Успенский храм в Демьянове

Апостол Иаков Алфеев

Сергей С. — Wed, 21 Oct 2026 21:05:00 +0000

В галилейском городе Капернауме жили три брата — Матфей, Иаков и Фаддей. Два из них служили мытарями и занимались сбором налогов с местного населения в пользу римской казны. Мытари были самые презираемые люди в еврейском народе, потому что они не только взыскивали налоги, но и беспощадно обирали своих же соплеменников ради собственной пользы

Но, видимо, Матфей и Иаков отличались от своих коллег чистосердечием, порядочностью и страхом Божиим, поэтому Господь призвал их в число двенадцати апостолов. Вернее, призван был Матфей, а братьев он, наверное, привел к Господу чуть позже.

Об Иакове Алфееве мы знаем мало. У него были тезки в апостольской общине, и позднее исследователи пытались отождествлять его с ними, но пришли к выводу, что это все-таки разные люди. Когда Господь посылал двенадцать апостолов на проповедь, то двух братьев — Иакова Алфеева и Иуду Фаддея (которого звали также Леввеем и Варсавой), отправил вместе, и так началась их миссионерская деятельность. Они обходили города Иудеи и проповедовали еврейскому миру о пришествии долгожданного Спасителя.

В дальнейшем они были свидетелями последних дней земной жизни Иисуса Христа, они общались с Господом после Его Воскресения, на них сошел Святой Дух в День Пятидесятницы. Обо всем этом апостолы вначале благовествовали жителям Иерусалима, а затем Иудеи и Израиля.

Смотрите также: Инструкция для неверных управителей

Разжигаясь огнем Божественной любви, Апостол Иаков повсюду проповедовал Евангелие, врачевал недуги, изгонял лукавых духов и многое множество людей привел ко Христу. Из-за этого еще при жизни его стали именовать «Божественным семенем».

Вместе с апостолом Андреем Иаков направился в Эдессу, — город, в котором к тому времени практически все приняли христианство после проповеди апостола от семидесяти Фаддея.

Из Эдессы апостолы пошли в Южную Палестину — в Газу, Елевферополь, Тир — известные языческие центры и там тоже сеяли Слово Божие. Далее апостол Иаков взял курс на Египет, и после проповеди в городке Острацине был схвачен язычниками и распят на кресте.

На анонсе: Рубенс П. П. Иаков Младший

Источник

Нет ничего более естественного, чем религия

Сергей С. — Sun, 18 Oct 2026 21:05:00 +0000

Можно ли верить в высшие силы в эпоху стремительного научно-технического прогресса? Книга Анастасии Зубковской рассказывает о натуралистических теориях религии, возникших в начале XXI века. Задача этих теорий — объяснить, откуда происходит религиозность, как она трансформируется в культуре, адаптируется к новым технологиям и почему не уходит в прошлое

В книге предпринята очередная попытка ответить на давний вопрос об актуальности веры в наше время. Здесь он сформулирован так: «Почему даже в эпоху чатботов, умных пылесосов и разговаривающих колонок религия продолжает существовать и оказывать влияние на людей, общества и государства?» Анастасия Зубковская — кандидат философских наук, научный сотрудник Института научной информации по общественным наукам (ИНИОН) РАН.

Автор отмечает, что ее оптика – натуралистическая, одна из научных религиоведческих теорий, появившихся на рубеже тысячелетий наряду с другими подходами. А именно: «Религия – часть человеческой природы, которая формируется в результате биологической и культурной эволюции». И берется за неблагодарное и почти заведомо обреченное дело – определение понятия «религия». Впрочем, она апеллирует к нарративам предшественников. Так, антрополог Сергей Штырков отмечает, что понятие религии было сконструировано в европейской культуре XVIII века, а его коллега Талал Асад указал на еще более важный (но нередко упускаемый из виду) факт: «Концепт религии используется в социальных науках так, будто он означает нечто самоочевидное и универсальное, однако само понятие религии является европоцентричным и христианоцентричным». И этот «первородный баг» религиоведения будет не единожды проявляться начиная с первой главы (всего их восемь) книги Зубковской.

Естественная религия в границах одного лишь разума

В отсылающей к названию известного труда Иммануила Канта главе «Естественная религия в границах одного лишь разума» автор, описывая эволюцию концепта религии с XVII по XIX век в европейской интеллектуальной культуре, отмечает несколько интересных моментов. В эту эпоху «естественная религия», или «религия разума», стала синонимом такого мертворожденного дитяти Просвещения, как деизм. Деисты удалили действенного Бога из мира, оставив за ним лишь формальную роль Творца человека и его разума, который и обосновывает «естественным образом» «правила нравственности и способствует общественному благу».

Смотрите также: В чём ошибался Дарвин

Homo religious

Во второй главе, Homo religiosus, автор делает небольшой обзор эволюции представлений об онтологическом статусе человека и в особенности человека религиозного в оптике разных дисциплин, от философии и теологии до естественных наук. Автором самого термина Homo religiosus был Мирча Элиаде, писавший о религии как о «тотальной всепоглощающей таинственной и необъяснимой связи со священным»: «Быть – а еще вернее, стать – человеком означает быть религиозным». И вся история человечества – это «история открытия священного (иерофании), постоянной встречи с ним, поэтому вся его история, в сущности, религиозна».

