Север-Тотьма

Бич Славик

2011-05-18T17:11:00.000-07:00

У цыган поселившихся пол года назад , на днях пропала корова. Поискали они значит денек (а можа и не искали) да и написали заяву в милицию, что мол коровку кормилицу тайно схитил местный бич Славик тюремщик. Нашелся даже свидетель, с рождения придурковатый пацаненок , мол он видел как Славик корову гнал в лес . Ну а раз коровенка пропала и домой не пришла, значит Славик ее того энтого в лесу и зарезал вусмерть. Лишил значит цыган единственной кормилицы, можно даж сказать , что как малых детей лишил титьки.
О биче Славике. Славик мужик неопределенного возраста, шесть раз судимый и откинувшись в остатный раз ,волею судьбы лет пять назад из Пермского края попал на житье бытье в наш поселок. Поселился он в пустующей избе без электричества, но с хорошей русской печкой. Нашел быстро в дом хозяйку, местную давно не работающую любительницу "Бахуса" Лидку. Ток вот Лидке если сказать про "Бахуса" , то она ответит что знать не знает такого растакого и пошлет по известному всем строго определенному направлению.

Лидка бабенка так же как и Славик неопределенного возрасту, опухшая не только на личико, но и на все тело от неимоверной любви к выше упомянотому "Бахусу". Говорит Лидка исключительно матом, очень редко можно услышать от нее человеческие слова. В отношении себя она нормальную речь не воспринимает, а скорее всего и не понимает. Вот значится и жили они поживали спокойно ,не считая драк между собой из за недолива или перелива спиртосодержащих жидкостей, так как пили все что горит и имеет запах выпивки, до то того дня пока у цыган коровенка не исчезла.
Так как Славик многократно отсиженный (считай рецедивист), все разы по хулиганке судим, про таких говорят "боксер кухонный", то приехала его брать усиленная группа захвата из районного УВД, что находится в 28 км от нашего поселка. Типа местного спецназа-ОМОНа. Не встретив при входе в дом сопротивления и препятствий типа забарикадированной двери(дом ни когда не закрывался), местный спецназ ворвался "штурмом" в дом напугав при этом кошку мирно дремавшую на крылечке. Славик с Лидкой находились дома , время обеденное и они культурно ели вареную картошку в мундире , макая оную в крупную соль. Славик укатанный жизнью вдоль и поперек без лишних слов увидев "ментов", попросту вытянул вперед руки на которые тут же застегнули новенькие браслеты\наручники под названием "Нежность". Но Лидка баба не того порядку что Славик. Толи она еще не утолила голод, толи была с похмела, можа еще кака причина, но была не в настроении , поэтому Лидка разинула рот для изьяснений в лучших своих выражениях. В первую же минуту она вылила на уши группы захвата столько исконно "русских народных слов", с упоминанием родителей "ментов" и иных их родственников , что те в начале оторопели, чутка в ступор не впали от услышанного. Но спас их Славик своим советом, повернувшись к самому крупному на вид из группы захвата , он изрек :
- Закати ей раза, а то ее боле ни чем не успокоить в ближайший час полтора.
Тот повернулся к Лидке, а та как раз собирала слюну в пересохшем рту , что бы плюнуть в лицо вторгшимся на ее территорию агрессорам. Только было Лидка прицельно сложила губы для плевка, как "мент" легонько шлепнул ее в лоб. После такого шлепка Лидка не смогшая плюнуть, приземлилась с глухим шумом на свою пятую точку и наступила тишина. Лидка замолчала как партизан на допросе в гестапо и видимо от обиды из ее левого глаза скатилась скупая женская слезинка. Лидка молча встала, завязала фатку, села у окна и продолжила есть картошку, всем видом показывая что "ментов" она в упор не видит и не слышит.
Славика уже вовсю колол старший группы захвата на предмет куда Славик дел корову. Остальные искали вещественные доказательства, рога, копыта, хвост и остальные коровьи части. Славик естественно отвечал что видел он эту корову вместе с цыганами на одном общеизвестном месте, если перевести то суть такова то получается как бы наоборот, не видел он корову и видеть ни когда не хотел вместе с цыганами.
Славика увезли в райцентр до выяснения и допросов по делу сгинувшей в небытие цыганской коровы. Ну а Лидка тем временем продав собранную на кануне клюкву, купила бутылку водки и стала запивать разлуку со своим сожителем, занюхивая и заедая холодной картошкой.
Долго ли, коротко ли, Славика продержали до ночи на допросах и выгнали из милиции , выяснив его не причастность к пропавшей корове . Снабдили его на дорогу одной папиросой, чему тот был неимоверно рад.
Добравшись на попутках до поселка, в родные пенаты Славик явился уже ночью. Войдя в дом он обнаружил в усмерть пьяную Лидку которая на все его полные нежности пинки не могла даже через губу переплюнуть, а не то что вымолвить хоть одну букву алфавита. Вспомнив как его забирали, Славик еще боле разозлился на то что Лидка даже ему ни чего не собрала с собой, как положено делать в таких случаях второй половине . То есть дежурный узел с сухарями, чаем, куревом, кружкой, ложкой. Но уж если честно говорить, то и собирать то особо ни чего не было, окромя банки окурков и вареной картошки с солью. Только вот ведь вопрос то в рассуждении Славика не в том что не чего было сбирать, а в том что этикет несоблюден. Вдруг бы его "закрыли" и пришлось бы ему мыкатся "голяком", а ему отсиженному такая перспектива в "заподляк". Дав бесчуственной Лидке полного нежности пинка, от которого та даже не шевельнулась, Славик завалился спать на печку, благо та была еще теплая после протопки.
На следующий день Славик заявился ко мне со словами:
- Ты верно наслышан шо случилось со мною, а ныне воще значимость в моей житухе определилась по вчерашнему случаю. Радость у меня, корова то цыганская нашлася . Машиной ее сбило, у Медведевских полей в ручьевине у дороги ее и нашли. Все подозрения с меня спали, я чЕсной мужик, чужого в жизни не надобно. Я завтрева иль послезавтрева клюквы наберу, так долг зараз и отдам, а сегодня душа требует, займи да выпей. Так что будь настолько ласков, не откажи в сотенной.
Так как Славик за все годы проживания зарекомендовал себя и вправду честным мужиком, ни когда и ни кем не замеченный в воровстве и отдающим занятое , то дал я ему денег на бутылку.
Славик дрожжащей рукой ухватив купюру изрек:
-Вот ведь спасибо те. Непременно отдам как ток клюквы наберу. Ты если что да как, беспременно ко мне обращайся, от меня отказу не будет.
И сунув смятую купюру в карман штанов подпоясанных содатским ремнем и на пару размеров больше, Славик потрусил за вожделенной влагой на ходу дымя козьей ножкой свернутой из газеты ,набитой раскрошенными окурками.

