Chromatic

Учёные тонут в бумагах

2011-10-05T20:36:00.000-07:00

Федеральные целевые программы (ФЦП) дают прекрасную возможность доводить научные исследования до стадий опытно-конструкторских работ, но учёные считают нецелесообразным оформлять отчёты, которые не относятся к их деятельности. Комментарий замдиректора Института химической биологии и фундаментальной медицины (ИХБиФМ) СО РАН, кандидата биологических наук Владимира Рихтера.– Для тех научных исследований, в которых всегда активно участвовали студенты и аспиранты Новосибирского госуниверситета, гранты по программе «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» на 2009–2013 годы, по сути, увеличивают возможность для молодых специалистов закрепиться в научном коллективе.

Так, разработкой противоракового препарата на основе одного из белков женского молока в нашей лаборатории занимаются два студента и два аспиранта, а общее количество молодёжи в этом проекте – более десяти человек. Финансовая поддержка работ, проводимых с участием научно-образовательных центров, ФЦП «Кадры», позволила, в частности, вывести нашу разработку на стадию доклинических испытаний, которые будут проводиться уже в рамках другого гранта.

По словам Владимира Рихтера, грантов на научные разработки должно быть заметно больше, поскольку на сегодняшний день базового бюджетного финансирования явно недостаточно для проведения серьёзных научных исследований. Но, к сожалению, и финансирование, поступающее по российским грантам, способно поддержать лишь малую толику того, что действительно заслуживает господдержки. В частности, в ИХБФМ СО РАН есть интереснейшие работы, которые развиваются крайне медленно из-за недостаточного финансирования.

– Мне приходилось общаться с некоторыми экспертами проектов ФЦП, поэтому я уверенно могу сказать, что все они – профессионалы высокого уровня и не выбирают слабые и неперспективные работы. Но они не в состоянии распределить больше средств, чем выделено на эту программу, поэтому очень многие важнейшие научные направления остаются «за кадром» и вынуждены существовать за счёт бюджета.

Впрочем, нашлось место и критике. Форма отчётности по ФЦП такова, что нередко повергает в шок учёных, получивших такой грант.

– Научно-технический отчёт (НТО) – это абсолютно понятная часть документации, которая отражает суть работы и подтверждает эффективность вложенных средств. Но ведь НТО составляет меньше половины необходимых документов. Остальные же малопонятны и неизвестно для чего и кому нужны. Таким образом, фактически каждая научная группа вынуждена иметь в своём составе целую кадровую единицу, отдельного человека, который будет писать такие отчёты в сотни страниц. Поскольку в нашей лаборатории много грантов, у нас такой человек есть. Но для тех, кто выигрывает их немного, иметь отдельного специалиста по оформлению нецелесообразно, а значит, этим приходится заниматься самим учёным, растрачивая неимоверное количество драгоценного времени. Не хочу сказать, что оно того не стоит, – финансирование по ФЦП достаточно существенное. Но, убивая на оформление такого объёма документации уйму времени и сил, хотелось бы понимать цель и смысл этой бумажной работы.

Микророботов научили «взрывным» прыжкам

2011-10-05T20:30:00.000-07:00

Американские исследователи создали микробота, прыжки которого основываются на быстро протекающей химической реакции. Высота отрыва от земли в 20 раз превысила размеры устройства. Крупным и небольшим роботам прыгать помогают механизмы, осуществляющие толчок, и один или несколько моторов для приведения в действие этих механизмов. Однако малышам — таким как устройство длиной 4 мм, разработанное Исследовательской лабораторией Сухопутных войск США (ARL) и Университетом Мэриленда, — подобный способ не подходит, поскольку дополнительные приспособления значительно утяжелят и укрупнят их.
Авторы попробовали традиционный метод прыжка с применением пружинных механизмов (миниатюрных кусочков эластомера). Но он, видимо, так и останется экспериментальным: для приведения робота в стартовую позицию, при которой «пружинки» максимально натянуты, требуется внешняя сила. В данном случае это человек с пинцетом.
А вот другая технология, которую при желании можно сравнить с химическим ракетным двигателем или контролируемым взрывом, проявила себя много лучше. К малютке-роботу прикрепили чип из нанопористого кремния, «заправив» его перхлоратом натрия. Электрический заряд, нагревающий чип, инициирует возгорание вещества, и устройство взлетает на высоту до 8 см.
Если такую систему снабдить соплами, направление прыжка можно будет контролировать, а энергия будет расходоваться более эффективно. Как подсчитали разработчики, сотня «двигательных установок» обеспечит дальность прыжка до 65 м. Ну а самих микроботов можно использовать в команде для разведки и мониторинга состояния окружающей среды.
Технология была представлена на международной конференции по роботостроению IROS 2011, которая завершается сегодня в Сан-Франциско (США).
по информации: compulenta.ru

Тяжела ли наша «Булава»?

2011-10-05T20:23:00.000-07:00

Накал идущих в политических кругах, прессе и сети дебатов о судьбах российских межконтинентальных баллистических ракет невероятно высок. С железобетонными аргументами и сознанием собственной правоты стороны отстаивают кто «Булаву», кто «Синеву», кто жидкостные ракеты, кто твердотопливные. В этой статье мы, не углубляясь в прения сторон, попробуем разложить весь узел проблем на более-менее понятные составные части.
Спор, конечно же, идет о будущем стратегических ядерных сил России, в которых многие не без основания склонны видеть главную гарантию государственного суверенитета нашей страны. Главная из существующих на сегодня проблем – постепенное выбывание из строя старых советских МБР, которые могли нести сразу несколько БЧ. Это касается ракет Р-20 (десять боезарядов) и УР-100H (шесть боезарядов). Им на смену приходят твердотопливные «Тополь-М» шахтного и мобильного базирования (один боезаряд на ракету) и РС-24 «Ярс» (три боезаряда). Если же учесть, что новые ракеты поступают на вооружение довольно медленно («Ярсов» принято на вооружение всего шесть), будущее рисуется не очень радужным: в РВСН в развернутом виде будет все меньше и меньше носителей и особенно боезарядов. Ныне действующий договор СНВ-3 дает России право иметь до 700 развернутых и 100 неразвернутых носителей и до 1550 развернутых боезарядов, но при нынешнем состоянии дел есть большие сомнения, что после списания всей старой ракетной техники такие показатели для нашей страны будут достижимы даже с учетом морской и авиационной составляющих ядерной триады. Где взять столько новых ракет?