Сравнивая различные подходы, автор выдвигает довольно спорный тезис: «Антропологические теории имеют больший объяснительный потенциал, чем феноменологические: они «расколдовывают» религию, помещают ее в социальный и культурный контекст, где она рассматривается как структура, система из составных элементов». Но разве это техническое исследование «извне» не однобоко и его с необходимостью не дополняет феноменологический взгляд «изнутри»?

Мозг и религиозный опыт

В третьей главе, «Мозг и религиозный опыт», автор описывает попытки научной интерпретации религиозных феноменов и практик научными или околонаучными методами. Рассказывая о нескольких исследованиях практикующих йогов и медитирующих буддийских монахов, Зубковская напоминает об увеличении резонанса альфа-ритмов головного мозга у испытуемых. И иронизирует на эту тему – если «наличие альфа-ритмов было выявлено у животных, в частности в таламусе у кошек, означает ли это, что мой кот в буквальном смысле медитирует?» Автор цитирует психолога Джейсона Слоуна: «Мозг, который проверяет счета, любуется картинками, болеет за футбольную команду и делает многое другое, – это тот же самый мозг, что позволяет нам молиться богам, приносить жертвы богиням, изгонять демонов и бояться привидений».

Ген Бога

В четвертой главе, названной «Ген Бога», автор исследует генетические версии происхождения религиозности. И начинает с обзора экспериментов по изучению детских рисунков, изображающих Бога. Их результаты показывают, что религиозность не наследуется, а приобретается в процессе получения социально-культурного опыта: «Ребенок верующих родителей скорее всего тоже будет верующим, но его религиозные представления не заложены в пренатальном опыте или в генетических данных, а будут приобретены в процессе повседневной коммуникации с верующими родителями, сверстниками, пастором, в целом с его социальным окружением».

Символическое животное

В главе пятой, «Символическое животное», автор рассказывает о возникновении символического мышления, благодаря которому появились не только религия и мифология, но и философия, искусство и наука. Зубковская считает, что религия и искусство говорят на похожем символическом языке, тогда как «строгий дискурсивный язык науки заставляет религию испытывать свою уязвимость». В итоге «благодаря символическому мышлению человека его мир оказывается «полным демонов», но вместе с тем человек обладает всеми необходимыми инструментами для освоения такого мира». «Homo symbolicus позволяет нам взглянуть на религиозное воображение человека как на его естественное состояние, и в этом смысле нам открывается новое понимание логики культурной эволюции», – читаем в книге.

Верую, ибо абсурдно

Глава шестая озаглавлена как кредо раннехристианского апологета Тертуллиана: «Верую, ибо абсурдно» – и посвящена теориям возникновения абсурдных религиозных представлений. Так, одно из интересных соображений на эту тему принадлежит антропологу Паскалю Буайе, выведшему формулу «онтологическая категория + маркер противоречия = религиозное представление».

Зубковская отмечает и такой знаковый феномен современной культуры, как вымышленные, или пародийные, пара- или квазирелигии, которые она разделяет на три условных типа. Это, к примеру, реконструкторские движения типа викки, изобретенной Джеральдом Гарднером в середине XX века. Затем «религии», основанные на сюжетах из масскультуры, вроде джедаизма из «Звездных войн». К третьему типу относятся пародийные «гиперрелигии», лучший и наиболее известный пример которых – «пастафарианство». В завершение главы автор подвергает сомнению критерии рационального, ссылаясь на слова философа и историка XIX века Ипполита Тэна: «Наше обычное восприятие – это внутренний сон, который случайно соответствует вещам снаружи; и вместо того чтобы говорить, что галлюцинация – это ложное восприятие, мы должны сказать, что восприятие – это галлюцинация, которая соответствует истине».

Имитация или заражение?

Глава седьмая, «Имитация или заражение», любопытна своей метафорой культурного развития: идеи, представления, образы, способы поведения и прочее передаются и распространяются подобно вирусу. «Если Макс Мюллер называл мифологию «болезнью языка», то можем ли мы назвать культуру «болезнью человечества?» – вопрошает автор. В качестве одного из примеров подобного имитационного ритуала она приводит индуистский ритуал упанаяна, в ходе которого инициация-«вынашивание» посвящаемого имело отчетливую эмбриологическую символику. Или разнообразные ритуалы «обновления мира» – как в традиционных этнических культурах, так и в праздновании Нового года.

Конечно, автор не могла пропустить тему мемов как наиболее яркий пример иллюстрации этой теории. И здесь работают общие принципы эргономичности: «Религиозные понятия приобретаются и используются не потому, что они хороши для людей или общества в целом либо вследствие внутренней потребности или желания обладать ими. Они приобретаются и используются потому, что ими овладеть гораздо проще, чем другими».

Читайте онлайн

Крылья, танцы, молитвы и другие эволюционные адаптации

В главе восьмой, заключительной, «Крылья, танцы, молитвы и другие религиозные адаптации», Зубковская рассматривает эволюционные подходы к оценке религии. Один из них считает религию эволюционной адаптацией, появившейся неслучайно и способствовавшей выживанию человека. Альтернативный подход показывает религию эволюционным парадоксом и «побочным продуктом» «реальных когнитивных механизмов, которые изначально были сформированы для решения различных когнитивных задач». Пытаясь примирить две крайности, автор пишет: «Исследователи полагают, что скорее всего религия, будучи изначально «побочным продуктом», в процессе эволюции приобрела адаптивные черты».

