- Сейчас сварю, магистр.

Клонг сел на свое место за широким столом красного дерева, обитым темно красным сукном, скрестил руки на груди и коротко кивнул:

- Рассказывай.

- В принципе с делом я разобрался, но не ясным остается один ключевой момент.

- Оружие?

- Да, мне совершенно непонятно в каком направлении надо следовать. Вы изучили отчет по делу, скажите, кто мог придумать такое и произвести, причем так, чтобы Совет ничего не заподозрил.

- Кристаллитом занимаются только демонологи. Но я бы не стал брать в оборот ученых из института демонологии.

- Почему?

- Все они мои ученики, с каждым из них я знаком и уверен, что те, кто мог додуматься до такого, не рискнули бы идти против Совета, их и там не плохо кормят. На мой, взгляд, нужно идти по пути обиды.

- То есть?

- Искать того, у кого есть счеты к Совету. Кого-то, кто занимался демонологией и был каким-то образом обижен Советом.

- Как же я его вычислю?

- Я бы просмотрел подшивки прессы за прошедшие годы. Демонологи – видные фигуры на политической арене, думаю, тут мог быть уместен какой-то скандал.

- Это разумно? А пойти по пути поиска производства нельзя? Насколько я понимаю произвести такое оружие не просто безумно дорого, такое производство громоздко и энергоемко.

- Не факт. Насколько я понимаю, эти трости создают барьер для магической энергии Именно поэтому маг становится бессилен, он лишается доступа к источнику своей мощи. Такое оружие очень эффективно. Судя по всему, принцип действия оружия основывается на неких свойствах кристаллита, а в таком случае производство не обязательно громоздко.

- Но магия – это энергия, чтобы создать для нее барьер, нужен сильный источник энергии, который, преобразуясь кристаллитом, создает поле. Этот источник энергии не произвести так просто.

- Верно, только магия – энергия, лишь когда пользуется магом, в остальное время это материя, и чтобы оттеснить эту материю, нужно, как ты сказал поле. И действительно нужен сильный источник энергии, который сложно произвести, но мы говорим о известных нам источниках.

- Вы хотите сказать…

- Это же логично, источник совершенно новый, нам не знакомый. Сам посуди, если бы он был из известных, демонологи бы давно обнаружили его необычные свойства при взаимодействии с кристаллитом.

- Значит, возможно наш гений не демонолог, а эксперт в области энергетики?

- Возможно, но он и демонолог в то же время, поскольку человек, не изучивший глубоко этот материал, никогда не придет к мысли пропускать сквозь него энергию.

- Вы уверены?

- Ни в чем нельзя быть уверенным, но это наиболее вероятно.

- Спасибо я примерно понял, в каком направлении мне двигаться.

Лист подал кофе.

- Спасибо, Марк, - кивнул магистр. – Женя, раз мы разобрались с твоей проблемой, не поможешь ли ты мне?

- Охотно.

- Ты слышал что-нибудь о неком эксперименте гроссмейстера Карса.

- Какие-то отрывки, сказанные между строк. Вы-то как об этом прознали, информация строго секретна?

- У меня свои связи, ты же знаешь.

- Знаю, Карс очень опасается огласки, он боится, что народ узнает о слабости магов.

- Это глупо.

- Отчасти да.

- Так что тебе известно?

- Эксперимент завязан на каком-то объекте, который строится на Антерской пустоши. Он каким-то образом должен решить проблему дефицита магии в нашем мире.

- Генератор, - кивнул Клонг.

- Магистр! Да вы знаете больше, чем я! - воскликнул Годин.

- Привычка, - развел руками Клонг. – Кстати, как твои успехи на поприще экспедиции в мир наших врагов?

- Есть продвижение, вот изучаю записки Бешеного.

- Даш почитать?

- Секретная информация - не могу, – покачал головой Годин, - но вот мои личные выписки – пожалуйста, - заговорщически подмигнул он магистру и с опаской покосился на Листа, тот, не отрываясь от бумаг, с улыбкой сказал:

- Я ничего не слышал, даже если будут пытать, ничего не скажу.

Магистр рассмеялся.

Часы пробили десять.

- Ой, время - враг наш в делах душевного разговора, - процитировал Клонг классика.

- Истинно так, - в тон ему согласился Годин.

- Буду рад видеть тебя снова. Обязательно сообщи о результатах расследования, потешь мое любопытство.

- Непременно, спасибо за помощь, - Евгений попрощался с магистром и его секретарием и вышел.

Спустя пятнадцать минут он уже садился в карету. Там на сидении спали, прислонившись друг к другу, Светлана и Ингвор.

- Как прошло? – сонно спросил разбуженный Инвор, своим хриплым голосом разбудив и Светлану.

- Познавательно, - ответил Годин, - сейчас едем в библиотеку, там тебе найдется кое-какая работа, потом к тебе домой, Света, соберешь вещи, а потом ко мне. Это были сумасшедшие сутки нужно отдохнуть.

- А мне, значит, отдых не положен?! – возмутился Ингвор.

- Вот управишься в библиотеке и можешь отдыхать.

- И где же справедливость?!

- Знал с кем идешь работать, не навязывался.

- Знаю, знаю.

---

Дом пылал, языки пламени с аппетитом лизали крышу и стены, вырываясь из окон и опаляя кроны садовых деревьев. Пожарный расчет работал слаженно, изо всех сил стараясь унять буйство огня, но усилия огнеборцев не увенчались успехом.

- Сухая погода, огонь очень быстро распространился, мы все, что смогли сделали, - виновато пожал плечами старший брандмейстер.

- Я понимаю, - ответила Светлана, сохраняя хладнокровие.

Годин стоял рядом и не знал, что можно сказать в такой ситуации, а Света смотрела на то, как огонь доедал остатки ее дома и глаза ее отражали отблески пламени.

- Надеюсь, истребитель найдет этих уродов и будет пытать на допросе, долго пытать, - тихо произнесла она.

- У нас уже давно не пытают, - сказал Евгений.

- Надеюсь, для них сделают исключение.

- Там было что-то ценное, я имею в виду, какие-то невосстановимые вещи?

- Нет.

- Тогда я думаю смогу выбить из Совета компенсацию побольше, это не беда.

- Да, не беда, - пожала плечами Н’айс.

- Едем ко мне, нам надо отдохнуть.

- Едем.

Когда за короткое время случается множество событий, а потом на смену им неожиданно приходит покой, на человека, как правило, опускается ужасная усталость и единственным желанием его становится поскорее добраться до постели.

Дом Година располагался в уютном тихом районе. Это был небольшой двухэтажный особняк.

- Вверх по лестнице – ванна, сразу за ней налево – гостевая комната, постельное белье сейчас принесу, - сказал Евгений, скидывая куртку.

- Всегда мечтала о доме с лестницей, - улыбнулась Светлана и пошла наверх.

Когда с гигиеной было покончено, оба отправились спать, и проспали около суток крепким беспробудным сном.

---

Рабочий кабинет Година располагался на первом этаже дома. Он любил работать дома. Кипы бумаг, газетные вырезки, стопки книг, исписанные настенные доски, валялись в полнейшем хаосе всюду. Усугубил беспорядок приходивший утром Ингвор. Помощник вывалил на порог огромную стопку газетных подшивок и, фыркнув, удалился на заслуженный отдых.

Светлана все еще спала, и Евгений принялся за работу, он по рекомендации магистра решил начать поиск зацепок в прессе. За этим занятием он просидел до обеда и просидел бы еще, если бы его не прервали:

- Доброе утро, - Света наконец проснулась.

- Скорее день, - ответил Годин, не отрываясь от очередной статьи.

- Я так долго проспала?

- Это нормально. Если хорошо поищешь, то может тебе посчастливится отыскать на кухне какой-нибудь завтрак.

- Все настолько запущено?

- Я обычно не ем дома. Но кофе ты точно найдешь.

- И на том спасибо.

Света ушла и вернулась через некоторое время с чашкой ароматного кофе, Годин втянул ноздрями воздух и многозначительно причмокнул, но подобный бессловесный намек был наглым образом проигнорирован Светой. Евгений вздохнул и продолжил чтение – самому идти на кухню было лень.

- Что ты ищешь в этой макулатуре? – спросила Света, допив кофе.

- Скандал, - однозначно ответил Годин.

- Какой?

- Связанный с магией, с демонологами, если быть точным.

- Тогда зачем ты просматриваешь газеты целиком?

- В смысле?

- Демонологи парни странные, их многие опасаются, считают что они могут насылать порчу.

- Что за суеверный бред?

- Газетчики люди простые и суеверные, поэтому все крупные события связанные с демонологами публикуются на второй полосе, можешь назвать это традицией.

- Сколько лет этой традиции?

- О ней говорится в истории журналистики примерно так: «уходит корнями в седую старину».

- И она никогда не нарушается?

- Насколько я знаю, нет. У меня в редакции по крайней мере никогда не нарушалась.

- Хм, … спасибо, это облегчит мне работу.

Годин снова окунулся в чтение, Света увидев что беседы не получится, схватила первую попавшуюся книгу и от нечего делать принялась читать. Книга была не интересная, и Н’айс то и дело отвлекалась, наблюдая за расследователем, который, казалось, не замечал ничего вокруг, погрузившись в работу.

Евгений относился к тому редкому типу мужчин, чья сексуальность определялась не красотой тела или лица, а умом, собранностью и уверенностью в своих силах. Многие дамочки по узости ума своего полагали, что привлечь женщину может лишь атлетичный красавец, но на то они и дамочки, чтобы недооценивать притягательную силу ума. Света же была женщиной мудрой и подобных предубеждений не испытывала.

Она неожиданно для себя обнаружила давно забытое чувство. Если бы она была юной девочкой, то, застенчиво потупив взор, призналась бы, что он ей нравится, но это было нечто другое. К ней пришло знание, а не чувство. Знание это говорило, что она бы огорчилась, если бы этот человек вдруг ушел из ее жизни.

Она отложила книгу. Годин по-прежнему задумчиво изучал старую прессу. За окном уже смеркалось, Света и не заметила, как пролетело время.

- Евгений, нет желания выпить кофе? – нарушила она повисшую тишину.

Годин вздрогнул, будто за работой позабыв, что в комнате он не один.

- Можно, - сказал он, откладывая газеты в сторону и сладко потягиваясь. – Я даже его сварю, если ты перестанешь называть меня Евгений.

- А как?

- Просто Женя.

- Я постараюсь запомнить.

На кухне за чашкой кофе они неожиданно для себя разговорились и проболтали весь вечер. Темы были самые разные, от нелепой болтовни до откровенных жизненных историй. Собеседникам было легко общаться, разговор лился плавно и непринужденно. Но любой разговор кончается, и этот не стал исключением, Света встала из-за стола, чтобы пойти спать, Женя тоже встал. Неожиданно для обоих что-то изменилось, это читалось во взгляде, изгибе губ, какая-то струна натянувшись между ними взяла высокую ноту и лопнула, вдруг не выдержав напряжения. Женя, быстро приблизившись, поцеловал Свету.

И были еще поцелуи, и была ночь…

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Fri, 13 Jun 2008 18:00:00 +0000

Глава 5.

Совет – главный управляющий орган Ирея, ответственный за все, что касается магии, располагался во Дворце Совета, в центре города. Здание дворца было строением древним и монументальным. Главный совещательный зал вмещал около восьмисот человек и сейчас этот зал был заполнен до отказа. Ежемесячно совет собирался для обсуждения наболевших вопросов, право голоса имели все от рядовых магов до гроссмейстера – главы Совета.

Магистр Клонг довольно бесцеремонно появился в середине заседания, вывалившись из портала прямо в центр зала, подобное поведение ему как человеку занятому и уважаемому давно спускалось с рук.

- Господа маги, поприветствуем нашего следующего докладчика магистра магии, начальника академии Совета, Аримоса Клонга, - громогласно объявил гроссмейстер, восседавший на невысоком троне в центральной ложе овального зала.

- Благодарю вас, гроссмейстер Карс. – поклонился магистр. - Приветствую всех собравшихся здесь. Сегодня я рад поделиться с Советом результатами своих последних исследований в области магии.

Во-первых, проведя множество опытов и экспериментов, я опроверг теорию Штонга. Напомню, что теория говорит о том, что магия в нашем мире – ресурс неисчерпаемый, что она в избытке поступает из мира демонов, через мельчайшие отверстия в реальности, своеобразные поры. Этими микропрорывами он объяснял появление в нашем мире призраков, бесов и прочей мелкой нечисти. Так вот, теория Штонга – полная чушь. Магическая энергия проникает в наш мир только тогда, когда открывается очередной проход и вырывается демон.

- Как подобное открытие может повлиять на магов? – послышалось несколько обеспокоенных голосов из зала.

- Оно, строго говоря, уже влияет, - ответил Клонг, - ничего фатального, на мой взгляд, не произойдет, магии в мир приходит гораздо больше, чем затрачивается на убийство прорвавшегося врага. Я бы рекомендовал Совету провести просветительскую кампанию, с целью пропаганды более экономного и рационального использования магической энергии.

- Совет учтет ваши пожелания, - сказал Карс.

- Благодарю, но мое открытие, по сути, не главное, да Штонг был не прав, и из этого вытекло весьма неприятное следствие. Мы, дамы и господа, деградируем, как чародеи.

- Что!!!? - раздались возмущенные возгласы по всему залу.

- Спокойствие! – грянул голос гроссмейстера, и шум стих, - Вы, магистр, делаете весьма опасные заявления, будьте добры, пояснить ваше высказывание.

- Все мои заявления перед лицом Совета, обдуманы и взвешены с предельной тщательностью, гроссмейстер, - холодно заметил Клонг. – Поясняю, маги прошлого, как нам известно, из достоверных исторических хроник обладали возможностями, мягко говоря, более широкими, чем маги современности. Почему? Разгадка проста. Во времена первых магов, энергии из мира демонов было в нашем мире в избытке, она просто пропитывала все вокруг и маги были сильнее. Дети, рожденные в мире полном магии, становились сильными чародеями, но с каждым поколениям эта сила слабела. И дело не в вырождении рода, дело в том, что магия в мире убывала, прорывы случались редко, а тратилось куда больше, чем поступало. Природа стремится к равновесию. Магии стало меньше и маги как следствие стали слабее. На современном этапе для всех нас крайне важно осознать, что жизненно необходимо сохранить существующий мировой запас магии на одном уровне, а по возможности и приумножить его.