Через пару дней Славик как и обещался, вернул долг.
(сентябрь 2010г);

C Чего начинается Родина

2010-11-14T06:54:00.000-08:00

Замухро

2010-11-13T22:26:00.000-08:00

Замухро.
(рассказик написан от лица моей Мамы)
Пропал Кузя , выпустила ночью и видать сова, либо лиса утащила . Жалко котёнка , хороший был, хоть и баловник , но мышей исправно ловил. Делать неча надобно другова брать, а то ить зима на носу , так мышей необоримая набежит. Все погрызут и спортят .
Схожука я к Люське Пановой, у ее кошек много , так может и котята есть .
Пришла я к Люське да и спрашиваю:
-Люся здраствуйко , нет ли у тя котеночка-котика , мой то пропал, а ведь без кошки то мышь заест.
У Люськи то свое хозяйство, корова, овцы, поросята , всякой живности полно и кошек штук восемь.
- А вон тет Шур у печи сидит котик , так забирай .
Смотрю , а в углу у печки то и правда сидит замухро , вес серый , морда в кровь разбита .
-Люся , а што эт с котиком то , мордочка то вся в крови ?
- Да он тет Шур за мухой гнался , да со всего маху то мордой об стену и вделалси .
-Люся а нет ли других то котяток ?

-Нет тет Шур, эт последний . Забирай не сумневайся , мышей уже ловит . Давече мышь задавил, таку большущую , что едва приволок .
- Ой Люся , раз мышей ловит так заберу . А што он такой весь серый то ?
- Дык он тет Шур во дворе в печи ночует в золе , так весь и выватался.
Ин ладно, раз других нет , так заберу и энтова.
- Кысь, кысь , кысь
Позвала котика , а тот с дремы дремавший ток один глаз лениво приоткрыл и опять спит. Забрала я котика , положила в корзинку , да и понесла домой. Пока несла , так втолковывала яму, шоб не гадил где попадя, а ходил бы в коробку с песком , али что б на улицу просился . Принесла яво домой , так первым делом ему молока в блюдце налила , да корма насыпала. Новый то Кузя видно не больно то сыт был при восьми то кошках, так сразу давай молоко наворачивать . Минуты не прошло , а блюдце пустое . Видать аппетит то хороший, значит здоров котик, ни чем не болеет .
Дня три прошло , Кузя вылизался и в цвете определился . Спина то рыжая , а лапы и брюхо белые . Одинова ток нагадил не на месте , так хотела было прохлестать , да не стала , ток наговорила ему што еще раз так изделает, то точно мордой ткну . Вроде проняло его, стал ходить в коробку с песком .
Счя вот с Кузей то и не так скучно , есть с кем поговорить , все не одна .Сберется на колени и мурлычет , слушает что я ему говорю.
Сыны то Лешка с Витей приедут тока в следующий отпуск . Слава богу не забывают , звонят и тот и другой почитай кажый день . Поговорю с ними так и на душе легшее.
Дожди осенние долгие , ночи ранние , дни короткие, ране в это время уже снег выпадал , а счя и ночью то не подмораживает . Ох господи , спаси и сохрани.

Первая удочка, детское счастье

2010-11-13T11:56:00.000-08:00

С вечера с Сережкой Коробицыным договорились на завтрева встретится у лавы. Пойдем колоть острогами (вилка примотанная к палке медной проволокой) сиряков и параш.
Утром проснувшись и напившись чаю хватаю свою острогу выскакиваю из дому. Загребая теплую утреннюю пыль босыми ногами бегу к лаве. Сережка уже там , сидит на лаве свесив ноги к воде. Но тут что эт , у НЕГО В РУКАХ УДОЧКА. Серега даже на меня не взглянул, сидит и напряженно смотрит за поплавком изредка поддергивая леску выше на течение.
Медленно подхожу и спрашиваю :
- Серега , а рыбу то колоть ?
Сережка поворачивает ко мне белобрысую голову и говорит:
-Неа, мне вот Ковка удочку свою отдал, так я пескарей ловить буду.
- Смотри какого большого пескаря я поймал, едва не сорвался .
В стеклянной банке лениво шевеля усиками плавал пескарь размером с мизинец , пуча глаза на нас с Серегой.
Мне стало так обидно, что я молча развернулся и бросился домой. Солнце ярко светило припекая землю, я бежал и на глазах выступали слезы. Подбегая к дому я уже во всю ревел как белуга.
Мама копалась в огороде вычищая на грядках поросль сорняков. Бросив свою острогу в крапиву у калитки, я подбежал к Маме и ухватившись за фартук ручонками заревел навзрыд брызгая слезами.
- Аааа , аааа уууу Серегииии удочкааааа ....
Захлебываясь словами выговаривал ей свою обиду.
-Аааа , ааааа у Сереги удочкаааа ......