Источник

Что такое милосердие

Сергей С. — Sat, 17 Oct 2026 12:00:00 +0000

– Ошибаетесь, дорогой юноша… Милосердие — не поповский инструмент, а та форма взаимоотношений, к которой мы все стремимся. – Братья Вайнеры, «Эра милосердия»…

Слово на воскресное Евангелие протоиерея Сергия Ганьковского, настоятеля храма священномученика Владимира (г. Королев) в неделю 20-ю по Пятидесятнице.

Лк., 26 зач., VI, 31-36.

Мы-то, бедные, думали, что христианство – это когда человек в обществе себя прилично ведёт и, самое главное, исправно свечки в храме ставит. Мы, бедные, думали, что причастие Святых Христовых Тайн – это что-то вроде универсальной “кремлёвской таблетки” от всех болезней, а детей крестят для того, чтобы они не орали истошно и маме с папой спать не мешали.

И вдруг оказывается, что христианином нужно быть вовсе не потому, что без этого в жизни удачи не будет, а потому, как сказала одна тургеневская героиня, что “каждый человек должен умереть”. Иными словами, каждый человек должен из мира церковных свечек и мелких дрязг перейти в Царство Небесное, и там мерить нас будут вот этим аршином: “Будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд.”

Очень часто, когда нас спрашивают о Боге и мы пытаемся говорить какие-то слова, слова эти бывают именно своими словами, то есть словами о себе, а не о Боге. Мы больше говорим и думаем о себе, поэтому, когда речь заходит о любви, человек, как существо падшее, сломанное, изуродованное грехом, говорит не о любви как таковой, а о том, что он, бедный и больной, называет любовью.

Человек говорит: “Я люблю Бога” – и не замечает, как он жалок в своей наивной лжи. Он и не подозревает, что любовь к Богу, впрочем, как и любовь к ближнему, предполагает самозабвение, самозабывание, отречение от самого себя.

Когда Господь молится на кресте за своих убийц, Он не совершает ничего неожиданного и необычного. Он родился для того, чтобы умереть за нас. Он знал это ещё тогда, когда и самого мира не было. Он готов был понести боль и позор страшной казни на кресте ещё до начала времён. Вот почему Иоанн Богослов называет Бога Любовью.

Сегодня без всяких притч и иносказаний, ясно и жёстко нам сказано раз и навсегда, на вечные времена: “Любите врагов ваших!”

Хорошо, когда живёшь тихо и бестрепетно, как фикус в душной комнате. Ни особенных друзей, ни злобных врагов не имея, а потому ни любви, ни особенной ненависти не переживая.

И тогда кажется, что сегодняшнее Евангелие не про нас. У нас нет врагов. Нам некого ненавидеть.

Но Господь говорит не о каких-то страстных, интенсивных, мощных переживаниях, Он говорит о повседневном, житейском, может быть, даже мелком. О тех самых житейских пустяках, которые более всего нас отравляют и злят.

Смотрите также:
Золотое правило нравственности

И лазейки нет. Если мы христиане, нам даже нельзя помечтать о ней. Слово Божие строго предупреждает: “Не надейся спастись, если душа твоя просто холодна и бестрепетна”. Нам предписано творить добро тем, кто проклинает и убивает нас, потому что “и грешники любящих их любят”. Пожалуй, любить тех, кто чисто теоретически, если допустимо так выразится, ненавидит тебя, вполне возможно. Ну, мало ли, бывает, не лежит у одного человека сердце к другому. Но вот как себя заставить пожалеть того, кто разорил твой дом, кто надругался над твоей святыней, кто убил твоих детей?

Евангелие ставит перед нами именно этот трагический, страшный вопрос, и не даёт нам возможности отмолчаться или сделать вид, что это к нам не относится. Больше того, мы, христиане, погрешим против правды, если скажем , что такой любви просто быть не может. Нам очень хорошо известно, что Матерь Божия, Пресвятая Богородица, – Ходатаица и Заступница за нас, за тех, кто Её Божественного Сына каждым своим грехом вновь и вновь пригвождает к Кресту. Мы знаем, что сонмы мучеников умирали, молясь за своих палачей и жалея их. Все мы знаем, что святитель Владимир Киевский, новомученик и исповедник Церкви Российской, благословил и простил бандитов, которые через секунду после этого искололи его тело штыками.

Нагорная проповедь. Картина Джеймса Тиссо

И вот, зная всё это, спросим себя: “Где же мы, грешные, обрящемся?” Откуда нам взять смирение и кротость не то чтобы перед лицом смерти, куда там! Откуда нам взять смирение и кротость перед горькими словами упреков наших родственников, близких, соседей?

И если у нас нет этого, тогда что же мы называем любовью? В другом месте Евангелия Господь говорит каждому из нас: “Итак, если свет, который в тебе – тьма, то какова же тьма?”