- Вы предлагаете ограничить использование магии, – гроссмейстер Карс поднялся со своего трона. – Магистр, вы хоть понимаете, что вся наша цивилизация стоит на твердых ногах лишь потому, что мы пользуемся магическими технологиями в быту, а вы предлагаете в одночасье лишить людей массы полезных благ.

- Ничего не делается в одночасье, гроссмейстер, процесс этот без сомнения должен быть постепенным. Тут важен вопрос выбора: либо мы еще какое-то время пользуемся магией, и в конечном счете маги ослабевают на столько, что просто не могут противостоять даже слабым демонам, либо мы пользуемся магией только для защиты от прорывов и стратегических нужд страны и ищем иные способы возвышения нашей цивилизации, нашего государства.

- Вы предлагаете государству вернуться к средневековому образу жизни? Вы представляете, какая это будет проблема для страны?

- Специфика человека заключена в том, что он очень быстро решает проблему, только тогда, когда она непосредственно возникает.

- Благодарю вас магистр, - кивнул гроссмейстер, - Круг Совета примет решение и вынесет его на голосование.

- Сократите потребление магии до минимума, - повторил Клонг, - это единственный на сегодня безопасный способ решения проблемы и в качестве примера, коллеги, я покину собрание не телепортом, а на извозчике. Благодарю за внимание, - Клонг поклонился и направился к выходу из зала.

Обычно уход магистра сопровождался аплодисментами, но в этот раз зал был погружен в задумчивое и тревожное молчание.

---

Светлана пришла в себя, довольно быстро справившись с подкатывающейся истерикой. Ей было неловко за проявленную слабость и, сказав слова благодарности, первый час пути она молча наблюдала за пейзажем, пробегавшим за окном, стараясь не смотреть на своих спасителей.

Годин лишь восхитился силой этой женщины, помянув слова доктора Арвуса. Он тоже не спешил разговаривать, снова углубившись в записки Бешеного. Один лишь Ингвор скучал и, ерзая на месте, не знал, как бы прервать затянувшееся молчание.

- Эээ, все же хорошо, что у вас шеф случилось озарение, - сказал молодой маг.

- Угу, - кивнул Годин.

- У вас бывают озарения? - с удивлением спросила Н’айс, - а я подумала, что вы просто что-то забыли и поэтому вернулись в мою палату.

- Нет, что вы, - живо подхватил Ингвор, - шефа прямо скрутило от озарения.

- Интересно, - Светлана подобралась на сидении, - насколько я знаю, озарения случаются у людей крайне редко, и это… больно.

- Да, приятного мало, - кивнул Годин, убирая бумаги в портфель. – Вам повезло, что у меня такой дар развит выше, чем у рядовых магов и что он так своевременно дал о себе знать.

- То есть вы не контролируете его.

- Конечно нет, даже Следящему за тьмой это не под силу.

- Скажите, Евгений…

- Давайте на ты.

- Скажи, как по-твоему почему меня не убрали еще там в парке, почему пришли только сейчас, когда я уже все рассказала магам Совета.

- Все достаточно просто. Убийство Антского должно было выглядеть как несчастный случай. Расчет был на то, что никто и не подумает усмотреть в его гибели чье-то вмешательство, магия штука сложная, мало ли где мог напортачить маг и попасться в лапы к демону. Соответственно убери они тебя, и у магов прибывших на место возникли бы подозрения, которые могли спровоцировать более тщательное расследование.

- Так расследование и так более чем тщательное.

- Да, но его бы не было, если бы ты молчала. А ты бы молчала, если бы демон не повел себя столь нехарактерно. Этот господин в шляпе, рассчитывал, что демон, разделавшись с Антским, примется за тебя, а ты как человек чуждый магии перед этой тварью – совершенно беззащитна.

Света судорожно сглотнула, представляя себе последствия встречи с демоном, вспоминая тот жуткий смех.

- Выходит, убей меня демон, никто бы и не подумал искать причину смерти в чем-то другом.

- Верно. Твои слова, хоть и осмеяли публично, но к сведению приняли. Магов очень взволновало это событие.

- Сволочи они двуличные, - с обидой в голосе заметила Н’айс, - не принимай на свой счет.

- Да ты в принципе права. Большинство сидящих в Совете – заядлые интриганы и кляузники. Пару раз звали туда – не пошел.

- Так ты же вроде под крылом у гроссмейстера.

- Гроссмейстер заинтересован в моем исследовании и потому оказывает всяческую поддержку. Все остальное - слухи, раздутые вами – газетчиками, не принимай на свой счет.

- А что за исследование?

- Секретная информация.

- Так уж и секретная?

- Понимаю твое профессиональное стремление, но уж прости, ничего более сказать не могу.

- Зачем мы едем в Совет?

- Обстоятельства дела для меня ясны. Нужно доложить о них гроссмейстеру, дальнейшие действия уже не моя работа.

- А чья?

- Репрессивные меры – это по части Плексора.

- Истребителя?

- Да.

- А вы, по-моему, не плохо владеете боевой магией.

- Владею и люблю использовать – разные вещи. Мне не по душе война.

- Пацифист?

- Ни в коем случае, просто не люблю.

- А мне зачем с вами в Совет?

- А где ты еще будешь в безопасности? Домой соваться тебе нельзя. К друзьям, подругам, любовникам - тоже. Близкие есть?

- Нет.

- Тем более. Поэтому пока предлагаю свою компанию. После разговора с гроссмейстером решим, что с тобой делать.

- А почему ты мне помогаешь?

- Привычка у меня такая.

- Помогать?

- Угу, - Годин посмотрел в окно и снова достал записи, разговор к огорчению заслушавшегося Ингвора закончился.

---

В уютной комнате с круглым столом посередине пахло апельсиновым табаком. Следящий за тьмой всегда носил с собой маленький кальян и раскуривал его при первой возможности. Остальные собравшиеся в комнате не питали к табаку большой любви, но деликатно молчали об этом.

Сосновые дрова громко потрескивали в камине, старый граммофон на заводе проигрывал лирическую мелодию старинного классика. По комнате, смешиваясь с табачным запахом, витал аромат варящегося в песке кофе.

Несмотря на уют и непринужденность атмосферы царящей в комнате, собравшиеся за столом люди пришли сюда не для праздного времяпрепровождения, они решали важнейшие вопросы государства.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Thu, 12 Jun 2008 22:38:00 +0000

Глава 4.

- Так, так, так, ну-ка быстро все построились, и носы свои любопытные куда не просят не суйте. Помните, техника безопасности, техника безопасности. Не с посохом работаете, а с башней

Гресс, слушая слова мастера артефактов, не в первый раз неприязненно поморщился. Он стоял в строю молодых магов. Им всем предстоял урок работы с башней и каждый ждал этого дня с трепетом и нетерпением, поскольку это был не простой урок, а испытание, пройдя которое, становилось ясно, будешь ли ты магом Совета или станешь ковать доспехи паладинам.

Но вот уже час третьекурсники стояли на площадке перед башней и слушали постные нотации старого преподавателя, который, смакуя слова и переставляя реплики местами, толкал одну и ту же речь уже в четвертый раз. Это не вызывало ничего кроме раздражения, но прервать старого мастера никто не решался.

- Ну-ка скажите, ученички, что такое башня? Ну, кто знает? – хитро прищурившись спросил мастер.

- Башня – это, по сути, крупный артефакт, она во стократ усиливает силу заклинаний кастуемых магом, - со скучающим видом ответил Гресс.

- Верно, вы видно самый тут умный, - ехидно подметил старик. – А вот скажи мне умник, в чем разница между башней и простым артефактом, кроме размеров, конечно?

- Башня, в отличие от артефакта требует усилий от мага во время колдовства. Артефакт достаточно активировать, сил тут не требуется. А, чтобы манипулировать башней, нужно тратить много сил. Причем контролировать башню и творить волшебство приходиться одновременно, - сказал Гресс.

- Снова верно. Вы начинаете мне нравиться, господин умникс, - мастер артефактов хихикнул.

- Ну раз уж вы взяли сегодня на себя роль всезнайки, ответьте и на последний вопрос: как работает башня?

- Она черпает силу из подземных недр, крупицы магической энергии впитываются в землю, башня собирает эти крупицы и передает магу, но поток настолько силен, что его необходимо постоянно держать под контролем, иначе можно стать безмозглой куклой.

- Верно, вот мы сейчас и посмотрим, как вы умеете держать поток под контролем. Вся теория по этому вопросу вам известна. Пора попрактиковаться. Если станете безмозглой куклой, как вы выразились, академия ответственности за это нести не будет, каждый присутствующий здесь подписал соответствующие бумаги. Если вдруг кто-то передумал, еще не поздно отказаться, но пометка об этом будет сделана в вашем дипломе. Есть тут трусы?

Ответа не последовало.

- Тогда, вперед, уважаемый Гресс, поднимайтесь на башню.

Башня была монументальным строением, узкая, отлитая из черной стали, она высилась над окрестностями, как игла, устремленная к солнцу. На ее вершине располагалась небольшая площадка, на ней стояли два каменных столба в пол человеческого роста. Столбы эти увенчивали железные пластины с выемками для рук, это был своеобразный пульт для запуска башни. Подобные строения были воздвигнуты магами древности на заре цивилизации второй расы. Шесть башен располагалось в Ирее, две из них на границе с проклятыми землями. Еще три башни стояли заброшенными по дороге к ледникам Уматра. И тремя башнями обладал ближайший сосед Ирея – северное государство Кирд.

Гресс с трудом поднялся по длинной и крутой винтовой лестнице наверх и остановился перед столбами, чтобы перевести дух. Вид с башни открывался потрясающий – благоухающее зеленолесье, темно-синие воды и тонкая песчаная полоска побережья.

- Вам там что смотровая площадка? – послышался голос мастера из переговорного отверстия в полу башни. – Начинайте, если станет туго, кричите, я отключу башню.

Гресс глубоко вздохнул, собираясь с силами. Подкатив рукава, он положил руки на пусковой механизм башни, монументальная конструкция отозвалась гудением и мелкой вибрацией. Первые минуты ничего не менялось, но затем из недр земли вырвался поток силы, пронзивший ученика миллиардом острых иголок. Каждая клетка организма завибрировала в такт башне, рождая колоссальную боль. Болело не только тело, но и, пожалуй, сама душа. Гресс рад бы был закричать, но скулы свело от напряжения, и он не мог открыть рта. Сосредоточив в руках последние крупицы воли, что еще не поглотила башня, он послал слабый магический импульс столбам, и боль стихла. Башня подчинилась.

- Да-да, боль – неотъемлемая часть работы с башней, - послышался будничный голос мастера из переговорника. – Поздравляю, башня вам подчинилась. Да только этого мало. Просто контролировать не сложно, теперь я бы хотел увидеть впечатляющую шаровую молнию, сотворенную вами и летящую в сторону океана.

- Что?! – ошеломленно воскликнул Гресс, он из последних сил подавлял напряжение идущее от башни, в таком состоянии он и помыслить не мог о том, чтобы колдовать.

- Для вас это новость? Колдуйте! Живо!

Гресс попытался сконцентрироваться на заклинании и тут же получил удар боли от башни. Нужно было разделить сознание, одной его части предстояло контролировать башню, а другой сосредоточиться на заклинании. Разделение сознания процесс далекий от магии, это скорее вопрос воли человека. Однако, этот прием очень широко применялся при магических действиях высокой сложности. Грессу всего дважды в жизни удавалось проделать подобное.

Как говориться, страх – лучший мотиватор, Гресс ясно вспомнил все то, чему его учили, и сам того не заметил, как одна часть его сознания намертво обратилась к башне, а другая произнесла формулу заклинания, составила траекторию и вообразила эффект. Полыхнуло будто при пожаре на складе пиротехники. Вспышка света на секунду затмила сияние солнца, и огромная шаровая молния устремилась в сторону океана. Гресс с усилием оторвал руки от столбов и, с трудом держась на ногах, посмотрел на свое творение: сверкая тысячью мелких энергетических отростков огромный шар электрического света неспешно плыл в воздухе, красивый и смертоносный. Это было лучшее из магических творений Гресса.

- Браво, мой мальчик! Браво! – из переговорника послышались аплодисменты. – Молния, конечно, убогенькая, но думаю, работу я вам зачту. Как вы там?

- Мастер, можно откровенно? – спросил Гресс, опускаясь без сил на колени.

- Конечно, мой мальчик.

- Идите к черту.

Мастер в ответ завернул гораздо более насыщенное ругательство, а так же посулил массу «приятного», когда Гресс спустится с башни, но ученик его уже не слышал. Он бездумно смотрел в небо, лежа на вершине башни и последними крохами сознания улавливал его красоту. Башня выпила все его силы.

---

Академия Совета, вопреки названию, готовила не только магов для Совета, но и паладинов для Ордена.

Паладинами называли воинов, чье мастерство боя не уступало силе и натиску демонов. В отличие от магов паладины сражались с демонами не заклинаниями, а обычным оружием. Точнее не совсем обычным.

Не все маги обладали высокими способностями к колдовству. Слабым ничего не оставалось, кроме как идти в оружейные мастера. Они готовили доспехи и оружие для паладинов. С простым оружием и в простой броне воин все равно что насекомое для демона – раздавит и не заметит. Чтобы уравнять шансы на победу паладины пользуются заговоренным оружием, их доспехи отражают практически любую демоническую магию, их мечи и секиры легко рассекают кожу врага.

Необходимость в паладинах была давно доказана. Маги не всегда и не везде успевали вовремя, поскольку следящие и оракул не всегда точно и в срок предсказывали очередной прорыв. На такой случай во всех местах, где жили люди, жили и паладины, их обязанностью было охранять мирное население. Кроме того паладины регулярно устраивали крестовые походы по землям Ирея и пограничью с Проклятыми землями, выискивая и уничтожая прорвавшихся демонов.

- Щитом работай, недоумок! Щитом! – мастер меча стоял на смотровой вышке тренировочной площадки и посыпал подопечных сочными ругательствами.

Тренировка была в самом разгаре. На площадке стоял агрегат, прозванный учениками школы паладинов «драконом».

«Дракон» представлял собой широкий вращающийся столб, испещренный круговыми руническими формулами. В местах пересечения кругов из столба торчали сопла, из которых наперебой вылетали магические снаряды. Сгустки тьмы, «красные каракатицы», пульсары огня, - далеко не полный перечень тех подарков демонической магии, которыми столб угощал учеников школы.

Суть тренировки заключалась в том, чтобы отразить или увернуться от всех ударов посланных «драконом» и выключить его, подойдя вплотную.