Снова и снова повторял я уткнувшись в Мамин фартук.
- Ну что там у Сережки?
Спросила Мама вытирая фартуком лившиеся слезы.
Немного успокоившись смог внятно выговорить:
-Мамка а у Сереги УДОЧКА !!!
И столько в словах было горечи что у меня то удочки нет. И снова залился слезами.
-Ну погодь реветь. Счя и тебе удочку сладим.
Гладя по вихрам сказала Мама.
Слезы сами собой после услышанного перестали течь.
-Всамделешную удочку?
Спросил я глядя на Маму.
-Самую что ни на есть всамделешную!
Улыбнувшись подтвердила Мама.
Взяв нож Мама срезала черемушину и очистила ее от веток . Сходила в дом и принесла катушку белых ниток. Отломила от старого веника кусочек, она ловко проткнула его иголкой с ниткой вдоль и получился поплавок. Покопавшись в отцовом ящике с инструментом нашла махонькую гаечку от сломанного выключателя и привязала вместо грузила к нитке\леске.
-Ну вот почти и готово , счя только осталось найти крючок.
Из старой тетради осторожно была вытащена скобка скрепляющая страницы и привязана заместо крючка!
-Держи удочку горе луковое. Побегай лови, да смотри к обеду приходи домой.
Я держал в руках первую в своей жизни удочку! Слезы давно высохли и уже мчался к реке. И не было в тот момент счастливее меня , ни кого на белом свете.
Сережка сидел на прежнем месте . Подбегая я перешел на шаг и медленно пошел к Сережке. У того на конопатом лице выразилось изумление увидев в моих руках удочку.
Когда я шагнул на лаву с берега , Сережка сказал:
-Тссс, стая пескарей подходит, садись рядом потихоньку, не пугай рыбу.
Все же Сережка мой лучший друг на свете, он молча подвинул ко мне (косясь на удочку) банку с колодниками для наживки и подвинулся сам давая место рядом.
Присев на теплые бревна лавы, я насадил колодника на крючок и неловко закинул свою немудреную снасть затаив дыхание.
Сейчас уже по истечению стольких лет, я не помню , поймал ли что ни будь. Но тот далекий день отложился в моей памяти на всю жизнью.
Мы с другом Сережкой давно уже выросли, выросли наши дети . Живем в разных городах, видимся очень редко , но та детская дружба и счастливое детство на всю жизнь с нами !

P.S Рассказик написан много лет назад, один раз публиковался в маленькой районной газетке. Черновик был утерян и поэтому написал по памяти упустив и изменив некоторые моменты первоначально написанного.

Дорожная зарисовка

2010-11-13T11:30:00.000-08:00

На вокзал приехал за час до отправления . К перрону подали состав "Вологодские зори" , людей на удивление мало , у вагона приветливые проводницы проверили билет и пригласили пройти в вагон.

Кинул рюкзак под полку и в ожидании отправления достал книгу . Объявили время отправления , поезд тронулся , одна ночь и пол дня разделяют меня с родным домом и встречей с мамой. Напротив расположился молодой человек уткнувшийся в ноутбук сосредоточенно стучавший по клавишам , на боковой верхней полке сразу лег спать какой то весь взъерошенный потрёпанный мужичок неопределённого возраста . Верхние полки надомной пусты , в вагоне дай бог половина мест заняты пассажирами. Проводник разносит чай , предлагая к чаю печенье и шоколад . Чай в пакетиках, такой я не люблю, но бутерброды взятые в дорогу подвигли взять стакан чая.

Незаметно под перестук колес за окнами вагонов наступила ночь . Сосед уже спит , а у меня бессонница , нечем себя занять . Поезд притормаживая останавливается на маленькой станции , в вагон входят новые пассажиры две бабули с корзиной завязанной сверху платком и объёмистой сумкой.

Бабульки эдакие тихие одуванчики даже при наличии свободных не боковых мест сели согласно купленным билетам на нижней боковушке . Запихали под сиденья поглубже свои пожитки бабули уместились за откидным столиком напротив друга друга .

В вагоне тихо и мне был слышен их разговор .

-Нюрка спати не будем , тута ток задремли так и обутку с ног стянут .

Подруга отвечает :

-Раздеватси тож не стоит я и фатку снимать не буду .

Я краем глаза глянул на "обутки" , на одной из бабулек надеты резиновые сапоги , а у другой выглядывала из под стола лакированная галоша с шерстяным носком на ноге .

Хм, надо наверно быть босым что бы позарится на бабулины "обутки" и на всякий случай подвинул свои шверботы поглубже , так как мои "обутки" по сравнению с бабкиными все равно что модельные туфли .

Одна из бабулей достав из корзинки две кружки отправилась за кипяточком , оставшаяся подружка достала завязанный узелок из которого извлекла шаньги и кусковой сахар . Шанешки поделила пополам , положив рядом по куску сахара . Вернулась с кипяточком вторая бабуля и они приступили к "чаепитию" голого кипятка изредка разговаривая между собой.

- Что не говори Верка, но со сваво самовара чай вкусняя , хотя тут самовар тоже большуший, но вода видать набрана не колодезная .

- А я вот Нюра без блютча чаю то много выпить не могу , а вот с блютчем то, так выхлебываю бывало по пяти чашек сряду с одним куском сахару.

Проснулся их сосед лежавший на верхней полке , осторожно слез что бы ненароком не задеть бабусей и ушел в направлении тамбура .

Бабули оживились .

- Ты Нюрка видала кака у няво мордато , сушший тюремщик .

Вторая в ответ согласно кивала допивая "чай" .

Вернувшийся мужичок неопределённой личности залез на полку , свесив голову спросил бабусек :

- Вы до конечной?

Бабки согласно закивали головами как два истуканчика .

-Ну раз так , то вы меня разбудите в семь часов .

Бабульки в ответ снова дружно закивали головами показывая этим что разбудят, мол ты не беспокойся , усе будет в упорядке.

Мужичок удовлетворённый молчаливым ответом бабулей , повернулся на бок к стене и через некоторое время сонно засопел .

Бабули стали тихо перешёптываться , я встал достав сигареты отправился курить в рабочий тамбур. Покурив вернулся на свое место , бабули встретили меня молчанием и подозрительными взглядами .

Одна из бабулек нарочито громко произнесла обращаясь к другой :

- Я Нюра днем во как выспалася , так счя в не едином глазе спать не хочу .

Вторая в ответ:

- А у меня Вера в последнее время бессонница , засыпаю ежели ток позно утром .