Вот что такое христианство! А мы-то, бедные, думали, что христианство – это когда человек в обществе себя прилично ведёт, в автобусе билеты покупает, а зайцем отнюдь не ездит, книжки у приятелей не зачитывает и, самое главное, исправно свечки в храме ставит. Мы, бедные, думали, что причастие Святых Христовых Тайн – это что-то вроде универсальной “кремлёвской таблетки” от всех болезней, а детей крестят для того, чтобы они не орали истошно и маме с папой спать не мешали.

И вдруг оказывается, что христианином нужно быть вовсе не потому, что без этого в жизни удачи не будет, а потому, как сказала одна тургеневская героиня, что “каждый человек должен умереть”. Иными словами, каждый человек должен из мира автобусных билетов, зубной боли, детских капризов, церковных свечек и мелких дрязг перейти в Царство Небесное, и там мерить нас будут вот этим аршином: “Будьте милосерды, как и Отец ваш милосерд.”

И вот тут у меня возникает вопрос: “А я-то тогда кто? Я-то сам разве христианин?” Как мне, такому, какой я есть, ответить на вопрос, который Господь наш Иисус Христос задал апостолу Петру: “Любишь ли Меня?”

Когда Господь рассказал Своим ученикам об обязанностях мужа по отношению к жене, апостолы в ужасе вскричали: “лучше не жениться”, – так тяжелы они им показались. Но ответ Спасителя был прост и ясен: “Невозможное человеку возможно Богу”. И жизнь нам дана для того, чтобы мы за долгое время странствования в земной юдоли с Божьей помощью – а только так это и возможно – превратились из жадных, трусливых, самодовольных в тех, кого задумал Господь, когда творил мир: в свободных от страстей и похотей, сильных, мудрых, прекрасных и радостных Сынов Божиих, ибо, как сам Он сказал в Нагорной проповеди, “таковых есть Царствие Небесное”!

Источник

«Встань и ходи». Проповедь во время тоталитарного застоя

Сергей С. — Fri, 16 Oct 2026 21:05:00 +0000

И вот, принесли к Нему расслабленного, положенного на постели. И, видя Иисус веру их, сказал расслабленному: дерзай, чадо! прощаются тебе грехи твои. При сем некоторые из книжников сказали: Он богохульствует. Иисус же, видя помышления их, сказал: что легче сказать: прощаются тебе грехи, или сказать: встань и ходи?..

Предлагаем вашему вниманию проповедь, произнесенную протопресвитером Виталием Боровы́м в 1978 году, в шестую Неделю по Пятидесятнице в Русском Успенском соборе Лондона. Читая её текст, трудно поверить, что это слова настоятеля московского Елоховского кафедрального собора, сказанные в эпоху глухого застоя; но факт не перестает быть фактом…

Вы слышали сегодня евангельское чтение об исцелении Господом Иисусом Христом расслабленного. Когда принесли лежащего на постели недвижимого больного, Христос посмотрел на него и сказал: «Чадо! прощаются тебе грехи твои». И тогда книжники и фарисеи, которые хотели уловить Его на каждом слове, чтобы обличить Его, подумали: «Он богохульствует, ибо кто может отпускать грехи, кроме Бога». Христос, зная помышления их, сказал: «…что легче сказать: прощаются тебе грехи, или сказать: встань и ходи»? Обыкновенно, когда мы читаем эти евангельские слова, возникает вопрос: действительно, что легче сказать? С точки зрения фарисеев и с нашей точки зрения, невозможно сказать ни то, ни другое. Ибо невозможно сказать: «Отпускаются тебе грехи твои», — если мы сами грешны. И не смеем мы сказать больному человеку, расслабленному: «Встань и ходи», — ибо не уверены, что он встанет и будет ходить. Однако Господь сказал, что легче сказать: «Отпускаются тебе грехи», чем сказать: «Встань и ходи». Почему?

Вдумаемся в это. Если бы нам нужно было обязательно сказать или то, или другое в нашем естественном греховном состоянии, в нашей обыденной жизни, нам лучше было бы сказать: «Отпускаются тебе грехи твои». Почему? Потому что мы произнесли бы слова, которые никто не в силах проверить, действительно ли отпущены эти грехи. А если бы мы дерзнули сказать: «Встань и ходи», — то это легко проверить. Сразу было бы видно, встанет он и пойдет или нет.

Смотрите также:
Мы гордимся тем, чего надо стыдиться

В нашей жизни мы очень часто говорим высокие благородные слова, которые, мы знаем, не смогут быть проверены делом, жизнью. И люди не в состоянии обличить нас, ибо, может быть, это так, а может быть — и нет. Один Бог только знает. А слова, которые надо было бы доказать делом, — их мы избегаем. Таким образом мы часто увлекаемся внешней благочестивой формой святых слов: «спаси тебя Господь», «Господь тебя помилует», «Господь тебе подаст», «Господь с тобою». Мы часто употребляем эти слова искренне, от доброго сердца, но часто эти слова остаются только словами. Мы не можем доказать их конкретно, ибо мы сами слабы, немощны, греховны. Вот это расхождение между красивой благочестивой внешностью нашей жизни и нашими делами является трагическим расхождением в христианстве, является тем, что более всего как бы губит нас как христиан. Ибо люди слышат наши благочестивые слова, полные глубокого смысла и мудрости, и верят, и увлекаются, и тронуты бывают, а потом видят, что наша жизнь, наши дела не подтверждают наших слов, а иногда и противоречат им. Люди разочаровываются в нас, в наших словах, а, значит, и в христианстве и в Церкви.