Задачка эта была не проста. Столб отличался хитростью и испускал снаряды в самые неподходящие моменты, благодаря ему, уже трое молодых бойцов, подвывая от боли, лежали на песке. Смертельно столб, конечно, не ранил, но калечил исправно.

Тилл на мгновение замер и, укрывшись за щитом, перевел дух. Сегодня он отрабатывал пошаговую тактику работы со столбом. Он прекрасно понимал важность этих тренировок. Столб олицетворял собой демона, который, как известно, не безмозглое животное и в лоб атаковать не станет. Чтобы заставить демона драться в рукопашную, паладину нужно подойти к нему вплотную, преодолев все магические каверзы врага.

Пошаговая тактика была проста и в то же время наиболее эффективна.

Тилл поднял башенный щит и, мечом отклонив полет огненного шара, сделал три шага и замер, снова укрывшись за щитом. Непрерывно сыпать заклинаниями могут только очень сильные маги и демоны, последние не появлялись в этом мире со времен Катастрофы. Остальным же требовалось время для активации каждого следующего заклинания. За это время воин мог успеть сделать минимум три шага. В этом и заключалась пошаговая тактика, три шага и, прикрыв щитом спину, мечом отражать хитрые заклинания. Хитрыми ученики называли те заклинания, снаряды от которых летели не в лоб, а по изогнутой траектории, стараясь обойти защиту противника.

Главное в таком способе боя было не упускать моменты, когда демон меняет свое местоположение и следить за тем, чтобы он не напал со спины, пока ты отражаешь очередной снаряд.

Тилл подошел уже достаточно близко, столб почувствовал это и разразился целым шквалом разнообразных снарядов. Тилл бросил щит. Теперь он был не нужен. Подойдя близко к демону, укрываться за щитом опасно, тот может внезапно прыгнуть сзади и тогда паладин окажется в смертельно опасном положении. Сократив расстояние необходимо бросить щит, и не теряя сосредоточенности и боевой концентрации, продолжать движение, отбиваясь от атакующих заклятий мечом.

Тилл отбил двенадцать заклятий, последние пришлось отражать в развороте и тринадцатое заклятие, пущенное коварным «драконом», угодило ему в плечо. Плечо прожгло едкой болью, но оружия Тилл не выронил. Он отбил еще два заклятия и швырнул меч в переплетение рун. Оружие воткнулось в столб и тот замер.

- Бездарный ход! – рявкнул наставник. – Шанс один из десяти, что таким ударом ты бы сразил демона. А раз так, скажи, чем ты собираешься его убивать? Да что там убивать тебе даже шкуру свою прикрыть нечем. Ни щита, ни меча – хорош воин.

- Но столб стал метать заклятия быстрее, чем указано в руководстве по тактике пошагового боя! Это нечестно! – воскликнул Тилл и пнул зловредный агрегат.

- Да, «дракон» сегодня установлен на повышенную сложность, которая соответствует демону седьмого уровня, - ответил наставник.

- Седьмого!!! Да выше четвертого в наш мир демоны не проникали со времен Великой Войны! – негодующе крикнул Тилл.

- Тилл Дерк, ты видишь будущее?

- Чего?

- Ты видишь будущее?

- Нет, конечно, это доступно лишь пророкам Оракула и следящим.

- Тогда откуда ты можешь знать, каким будет мир завтра. Нужно готовиться к худшему. Если ты готов к бою с демоном седьмого уровня, то демон четвертого для тебя – пустяк, чего не скажешь об обратной ситуации. Ясно?

- Ясно.

- Ты плохо справился с заданием, но ты единственный, кто остался на ногах. – Наставник с презрением оглядел тренировочное поле с лежащими на нем учениками, - Обдумай тактику, сделай выводы, пока я настраиваю столб на восьмой уровень. Попробуешь еще раз.

- Но…

- Еще раз!!!

- Да, учитель.

Тилл выдернул из столба меч и поднял щит. Он всегда очень болезненно воспринимал неудачи и обида на несправедливого учителя придавала ему сил.

- Готов?! Пошел! – без предупреждения скомандовал мастер и запустил «дракона».

Проклятая машина разразилась целым шквалом магического огня и прочих снарядов. Тилл с огромным трудом отбивал атаки, столб не давал ему возможности передохнуть, о нападении даже и речи не шло. Это бесплодное противостояние продолжалось около десяти минут, потом Тилл начал уставать и попустил сразу два болезненных удара. Сосредоточенность уступила место ярости. В порыве слепого гнева Тилл бросил свой щит в столб и в два прыжка оказался перед механическим противником, получил мощный снаряд в грудь и распластался на песке, отхаркивая кровью. Юный паладин уже готов был к добивающему удару, но выстрелы прекратились. «Дракон» странным образом кружился вокруг собственной оси, из его нутра доносился лязг металла, пар и черный дым вперемешку вырывались со свистом из сопел магического метателя.

- Ты что сделал?! – завопил учитель и бросился к ничего не соображающему Тиллу.

- Ничего, - бессвязно ответил он.

- Ты что вдруг магией стал владеть?

- Что за чушь!

- Чушь? А что это за волна такая о тебя шла.

- Волна?

- Да от нее столб перестал работать! Видишь, что с ним твориться!

- Это не я… это не мог быть я...

- Так значит никакой магии не применял, амулеты там всякие не носишь?

- На тренировках нет, можете обыскать.

- Вот как.

Мастер задумался, обошел «дракона», постучал по нему, замер и надолго о чем-то задумался. Все это время Тилл лежал рядом, боясь пошевелиться и вызвать новый приступ боли.

- Ладно, иди в лазарет, - наконец сказал учитель. – Я тут сам разберусь.

- Спасибо, мастер.

- Через три дня попробуешь снова, уровень будет девятый. А через пять дней у тебя экзамен. Готовься.

- Да, мастер.

С трудом поднявшись, Тилл собрал оружие и, держась за обожженную грудь, отправился к лекарю.

---

Красивая, пузатая оранжевая тыква позеленела, съежилась и рассыпалась в труху.

- Кхм, когда я говорил уничтожить, я предполагал нечто более зрелищное, - задумчиво оглядывая поверженный плод, сказал Марк Лист.

Ученик, которому адресовывались эти слова виновато пожал плечами.

- Ладно, в конце-концов, результат достигнут. Поздравляю, вы получили свою первую аттестацию.

В парке академии шел урок практической магии у первокурсников. Марк? ведущий эти занятия, пожелав внести разнообразие в однообразные учебные дни, проводил урок на свежем воздухе. Чтобы ребятам было веселее? он принес тыкву и попросил учеников уничтожить ее, любым известным им методом. Это вызвало массу шуток и веселья, но когда дело дошло до исполнения задания, выяснилось, что магия штука неподатливая. Ученики впервые в жизни пробовали применить то? о чем раньше только слышали, поскольку колдовать не окончив академии или не будучи ее учеником? строжайше запрещалось и нарушители запрета преследовались Советом и безжалостно искоренялись.

- Так, давайте еще раз повторим, что необходимо для удачного применения заклинания. Мысленный образ, голосовая формула и знак концентрации. Так?

- Вообще-то во всем этом, строго говоря, нет необходимости, - сказала Дея, у которой заклинании вышло пожалуй лучше всех, от чего уважения к девочке, которую уже прозвали «зубрежницей», прибавилось.

- Строго говоря, вы правы, - улыбнулся Лист, - объясните остальным.

- Древние маги творили заклинания просто усилием воли, не пользуясь ни формулами, ни знаками концентрации. Правда, сейчас на такое способны не многие, разве что гроссмейстер, да истребитель.

- Верно, напомните остальным, для чего используется голосовая формула.

- Наше тело – проводник магии. Голос – это вибрации, формулы – это вибрации которые по-особому перестраивают мозг человека. Произнося формулу, мы даем команду мозгу, а мозг нашему телу преобразовать магию в то, что нам необходимо, будь то энергетический снаряд или поток целительного света.

- Вы замечательно владеете теорией, да и практикой тоже, - похвалил Лист.

- Спасибо.

- Ответьте тогда еще, для чего нам нужны знаки концентрации, которые мы формируем руками при произнесении заклинания.

- Ответ заложен в вопросе. Для концентрации. Чтобы заклинание вышло, как можно более удачным, нам необходимо сконцентрироваться. Существует масса способов, и каждому подходит свой. Но есть и универсальный способ – знаки концентрации. Считается, что с их помощью легче всего сконцентрироваться, для каждой голосовой формулы есть свой знак. Но лично мое мнение, в них нет большой необходимости, сосредоточиться можно и так, не теряя время на бесполезные рукоплескания.

- Вы отчасти правы, но вы сами сказали, что все мы разные, а значит кому-то достаточно волевого усилия чтобы сконцентрироваться, а кому-то без знаков не обойтись.

- Да, наверное, это же касается и мысленных образов.

- Да, наше воображение рисует эффект заклинания, влияя на мозг, но это вовсе не обязательно для удачного кастования. Более подробно с физиологией магии вы познакомитесь на втором курсе, а пока нам известно достаточно, чтобы понять, что пренебрегать изучением формул и знаков не стоит, потому что они могут пригодиться всем.

- Почему? – спросил кто-то из учеников

- Сейчас перед вами тыква, и вы можете сконцентрироваться, но если перед вами окажется демон, и вас одолеет страх, так ли легко вы сосредоточитесь без знаков?

- Не знаю.

- И я не знаю, поэтому все формулы и знаки помню наизусть и каждый день повторяю как молитву.

- Мастер, Лист, - обратился один из учеников.

- Да, - отозвался Марк.

- А можно ли придумать новые формулы?

- Теоретически формул можно навыдумывать бесконечное множество, но загвоздка в том, что это крайне трудно, приходиться учитывать миллион мелких факторов, пренебрежение каждым из которых может убить изобретателя. Разработкой новых формул занимаются гениальные умы Ирея, причем не поодиночке, а сообща. Сначала производятся подробные расчеты, потом создаются куклы, которые читают заклинания, если с их искусственным мозгов все в порядке, заклинание испытывает маг, потом другие маги. Потом исследуется область применения заклинания и масса чего еще… Короче говоря, процесс изобретения новой формулы очень трудоемкий и долгий.

- Эх, - вздохнул ученик, - а как хорошо было древним магам, которым было достаточно просто захотеть и их желание исполнялось.

- Мастер Лисп, а почему мы слабеем с каждым поколением? – спросила Дея.

- Этот вопрос вам лучше задать магистру Клонгу, он как раз завершил исследования в этой области. Итак, все, кто справился с заданием, могут идти, остальные – пробуйте еще.

Часть учеников, в том числе и Дея, отправились по своим делам. На пол пути в библиотеку Дею нагнала подружка Кира.

- Ой смотри, - воскликнула она, дергая Дею за рукав, - это не тебя ли там дожидается этот паладин?

Дея посмотрела в указанном направлении и кивнула.

- Да, меня, это Тилл.

- Какой симпатичный, мужественный, - облизнулась Кира.

- Да, симпатичный, - равнодушно ответила Дея.

- Что-то ты не сильно рада.

- Кира, тебе не пора в библиотеку?

- Поняла, ухожу. Удачи. Увидимся.

- Пока.

---

- Давно ждешь? – вместо приветствия поинтересовалась Дея.

- Давно, - ответил Тилл, обхватывая ее за талию и прижимая к себе. – Видел, как ты размазала эту тыкву, впечатляет.

- Спасибо.

Они поцеловались.

Они были вместе уже год и виделись так часто как могли с момента знакомства.

Их отношения завязались довольно банально. Дея была дочерью тогда еще просто высокопоставленного чиновника, а ныне главы Правления Генриха фон Вирте. До поступления в академию она часто отдыхала на побережье в личном имении отца, там же проходил стажировку тогда еще второкурсник Тилл. В его обязанности входила охрана поместья. Отец Деи не был магом, и закон не позволял ему нанимать в охрану паладинов, только их учеников. Против этого закона даже высокое положение не имело силы, поскольку за его исполнением следил Совет. Хотя и считалось, что Совет ведает лишь делами, связанными с магией, его влияние расползалось гораздо дальше, чем было принято считать.

Страсть вспыхнула между молодыми людьми внезапно, и их летний роман был полон чувств и эмоций. Лето кончилось и, казалось бы, настало время расставаться, но оба тогда поняли, что простое увлечение переросло во влюбленность, они продолжили встречаться.

Тилл очень ласково и трепетно относился к Дее, рядом с ней превращаясь из жесткого и сильного бойца в податливого котенка. Дея никогда не пользовалась этим, не диктовала ему свою волю, она уважала своего мужчину и по-своему любила.

- Ты грустная, что случилось?

- Ничего.

- Уверена? Может, поговорим?

- Тилл, отстань

- Ладно.

- Только не обижайся, нам действительно надо поговорить, но не сейчас.

- Меня почему-то пугает эта фраза.

- Почему?

- Не знаю, мне кажется, разговор будет не приятным.

- Может быть, но я не могу больше его откладывать. Сейчас мне надо бежать на занятия, потом я на неделю уеду к папе, когда вернусь, мы обязательно поговорим.

- А я думал мы сходим куда-нибудь на выходные, у меня как раз будет увольнение.

- Не могу.

- Я понимаю.

Он прижался к ней и поцеловал в щеку.

- Мне надо идти.

Дея позволила себя поцеловать еще раз на прощанье и поспешила на занятия. Настроение у нее было поганое.

---

По обыкновению Тилл явился на прием раньше срока и теперь ждал приглашения под дверью кабинета магистра.

Неожиданный возглас, раздавшийся в конце коридора, заставил его вздрогнуть:

- А, дружище! Как я рад тебя видеть! – к Тиллу подошел его старый друг Гресс. – Есть что-то несправедливое в том, что мы так редко видимся.

- Оба занятые люди, - выдавил улыбку Тилл.

- Ты что-то не веселый какой-то? Случилось чего?

- Да нет, все нормально.

- Колись. Я тебя знаю, у тебя на лице написано – «душевно страдаю». Чего такое? Без девушки тут не обошлось, носом чую.

- Оторвать бы тебе твой нос, чует он слишком много.

- Ну вот видишь. Значит я прав.

- Прав.

- Так в чем дело?

- Дело в Дее. Мне кажется, она меня бросит.

- Эта маленькая всезнайка? С чего ты взял?

- Чувствую. Последнее время она как-то холодна со мной.

- Может это сезонное или там кризис отношений и все такое, пройдет.

- Не знаю, может и так. У нас еще не было толкового разговора на эту тему.

- Ну вот! Так и чего страдать раньше времени. И вообще, невелика потеря, вокруг полно девушек, которые по тебе сохнут. Запоминай движение, - Гресс щелкнул пальцами. – Делаешь так, и они все тебя облепят, и глазом моргнуть не успеешь.