Уже почти засыпая я не утерпел (характер у мня озорной) и сказал обращаясь к подругам :

- Вы Миколу то когда утресь будить будете , так будьте поосторожнея . Он с просонку то дерется завсегда .

Одуванчики переглянулись тревожно настороженно между собой .

Сказав это (мужичка я знать не знал , а имя придумал от потолка) , я укрылся поглубже одеялом отвернулся и закрыл глаза.

Утром пол восьмого меня и соседей разбудила проводница . Бабулек на своих местах не было , не было их и в тамбуре куда я выходил курить. Когда и куда они исчезли , то мне не ведомо . Их сосед сверху чертыхнувшись сказал:

- Еперный бабай , по наделся что эти тетёрки меня разбудят а ин фиг во все личико а не бужение. Счя вот не успею ни побриться , не умыться . Поезд уже на подходе .

За окнами вагона уже мелькал пригород Вологды . Мне до дома оставалось ещё пять часов с одной пересадкой и я увижу маму.

Санкт Петербург -Вологда - Тотьма .

Сентябрь 2008 год.

Сосед.

2010-11-13T11:19:00.000-08:00

Сижу значит доедаю ливерную колбасу, понемногу горчицей мажу, но все одно горчица зело ярая, аж слезы текут. Ток последний кусок колбасы сьел, сижу слезы утираю и в это время заходит сосед, увидел меня в слезах с ложкой в руке , рядом банка открытая с горчицей и спрашивает :
- Ты чего эт ревешь то?
Я ему и отвечаю:
-Вот сосед, дома ись (есть) не чего окромя горчицы, так я ее энту горчицу и ем.
Сижу и слезы с соплями утираю, рожа красная, нос и глаза распухли, вообщем видок у меня не завидный. Сосед добрая душа, позабыл зачем ко мне и пришел то. А я ведь человек гостеприимный, и говорю соседу :
-Садись Ванюха за стол, бери ложку и угощайся чем бог послал.
И показываю ему значится на открытую банку горчицы.
Сосед на меня посмотрел, посмотрел на банку, в которую я ложку опустил типа зачерпываю, да и говорит:
-Спасибо говорит, я ведь ток паужнал , да и чаю напился.
Разворачивается он и на выход, боле слова не сказав.
Проходит минут наверно с десяток, слышу в сенях кто то скобу ищет дверь открыть, видать нащупал и двери открываются входит давешний сосед. Ни слова ни говоря, бух мне на стол сверток, а потом и говорит:
- Ты меня скоко раз на похмел выручал, хотя сам ты мужик и не пьющий. За што я тя сильно уважаю. Потому как ты мне помогал, так и я те помогу.
Разворачивает он сверток, а там шмат сала соленого с прожилками мяса, размером с хороший лапоть.
Развернулся сосед и к дверям, а уж оттель напоследок и баил:
-Ты если що , так без сумленья, того самого, завсегда выручу если того чего.
И шмыг за дверь, ток на крыльце пустое ведро взгрохотало, да матюки донеслись. Видать запнулся он.
Надо будет завтрева его спросить, зачем он ко мне приходил то?

Мамины воспоминания.

2010-11-04T12:20:00.000-07:00

Поросячий капец.

2010-11-04T06:28:00.000-07:00

Дядька у меня с приколами был .Большую жизнь охотился, а вот куренку голову отрубить, овцу или порося зарезать не мог. Звали ково нить с деревни резать овцу или порося. Ему главное шоб скотинку зарезали, а разделывал сам с сыном , да меня племяша впрягал.Тетке энто надоело, она ему и заявляет, до каких пор кого то звать будем(за убой положено было отдавать часть мяса и требухи) давай реж порося и все тут. Дядя дня два отговаривался под разными предлогами, но тетка с бабулей на него поднажали , вот он и придумал бескровно порося "загубить".Решил поросенка током хряснуть 220 V .
Сделал типа большой бельевой прищепки, на концах гвозди заточил и подвел через проводку ток , установил выключатель.Вообщем конструкция. На следующий день, втихаря для храбрости хватил пол стакашка беленькой, он скомандовал тетке -ВЫВОДИ УБОИНУ( сам дядя росточком метр в прыжке с трамплина, худой, но в меру).Дело то было осенью по первому снегу, вот значится тетка вывела порося из стайки в огород, поплакала , жалко все таки скотинку то. Сунула поросю под нос тазик с варевом . Порося ясно дело уткнулся рылом в тазик, на свежем то воздухе и у человека аппетит появляется, а у порося то тем более. Дядька подкрался сзади с волочащимся элек-им удлиннителем, к поросенку - развел в сторону рогатулину - прищепку , наставил поросю на уровне ушей включил ток и сжал . Порося молча ткнулся удивленно в тазик, можа он и взвизгнул бы, но повидимому варево в горле застряло и он потихоньку так осел на передок.
Дядя выключил ток отложил прищепку-рогульку и сел на поросенка. Взялся руками за уши и видимо хотел у порося голову переместить из тазика в сторону.НО ТУТ порося очнулся, видимо застрявщий комок в горле, проскочил в желудок, и с громогласным визгом помчался с сидящим на нем вверхом дядьке, по огороду.Можа у дяди и есть среди дальних родственников ковбои - не знаю, но он так крепко вцепился в ухи поросенка и с таким видом ,что в ближайшее время отпускать не намерен, пока не доскачет до мексиканской границы (ну покрайней мере до Финской).
Поросенок сделал по огороду два круга ( а огород как футбольное поле) видимо с целью сделать регонцинировку местности и наконец увидел в заборе дыру. Толи дядя от удовольствия , то ли еще от чего, но скакал он на поросе с закрытыми глазами и значит не мог видет как порося со всего хода как торпедный катер , направился на скорости не меньше чем в 40 узлов, в означенную дыру в заборе. Так как дыра была большая только по ширине, то дядя не вписался в проем и слетел с порося на землю. После аварийного приземления, он вспомнил всю родню тетки которую она и сама то с трудом могла вспомнить . Тетка стояла с отвисшей челюстью вспоминая видимо ту родню про которую ей сказал дядя .
С последующим криком в мою сторону(дядя говорил всякие ласковые слова), так как я стоял к нему ближе ,потому что все время скачки порося я бегал за ними с лопатой (лопату я бросил сразу опосля аварийного приземления дяди, шоб чего он не подумал, а то ведь я от рождения путал многое) - так вот дядька кричит мне Олехааа , с добавлением опять же ласковых слов ( я ведь любимый племяшь) ТАШШИ РУЖЬЕ .
Я моментально обернулся туда сюда , подаю ему ружо - а он мне опять говорит такие ласковые слова разные из которых я понял, что мне предстоит догнать порося чтоб тот не слинял в лес, завернуть домой к самому порогу . Охранять данного порося, считавшимся уже дезертиром, тоись конвоировать его до дому где ему-поросю буден зачитан приговор трибунала , без последующего обжалования и помилования.
Пока я выполнял миссию конвоира, тетка сходила к соседу дяде Ване- бывшему фронтовику и позвала того зарезать порося.Ну Вы сами знаете, фронтовик и есть фронтовик, тем более из разведки, ему что порося, что фашиста на нож, все одно. Опосля такого казуса, тетка больше не настаивала на том чтоб дядя резал каку нить животину.( клянусь, все было так как я рассказал)

