Центральный вход Дома Советов, который мои читатели видели много раз в разных фильмах.

Актовый зал Дома Советов. Скульптуры в нишах явно компьютерные, в остальном всё примерно так, как было задумано.

Во времена моей работы на «Ленинце», актовый зал был частично был разбит на секции, часть зала занимала какая-то громадная вычислительная система с кучей терминалов. Там же проводили испытания высокочастотных систем.

Сейчас актовый зал восстановили по подлинным чертажам.

Главный холл и центральная лестница. Тоже много раз мелькала в сериалах. Справа за колоннами стоял газетный киоск и там же дверь в цокольный этаж, где была моя кладовая.

Интересно, витражи сейчас действительно в красных рамах или это компьютер перекрасил?

Лестница на второй этаж южного крыла, аккурат на «дубовую аллею». А под ней дверь в мою кладовочку.

Мама гладит пионерский галстук. Вас ничего не смущает?

Для тех, кто не в теме: в СССР пионерские галстуки делали из искусственного шёлка. Синтетика, проще говоря. Которая при прямом соприкосновении с утюгом нормально плавилась. Поэтому галстук отпаривали либо через влажную тряпку, либо через газету намоченную.

мальчик Лёха сходил в магазин, купил кефир и картошку. Потом заметил компанию ребят постарше, в которой тусуется и его тайная любовь. Лёха прячет авоську с покупками, идёт к компании. За те несколько минут, что Лёха пытался набить себе авторитет, кефир кто-то скоммуниздил. Лёха возвращается в гастроном — который один на весь немаленький такой городок. Покупает кефир:

Для начала обратите внимание на авоську, которую Лёха положил на прилавок. Ни один продавец не разрешил бы это сделать: в молочных продуктах не только фасованные товары продают, вон и весы есть. Хрен знает, где эта авоська валялась (под кустом, где собаки гадят), потом прилавок после картошки мыть. Но тут более интересно другое. Вопрос номер один: Лёха уже оплатил кефир? Если да, то где чек? И где неизменная спица с наколотыми чеками? Если же это магазин самообсдуживания, то всё ещё интереснее.

UPD: Слона-то я и не приметил. Парень покупает КЕФИР. А крышка на бутылке БЕЛАЯ.

Лёха идёт к выходу.

Очевидно, что бумажка на кассе гласит «Перерыв 20 минут». Что уже идиотизм — второй кассы нет. Значит, весь магазин должен замереть и подождать, пока кассирша отобедает. При этом она оставила открытым кассовый ящик с деньгами. Только не надо мне говорить, что кассирша забрала все деньги, включая мелочь!

Судя по тому, что кассирша уже возвращается (толстая тётка за спиной Лёхи на третьем кадре), двадцать минут уже прошли. Стало быть, это всё-таки магазин самообслуживания. Мне трудно представить, что Лёха выбил чек и потом двадцать минут шлялся по торговому залу. Значит, за кефир он ещё не заплатил и сейчас должен идти к кассе. Но тут он видит ментов, с которыми лучше не встречаться. Лёха прячется за колонной, потом проскакивает мимо открытых полок со сгущёнкой и мимо кассы и спокойно выбегает на улицу.

Вся сцена — дурь типичная. И только потому, что сценарист/режиссёр не задал себе пару простых вопросов. А задать он их не мог, потому что молодой и глупый, совка не нюхал.

Дальше смотреть эту развесистую клюкву не вижу смысла. Лучше книгу прочитать или посмотреть старый телефильм.

Дурачки-реквизиторы притащили кнопочный телефонный аппарат импортного производства. Шильдик с логотипом фирмы оторвали, рискну предположить, что это американский AT&T. Мы продавали похожие телефоны в «Энергии», потом я на Апрашке такими торговал. Штука в том, что в СССР их не ввозили, разве только кто-то мог привезти из-за бугра. Но там была засада: на американских и некоторых других телефонах при подключении к нашей телефонной сети не работал сигнал вызова. У нас вызывное напряжение было ниже, телефон просто не понимал, что идёт входящий звонок. На обычных аппаратах электромагнитный звонок ещё мог слабо тренькать, а такие трубки с электронным звонком просто молчали. Потом местные самоделкины научились адаптировать телефоны под нашу сеть, но это было уже в девяностых.

Не бедная семейка — три комнаты на троих, телефон импортный. Судя по всему, стойка аппаратуры слева — это рижская Radiotechnika, магнитофон уж очень характерный. А телевизор не советский явно. Что тоже вызывает вопросы: насколько я помню, импортные телевизоры с нашими частотами не работали, картинка шла без звука. Видимо, папенька смотрит какое-то кино с видеомагнитофона.

Действие сериала, как и в книге, происходит в 1988-м году. Я пока детально не всматривался, на перемотке несколько сцен выцепил. Одна очень понравилась, прям готовый учебник как не надо снимать кино про СССР. Некий персонаж приезжает в магазин-«стекляшку». Вид изнутри:

Торговый зал. Двери на заднем плане — вход, он же выход. На переднем плане полупустые стеллажи. Уверен, что режиссёр Константин Смирнов был доволен работой декораторов. Беда в том, что Костя родился в 1982-м году и понятия не имеет, что и как было. К слову: люди, родившиеся после 1970-го года вообще не имеют права что-то говорить про СССР. Извините, если кого обидел.

Вернёмся к картинке. Что здесь не так? Про организацию торгового зала чуть ниже, пока конкретно по этому кадру: открытые стеллажи, на которых стоят банки с дефицитной сгущёнкой. В 1988-м и вплоть до развала Союза сгущёнка оставалась дефицитом, в свободной продаже её не было даже в Питере, купить можно было только в составе наборов.

Картонные коробки слева: внизу белые — вермишель яичная, выше явно какие-то крупы. Всё это к полуфабрикатам не имеет никакого отношения и должно быть в бакалее.

Едем дальше. На этой картинке не видно, но сразу за стеллажом справа находится касса:

Касса явно нерабочая, цифры не читаются. И кассовый ящик открыт вопреки всем инструкциям.

Кроме того, здесь уже возникают вопросы по организации торгового зала. Для начала — это какой магазин? Самообслуживания? Если да — почему нет корзинок для покупок? Если нет — почему товары стоят на открытых стеллажах? И отдел «Соки-воды» никак не отгорожен, покупатель легко может зайти за прилавок. Хотя в остальных отделах товар от покупателей изолирован.

Особенно умиляет вот этот кадр:

Во-первых, к чему эта зелёная изгородь? Во-вторых, стеллажи с хлебом как в булочной самообслуживания. Опять же, вспоминаем открытые полки с консервами. Видимо, по задумке декораторов и лично Кости Смирнова, покупатель должен войти, свернуть налево, пройти вдоль изгороди, набирая продукты. И в конце у кассы расплатиться. Но есть два больших «но», первое: как уже сказано, в магазине нет корзинок. Но, самое главное, при таком расположении кассы магазинный может беспрепятственно выскочить наружу с украденными товарами.

Ну и для такого магазина одной кассы явно недостаточно.

Это была моя первая пластинка с классической музыкой: Вивальди, «Времена года», Стадлер и Сондецкис.