- Зачем мне эти пустышки. Противно, когда в отношениях приходиться затыкать девушке рот поцелуем лишь бы не слышать дурацких сплетен о ее подружках, шмотках и светской жизни.

- Просто ты производишь впечатление тупого солдафона, пустышки таких любят. Они же не знают, какой ты есть на самом деле.

- В том то и проблема.

- Да, умным тяжело найти любовь.

- На себя намекаешь, - Тилл ехидно приподнял левую бровь и посмотрел на друга.

- Конечно, - без тени застенчивости ответил Гресс и рассмеялся. – Девушки на меня не смотрят.

- А собой заняться не пробовал?

- Когда мне? Столько учебы.

- Типичная отговорка.

- А не начиная ты опять этот разговор, я, конечно, уважаю твои мечты затащить меня в спортзал и погонять там, как ломовую лошадь, но помни: мечтам не свойственно сбываться.

- Я иного мнения.

- Вот и держи его при себе.

- Ты зачем тут? Тоже к магистру?

- Да, он меня прямо с занятий вызвал.

- И меня. Кстати тебя можно поздравить?

- С чем?

- Слух о том ,что ты совладал с башней с первого раза уже разлетелся по всей академии.

- Постой, а что с первого раза никто не проходил это испытание?

- За последние пять лет, нет. Ты что ли не знал этого?

- Я как-то пропустил сей факт.

- А ваш мастер вам не сказал?

- Этот скажет, как же. Он меня после испытания чуть по стене не размазал.

- Какая неоправданная агрессия.

- Да похоже оправданная. Я, кажется, его послал, не совсем вежливо, точнее совсем не вежливо.

- Ого!

- Да. Правда, я этого не помню, но думаю, что на тот момент я мог на такое решиться.

- Тогда твое счастье, что он тебя к отчислению не представил.

- Ты прав.

Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился Марк Лист.

- Пришли. – констатировал секретарий, посмотрев на обоих юношей поверх овальных очков. – Ну заходите, магистр ждет.

Ребята непонимающе переглянулись и вошли в кабинет.

- А, добрый день, коллеги, - приветствовал их магистр Клонг, поднимаясь из-за стола и протягивая каждому руку. – Садитесь.

Ребята сели.

- Кофе? – предложил секретарий.

- Нет спасибо, - хором ответили Тилл и Гресс.

- Ну как хотите, - пожал плечами Лист и усевшись в кресло у окна развернул газету.

- У меня к сожалению не много времени, - начал магистр, - с минуты на минуту мне откроют портал из Совета, там ожидают моего доклада. Но пока мы ждем, я расскажу, почему мне столь срочно понадобилось вызвать вас обоих.

- Вы сказали обоих? – перепросил Гресс.

- Да, вы верно услышали. Не буду тянуть. Сегодня мне пришло письмо от Верховного паладина Сандера Варга, моего старого доброго друга. Он пишет, что Орден Света готов назначить именную стипендию двум ученикам академии. Ученики должны проводить индивидуальное обучение, по особой программе. Особенность этого обучения в том, что оно будет парным и обязательное условие – пара должна состоять из мага и паладина.

- Интересно, - пробормотал Гресс.

- По сложившейся традиции юные паладины и маги не ладят между собой, но мне сразу вспомнилась ваша дружба. На мой взгляд, вы бы идеально подошли.

Гресс поморщился, когда магистр упомянул о вражде паладинов и магов. С Тиллом он познакомился именно тогда, когда на своей шкуре вкусил все «прелести» этого глупого противостояния. Однажды, когда Гресс был еще беззащитным первокурсником, трое учеников паладинов затащили его в музей академии, в зал с пыточными аппаратами. Им вдруг непременно захотелось их испробовать на несчастном первокурснике, и они бы испробовали, если бы не Тилл. Вступившись за мага, юный паладин нажил себе врагов и потерял уважение в кругах однокашников, но зато приобрел хорошего друга, а это по его глубокому убеждению и не того стоило.

- Скажите, магистр, - обратился Тилл, - а как вы сами думаете, в чем лично для нас выгода и какие во всем этом минусы, ведь они есть?

- Судите сами, вам предоставят индивидуальный график занятий и тренировок, вы ни в чем не будете нуждаться, но скорее всего вам в итоге придется работать на Орден и, я так понимаю, вас будут готовить не для светских бесед. Орден заинтересован в боевой команде. Я полагаю Совет и Орден обеспокоены слухами о новом оружии, лишающем мага силы, а потому срочно запускает подобный проект. Раньше нечто подобное практиковалось, но потом пары перестали готовить.

- Так это из-за смерти Ансткого весь сыр бор? – удивился Гресс.

- Полагаю, что так. Пара маг-паладин - это очень мощный боевой союз, который трудно победить и лишить силы, поскольку как минимум один из вас не зависит от магии. Лично мне кажется, что вам стоит попробовать, поскольку последующая работа в Ордене, хоть и предполагается опасной, но она всегда хорошо оплачивается и скучно вам не будет. А вы, Гресс, наконец, получите свой индивидуальный график, сможете заниматься так как вам удобно и с вас снимут полномочия куратора. Что скажете?

- Я думаю, что опасная и оплачиваемая работа – лучше, чем прозябание в охранных патрулях, где-нибудь на границе с Проклятыми землями, - высказал свое мнение Тилл.

- Согласен, мне тоже такая идея нравиться, - кивнул Гресс.

- Вот и славно, таким образом, отныне вы обучаетесь Искусству в паре. У тебя Тилл, завтра кажется бой с «драконом», а потом экзамен – бой с демоном.

- Верно, - кивнул Тилл.

- Вот и начните с этого. Подготовьтесь вместе и вместе пройдите это испытание, мастер Моор вас подготовит.

- Сдавать экзамен вместе?! – удивился Тилл.

- Да, теперь так будет всегда.

- Но ведь это же легко.

- А кто сказал, что вам будут предложены такие же испытания как у всех, - хитро прищурился магистр. – Итак, с сегодняшнего дня и начнем, вот вам необходимые бумаги, отнесите их учителю Моору, он займется вашим обучением. Идите.

Ребята в некоторой растерянности покинули кабинет магистра.

- Считаете, что они поверили вашей сказке? – спросил Лист, когда за посетителями закрылась дверь.

- Какой сказке? – непонимающе посмотрел на секретария магистр.

- Что Совет и Орден решили подготовить боевую связку, обеспокоившись смертью Антского.

- По-моему вполне правдоподобно, ни к чему им знать правду.

- А зачем вообще их объединять?

- Создание такой связки будет не лишним. Сомневаюсь, что гроссмейстер послушает меня и откажется от своего эксперимента. В такой ситуации надо быть готовым ко всему. К тому же пара получится действительно сильной, а у Тилла, кажется, есть намеки на способности инквизитора.

- Не может быть!

- Да.

- Он же будет первым после Бешенного с такими способностями.

- Вот именно.

- Чудеса. А скажите, почему такие пары перестали создавать, ведь их боевые преимущества всем понятны.

- Совет и Орден с самого начала создания грызутся по разным мелочам, каждый тянет одеяло власти на себя, и когда возникает спорный вопрос, Орден отдает паладинам одни приказы, Совет магам – другие, и получается: начальство что-то не поделит – пара распадается.

- А отдать пару под одно начальство не пробовали?

- На такое не одна сторона не пойдет, политически не выгодно.

- Понимаю.

- Так, - насторожено произнес магистр, - кажется, пространство сгущается, должно быть, Совет монтирует портал. Где мой портфель?

- В шкафу.

Большое зеркало в тяжелой резной раме задрожало, его поверхность пошла рябью, вместо отражения кабинета в зазеркальном пространстве показался огромный колонный зал, там было людно.

Клонг надел пиджак, схватил портфель и шагнул в зеркало.

- Удачного выступления, - крикнул Лист, но зеркало уже обрело свой нормальный вид, портал закрылся.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Thu, 12 Jun 2008 17:59:00 +0000

Глава3.

В Аллее поэтов было немноголюдно. Точнее сказать, там присутствовали ровно те, кому там было положено присутствовать. То есть лица причастные к служению Совету. Оцепление, выставленное паладинами, не снимали всю ночь. На месте убийства злополучного Иранта Антского работала расследовательная комиссия.

По высочайшему указу возглавлял комиссию маг-теоретик Евгений Годин. Надо сказать, что его недолюбливали в Совете, поскольку к молодому, неопытному, пусть и талантливому магу, благоволил гроссмейстер Карс. Но пустыми сплетнями и мелкими кознями всяческие недоброжелатели ограничивались, боясь недовольства главы Совета, который слыл человеком жестким и мстительным.

Никто не знал истинной причины столь тесного сотрудничества Година и Карса. В связи с этим рождалась масса слухов, вплоть до инсинуаций на тему нетрадиционной половой привязанности гроссмейстера. Впрочем, небольшая карательная компания Плексора Тора, истребителя Совета, и всяческие слухоплеты закрыли свои рты, будто мертвые, а некоторые из них действительно таковыми оказались.

Горизонт на востоке заалел. Близилось утро. Годин находился в пути, и его прибытие на место расследования ожидалось с минуты на минуту. Все необходимые для анализа материалы и улики собирала команда магов-помощников под руководством ассистента Година.

Ассистент, молодой, бойкий юноша восемнадцати лет по имени Ингвор, со всем тщанием присущим исполнительному работнику следил за тем, чтобы ни одна мелочь не была упущена из поля зрения комиссии.

- Лучше смотрите у лавочки, там предположительно сидел человек с тростью, - распорядился Ингвор сутулому магу-помощнику, ковырявшемуся в мусорном баке возле парковой скамьи.

- Вы что же всерьез думаете, что эта полоумная Н’айс, сказала правду? Вернее, что ей этот человек с тростью не приснился, - с недовольством поморщившись, спросил помощник. Его явно не впечатляла подобная работа, а так же указания какого-то щенка, который и приказы то отдавал всего лишь потому, что сил магических природа ему дала куда больше.

- Считаю не я, а мой начальник. Все показания необходимо проверить. Вот что это за кучка пепла с левой стороны?

- Где?

- Да вот же.

Ингвор подошел к обнаруженной улике. По всему выходило, что пеплу тут делать было нечего.

Годин учил, что все что лежит там, где ему лежать не следует должно взвывать подозрение. Поэтому Ингвор, как ученик прилежный, достал бумажный пакетик и аккуратно смел туда пепел. В парке послышался стук копыт и конское ржание. Из-за поворота, там где по центру площади стоял большой бассейн, выкатилась тройка. Кучер нещадно нахлестывал взмыленных лошадей.

- Э, как спешит-то начальство, - протянул помощник, - а что же карета такая невзрачная. Чиновник Совета, а ездит на развалюхе.

- Форма содержания не портит, хуже обратная ситуация, - философски заметил Ингвор и подошел к остановившейся карете, из которой уже вылезал его начальник.

Евгений Годин имел довольно запущенный вид вполне соответствующий его транспортному средству. Невысокий, с лохматым беспорядком вьющихся волос на голове, и красными от редкого сна глазами, Евгений выглядел далеко не начальственно. Впрочем, подобная иллюзия стерлась в тот момент, когда Годин заговорил:

- Излагайте, Ингвор, - приказал Евгений вместо приветствия.

- Глухо, шеф. Улик нет. Свидетелей тоже. Н’айс действительно видели в тот день в парке, следопыты установили, что кто-то действительно сидел на скамейке, а впоследствии спасся бегством через заросли розовых кустов. Никаких признаков присутствия кого-либо еще не обнаружено. Магический фон чист, – выпалил Ингвор.

- Из этого следует…? – подсказал Годин дальнейший ход доклада.

- Мое мнение, что гипотеза о новом заклинании, лишающем силы несостоятельна, поскольку это должно быть без сомнения мощное заклинание, после которых, как известно, магический фон нестабилен еще несколько недель.

- Результаты вскрытия Антского принесли какие-нибудь результаты?

- Нет, гипотезу о яде или некоем снадобье тоже можно отмести. Антский был абсолютно здоров и совершенно внезапно лишился сил. Фоновики восстановили картину боя: демон не применял никаких особых заклинаний, чтобы сбить защиту. Способности Антского просто внезапно исчезли, и тварь расправилась с ним физически.

- Почему она не последовала за Н’айс?

- Кто же поймет этих уродов! Он расчленил тело Антского и принялся проводить какой-то ритуал, за этим занятием его и накрыла боевая команда. Больше у меня сведений нет и гипотез, признаюсь, тоже.

- Признаюсь, их нет и у меня. Точнее остается самая невероятная.

- Какая?

- Загадочный человек, описанный Н’айс, действительно был в парке в момент сражения и применил неизвестное нам оружие, лишивше Иранта силы.

- Но кому это нужно? Зачем?

- Демонстрация силы, диверсия подпольщиков. Что угодно. Всегда хватает фанатиков.

- Но как такое возможно? Я имею в виду создание подобного механизма.

- Я в этом не компетентен, придется навестить старого друга. Но не сейчас. Говоришь, нашел пепел. Немедленно отдай его на исследование, распорядись, чтобы направили результаты как можно скорее по телепатическому каналу.

- Сделаю.

- Потом скажи извозчику, чтобы сменил лошадей. Пусть позаимствует у помощников.

- Куда поедем?

- В госпиталь Блаженной Лины.

- Туда направили Н’айс?

- Да. Она пока что единственная наша зацепка в этом деле.

- Знаете, мне кажется, что вам поручили расследование по наущению ваших врагов, чтобы испортить вам репутацию.

- Мои враги прекрасно знают, что мне на репутации плевать. Моя работа в Совете не цель, а средство.

- Понимаю.

- Иди, я пока тут поброжу, осмотрюсь.

Евгению не нравилось сложившее положение. Он очень долго добивался разрешения на доступ в архив, чтобы изучить Скрижали Бешенного. Когда оно было получено, вместо того, чтобы наконец заняться изучением этого манускрипта, Евгения столь бесцеремонно выдернули из библиотеки и поручили дело, успех которого был весьма сомнительным.

Впрочем, об успехе Годин задумывался в последнюю очередь. Быть может, поэтому он так удачно распутал несколько щекотливых дел, в том числе и одно связанное с интригами против гроссмейстера.

Вернулся Ингвор.

- Шеф, мы можем отправляться. Исследователи сказали, что пришлют результаты через час.

- До госпиталя два часа езды. Хорошо. Будет время обмозговать результаты. Идем.