Россия, кто здесь крайний?

2010-11-03T15:04:00.000-07:00

Эдуард Кочергин. "Рассказы бродячей собаки"

Россия, кто здесь крайний?

В начале 70-х годов, во времена моего хождения по Русскому Северу, попал я со своим напарником - соседом по питерской комуналке в старинный вологодской земли город Тотьму. Попал с познавательными целями для своей рисовальной профессии. В библиотеке моей от дедов сохранилась небольшая книжица, напечатанная в 1924 году в типографии тотемского отдела местного хозяйства в количестве 600 экземпляров. Книга о деревянном зодчестве Тотемского уезда Вологодской губернии, с недурными гравюрами художника Е.Праведникова. На одной из них был изображен двухэтажный рубленый пятистенок, покрытый тесом, замечательных пропорций с высоким крыльцом, красиво нарисованными окнами, украшенными резьбою, тяжелым венчающим коньком, т.е. со всей полагающейся русскому северному дому-кораблю атрибутикой. Эта книжка виновата в том, что мы изменили первоначальный маршрут и вместо Никольского района, куда должны были податься по тем же рисовальным занятиям, из Вологды на дедероновском* пароходике двинули по реке Вологде, затем вверх по Сухоне в Тотьму. Захотелось увидеть так неожиданно названный город, да еще украшенный замечательной архитектурой.

В тесном ресторане пароходика за вологодским пивом мы провели почти весь путь до Тотьмы. Сосед наш по столику - начальник рыбнадзора города Нюксеницы, большой любитель и потребитель пива, явно талантливый враль и балагур, моментально ставший нашим приятелем, рассказал чудную легенду про обозвание Тотьмы. Как представитель соседствующей с Тотьмою Нюксеницы, он знал про нее все, естественно, с обратной стороны.

"Когда первый Император Всеросийский Петр Великий, еще будучи молодым царем, путешествовал по Русскому Северу и объезжал Вологодчину, он на лодках-галерах поднимался вверх из Двины по Сухоне со своими генерал-фельдмаршалами - разными там князьями Меншиковыми да графьями Толстыми. Жители прибрежных городков и деревень приветствовали Царское Величество на берегах Сухоны, но старательнее всех и совершенно своим особым образом встречали его поезд жители древней Тотьмы.

Крутые берега реки густыми кругами, как семечками в подсолнухе, были усыпаны низко склоненными долу человечками. С реки застывшие сложенные вдвое люди выделялись на зеленых угорьях только задницами, торчавшими с округлых берегов прямо вверх в небо. Зрелище сие из царской дали было настолько непонятным и впечатляющим, что царь, увидев такую картинку со своей главной галерной лодки, повернулся к Алексашке Меншикову и спросил: "То тьма жоп, что ли, Данилыч?" Меншиков посмотрел в свою поднадзорную трубу и ответствовал царю: "Точно, то тьма жоп на горах, Ваше Величество".

"Таким образом сам Петр Первый подтвердил древнее имя города да еще с важным добавлением-причиною, про которую тотьменцы почему-то забыли, а мы в Нюксенице по-соседски помним", - заключил рыбнадзорный враль, пообещав угостить стерляжей ухой, ежели занесет нас жизнь в Нюксеницу.

Приплыли мы в Тотьму уже к вечеру и естественно, как русские пиквиксты, страдающие алкогольной недостаточностью собственных организмов, оказались прямо с рюкзаками в винно-водочном отделе самого главного магазина Тотьмы. С него то и начались наши "исторические познания" брошенного под ноги времени и забытого Богом города. В этом важном месте наши целеустремленные взоры были остановлены невидалью в человеческом обличье. Объект сей был настолько кос глазами, что притягивал внимание окружающих неправдоподобностью собственной косины. Глаза его были повернуты в противоположные стороны - левый в левую, а правый в правую, причем настолько сильно, что он этим невозможным глазным устройством прямо-таки гипнотизировал смотрящих на него людей.

В своей правой руке держал он только что выпущенную юбилейную монету с портретом Великого вождя революции товарища Ленина и, поглаживая ее грязным большим пальцем, приговаривал: "По Лыске, по Лыске..." Понять сначала, что он имел в виду, было трудно. Ерунда какая-то! Что ему надо!? И вдруг держатель рублевого Ильича повернул к нам свою голову и хриплым пропитым голосом, глядя мимо нас в разные стороны, проговорил: "Ну что смотрите, залетки, помогите вылечиться. Скиньте по лыске, глаза поставьте на место, а то вижу я вас совсем в других местах, чем вы сами себе кажетесь. Болен я - излом зрения у меня. Оттого и пью, а дозу выпью, глаза на место становятся, и снова вы там, где и есть. Косой я - наоборот. А теперь давайте-ка по лыске скиньте на поправку тяжелой глазной косины".