Л. И. Брежнев в компании патриарха Пимена и будущего патриарха Алексия II на приеме в Кремле по поводу 60-й годовщины Великой Октябрьской Социалистической Революции. СССР. 1977 год.

Дорогие братия и сестры! А теперь я хочу обратиться к вам, здесь живущим, и сказать о нас, там живущих.

Вы знаете, какие трудные испытания проходила и проходит Русская Церковь, наша с вами родная Церковь, наш с вами родной народ. Спросим себя сейчас: за все эти годы исповедничества и испытания, исторического испытания Русской Церкви, сколько было произнесено благочестивых слов, умных, искренних, может быть, слов о нашей Церкви, как надо жить, как надо исповедовать. И я уверен, что в основном все, что здесь говорилось, говорилось от искреннего сердца и было правдой. Но было правдой, к сожалению, только на словах, ибо жизнь конкретная, дела — были там, исповедничество, даже до смерти, — было там.

Дорогие братия и сестры! То, что я сейчас сказал вам, может быть, даже опечалит вас, ибо вы ведь так искренне любили и любите свою Церковь, свой народ и искренне желали и желаете самого лучшего — силы стояния за веру. Но вместе с тем, те дела, про которые говорил Христос, то «встань и ходи» было там, ибо только там можно было проверить, как мы исповедуем Христа: словом или делом и жизнью. Только там можно было сказать великие святые слова, полные глубины и мудрости, — такие слова, за которые можно было потом положить свою жизнь, подтвердить их конкретными фактами, своею жизнью. И вот это испытание не словами, а делами наш народ, наша Церковь выдержала; она может заявить перед всем миром, что она выстояла в этом испытании.

Это не значит, что все кончилось, впереди много, может быть, тягчайших испытаний, но это значит, что началось движение, новое движение среди интеллигентной молодежи, началось вхождение в Церковь нового поколения, которое не было воспитано в благочестивых верующих семьях, которое было воспитано в неверующих семьях, в убежденном неверии и которое потом само путем глубочайших размышлений и внутренних мучений выстрадало свое обращение ко Христу. Это не наша заслуга, не нас надо хвалить, это заслуга нашего верующего народа, и восхваление и слава — Богу, Который Духом Святым миссионерствует среди людей, бывших далеко-далеко от Церкви и которым, казалось бы, нет и не может быть пути в Церковь, но они разными путями приходят в Церковь и становятся такими верующими, с которыми нам трудно сравниться, ибо для нас Вера и Церковь привычны, для нас это — родная атмосфера, без которой мы не можем жить, а для них это связано с исповедничеством, со скандалами в семье, с риском в учебных заведениях, с трудностями на работе, с необходимостью расстаться с любимым человеком, который был твоим женихом и бросил тебя, или была твоя невеста и бросила тебя после того, как ты пошел этим путем, а у него или нее не хватило силы или желания, или веры идти вместе.

И у нас сотни, тысячи таких живых, конкретных примеров. Сотни и тысячи таких молодых людей, которые, может быть, не особенно церковны, будем говорить честно: они церковно не воспитаны, они пришли оттуда, — но они больше, много раз больше исповедники Христа, чем мы с вами.

И вот это новое, что сейчас в нашей Церкви есть, которое, конечно, можно приостановить, воспрепятствовать ему, уменьшить его, но которое вообще остановить никто в мире уже не может. Это движение уже началось, и оно будет ускоряться, ибо за ним идет всесильная благодать Господа нашего Иисуса Христа, Который увидел исповедничество Свое у народа на протяжении десятилетий, который проверил народ в унижении, в трудностях, в тесноте, в таком положении, что, казалось бы, вот-вот уже все!..

И Господь проверил, расходится ли слово с делом, говорил ли наш русский народ благочестивые святые слова в это время или говорил даже, может быть, меньше благочестивых слов, а больше жил, стоял, исповедовал Христа. И мне хочется окончить здесь мое слово тем, что в этом евангельском чтении и о нас говорил Христос: «Прощаются тебе грехи твои, встань и ходи».

Патриархи XX века: Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий (Симанский), митрополит Крутицкий и Коломенский Пимен (Извеков) и архиепископ Таллиннский и Эстонский Алексий (Ридигер). 1960-е годы

Смотрите также:
«Лбом стену не прошибить!»

Да, мы грешны исторически. Русская Церковь греховна многими грехами в прошлом, но Господь увидел, как она проходила через горнила испытаний, увидел, что за это время, за эти шестьдесят лет у нас было в тысячу раз больше Святых, чем за всю историю Русской Церкви, что у нас сейчас живые святые ходят, те, которых, когда придет время (а это время придет), Русская Церковь провозгласит Святыми, канонизирует не десятки, сотни, а тысячи новых Святых.

Вот Господь увидел веру Своего народа и сейчас говорит ему: «Прощаются тебе грехи твои, встань и ходи». И встает Русская Церковь и идет во Славу Божию, проповедовать Христа всему миру…

30 июля 1978 года

На анонсе: Алексей Михайлов. «Над Москвой»

Источник

О чём на самом деле говорил Иисус

Сергей С. — Fri, 16 Oct 2026 04:56:06 +0000

Давайте попробуем взглянуть на Иисуса глазами Его современников и попытаться понять: кем Он был для Своих учеников, слушателей и гонителей? В чём социальный смысл Его учения?