Они сели в карету, и кучер, лихо щелкнув, кнутом рванул с места.

Карета несмотря на свой убогий внешний вид, тем не менее, была сделана по последнему слову техники, и сложный пружинной механизм практически нейтрализовывал тряску и качку. Годин достал копии снятые с манускрипта, именуемого Скрижалями Бещеного, и углубился в чтение.

До этого он был занят другим чтением. Теперь же испытал приятное возбуждение от того, что, наконец, получил то, к чему так долго стремился.

Он начал читать, жадно впитывая каждое слово. Первая страница содержала вводную информацию о манускрипте составленную переводчиком.

«Палладин по имени Кордшар был одним из сильнейших представителей рода человеческого, инквизитором, чья вера материальна и столь же опасна, сколь лезвие клинка. Неистовство его не знало границ на поле боя. В пятьдесят шестом году после нашествия, когда маги и паладины очистили мир от демонов, Кордшар собрал экспедицию из самых отчаянных воинов и, открыв переход в мир врага, отправился на поиски источника сего зла. Экспедиция должна была вернуться ровно через месяц. Но прошел месяц, год, два года, а обратный портал не открывался. Народ горевал об утере героя. Вскоре память о нем стерлась, и когда, казалось бы, Кордшара совсем забыли, он вернулся.

Он вернулся таким же молодым, таким же сильным. Оказалось, что время в мире демонов идет медленнее. И то, что у нас длится два с половиной года, то у них длится месяц. Кордшар вернулся один, все прочие участники экспедиции погибли. Он вернулся прежним лишь внешне. Это был совершенно иной человек, отрешенный, замкнутый и очень сильный. Палладин веры сочился магией, она пропитала его.

Он был силен, но в мире демонов лишился души своей. И в слепом стремлении обрести утраченное он пил чужие. В страшного монстра превратился некогда благородный муж. Много бед успел натворить Кордшар прежде чем маги раскрыли его истинную личину. Боевой отряд из десяти истребителей Совета уничтожил Кордшара, после него ни осталось ничего, кроме дневника, который он вел в мире демонов. Это ценнейший материал о том, что представляет собой дом наших врагов. Возможно, не все в нем является правдой, но без сомнения эта работа проливает свет на многие тайны. Поскольку Кордшар был героем для народа и таковым является по сей день, дневник, прозванный «Скрижалями Бешеного», хранится в архиве Совета и доступен лишь высшим его иерархам».

Сопроводительная заметка. Ванк Расп, старший архивариус.

Евгений улыбнулся тому, насколько архивариусы охочи до художественности в своих заметках, которые по всем правилам должны отличаться лаконичностью и сухостью. Он потер уставшие за ночь глаза.

- Вам, наконец, дали изучить Скрижали? – поинтересовался, до этого сидевший тихо, Ингвор, он знал, что когда шеф читает, лучше молчать.

- Как видишь.

- А почему их так называют?

- Скрижали Бешеного? Потому что, такое прозвище получил Кордшар в Совете, когда размазал отряд из десяти истребителей.

- Десять истребителей!!! Какая сила! Но постойте, ведь история гласит, что этот отряд убил Кордшара.

- Официальная история. Даже старший архивариус, как оказалось, не знает правды.

- А вы знаете?

- Да.

- Откуда?

- Гроссмейстер рассказывал.

- Можете поделиться?

- Могу, только надеюсь, предупреждения о конфиденциальности будут лишними.

- Само собой.

- Кордшар убил всех в том отряде без особого труда, понадобилось около ста опытных магов Совета, чтобы ликвидировать его.

- Колоссальная мощь.

- Да, и колоссальное проклятие.

- А почему вы этим интересуетесь?

- А ты не догадываешься?

- Наверное, вам любопытно знать, что там за гранью. Мне вот очень любопытно.

- Любопытство – бесполезное качество. Получать информацию, ради пустого любопытства – бездарная трата времени. Запомни, если докапываешься до какой-то истины, четко понимай, что ты с ней будешь делать, когда докопаешься.

- И что же вы с ней будет делать?

- Я хочу повторить попытку Кордшара.

- Что?! Отправиться на поиски источника мощи демонов?!!!

- Нет, мои стремления не столь героичные. Я хочу исследовать тот мир и дополнить Скрижали более достоверной информацией.

- А вы не боитесь повторить участь Бешенного?

- Боюсь. Вот потому-то и изучаю его записи. Нужно понять, что его сгубило.

- Я чувствую сгущение полей. Сейчас нас нагонит телепатический поток.

- Это должно быть послание. Примешь?

- Конечно.

Ингвор закрыл глаза, сделал глубокий вздох и сосредоточился на внутренних ощущениях. Годин ждал.

- Есть связь, - наконец сказал Ингвор, - аналитики передают, что воссоздали образ предмета. Это была трость из кристаллита с костяным набалдашником. Внутри нее по их предположению находились сложные электрические микро-элементы.

Сеанс телепатии закончился, и Ингвор расслабленно откинулся на спинку сиденья.

- Кристаллит, - задумчиво произнес Годин, - это многое объясняет.

- Например.

- Кристаллит составляет основу демонического скелета, достать этот материал сложно, и он очень дорогой. Круг подозреваемых сужается.

- Внутри трости действительно могли быть электрические механизмы?

- Не знаю. Но мне есть, у кого спросить.

- Если так, то возможно прорыв состоялся именно по вине незнакомца с тростью.

- Может да, а может и нет.

- Выходит Н’айс говорила правду?

- Выходит. Ко всему прочему она единственная, кто видела этого типа. Можно будет попытаться снять мысленный образ.

Через час тройка подкатила к старинному зданию с колоннами, увитыми плющом. Госпиталь Блаженной Лины состоял из множества построек разбросанных по территории старинной усадьбы. Евгений с Ингвором вышли из кареты и проследовали внутрь.

- Мне необходимо поговорить с пациенткой по фамилии Н’айс, ее доставили вчера, - обратился Годин к администратору, вольготно попивающей кофе за стойкой в приемном покое.

- Ой! – воскликнула молодая блондинка и захлопала длинными ресницами. – А я вас знаю, я читала утреннюю газету. Вы расследуете дело об убийстве мага.

- Надо же, она еще и читать умеет, - тихонько хихикнул Ингвор.

- Совершенно верно. А так же писать и декламировать, - выпалила девушка, - а вам бы уместно научиться хорошим манерам, в Совете как-никак работаете. Я позову врача, - она резко развернулась и, гордо вскинув голову, застучала каблучками в направлении ординаторской.

- Получил? - усмехнулся Годин.

- Ага, - досадливо подтвердил его помощник.

Подошел врач.

- Добрый день, - поприветствовал Евгений, - моя фамилия Годин, я…

- Я знаю, - перебил врач. – Меня зовут Арвус, давайте к делу.

- Хорошо. Мне необходимо побеседовать с пациенткой Н’айс.

- Я вас провожу. Сюда.

Они пошли по коридору, где пол был выложен белой плиткой, а не зеленой как везде. Стены покрывал причудливый узор из голубых линий.

- Старинный галерея, хорошо сохранилась и поэтому вместо демонтажа, была отреставрирована после ремонта, числится как памятник истории, - пояснил Арвус, заметив интерес у посетителей.

- Красиво, - отозвался Годин. – Скажите, кто обследовал Н’айс.

- Я.

- И что вы думаете о ее состоянии?

- Вы хотите услышать согласен ли я с мнением Совета, о ее невменяемости и временном помутнении рассудка?

- Да.

- Мой ответ – нет.

- Почему?

- Н’айс сейчас в нормальном моральном состоянии, она, безусловно, пережила шок и последующий стресс. Но она очень быстро реабилитировалась. У нее здоровая психика. Знаете, во время шока человеку не свойственно видеть галлюцинации. Если он что-то видит, то это действительно объективно. Скорее бы она могла напрочь забыть о случившемся, если бы шок был достаточно сильным, но чтобы ей там что-то привиделось, очень сомневаюсь. Она помнит картину событий досконально. Нервы у нее крепкие. Хотите мое мнение?

- Пожалуйста.

- Чтобы сильно расстроить психику этой журналистки оторванной головы будет маловато. Она слабо эмоциональный человек, поэтому подобное переносит достаточно легко. Если бы она была мужчиной, с такими нервами ей было бы рекомендовано идти в паладины.

- Я правильно понимаю, увиденное не могло настолько вывести Н’айс из себя, чтобы она придумала себе этого человека с тростью?

- Я так считаю. Тем более в этом нет смысла, если бы она и придумала кого-то, то лишь с той целью, чтобы каким-то образом защитить себя. Я говорю о психической защите. Какая может быть защита от этого персонажа? В том, что он был и каким-то образом повлиял на ход поединка, вряд ли усматривается хоть какая-то связь с личными защитными функциями нашего сознания, если вы понимаете о чем я говорю.

- Понимаю.

- Отлично, больше мне добавить нечего. Мы пришли, - Арвус остановился около палаты с номером «85».

- Я поговорю с ней, а вы доктор, если вас не затрудни вкратце повторите все сказанное моему напарнику для отчета.

- Хорошо, - кивнул Арвус.

Годин постучался и вошел в палату.

Н’айс сидела у окна и отрешенно смотрела на озеро, вид на которое открывался из окна палаты, на вошедшего она не обратила никакого внимания.

- Здравствуйте, - поприветствовал Евгений, - могу я войти.

- Вы уже вошли, - холодно ответила Светлана.

- Моя фамилия Годин и я здесь затем, чтобы…

- Я знаю, кто вы и зачем здесь. Не тратьте время.

- Хорошо. Меня интересует все подробности тех событий, невольным свидетелем которых вы стали. Постарайтесь все вспомнить, меня так же интересует ваше мнение и те чувства, что вы испытывали, когда все это происходило.

- Почитайте вчерашний выпуск «Скорого вестника», там все написано.

- Светлана, мы, кажется, не были знакомы раньше, так почему вы говорите со мной будто я ваш враг? – спросил Евгений присев на стул напротив.

Она перевела взгляд с пейзажа за окном на своего посетителя. В голове мгновенно родилось несколько фраз, будто бы начерканных в спешке в блокноте журналиста:

«Человек в себе… истинные эмоции скрыты… трудно понять, о чем он в настоящий момент думает… улыбается редко… много работает… ».

- Меня грязно оклеветали, карьера псу под хвост. Надо же известная журналистка Н’айс спятила! Вы лично мне не враг, но я ненавижу Совет, которому проще найти козла отпущения, чем признать свою слабость.

- Я вас понимаю.

- Только не надо этого липового соучастия.

- Как скажете, тогда прикиньте выгоду от нашего сотрудничества, быть может, это сделает вас более сговорчивой. Я официальное лицо Совета и веду официальное расследование, на данный момент я склоняюсь к тому, что ваши слова – правда. Я, так или иначе доложу, об этом гроссмейстеру, вопрос в том, что я сделаю дальше. Проникнет ли информация о том, что Н’айс была права в прессу или нет.

- Восстановить честь? Заманчиво. Только это дела не меняет. Вот, - она протянула Годину листок бумаги, - извещение об увольнении. Благодаря Совету я потеряла работу, и, зная своего редактора, могу сказать, что обратно он меня не возьмет. Человек с принципами.

- Есть и другие редакции, к тому же вам выплатят компенсацию и опять же в моих силах сделать ее весьма достойной. Решайте, можете получить что-то или остаться ни с чем. Я предлагаю сотрудничать.

- Ладно, что вы хотите?

- В целом ваш рассказ мне известен, нет ли чего-то такого, что вы не рассказали расследователю? Какая-нибудь мелочь, показавшаяся на первый взгляд не важной?

- Евгений. Могу я вас так называть?

- Да.

- Так вот, Евгений. Я журналист, нас учат подмечать все мельчайшие детали. Я рассказала расследователю все.

- Я так и думал. Тогда, пожалуйста, заострите свое внимание на трости.

- Трости?

- Да. У того человека в парке по вашим словам была трость.

- А, ну да.

- Что заставило вас утверждать, что именно трость лишила Антского сил?

- Мне так показалось. Я вообще-то мало обращала внимания на действия этого типа в очках, но краем глаза я заметила, что он как-то странно вертел эту трость в руках, когда появился демон. А потом он сам исчез, а эту трость оставил, и набалдашник этой трости – череп с красными камнями вместо глаз… так вот, эти глаза светились, - Светлана поежилась.

- А как именно манипулировал тростью этот незнакомец?

- Может это покажется странным, но я бы сказала, что он ее настраивал.

- Настраивал?

- Да, как какой-то прибор.

- Прибор, - задумчиво повторил Годин, - интересно.

- Что интересно?

- Да так... Я думаю, мне достаточно информации, чтобы сделать доклад. Единственная просьба, могу я сделать снимок этого человека?

- Снимок?

- Ментальный.

- В голове у меня копаться? Нет!

- Это безболезненно. Разве вы не хотите, чтобы мы поймали его?

- Хочу, но мое сознание сугубо мое. Ни для каких целей я в нем копаться не позволю.

- Ваше право. Спасибо за помощь. Я с вами свяжусь, как только что-либо определиться. Приятно было с вами побеседовать, - Годин учтиво поклонился, вставая.

- Благодарю вас. Мне тоже, - холодно ответила Н’айс и снова повернулась к окну.

Евгений вышел из палаты и в задумчивости побрел обратно в приемный покой.

Там его ждал Инвор.

- Все записал? – спросил Годин.

- Да.

- Хорошо, тогда возвращаемся. Думаю, пора доложить гроссмейстеру о результатах.

- А результаты есть?

- В принципе все понятно, дальше этим заниматься уже не нам, - сказал Евгений и вдруг упал на пол, схватившись за голову. На лице его застыла гримаса боли, глаза закатились, видимыми остались лишь белки.

- Что с вами, шеф!? – Ингвор в испуге склонился над начальником.

Евгений перевернулся со спины на живот. Его вырвало. С трудом вставая на ноги, он произнес:

- Палата Н’айс… Быстро обратно!

---

- Здравствуйте, Светлана, - в палату прошел высокий широкоплечий санитар с лотком,

на котором лежал шприц с короткой иглой. Следом за ним вошел второй санитар, под стать первому.

- Здравствуйте, что вы хотите?

- Вам прописали уколы. Закатайте, пожалуйста, рукав до локтя.

- Какие уколы? Меня выписывают завтра.

- Доктору виднее.

- Я совершенно нормально себя чувствую, передайте доктору, что уколы мне не нужны.

- Это простые витамины.

- Тем более.

- Что ж, как хотите. Давай, Син, - кивнул санитар своему напарнику, тот с противной ухмылкой приблизился к журналистке.