"Да скиньте же, не жалейте, такого цирку вы нигде в "рашине" не сыщите, да и стоит-то он всего двести грамм", - прохрипел стоящий за нами винно-водочный желатель в потертой кепке-лондонке.

Мы с напарником скинулись, и Косой-Наоборот с некоторым вызовом и гордостью протянул треху водочной продавальщице со словами: "Уважь, целовальница, больных да жаждущих. Не серчай, красавица, - без нас, косых да косящих, что бы ты делала?"

Действительно, после принятия двухсот грамм водки глаза его постепенно вернулись на свои места, а он превратился в банального заштатного алкаша. Интересно, знают ли врачи-глазники-окулисты или доктора-наркологи болезнь под названием "косой-наоборот"?

После обустройства на ночлег в местном Доме крестьянина, где одно койко-место в общей комнате стоило всего 80 копеек, спустились мы на берег Сухоны варить свой супчик. В городской столовой подавали только макароны с тушенкой, а когда по вечерам она превращалась в ресторан, к этому блюду добавляли пиво за приличные деньги, но зато в графинах. А у нас с собою все было свое. На берегу, достав снедь из малого рюкзака, развели "воровской" костерок, на котором быстро приготовили ужин, и только успели отметить прибытие в славную Тотьму, как к нашему костру подковылял из-за кустов костыль с лицом тяжело пожившего человека и вежливо попросил дать ему всего-то консервную банку из под тушенки. Мы дали, думая, что нужна она ему для червей или еще для чего-нибудь хозяйственного. Но он здесь же, у костра, вынул из своего бывшего пиджака флакон тройного одеколона и трясущимися от нетерпения руками залил его в банку, разбавил водою из Сухоны и, чуть помешав, влил в себя эту белую парфюмную суспензию. Затем крякнув, произнес нежно: "Пошла хворобушка..."

Закусив этими замечательными словами свое душистое питие, отбыл под ближайший куст. Некоторое время спустя от куста раздалось невнятное пение вроде: "Болят мои раны в глыбаке...", перемежавшееся с храпом. Пора было и нам вернуться под нашу временную крышу и хорошо выспаться.

Утром предстояло на свежую голову обойти город и наметить интересные объекты для запечатления их на бумаге. Но там, в Доме крестьянина, нас ждало третье открытие - местный домкрестьянский сортир-эрмитаж, построенный в былые крепкие времена из широченного соснового теса в стиле "русского кантри", представлял из себя экспозицию талантливейших творцов нашего отечества, которые заполнили его стены незабвенными победно-фаллическими рисунками и виршами, выполненными разнообразными подручными матерьялами и разными техниками. Одна из надписей, самая идейная, вырезанная искусной клинописью перочинным ножичком на темно-коричневых сосновых досках терпеливым старателем, более чем другие стала знаменитой в нашей памяти:

Пусть послужит наш сортир
Очагом борьбы за мир.
Поджигатели войны
Срать в сортире не должны.

На наш вопрос об алкогольных подвигах его земляков домкрестьянский дежурный, глубокий местный дед, после рюмки угощения ответил, что пьют они не более и не менее, чем вся Россия, а виденное нами относится к Москве. "Тотьма издавна назначена была местом для ссылок. Это крест наш, но если при царях да императорах к нам ссылали важных раскольников или революционных потрясателей, то нынче награждают бездельным и пьянским людом, списанным в столицах со щитов, на их начальственном языке называемом тунеядцами. Вместо этого народа лучше бы в город солдат поставили. Бабы бо лишние ягорились, толк бы был да приплод, а с этих что - срам один да развращение наших человеков происходит. Вот так то..." - заключил он, оправдываясь перед нами в нехороших городских картинках. И добавил: "Любопытствуйте у нас, конечно, но со своими блокнотиками-то будьте поосторожнее, не то какой-такой подумает, что образ вы с него снимите да с собой унесете, а его пустым оставите, так ведь защищаться начнет. Да и с тунеядцами поаккуратнее, не то накинутся на вас, как на свежачок, и оберут. У них своя простая система - днем где-нибудь что-нибудь поднадыбят, вечером отгуляют, а утром лечатся".

После таких наставлений наш изначально романтический настрой на Тотьму стал убавляться.

Дом крестьянина своим парадным крыльцом выходил на главную площадь города. С левой руки от него выделялся среди деревьев старинный храм без куполов, превращенный в клуб, за ним на бывшем церковном кладбище была танцплощадка. С правой стороны против храма-клуба находилась трибуна, за которой возвышался на голубом пьедестале серебряно-гипсовый бюст Лыски-Ленина. Прямо по оси крыльца с другой стороны, ближе к реке, торчал единственный в городе зелено-бурый пивной ларь.

Поутру, выйдя со сна на крыльцо, мы обалдели от увиденного - вся площадь до краев была забита одноликою молчаливою толпой. Что здесь происходит? Тьма людей в такую рань! Что за демонстрация? Война что ли объявлена или новая революция началась? И почему они молчат? Как-то даже тревожно показалось нам от этого массового стояния.

Выползший за нами на крыльцо домовой дед с самокруткою спокойно прокомментировал событие: "Лечиться стоят, к пивному опохмелку готовятся. "Лекарство", видишь, в одной будке дают, и то приплывает оно на пароходе сверху из Нюксеницы, да бочки с пристани катят вручную выборные из них. Через полчаса должны прикатить. Вот и ждут, чтобы в себя прийти после вчерашних подвигов. Выборным первым нальют, затем всем по очереди. Пиво в Тотьме не варят, а привезенных бочек на всех не хватает. Ранее своим хватало, а после нашествия тунеядцев, понятно дело, недостает. У нас же плановое хозяйство. Так что, как говорят, - кто поспел, тот и съел. Этот шпектакль каждое утро здесь дается. Всех тунеядствующих можете осмотреть и ознакомиться - они перед вами".