Предлагаем вам отрывок из книги архимандрита Ианнуария (Ивлиева) «Собраны во Имя Мое» , в центре которой раскрывается смысл понятия «Царствие Божие» и та новая социальная реальность, которая стала возможна благодаря воплощению Спасителя.

Современники Иисуса ожидали наступления нового общества. Они предвкушали его как время, когда драматически исполнятся обетования Ветхого Завета о месте Израиля в плане Божием, когда ненавистные римляне будут раз и навсегда изгнаны из их страны.

Архимандрит Ианнуарий (Ивлиев)

Поэтому неудивительно, что, когда Иисус после Своего крещения и искушения явился как странствующий пророк и объявил, что «исполнилось время и приблизилось Царствие Божие» (Мк. 1: 15), люди всех слоев обнаружили великий интерес к тому, что Он говорил.

Это было именно то, чего они ждали. Новое Царство Бога, которое окончательно сокрушит старое Царство Рима. Люди были исполнены надежды, что иудейский народ получит почетное место в этом грядущем царствии под водительством их Мессии.

Царство Божие

Но что имел в виду Иисус, когда говорил о «Царстве Бога»? Что мы понимаем под этим выражением? Словари гласят, что «царство» — «государство или территория, управляемая царем». Возможно, тогда современники Иисуса были правы: Бог желал установить новое государство и Сам управлять им? Но так ли это? Это ли в самом деле подразумевал Иисус? Говорил Он о новом государстве или о новом обществе?

Разница совершенно очевидна. Если Иисус говорил о новом государстве, то Себя Он должен был рассматривать как агента новой политической власти, как зилота. Если же Он говорил о новом обществе, тогда Он должен был смотреть на Свое дело с точки зрения качественного обновления жизни, которая доставляет радость Его народу. Новое государство просто заменило бы старую авторитарность новой. Новое общество дало бы людям новую и свежую действительность свободы, правды и присутствия Бога в их жизни.

О чем на самом деле говорил Иисус? Многие христиане думали, что Он преимущественно занимался основанием общества, которым должен управлять Бог, в отличие от политического государства, которым управляют люди. Многие богословы Средних веков, например, следовали блаженному Августину, полагая, что Царство Божие, о котором говорил Иисус, это организованное общество, называемое нами Церковью. Даже в наши дни христианские проповедники часто говорят о «Царствии», как если бы это слово было синонимом «Церкви». Другие же говорят о Царстве Божием как о новом политическом манифесте. Но сегодня многие исследователи Нового Завета признают: что бы Иисус ни понимал под выражением «Царствие Божие», оно не было ни тем, ни другим.

Возьми крест свой. Ибо кто хочет сберечь свою душу, тот её потеряет… Что означают эти слова

Царствие и новое общество

Один ключ к смыслу того, о чем говорил Иисус, может быть найден в языке, на котором Он говорил. Хотя Иисус, возможно, говорил на двух или трех языках, бо́льшая часть Его поучений была произнесена по-арамейски, на языке, наиболее известном населению Палестины.

Конечно, Евангелия, как и весь Новый Завет, были написаны по-гречески, и поэтому мы не знаем точно, какие арамейские слова использовал Иисус. Но даже греческое слово, переводимое в нашей Библии как «Царство» / «Царствие», чаще означает деятельность властителя, царя, чем территорию, которой он управляет. То же значение имеет и соответствующее арамейское слово, которое, как полагает большинство ученых, использовал Иисус (malkuth). Поэтому справедливо будет предположить, что Иисус говорил о том, что скорее следует назвать «царствованием Бога, Его владычеством, властью», чем «Его Царством».

Он благовествовал наступление нового общества, Его больше чего-либо иного интересовало качество жизни человека и отношения людей с Богом и друг с другом.

Это помогает объяснить некоторые из самых трудных высказываний Иисуса. Например, фарисеям Онговорит:

«…не придет Царствие Божие приметным образом […]. Ибо вот, Царствие Божие внутрь вас есть» (Лк. 17: 20–21, «внутрь вас» — «в вас, среди вас»).

По другому поводу Он сказал Своим ученикам:

«Истинно говорю вам: кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него» (Мк. 10: 15).

Очевидно, что речь не о «политической территории», которая будто может существовать в жизни отдельных лиц. Они не могут «принять» государство, и оно не может быть «в (среди) них». Но Иисус говорил, что с того момента, как Бог входит в чью-либо жизнь, уже действительно наступает новое общество. Он мог говорить, что общество Бога было «среди» Его слушателей, потому что Он Сам был там — а Бог полностью владел Его жизнью.

Проф. В. Г. Кюммель обратил внимание на то, что слова Иисуса о «вхождении в Царствие» означают «вхождение в жизнь» (см.: Мк. 9: 43–47). Люди, «наследующие Царствие», «наследуют жизнь вечную» (Мф. 25: 34–46), а врата, ведущие в Царствие, — путь, ведущий в жизнь (см.: Мк. 10: 17–23; Мф. 7: 14). Хорошо известная история о сыне, ушедшем из дома («притча о блудном сыне»), также подчеркивает факт, что быть членом Царствия — значит разделять жизнь с Богом, знать Его как Отца (см.: Лк. 15: 11–32). Подобно и Павел напоминает своим христианским читателям в Коринфе, что «Царство Божие не в слове, а в силе» (1 Кор. 4: 20) — в силе Бога, действующего в людях, чья верность принадлежит только Ему.