- Что давай? – спросила Светлана, почувствовав неладное.

Она вскочила со стула, но тот, кого звали Син, грубо толкнул ее обратно, зашел за спину и, обхватив девушку обеими руками, прижал к спинке. Н’айс дернулась, но хватка была железной.

- Сиди, - прошипел Син, - давай, не тяни Гарб.

- Что вы делаете?! – закричала она.

- Не ори! – рявкнул Гарб. – Вокруг все палаты пусты, а врачи ушли на собрание, тут только сестра в приемной осталась.

- Что вам надо!?

- Много болтаешь, девочка. Некоторым это не нравится, - ухмыльнулся Гарб, выкручивая руку Светлане.

Он прицелился для укола, в свете зари стальная игла блеснула особенно ярко. Света хотела закричать, но этот блеск на мгновение заворожил ее, а затем все завертелось с космической скоростью.

Дверь в палату разлетелась в щепки.

Одновременно две шаровых молнии устремились в сторону Гарба. Обе угодили в цель, но ощутимого вреда ему не нанесли, расползшись по одежде сетью статических зарядов. В палату влетел Годин, из его глаз лился свет магии, а в руке прыгал сгусток пламени. За спиной Евгения стоял Ингвор и раскручивал над головой плеть силы.

- Бей! – скомандовал Годин.

Они одновременно ударили в Гарба, тот отшатнулся и выронил шприц. Син, прикрываясь Светланой, метнул в магов клинок. Опасный снаряд угодил в плечо Ингвору, который попытался отклонить его заклинанием. Клинок прошиб его защиту как огненная стрела ледяную сферу.

- У них обмундирование паладинов! – воскликнул Ингвор, выдергивая клинок и зажимая рану.

- Бей воздухом, - ответил Годин и выкрикнул заклинание.

Сгусток горячего воздуха врезался в Гарба и швырнул его об стену. Три последующих удара буквально размазали убийцу.

Сиб, наивно полагая, что это ему поможет, приставил нож к горлу Н’айс, сделав ее заложницей.

- Стоять или ей не жить! – рявкнул он.

Ментальный удар заставил Сиба отшатнуться. Он выронил нож, глаза его приобрели неестественную белизну, волосы поседели. Он упал и замер. Заклинание, посланное Ингвором, выжгло его мозг.

- Ты в порядке? – спросил Годин у напарника.

- Да, сейчас запущу регенерацию, - ответил Ингвор, морщась от боли.

- А вы? – обратился он к Н’айс.

- Вроде да, - ответила она.

Света держалась мужественно, но когда почувствовала рядом защиту и поддержку, ноги ее подкосились, из глаз брызнули слезы. Переживания минувших дней дали о себе знать. Евгений с Ингвором подхватили ее под руки и повели на улицу.

- Во дворец Совета, - приказал Годин извозчику, помогая Светлане сесть в карету и запрыгивая следом.

Глава 2.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Wed, 11 Jun 2008 18:42:00 +0000

В аудитории было душно и шумно.

Гресс стоял в углу возле профессорского подиума и угрюмо созерцал многоголосую непоседливую толпу первокурсников. Ему вообще-то полагалось следить за порядком, но он еще не смирился с ролью куратора. Да и, строго говоря, он без восторга отнесся к своему назначению, с куда большим удовольствием он бы потратил бесценное время на изучение боевых магических техник, чем на возню с желторотыми новичками.

Но его прошение об индивидуальном графике не утвердили, и теперь приходилось тянуть лямку «надсмотрщика».

Хлопнула дверь. В аудиторию вошел магистр Клонг.

- Встать! – скомандовал Гресс.

Первокурсники встали и под испытующим взором магистра замолчали.

- Благодарю вас, Гресс, за работу, но, я думаю, собравшиеся здесь не нуждаются в напоминании о том, как подобает приветствовать преподавателя, - ласково сказал Клонг и Гресс, смутившись, отступил в самый угол аудитории, скрестил руки на груди и замер там каменным истуканом.

- Приветствую вас коллеги, - обратился Клон к аудитории, - позвольте представиться, Аримос Клонг, магистр магии и ректор академии Совета, где вы имеете честь учиться.

По залу прокатился возбужденный шепот, но Клонг оборвал непорядок в зародыше:

- Да, коллеги, вы не ослышались. Моя личность, к сожалению, обладает некой публичностью и обросла целой вереницей слухов. Не верьте всему тому, что про меня рассказывают, я не герой, как об этом любит говорить пресса. Мне, безусловно, приятно внимание, но в меру.

Итак, давайте начнем нашу лекцию. Не все лекции буду вести я, так что не упустите момент. Сегодня хотелось бы поговорить об истории Ирейского государства, того славного места, где все мы живем. Я далек от желания излагать вам всю историю заново, более того я уверен, что ваш школьный курс был достаточно полным. Я бы хотел порассуждать на тему магии в нашей жизни, ее истории, хотел бы затронуть так же и смутное время, крах первой цивилизации и возрождение. Но давайте все по порядку, кто вспомнит, какому событию мы обязаны тем миром, что нас сегодня окружает?

Зал притих. Сосед смотрел на соседа, подначивая, мол «давай ты же заешь». Но все стеснялись.

- Смелее же, - магистр небрежно облокотился о кафедру, - у нас не наказывают за неправильные ответы, разве что на экзамене. Верно, Гресс? - магистр подмигнул куратору, и хмурость слетела с лица юноши.

- Разрешите, магистр, - на первом ряду поднялась девушка, ее зеленые глаза пылали воинственностью.

- Да, пожалуйста, только не испепелите меня взглядом, - замахал руками Клонг и все засмеялись. – Представьтесь.

- Дея фон Вирте.

- Дочь Генриха фон Вирте?

- Да.

- Приятная честь для нашего заведения.

- Спасибо.

- Так что же вы хотели сказать?

- Вы спрашивали, какому событию мы обязаны тем миром, что окружает нас сейчас. Так вот, я считаю, что виной всему катаклизм.

- Так, напомните нам, пожалуйста, вкратце суть этого события.

- Три столетия назад цивилизация людей была сильна. Мы обладали колоссальными технологиями, у нас были машины, на которых можно было двигаться очень быстро, летать и плавать, даже под водой, мы летали в заоблачное пространство и ведали грозным оружием.

- Вы хотите сказать, что цивилизация людей была сильна технологически.

- Да.

- И что же произошло?

- Люди догадывались о параллельных мирах, но и подумать не могли, что получат своим догадкам роковое подтверждение. Что-то двинулось с места в мироздании и грани между мирами истончились, местами исчезли вовсе. В наш мир устремились твари из-за грани, мы привыкли называть их демонами. В одночасье они уничтожили большую часть прежней цивилизации, и никакое оружие не спасло людей от гибели.

- Вы талантливый рассказчик, Дея.

- Спасибо.

- Но разве все люди были уничтожены?

- Нет конечно, не все.

- Что спасло выживших?

- Магия.

- Кто сможет продолжить рассказ уважаемой Деи? – Клонг оглядел аудиторию, на втором ряду робко поднял руку черноволосый парень в очках, причесанный на манер клирика.

- Пожалуйста, ваше имя?

- Нестр Варес.

- Прошу, продолжите. Нас, если вы поняли, интересует магия.

- Магия…да, она…в общем.

- Не волнуйтесь.

- Магия появилась из другого мира, до этого ее не было.

- То есть она пришла вслед за демонами через дыры в реальности?

- Да.

- Так, и как же она повлияла на людей?

- Многие обрели способности использовать эту энергию, она давала массу возможностей. Магии вокруг было так много, что люди научились творить чудеса, о которых раньше и мечтать не могли, и если современному магу приходится учить формулы заклинаний и много работать, то первые чародеи просто чувствовали эту энергию и пользовались ей. Они смогли защититься от атак демонов. Вскоре нашествие прекратилось, дыры в реальности стали срастаться. Оставшихся демонов перебили.

- Замечательно, но что же произошло потом? Да, Дея.

Дея фон Вирте снова поднялась со своего места, вызвав парочку колких комментариев от сидящих сзади мальчишек на тему ее излишнего ума.

Бесстрастно проигнорировав эти инсинуации, она продолжила рассказ Вареса.

- Потом оставшиеся люди стали восстанавливать разрушенное и демоны снова вернулись.

- Почему?

- Потому что были восстановлены электрические станции, вся прежняя цивилизация жила на электричестве. Оказалось, что магическая энергия странным образом взаимодействует с электричеством и истончает реальность, образуя дыры.

- Все верно. Итак, коллеги, мы с вами понимаем, что величайшее благо цивилизации стало ее бичом. Вся технология первой расы основывалась на электричестве, но поскольку от его использования возникла угроза полного уничтожения человечества, людям пришлось строить новое общество. Хорошо это или плохо? Кто скажет? Да, Нестр?

Послышались смешки и злые шутки по поводу прически Вареса, его очков и легко заикания и в отличие от Деи Варес очень смутился.

- К моему великому сожалению не все наши ученики поступают в академию за свой ум. Некоторых пристраивают сюда мамы и папы из Совета, приходится терпеть подобных протеже, - этих слов и взгляда магистра стало достаточно для того, чтобы все шутники заткнулись с бледным видом, - прошу вас, Нестр, не молчите.

- Я, думаю, это плохо. Мы были очень сильной расой, каждый человек имел примерно равные возможности. Теперь же пускай и не явно, но общество разделено на магов и немагов. Не могу утверждать, но думаю, последние чувствуют себя ущербно. И хотя я сам магические способности имею, все же прекрасно понимаю тех, у кого они до смешного слабы.

- Вас угнетает, что человек первой расы имел возможность достигнуть любой цели, а сейчас все решает наличие способностей к магии?

- Да, потому что раньше все способности были востребованы, а сейчас только магические, потому что магические технологии пришли на смену технологиям электрическим.

- Интересная позиция, но я бы хотел, чтобы вы, коллеги подумали вот над чем. Прежняя цивилизация действительно обладала всеми теми качествами, что перечислил Нестр, но какой ценой далось им это обладание? Недавно мне попало в руки антикварное издание. Это учебник по экологии, была такая наука. И там, уважаемые коллеги, сказано, как дорого расплачивалось человечество за технологию электричества. Понимаете, чтобы обеспечить себя всеми благами цивилизации, люди тратили несметное количество природного сырья. Электростанции, производящие электричество, тоннами потребляли уголь, нефть, газ, и еще какой-то материал, названный радиоактивным. Да, первая раса была сильна, но она платила за эту силу здоровьем, ужасной пищей, короткой жизнью. Задумайтесь, чем же стали для нас демоны – катастрофой или спасением? Не столкнись наши реальности, первая раса погибла бы от своих собственных рук. Демоны не оставили выбора, мы были вынуждены построить иное общество, и оно, пускай и не во всем, но на мой взгляд лучше. Мы уже не живем в страхе перед прорывами, нас защищают охотники Совета и паладины. Мы вкушаем чистую, натуральную пищу, дышим свежим воздухом, пьем чистую воду. Чистую. Мы стали чище. Путем невероятной трагедии, но чище.

- То есть вы считаете, демоны стали нашим спасением? – послышался голос с задних рядов, наполненный едким сарказмом.

- Я бы не стал называть это столь громко. Здесь важен вопрос выбора, люди могли погибнуть от своих рук, могли от рук демонов, но сложилось так, что благодаря постоянной опасности прорыва мы живем в более чистом мире. Страх перед внешним врагом сплачивает, заставляет ценить то, что до этого считалось обыденным.

И еще я не хотел бы чтобы вы, повинуясь стереотипам, считали демонов представителями некоего абсолютного зла. Они, в сущности, мало чем отличаются от нас. Да-да. Давайте представим, что миры соприкоснулись, но не демоны оказались сильнее нас, а мы сильнее демонов. Тогда захватчиками стали бы мы, все решил вопрос силы.

- Но демоны жестоки! Они пытали людей, они уничтожали наш мир! – воскликнула Дея и на этот раз аудитория поддержала ее одобрительным гулом.

- А люди не бывают жестоки, не пытают людей? Может сейчас и нет, но в древности они мало чем отличались от демонов в этом вопросе. Уничтожить? Вы уверены в правильности ваших слов, быть может, вернее сказать – приспособить. Представьте, вы захватываете территории, которые не пригодны для вашей жизни, естественно вы постараетесь эти территории преобразить под себя. Что собственно и делали демоны, результатом чего явились проклятые земли между Иреем и северным Кирдом. Так что отбросьте иллюзии, демоны наши враги и не более того. Я говорю вам это к тому, чтобы вы не приписывали им каких-то несуществующих качеств. Расценивайте их как людей иной расы, с которыми у нас война. Так проще побороть страх, когда с ними сталкиваешься, я, уж поверьте, сталкивался.

- И боялись? – искренне удивился Нестр.

- До дрожи в коленках, - улыбнулся магистр, - но это не важно, все вы в рамках курса боевой магии столкнетесь с реальным демоном, не бойтесь его, и победа будет за вами. Это просто враг, запомните это. Еще я бы хотел, чтобы вы знали, что магия исчерпаема, и мы не должны уподобиться первой расе, используя этот ресурс расточительно.

- Но как же? Ведь известно, что магия восстанавливается, как же отверстия Штонга? – спросила Дея.

- Ах, да. Я совсем забыл. Своей недавней работой я опроверг теорию Штонга. Магия не поступает в наш мир через крохотные отверстия в реальности. Она проникает лишь через переходы, соответственно, это очень ограниченный ресурс.

- Новое открытие?

- Да, строго говоря, вы первые кому стало о нем известно, даже Совету я докладываю завтра, а вы уже в курсе дел, цените, - профессор улыбнулся.

- Значит ли это, что когда-нибудь магия кончится вовсе, и маги станут беспомощными перед лицом демонов, - в разговор включился ученик, сидевший подле Деи, он давно пытался высказаться, но бойкая Дея не давала ему такого шанса.

- Вы плохо слушали, магия проникает через переходы, причем проникает ее гораздо больше, чем требуется для уничтожения прорвавшегося демона. То есть у вас еще останется излишек, главное разумно им воспользоваться. И еще один важный момент, я хочу, чтобы вы четко понимали, магия – энергия из мира демонов, она чужда нам. Возникает вопрос, кто кем управляет – мы магией или она нами?

- Вы считаете, что пользоваться магией опасно?

- Я считаю, что ей нужно пользоваться аккуратно и обдуманно. Мы не знаем, чем может обернуться союзник, изменись что-то на весах мирозданья. К тому же я знал много магов, которые в погоне за могуществом теряли рассудок, желая все большей и большей силы. Магия притягивает, и в какой-то момент она предложит больше, чем вы сможете взять.