Со временем мы поняли, что люди, выстроенные в порядок, образуют между храмом и трибуною плотную многоколенную очередь, которая заполняет всю площадь и концом своим уходит в поднимающуюся угорьем улицу деревянных домов. В полчаса, оставшиеся до "шпектакля" - приката бочек, мы успели дойти по этой улице до "Дома тунеядцев". Собственно, она упиралась в него. Дом их, по последующим нашим выяснениям, оказался знатным пятистенком из моей книжки, но приведенным в такой непотребный вид, что мог бы в Великую Отечественную войну получить инвалидность первой группы. Глазницы окон - разбиты, филенки дверей проломаны, покосившаяся печная труба наполовину разобрана. Тес на крыше попорчен, от чердачного полукруглого окна остался один проем. Контраст серо-бурых бревен с ярко-грязными ситцевыми подушками и красными стегаными одеялами, которыми заткнули битые проемы двухэтажного жилья, был впечатляюще живописным. И когда-то крепкий тотьменский дом зиял на проходящих своими ситцевыми ранами.

Но все-таки почему один из антикварных домов Тотьмы был отдан столичным тунеядцам? Или потому, что они столичные? А может быть еще по каким таким другим причинам? У дома на лавочке лежал уже зело пьяный тунеядец с недопитой бутылкой в руке. Увидев нас и отпив глоток из бутылки, он признался, что алкогольная болезнь лишила его части сознательности и внутренней температуры, оттого он себе не управляем и свободен во всяческих проявлениях, даже не подходящих. А затем, глотнув снова, напал на нас с требованием предъявить документ на право общения с ним. "Вы что жур...листы, что зырите здесь кругом, али водочные продаватели, что указ на меня имеете? А ну, покаж свой орден на разговор со мной. А так не верю вам и все тут! Может, вы шиши карманные, а больше никто". И отхлебнув еще из бутылки прохрипел: "Наше дело правое... нам что... поднять да бросить... а больше ничего..." Мы представили, что будет в скором времени, когда тьма тунеядцев, приняв утрешнюю дозу, разбредется по городу. Пора думать об эвакуации, и лучше самолетом, а блокноты свои совсем не вынимать из рюкзаков.

Вернувшись на площадь, у нашего крыльца мы услышали, как опухший тунеядец сказал побитому, показав на конец очереди:
- Вон, глянь, снова Шпынь непотребный на опохмелок опоздал.
- А кто такой Шпынь, в чем его непотребство и чем оно отличается от вашего потребства?
- Да водку он не пьет, даже на халяву, - в рот не берет, т.е. напрочь не потребляет!
- А откуда же пьян?
- Да болтушки разные делает - например, винцо сладкое, "Клюковку" с пивком разболтает - это в лучшем случае, а то и еще что-нибудь чудное, непотребное придумает, одним словом, изыскивает всякие тонкости.
- А почему Шпынь?
- Ну, это понятно! - ругательств матерных не терпит, совсем не переносит, шпыняет всех за них - отсюда Шпынь.
- Аристократ он у нас, из большого начальства вышел.
- Да какой он аристократ, - возмутился стоящий рядом откровенный тунеядец - "дай под зад и ори сто крат" - вот он кто!
- Ты не прав, - возразил битый, - в Москве до пития был он при власти, служил в ихней главной академии марксистским толковником, разъяснял, значит, кого по их бородатым законам уесть и порушить необходимо, но по пьяни лишка про что-то болтанул и загремел со всех своих вершин, да через это запил, до ручки дошел, с семьей разбежался, опосля его в тунеядцы скинули и сюда к нам перевоспитывать отправили.
- Снова проспал, машину не подали, без пивка на сегодня останется, значит, - сказал опухший.
- Ничего, лосьон в универмагской парфюмерии есть, им и обойдется, - успокоил битый.

И вдруг на эти слова мы увидели апофеоз тотьменского бытия. С угорья улицы, куда уходил хвост очереди, показался высокий, спешащий седой человек в больших роговых очках и с лицом алкогольного академика. Осмотрев со своего высока всю площадь, уставленную бесконечными тунеядцами, сбавил ход, поняв, что опоздал и, подойдя к хвосту очереди, хриплым начальственным голосом спросил, обращаясь ко всей площади:
- Россия... кто здесь крайний?!

Сосредоточенная очередь повернула свои головы в сторону Шпыня, и что-то похожее на вразумительность мелькнуло в ее глазах. Но через малое время шум катящихся бочек снова вернул всех в состояние ожидания, а через минуту на лицах передовой части очереди уже появилось предчувствие предстоящего блаженства. И вскоре волшебная пивная терапия началась.

Да, Россия, жизнь твоя утрешняя - жизнь ожидательная.

Март 1999 г.

Русская печка

2010-11-03T14:57:00.000-07:00

Под самым шестком широкое отверстие в верхнее предпечье – подшесточница. Под ним, почти у самого пола, красивый ритмический ряд небольших отверстий – продухов – для вентиляции подпечья. Они же в зимнее время служат оконцами для кур, через которые куры клюют корм из стоящего тут же узкого и длинного долбленого корытца. Впускают и выпускают кур через небольшое волоковое оконце в подпечье, сделанное у самого входа в избу, чтобы меньше было грязи. Тем же путем выдворяют иной раз и провинившуюся кошку.
Устроена печь довольно сложно, соорудить ее, или, как в старину говорили, поставить, – дело совсем не простое. Им занимались особенные мастера, которых так и называли – печники. Печник был очень уважаемым человеком в народе, ведь от него зависело, будет ли в доме тепло суровой зимой, хороший ли хлеб будет печься у хозяйки.
Продолжение