Божие новое общество (новое общение с Богом) уже присутствует в жизни тех, кто предал себя воле и руководству Бога. В то же время мы были бы неправы, слишком подчеркивая, что новое общество — это составляющая личных отношений между нами и Богом.

В Евангелиях много высказываний, которые показывают, что Иисус рассматривал Царствие Божие и как осязаемое действительное общество, и как внутреннее руководство Бога в жизнях Его последователей. Например, Он говорил, что люди «придут от востока и запада, и севера и юга, и возлягут [за трапезой] в Царствии Божием» (Лк. 13: 29). За Тайной Вечерей Иисус говорил Своим ученикам: «Не буду пить от плода виноградного, доколе не придет Царствие Божие» (Лк. 22: 18). А Матфей сообщает слова Иисуса о Его последователях, которые наследуют Царство, уготованное «от создания мира» (Мф. 25: 34).

Поэтому кажется, что Иисус понимал новое общество в двух аспектах. С одной стороны, это руководство Бога в жизнях преданных и верных Ему людей. С другой стороны, руководство Бога есть нечто, что может и должно быть явно показано в мире.

Обе эти концепции были истинными отражениями надежд Ветхого Завета. Важно помнить, что не все ветхозаветные писатели видели будущее Божественное вмешательство в дела человеческие в эгоцентричных националистических образах, как это делали многие из современников Иисуса. Верно, что в некоторых частях Ветхого Завета мы находим преобладающее сознание того, что верховная власть Бога над людьми будет обнаружена в форме организованного Царства, которое заменит мирские империи.

Смотрите также: Искушение властью

Это воззрение особенно отражено в апокалиптических разделах Ветхого Завета. В Книге пророка Даниила, например, «святые Всевышнего» (Дан. 7: 13–18) получают Царствие Божие, чтобы вечно обладать им. Этот род упований был усилен и возвеличен тысячекратно другими, позднейшими апокалиптическими писателями, часто современниками Иисуса. Внешне эти идеи были выражены некоторыми из последователей Иисуса, когда они хотели провозгласить Его Царем после чудесного насыщения 5000 человек (см.: Ин. 6: 15).

И такое настроение можно было найти даже среди учеников. Когда Иаков и Иоанн пытались претендовать на первые места по обе стороны престола Иисуса, они, очевидно, рассуждали в грубых политических терминах (см.: Мк. 10: 35–45). Хотя Иисус в этом случае сделал им выговор, Он никогда не отрицал того, что Царствие Божие может некоторым образом воздействовать на общество и в политическом смысле. Иногда Он утверждает, что это будет происходить относительно спокойным образом, так, как дрожжи заставляют подниматься тесто (см.: Мф. 13: 33) или как горчичное зерно тихо вырастает в большое дерево (см.: Мф. 13: 31–32).

Но Он был также абсолютно убежден, что Бог может действовать непосредственно и решительно, не только в жизни отдельных лиц, но и в политической и экономической жизни народов (Мк. 13).

Бог рассматривался как «Царь» Израиля со времени Судей (см.: Суд. 8: 22–23), а может быть, и перед этим (см.: Пс. 95: 10; 98: 1; 145: 10). Псалмы полны выражений, подчеркивающих верховную власть Бога над ходом истории. Во времена Иисуса многие рабби подчеркивали, что Царствие Божие над Израилем уже существует, даже при римском правлении. И действует это Царствие через Тору, или Закон. Рабби иногда обращались к людям с призывом «принять на себя Царствие Божие», и под этим они понимали принятие Торы и послушание ей как инструменту Божиему для управления людьми.

При внимательном чтении Нового Завета мы видим, что существует смысловое напряжение в понимании Царства Божиего: с одной стороны, это то, что сейчас может сделать Бог в тех, кто принимает Его власть над их жизнями, с другой стороны, то, что Он в конце концов сделает через них в обществе в целом.

Павел, например, говорит: «Ибо Царствие Божие не пища и питие, но праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14: 17). Чтобы быть частью Царствия Божия, необходимо дать Богу проявить Его полную власть над нашей жизнью.

Но в то же время Павел время от времени связывает наступление Царствия Божия с событиями конца сего мира. Конец придет, когда Иисус «предаст Царство Богу и Отцу, когда упразднит всякое [другое] начальство и всякую [иную] власть и силу» (1 Кор. 15: 24). Он явно ожидает, что Бог вмешается в историю и изменит ее ход. И это каким-то образом должно быть связано с наступлением новой общности, Царствия Божия.

Смотрите также: Апокалипсис — давно сбывшаяся книга

Совершенно открыто об этом говорится в Книге Откровения, где «царство мира соделалось царством Господа нашего и Христа Его, и будет царствовать во веки веков» (Откр. 11: 15). Итак, это важный элемент учения Самого Иисуса.