Аудитория погрузилась в тишину. Слова Клона заставили задуматься.

- Первые маги, основавшие Совет, прекрасно понимали это, - продолжил магистр, выдержав паузу. - Но Совет теперь не тот, что прежде.

- Поэтому вы ушли из него? – спросила Дея.

- Это не относится к нашему занятию, - мягко ответил Клонг. – Итак, коллеги, на этом я бы хотел завершить нашу лекцию. Надеюсь, что обучение будет для вас интересным и продуктивным. Если вы испытываете в чем-то затруднение, обратитесь к вашему куратору. Он присутствует здесь, - Клонг кивнул в сторону Греса и тот кивнул в ответ, - в его задачу входит оказывать вам всяческую помощь, но не сильно эксплуатируйте его, талантливые маги нам нужны живыми.

Новоиспеченные студенты рассмеялись.

- Лекция окончена. До свидания, – сказал магистр и покинул аудиторию.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Fri, 28 Mar 2008 21:05:00 +0000

Глава 1.

«… Вчера в парковой аллее Литераторов произошел прорыв третьего уровня. На ликвидацию был послан элементалист третьего круга, охотник Ирант Антский. По неизвестным причинам Ирант погиб в схватке с вырвавшимся демоном. По счастливому стечению обстоятельств никто больше не пострадал: вовремя подоспевшие маги Совета устранили угрозу. Сей факт вызывает беспокойство у мирного населения. Маг Антский был сильным чародеем, и справиться с прорывом для него не составляло большого труда. Что же послужило причиной его поражения? Совет молчит. Единственный свидетель происшедшего – корреспондент газеты «Ирейский глас» Светлана Найс находится в больнице с нервным расстройством. Она утверждает, что виной всему был некий мужчина, трость которого лишила Антского сил. Подобное утверждение представители Совета считаю смешным, заявляя, что не существует такого заклинания, которое могло бы лишить мага силы, подобное тем более не подвластно человеку далекому от Искусства. Возникает вопрос – у демонов появилось новое оружие, которому магам нечего противопоставить? Наше спокойствие под угрозой? Для расследования дела гроссмейстер Карс назначил специальную комиссию, возглавляемую ведущим теоретиком Совета – Евгением Годиным. Почему Совет доверяет столь важное предприятие неопытному и молодому магу? Неужели гроссмейстера больше не волнует безопасность Ирейского государства, ведь серьезность ситуации не вызывает сомнений. Обеспокоенность жителей нарастает…».

Магистр Аримос Клонг поморщился и, свернув, отбросил газету.

- Какое мерзкое издание, - посетовал он, глядя в окно.

Восходящее солнце робко запускало первые лучи в кабинет. Не смотря на ранний час, в академии Совета уже кипела работа, и Клонг, как ее ректор, был неизменно на месте. Равно как и его секретарий Марк Лист, увлеченно подписывающий утренние распоряжения.

- «Скорый вестник»? – спросил Лист, отрываясь от бумаг и глядя на магистра поверх круглых очков.

- Да. Бульварная газетенка, а еще называет себя приличным изданием. Нет бы успокоить народ, так еще больше масла в огонь подливают! – Клонг раздраженно поставил росчерк на приказе протянутом Марком.

- Дело Антского? – спросил Лист, укладывая приказ в общую стопку.

- Оно самое. «Совет бессилен… Куда катятся маги…Назначили молодого и неопытного теоретика»… Тьфу.

- Годин руководит расследовательной комиссией?

- Да.

- Тогда, я думаю, все вскоре встанет на свои места.

- Не сомневаюсь.

- Что-то он давно к вам не заходил.

- Видно, заработался. Ему свойственно.

- А что вы думаете по поводу всего этого? – секретарий поправил очки и поудобнее устроился на кресле.

- Сложная ситуация, - ответил магистр, отпив кофе и поправив ровную бородку-испаньолку. – Мне слишком мало известно, чтобы об этом судить.

- Антского могли лишить силы?

- Теоретически да, практически – нет. Я работал над этим вопросом, все засекречено, и хранится в архивах Совета, я исключаю возможность утечки.

- Почему практически нет?

- Я разрабатывал заклинание, когда занимался исследованиями по природе магии, но все големы, читавшие его, погибли – не выдержал мозг. Маг может лишить силы мага, но при этом умрет сам.

- Выходит, что Антского никто не лишал силы, просто демон оказался сильнее.

- Это тоже маловероятно. Демон снес ему голову.

- И что?

- Ты практиковался в боевой магии.

- Только в рамках обязательного курса.

- Что учителя заставляют заучить как молитву в первую очередь?

- Заклинание защитной сферы.

- Думаешь, опытный охотник, мог забыть поставить защиту.

- Нет.

- Тогда как демон снес ему голову? Я бы понял, если бы Антский погиб от заклинания, но его уничтожили физически, а не магически.

- Все это странно.

- Не то слово.

- А что вы думаете по поводу слов этой корреспондентки, Найс?

- Не могу ничего сказать. Трость лишающая силы… хм… Похоже на бред человека, претерпевшего сильный шок, но, если объективно, то мало ли какие технологии могли придумать всякого рода энтузиасты.

- Считаете возможным создание такого артефакта кустарно?

- Крайне маловероятно, но ведь попадаются иногда доморощенные гении.

- Злые гении.

- Да, - магистр посмотрел на часы, допил кофе и принялся собирать бумаги на рабочем столе.

- У вас лекция?

- Да, первокурсники.

- А как обстоят дела с вашим докладом?

- Завтра выступать перед Кругом.

- Подготовили речь?

- Черта с два, все нет времени, наплету чего-нибудь экспромтом.

- Как обычно.

- Ага, - Клонг подмигнул Марку и, поправив коричневый пиджак, заплел длинные волосы с пепельной проседью в косичку на восточный манер, надел очки и, удовлетворившись своим видом, покинул кабинет.

Секретарий, подбросил дров в камин – утро выдалось зябким – и, налив себе еще кофе, поднял отброшенную магистром газету.

Магистр Клонг спускался по винтовой лестнице. Его кабинет находился на самом верху башни Магов, казалось бы, человеку пожилому каждодневная беготня по такой лестнице должна быть в тягость. Ничего подобного. Магистр всегда был бодр и полон сил. Под пиджаком еще проглядывалась атлетическая фигура, он всегда следил за модой и очень любил всяческие восточные игрушки.

Клонг руководил академией Совета давно и столь же давно он отошел от рутинных канцелярских дел, отдав все руководство своим заместителям и близкому другу и помощнику молодому секретарию Листу.

Преподавал он редко, предпочитая заниматься наукой в лаборатории или в полевых условиях. Но лекции по истории Ирея, читаемые первокурсникам, особенно вводные, он никогда не пропускал. Это было своеобразной традицией: первую лекцию читает магистр.

Совет

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sat, 22 Mar 2008 21:14:00 +0000

СОВЕТ

(роман)

Смысл человеческой жизни,
Кто бы им не управлял,
Только в том, чтобы любить тех,
кто рядом с ним, кто нуждается в его
любви

Курт Воннегут.

От автора.

Я не пишу книг о жизни, по крайней мере, сейчас. В этой книге своя жизнь. Она, как мне кажется, правильнее и справедливее. В ней все расставлено так, как мне кажется, должно быть расставлено на доске судьбы. Здесь нет реальных героев, здесь есть реальные люди, но они, лишь герои моей книги, такими я их вижу.

Я посвящаю ее двум моим друзьям.

Здесь один из них умеет любить, а другой просто счастлив.

А я? А я умираю.

Это хороший исход, как мне кажется…

Пролог

Южный Ирей издревле изобилировал парками и садами, почтенные горожане любили прогуливаться здесь, вдыхая свежий воздух южного моря, слушая пение птиц и шорох ветра в пышной листве парковых деревьев. Столица уцелевших земель вся утопала в зелени, но юг, считался поистине прекраснейшим местом во всех пределах государства ирейского, южных держав и северной провинции. Были еще Ледники Уматра, но там своя красота, красота льда, здесь же кипела жизнь.

Светлана Н’айс сидела на белоснежной скамейке под сенью раскидистой ивы и пила золотистый оранж. Сегодня был определенно замечательный день, солнечный и теплый, именно теплый, когда воздух не обжигает, а приятно согревает кожу, когда ветер мягок и нежен, словно случайный любовник.

Блаженно откинувшись на спинку скамейки, она смотрела в небо и предавалась праздности. Она не думала о работе, которая порой становилась маниакальным стремлением всей ее жизни, она забыла обо всем на свете и просто наслаждалась моментом, наслаждалась мимолетным отдыхом, той роскошью, которую редко может себе позволить преуспевающий репортер. Неподалеку, возле фонтана резвились воробьи, купаясь среди бликов струящейся воды.

На противоположную сторону скамейки присел мужчина преклонных лет, в дорогом костюме со шляпой и тростью. Он деловито развернул газету и углубился в чтение. Светлана покосилось на соседа и, отхлебнув оранжа, чуть заметно улыбнулась – «Ирейский глас» - ее газета. На первой полосе бросалась в глаза надпись: «Круг Совета готовит новый крестовый поход в проклятые земли». Светлана снова улыбнулась – ее статья.

Мужчина свернул газету пополам, огляделся по сторонам, бросил скользящий взгляд на Светлану и продолжил чтение. Его глаза бегали по странице излишне суетливо, не похоже было, что он читал статью вдумчиво, скорее он знакомился с ней, не вникая в суть, интересуясь лишь фактами. Светлану задело подобное отношение к ее труду. Она презрительно фыркнула и демонстративно отвернулась в сторону сквера трех поэтов, там ее внимание привлек человек в черном плаще с серебряными вставками и мечом на поясе – маг Совета.

Его появление в столь уединенном месте могло означать две вещи: либо он просто прогуливался, либо в районе ожидался прорыв.

Чутье Светланы подсказывало, что вряд ли маг стал бы тратить свое время на праздные прогулки, слишком хорошо она знала эту братию - сказывались годы проведенные корреспондентом при Совете. Светлана достала блокнот и сделала несколько пометок, она узнала этого человека – маг третьего круга, охотник Ирант Антский. Они встречались на официальных мероприятиях во дворце Совета.

Ирант тогда был пьян, добр и галантен. Светлана не удержалась от добродушной улыбки вспоминая тот вечер, когда Ирант, изрядно перебрав, пытался ухаживать за ней и закончил сии поползновения попросту уснув на балконном парапете. После этого он буквально завалил ее письмами с извинениями за поведение недостойное мага, но, получив заверение, что честь дамы не задета успокоился и больше не давал о себе знать.

Вдруг, вокруг стало необычайно тихо, стайка воробьев у фонтана встревожено упорхнула прочь, стих ветер, заставив замереть в зеленом безмолвии исполины дубов. Ирант Антский закатал рукава, произнес несколько слов, сделал несколько взмахов рукой и на всю округу грянул раскатистый голос, во сто крат усиленный магией: «Говорит Совет! В районе ожидается прорыв третьего уровня. Всем покинуть территорию, ожидаемое время прорыва два часа, ноль минут».

Светлана взглянула на часы: оставалось пять минут.

«Что-то Следящие запоздали с оповещением в этот раз», - подумала она.

Третий уровень прорыва! Она только сейчас придала значение сказанному, такого не случалось уже больше десятилетия. Теперь становилось понятно, почему такой сильный маг, как Ирант был послан на ликвидацию прорыва, обычно этим занимались иерархи попроще.

Светлана вздохнула широко раздув ноздри – в воздухе носился запах сенсации, естественно она не собиралась никуда уходить, пусть непосредственная близость к дуэли и сулила смертельную опасность.

Мужчина рядом отложил газету и взял в руки трость, набалдашник, выполненный в виде костяного черепа с красными вкраплениями полудрагоценных камней на месте глаз, вызвал у Светланы неприязненное отвращение. Незнакомец тоже не собирался никуда уходить. Все его внимание было сосредоточенно на маге.

Реальность вокруг задрожала и треснула, прорыв случился, как и всегда, неожиданно. Яркая вспышка слепящего света, внезапный порыв ветра, потревоживший опавшую листву, дрожь, прокатившийся по земле, и вихрь, образовавшийся около Иранта, вихрь перехода между мирами.

Ирант Антский поднялся над землей на несколько сантиметров, развел руки в стороны и глаза его наполнились ярким светом колдовства.

Вихрь тем временем все разрастался, ветер усиливался, превращаясь в настоящий ураган, полы плаща мага бешено трепыхались. Снова полыхнуло, и из вихря вывалился демон, испещренный змейками статического электричества. Его черная кожа с шипастыми выступами на солнце отливала синевой.

Ирант ударил не медля, спустив с обеих рук сразу два заклинания, молния и огненный всполох врезались в роговую кожу демона, и от удара тот распластался на земле. Ирант, не желая терять инициативу, выпустил еще пару молний. Демон взвыл, вскочил на ноги и, гортанно вскрикнув, пустил в мага несколько слепящих струй фиолетового света, охотник опустился на землю и отразил атаку демона невидимым щитом силы, затем ударил вихрем стужи. Миллионы ледяных иголок вонзились в тело демона, многие не причинили ему большого вреда, но некоторые все же попали в уязвимые места на сочленениях роговых пластин. Демон снова упал, из его пасти вырвался крик боли, Ирант продолжал наступление, методично осыпая противника с обеих рук всеми заклинаниями элементальной магии.

Светлана увлеченно черкала в блокноте, пускай исход боя был предрешен заранее: ни один демон – не соперник магу-элементалисту, но все же следовало передать весь бой в самых сочных подробностях.

Элементалист бил и бил демона заклинаниям, тот лежал на земле и на последнем издыхании блокировал атаки мага, время до окончания боя пошло на секунды. Но вдруг что-то изменилось. Ирант прекратил атаку и недоуменно посмотрел на свои руки, произнес заклинание и взмахнул рукой, но ничего не произошло. Демон торжествующе взвыл, его защита исчезла, но маг тоже остался беззащитен.

«Что-то не так», - пронеслось в голове Светланы.

Ирант выхватил меч из ножен и встал в боевую стойку, демон торжествующе прорычал и выпустив когти бросился на мага. Закрутилась карусель рукопашного боя, охотник умело парировал удары, но он, похоже, оказался лишен магии, и сила его ответных выпадом без подпитки оказалась слишком мала по сравнению с физической мощью демона.