От города Тотьмы до Санкт-Петербурга

2010-11-03T14:42:00.001-07:00

Проехавши тою же рекою Большою Сухоною (по которой от Великого Устюга до Тотьмы ехали) верст до двухсот пятидесяти, не доезжая до Вологды губернского города тридцати одной версты, между деревень Васютинской и Слобода, въехав из Большой Сухоны в судоходную ж с хорошим бичевником реку Малую Сухону, и подниматься ею чаятельно от сорока до шестидесяти верст в озеро Кубинское, состоящее в Вологодском же уезде. Оное озеро зачинается от Кубинского села и погоста в двадцати-пяти верстах от Вологды, и идет от начального своего пункта на севере верст тридцать к востоку, потом оборачиваясь па такое ж расстояние идет на полдень. Широты имеет не более десяти верст в самых широких местах. В первой северной половине на средине стоит Каменской остров, в окружности с версту. На нем старинный того ж названия мужеский изпраздненный монастырь, в котором было двое мощей — преподобного Галактиона и Иоасафа царевича; но по упразднении сего монастыря перенесены в Вологду в Духов монастырь, куда и монахи переведены. На южной части два неважных острова — Шелин и Чечин. Глубины в нем по объявлению жителей нигде более двух сажен нет. Вода сего озера легка, чиста и здорова. Подошва его переменно ил и песок, а посему и рыбы в нем много и отменного вкусу, а особливо лещи и нельма. Берега его повсюду отлоги; несколько сокрытых в нем камней делают волнение его опасным. Дачи вокруг его облегают почти все господские, а особливо Воронцова и Орлова. По объявлению жителей, втекает в него до семидесяти больших и малых рек, а истечение одною только оною рекою Малою Сухоною, и потому мудрено, что маленькая речка Вологда подпирает ее весною болотнею своею водою так, что она дней десять идет обратно в оное Кубино озеро, из коего истекает. Из Благовещенского, называющегося по погосту, озерка, в двадцати-пяти верстах от Кубинского озера, выходит сажен в сорок ширины и изрядной глубины река Морозовиц. От сего погоста сухой переволок до погоста и озера Никольского на четыре версты местом пологим и ровным. Из оного Никольского озерка вытекает река Славянка до судоходной, впадающей в Волгу реки Шексны, чаятельно, верст на шестьдесят. Оная б река Славянка была нам способна в самую полую воду, весной; а осенью должно бы было перевозиться сухим путем, прямо от Благовещенского погоста до города Кириллова, верст с двадцать-семь.
Весенний от города Тотемы до С.-Петербурга водяной ход; по объявлению же обывателей и судоходцев: рекою Нижнею Сухоною (по которой мы от Великого Устюга до Тотьмы ехали), не доезжая до города Вологды тридцати верст, впадают в нее в Кадниковском уезде две реки: Окольная и Рамонская Сухоны; настоящий же в Кубинское озеро всегда судоходный фарватер — вытекающею из Кубинского ж озера Рамонскою Сухоною, из Кубинского ж озера — речкою Кубинкою в Славянское озеро, а из Славянского озера речкою Славянкою в судоходную реку Шексну, впадающую в Волгу.

История срубов в России

2010-11-03T14:34:00.000-07:00

В моем понимании северный русский дом представляет в плане прямоугольник и состоит из избы, сеней и двора и все это под общей крышей и не обязательно, чтобы конек избы и двора были на одном уровне. Изба могла иметь пятую стену и называлась пятистенком. Центром избы являлась русская печь. Ее делали как из кирпича, так и глинобитную, но делали обязательно. Печь ставили на столбы или клеть.
Устройство избы, сеней и двора было различным в зависимости от местности и называться они могли по-другому, но суть от этого не менялась. Избу и сени клали на мох, а двор — насухо. Крыши крыли дранкой или гонтом, но не соломой. Дерево было доступней всего, да и было из чего колоть гонт и плахи. Пол и потолок в избе делали из плах (бревно пополам). Глину брали в качестве пароизоляции, засыпка — из листьев и сухой земли.
Лес на строительство выбирался заранее еще на корню. Способы заготовки и транспортировки были различные. Чтобы легче вывозить, лесины заранее подсачивали - корили вокруг ствола, чтобы прекратить движение соков, и по зимнему первопутку валили и вывозили, либо стаскивали к реке и в половодье сплавляли до места, но в любом случае лес валили, когда движение соков прекращалось и древесина имела наименьшую влажность и вес. На постройку сруба, как правило, собирали «помочь» (помощников — ред.), и ставили его за короткий срок. Остальное хозяин доделывал сам, в свободное от сельхозработ время.
Далее читаем

Тотьма

2010-11-03T12:17:00.000-07:00

Раскинувшийся на левой стороне Сухоны маленький, уютный, по-провинциальному тихий городок Тотьма выделяется среди других прибрежных поселений своими удивительно стройными и нарядными храмами. Возвышаясь над скромными деревянными домами, они, словно красочные инициалы в рукописной книге, отмечают наиболее интересные части в панораме города.

Первоначально Тотьма располагалась не здесь, а в пятнадцати километрах ниже по течению Сухоны. Это древнее поселение, вероятно, существовало до XV века, а затем с открытием соляных варниц у речки Песьей Деньги переместилось к ним. Во всяком случае, известно, что при варницах в 1500 году уже стояла деревянная церковь святого Ильи. Следовательно, посад Соль Тотемская (так нередко назывался город) в XVI веке был довольно значительным. Во главе солеваренных промыслов Тотьмы, как и в Сольвычегодске, стояли Строгановы, представители все той же фамилии. Действуя теми же методами, что и их родственники в Сольвычегодске, они в течение непродолжительного времени сумели сосредоточить в своих руках почти все, расположенные вокруг варницы, положив тем самым основание древнейшему солеваренному заводу России.

Тотемские Строгановы, как и сольвычегодские, вели большое строительство, сооружая в городе не только хоромы, но и деревянные церкви. В первой половине XVI века ими была выстроена церковь Воскресения Христова, обильно украшенная, с богатой утварью, часть которой явно состояла из их вкладов. Вероятно, церковь эта, как и Благовещенский собор в Сольвычегодске, являлась своего рода домовым храмом. Возможно, тотемские Строгановы имели какое-то отношение и к возведению Иоанно-Богословской церкви (при ней возникло городское кладбище), ибо в синодике ее очень подробно записаны все представители местного рода Строгановых— Григорий Афанасьевич (ум. 1575), его жена Мария Федоровна (ум. 1564), их сын Данила Григорьевич (ум. 1622) и другие.
Далее по ссылке http://www.gorodtotma.ru/911-totma.html