Удары сыпались теперь уже на элементалиста, и меч его был лишь временным препятствием для ударов врага, несколько раз демон полоснул мага по руке, несколько раз дотянулся до живота. Ирант терял силы. Его движения потеряли резкость, реакция замедлилась, и демон, не упустив момента, выбил меч из его рук. Торжествующе взревев, аспидно-черная тварь размахнулась и сшибла голову с плеч мага. Окровавленная голова Иранта покатилась по мощеной парковой аллее.

Но некому было в ужасе закричать, парк опустел. Светлана ошеломленно смотрела на труп Иранта, ее крик застрял в горле. Она повернулась, чтобы сказать что-то мужчине по соседству, но тот исчез, осталась только трость, и красные глаза черепа-набалдашника светились, светились так ярко, что казалось, будто костяной оскал черепа смеется, переливаясь в кроваво-красном отблеске. Затем сияние полудрагоценных глаз угасло, и трость в считанные секунды превратилась в пепел. В окружающем пространстве будто лопнула оболочка, делавшая Светлану будто бы невидимой остальному миру. Она в ужасе посмотрела на демона, его фиолетовые глаза смотрели точно на нее. Тварь зарычала.

Светлана Н’айс, не помня себя, бросила все свои вещи, опрокинула оранж, и, не разбирая дороги, бросилась бежать через заросли.

Демон не погнался следом.

Тварь из другого мира хохотала ей в спину, громогласно, разнося леденящий душу холод.

ПС. Начинаю публиковать здесь роман целиком, подпишитесь на RSS, если не хотите пропускать обновления

За что мне крылья?

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 13 Jan 2008 14:43:00 +0000

Нас было семеро. Все еще дети, почти подростки. Мы шли по разлитому предрассветному солнцу, опустившемуся на пыльный тротуар. Не помню, куда и зачем. Да и какая разница: впереди день, полный приключений и новых открытий, что еще нужно веселой и неугомонной кампании?
-
Но мы попали в сети. Их расставили для нас. Нас ждали…. ЗА что? ЗА чем? Кто? Боюсь, у меня нет ответа.
-
Я знаю, что ждали, а остальное не важно. Беды не случайны. Они всегда вас ждут…
-
Это была яма. Наша сеть. Она терялась в пыльном асфальте, нам было не до нее. В тот миг все думали о другом, и ничего, решительно ничего, не видели.
-
Поэтому все угодили в пропасть, как в кроличью нору.
-
Мы провалились в бездну, в которой пустота и темный вкрадчивый смех. Вместо дна
живой, хищный туман, все враждебно, но дьявольски красиво.
-
Смех все громче. Яркая вспышка, и мы в новом чужом мире. Вокруг синие и фиолетовые цвета, размытые силуэты исполинских деревьев, красная трава, и всюду мелкие облачка густых туманов, скользящих над землей. Над всем этим слепящим маревом далеко у горизонта наше родное солнце, родное, но не настоящее, словно картонное, и все же яркое.
-
Над нами смеялись, весь окружающий мир, и даже малиновые небеса. Мы не знали что делать, стояли и жались друг к другу, было страшно…
-
Смех небес стих.
-
“Ready! Go!” - скомандовал голос Хозяина.
-
Мы побежали, каждый знал куда, без сговоров.
-
К солнцу.
-
«Ran, ran, ran»
-
Это была игра по чужим правилам, нами управляли, нас сделали пешками, кости бросали за нас.
-
Розовая земля хрустела словно останки, а трава растекалась под ботинками кровавыми разводами.
-
Мы были не одни. Погоня….
-
Облачко тумана, такое милое на вид, как тучка из сказки. Только интуиция не врет: оно живое и оно враг, оно заберет двух из нас, мы это знаем.
-
Кто будет первым?
-
Каждый сам за себя. Бороться нет смысла. Добежать до солнца, коснуться рукой. Кто сумеет?
-
Не сумели двое: младшие ребята, наши друзья. Мне было их жалко, но еще больше я жалел себя.
-
Я в ужасе смотрел, что сделал с ними туман: обхватив дымчатыми лапами крохотные тела, он вцепился в душу, словно клещ, безжалостно, бездумно, нет, он не убивал – насиловал, его дело - удовольствие от мук, его дело - козырь в игре, его дело - извращенное блаженство, его дело - испорченная детская душа, страдания и жалобный крик, он не зло, он насильник чистых душ, в аду его не примут, там чище.
-
Нас пятеро. Все бежим. Впереди алый лес и желтое болото. Над болотом туманы, другие. Они светятся изнутри, словно болотные огоньки, блеклым газом в них растворены души, души залитые вином, сексом и воровством, они тоже убийцы, но «гуманные», трусливые, бьющие исподтишка. Они бессознательные киллеры тел, расщепители света, магниты тьмы, им нет дела: ребенок или взрослый, они слепы, но их удел медленная, несмываемая кровь на руках.
-
Они тоже опасны.
-
Они тоже охотятся.
-
По приказу.
-
В аду им рады.
-
Они заберут одного.
-
Только бы не меня.
-
All of you must die!
-
Они собрали свою жатву, мы ничего не могли сделать, помолиться на бегу за их души и бежать. Потерять одежду, глаза и руки, лишь ноги в остаток, как насмешка, и медленная гнилая смерть третьего, боже, она миновала меня. Спасибо!
-
Нас четверо, а солнце так близко, и так далеко…
-
За лесом река. Вместо воды нефть, черная, вязкая, зловонная. Брода нет. Придется плыть. Здесь хищник: до другого берега не доберется еще один из нас. Только бы быстрее.
-
The deep is hungry.
-
Плывем, задыхаясь от испарений, слепит фиолетовое небо, только его и видно, руки немеют от боли, но надо плыть, отставший будет убит.
-
Утащили под воду четвертого. Огромные щупальца золотого цвета, мы не слышали боли, мы не слышали страха.
-
Другой берег. Скорее из воды. Четвертый всплыл. Он не кричит, он мертв. Его опустошили, действительно опустошили, оставили лишь кожу, внутри ничего нет. Это были торговцы, мертвые торговцы живым товаром, их место в этом мире вечно, их принципы камены, их ад бесконечен…
-
Трое только трое.
-
Поле с высокой травой, на сколько хватает глаз. Трава, словно щетина железных прутьев обмазанных клеем, вокруг роятся мухи.
-
Не медлить!
-
Вперед.
-
Еще есть надежда.
-
Но есть и знание: двое не выйдут из зарослей, не ведаю, откуда это знание приходило ко мне, но оно было.
-
I see you.
-
Сгустки туманов, с двух сторон. Приближаются. У них зияющая дыра вместо души без единого лучика света. Ее не может быть, она выжжена, как клеймо, их ад в их кошельке. Они за нами. Кто попадется? Это последняя дистанция, на последнем издыхании, надо быть быстрее всех, теперь каждый сам за себя, вырваться, сбежать отсюда.
-
Быть быстрее, чтобы жить.
-
I kill you, nobody can save.
-
Я быстрее.
-
Двое друзей попались. В кандалы. Их приковали нерушимыми узами. Их отдадут хозяину, их душа засохнет и смириться, их боль утихнет и пройдет.
-
Я жив. Стальное поле кончилось.
-
Вот она цель: холм, а с него до солнца один прыжок. Я одержим, я слеп, нечего не вижу, кроме гнилого абрикоса на небе. Только его…, только к нему….
-
Погоня не кончилась. Никто не должен был уйти, я понял это. Но туманов вокруг не было. Только в черном плаще спускался с холма незнакомец. Но я не смотрел в его сторону.
-
Ничего не видя вокруг, слепо шел вперед последний из семи, приковав взгляд к нарисованному солнцу.
-
Только когда тень человека в черном заслонила свет игрушечной лампочки, наваждение отступило. Я попался. Хозяин поставил подножку.
-
Game over.
-
Падение.
-
Блеск бритвы в руках маньяка, ослепительный блеск металла, за ним не видно солнца, не видно, неба, жизни. Зеленый свет горит в глазах, и кроме глаз ничего не видно, его ад он сам. Он болен, он одержим, он виноват в том, что живет, нет, в этом виноват я.
-
Расплата.
-
Кровь.
-
Только она настоящая и живая.
-
Смерть и яркий свет.
-
Душа в небо.
-
-
P.s: Я не пишу эти строки, потому что меня уже нет, я диктую их шепотом тихим, и странный человек в домашнем халате, покорно записывает мои мысли, принимая за свои, передавая мою историю другим. Я младший, самый младший, самый недостойный из семи.
-
За моей спиной звенят белоснежные крылья…

Любовь.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 13 Jan 2008 14:33:00 +0000

Любовь для каждого хороша по-своему…Но для каждого она в той же степени ужасна. Я говорю сейчас о любви, а не о тех зыбких и несерьезных чувствах, кои человеку свойственно путать с любовью. Таким чувствам присущи слова – «хочу» и «надо», любви же слова не свойственны вовсе.
Когда любовь приходит и сжимает сердце колючими тисками, все мы волей-неволей становимся мазохистами, ибо ослепленные радуемся той боли, что идет по пятам за любовью и не на шаг не отстает. Ее не видно в начале, но она неизбежно приходит, когда мы остро осознаем, что под этими небесами счастливой любви быть не может. Да, любовь это всегда страдания, всегда жертвы и потери, будь то взаимная или безответная любовь. С первой проще, она обжигает не сразу и не так сильно, последняя же оставляет лишь незаживающие шрамы, призванные вечно кровоточить в минуты ностальгии. Эти шрамы не лечатся, и даже если возлюбленная вдруг ответит через время взаимностью, в ней вдруг проснутся чувства, это не изменит ровным счетом ничего. Любовь, пришедшая однажды и отвергнутая, умирает навсегда, а воскрешать мертвых неблагодарное и гиблое дело. Уже не хочется греть ее рук в своих ладонях, засыпать и просыпаться рядом. Это пустое. Остается лишь помнить и идти дальше. Зачем? Да потому что, кто не любил, тот мертв… Сколь горькой бы не была любовь, сколько бы не принесла она боли, каждый понимает, что лучше ничего в этой жизни не испытывали и хочет испытать ее вновь, когда дело касается любви, все мы немного мазохисты…

Конец святого государства.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Mon, 07 Jan 2008 20:20:00 +0000

Все теперь не так как прежде,

Одурела родина моя.

Свет добра все реже, реже

Пробивается сквозь тучи воронья.

Все теперь не так как было.

Наша жизнь теперь-безумный быт.

Скалиться свиное рыло,

Слышится из мрака стук копыт.

Наш кровавый путь недолог,

Нас погубит собственная дурь.

Потирает лапы жадный молох,

Нагоняя тучи новых темных бурь.

На горизонте небо в черных тучах,

И правят бал удельные вожди.

Там на высоких острых кручах

Чечетку пляшут черти на крови.

И нет надежды. Все пропало.

Былого, жаль, уж не вернуть.

Такого раньше не бывало.

Кончается России путь…

(1.01.2004г.)

Кузница снов.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Mon, 07 Jan 2008 20:14:00 +0000

Там все живы, кто любил меня,

Где восход, как праздник бесконечной жизни.

Там нет счета рекам и морям,

Но по ним нельзя доплыть домой…

«Ария»

Что видит Спящий, когда гаснут дневные фонари и загораются звезды ночи? Он приходит в свои мир, следуя сквозь темные коридоры за туманным огоньком. Без проводника туда не найти пути, ведь темный ворох дневной суеты, как лабиринт, заключает в своей пустоте.

А туманный огонек все ярче, и вот уже видна дверь, за которой сияет белой дымкой полупрозрачный, как шелк, горизонт. Где под светло-голубым небом простираются заливные луга, озера и реки. Где ватные тучи, раскиданные над землей свежим ветром, улетают на встречу восходу, и стаи разноцветных птиц, следуя за молодыми лучами нового солнца, оглашают малахитовые просторы приветственными криками.

Этот мирок зовет Спящего, каждая его нить, сплетаясь в единое целое, вечно вращающимся веретеном, рада привычному гостю. Здесь все, как в мечтах. В тех, что никогда не исполнятся там, в сером мире, где день настигает грезы.

В этом царстве спокойствия и чистоты, под сенью звезд Спящий отдыхает ото дня. И покидая этот мир, возвращаясь в ежедневный каменный быт, он знает, что ночью его снова будут ждать, он верит, что когда-нибудь, открыв глаза, он увидит за окном день, такой же, как ночью, и за порогом дома обнаружит не монолитные каменные дебри, а простой лес, в котором так легко дышать, ведь люди забыли, как это, по-настоящему дышать.

И пока Спящий улыбается злу, прощает обиды, любит ненавистников, и живет в сером мире с песней. Мелодия его жизни будет играть лишь высокие аккорды, а пасмурный мир, где даже солнце горит до боли тоскливо, не получит над ним власти, ведь его кузница снов чиста…

Взаперти.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 06 Jan 2008 16:54:00 +0000

Ты жил без искорки в глазах

И каждый божий день

Безмолвно гас в стальных руках

И превращался в тень.

Бродил, как призрак у земли

И не нашел покой.

Да вот же! Вот оно! Смотри!

Вот небо над тобой.

Да ты безумен, слаб и глуп,

Ты в клетке, в круге стен,

К твоим мольбам Всевышний глух,

Ты сам создал свой плен.

Ты позабыл души полет

В круговороте тел.

И кто в мученьях спину гнет,

Тот сам того хотел.

Ты гибнешь в каменных лесах,

Страшась суровых катаклизмов,

Как колос в грубых жерновах,

Как шестеренка глупых механизмов.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 06 Jan 2008 16:45:00 +0000

Конец…

Где смерть заблудилась в глухих коридорах,

Где зла и добра не найти,

Теряются нити ушедших раздоров

Сшивая иные пути.

И смотрят с небес обреченные боги

И демоны смотрят из ада,

Как в пропасть уходят кривые дороги

И следом убогое стадо.

Оборотни.

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 06 Jan 2008 16:37:00 +0000

В разгаре яркий карнавал

И все кружатся в пляске

Гром музыки: «Маэстро бал!»

Нет лиц, кругом лишь маски.

И гости в зеркале кривом

Правдивы, но не верят –

Есть звери в облике людском

Есть люди в маске зверя.

И в полночь при кривой луне,

Когда густы ночные краски

В танцующем свечном огне

Растают всяческие маски…

Творчество

noreply@blogger.com (Журкин Игорь) — Sun, 06 Jan 2008 16:17:00 +0000

Снова сел писать "Темноград", был долгий творческий перерыв, но я с радостью обнаружил, что навыки никуда не делись, все по-прежнему ПИШЕТСЯ!