Источник

Слёзы Анны Кашинской

Сергей С. — Wed, 14 Oct 2026 23:13:20 +0000

15 октября — память блгв. княгини Анны Кашинской (1338). Это единственная святая, канонизированная дважды. А в древнем Клину икону Анны Кашинской, считающейся покровительницей этого города, расположили прямо напротив памятника, на котором центральной фигурой изображен главный недруг и потенциальный убийца её супруга…

В сонме русских святых благоверная княгиня Анна Кашинская занимает особое место. Каждому святому присуща в большей степени та или иная христианская добродетель. Княгиня Анна воплощает в себе добродетель терпения. Это душевное свойство в христианстве имеет настолько высокое значение, что без него невозможно обретение иных, более возвышенных, добродетелей – смирения и кротости. Оно отворяет дверь ко спасению, полагает основание духовному подвигу.

Однажды, оказавшись в церкви на кладбище парижского предместья Сент-Женевьев де Буа, где похоронены многие наши знаменитые соотечественники, я купил церковный календарь. Просматривая его, увидел на одной из страничек короткий рассказ об издавна почитаемой на Руси преподобной Анне Кашинской. С тех пор меня не покидало желание побывать в тех местах, где обрела вечный покой эта святая — единственная, которая была канонизирована дважды..

Кашин. Памятник св. Анне Кашинской

Спустя годы я оказался в небольшом городке Кашине, на окраине Тверской области. При первом знакомстве Кашин может показаться невзрачным, если идти от вокзала к центру города. Но стоит оказаться в его исторической части, там, где река Кашинка делает невообразимую петлю, то будто оказываешься на сказочном полуострове с древними церквами и торговыми рядами.

Река Кашинка и вид на Вознесенский собор современного Кашина, Тверская обл.

Когда-то богатые кашинские купцы не жалели денег на украшение своих домов с причудливыми портиками и мезонинами. Подчас их запросы перехлестывали через край. В городе до сих пор сохранился дом купца Капитонова, отправившего губернским властям прошение разрешить ему позолотить крышу своего дома. Ответ не заставил себя ждать и был на редкость лаконичным: «Дурак, сам царь живет под железной крышей. А ты чего надумал!»

Александр Верещак. Старый город Кашин

А купцу Капитонову просто очень хотелось, чтобы крыша его дома так же причудливо играла золотым отблеском под лучами северного солнца, как и купола тридцати соборов и церквей, насчитывавшихся в те времена в Кашине, чтобы и его особняк придавал еще больше праздничности любимому городу.

Гордились кашинцы его историей, сравнивая дела предков с подвигами былинных героев, чьими именами даже мосты называли — Ильинский, Добрынинский. Но особым почитанием пользовалась в Кашине преподобная Анна, считавшаяся покровительницей и защитницей города. Почему она решила взять его под свое окормление? Давайте перенесемся в далекий XIII век, когда истерзанная Русь оказалась под татаро-монгольским игом. В 1294 году ростовская княжна Анна была выдана замуж за тверского князя Михаила, который был «телом велик зело и крепок, мужествен и страшен взором», как повествует Никоновская летопись. Хотел оградить он свой народ от произвола завоевателей, а потому принял мученическую смерть в Золотой Орде. Убили его, сердце вырезали. И стал Михаил единственным тверским князем, причисленным к лику святых.

Место прощания кн. Михаила Тверского с семьей перед отъездом в Орду в 1318 г. (сегодня это Конаковский р-н Тверской обл.)

.После смерти мужа вдову постигают два новых удара. Сначала там же, в Золотой Орде, был убит ее старший сын Дмитрий по прозвищу Грозные Очи, а потом другой сын — Александр. После умирает третий сын — Константин. С достоинством приняла Анна тяжкие удары судьбы. Не озлобилась она на людей, а твердо решила посвятить оставшуюся жизнь защите несчастных, обездоленных, страждущих. Свое предназначение она стала свято выполнять, когда, потеряв мужа и сыновей, ушла в монастырь.

Монашество Анна приняла, судя по всему, между 1339-1346 годами. Став монахиней, она, как повествует составленное в XVII веке житие Анны Кашинской, «цвела добродетелями и Богу угождала», призывая своих ближних «от насилия изымать сирых и убогих». А потом обратился к Анне ее единственный оставшийся в живых сын Василий с просьбой переехать в его удел, в Кашин, где он построил для нее монастырь.

.Анне тяжело было расставаться с Тверью, которой правил ее любимый супруг и где она была так счастлива. Но в конце концов согласилась. И стал ее приезд великим праздником для кашинцев, которые всем городом вышли встречать ее. В Кашине она прожила почти двадцать лет и пользовалась всеобщим почитанием и поклонением. И великая скорбь охватила горожан, когда в 1368 году она ушла в мир иной. В тот же год умер и князь Василий. Шли годы, и казалось, угаснет память об Анне вместе с родом удельных кашинских князей. Но вот почти три столетия спустя об Анне вновь заговорили всвязи с удивительными событиями, имевшими непосредственное отношение к Кашину.

В Смутное время в период между 1606 и 1611 годами трижды подходили к городу поляки и всякий раз уходили, так и не сумев овладеть Кашиным. А тут вдруг вспыхнул пожар и также быстро прекратился. И стали задумываться кашинцы: не охраняет ли их некая чудодейственная сила?.

Слухи о праведнице вскоре дошли и до Москвы. Царь Алексей Михайлович объявил, что сам прибудет в Кашин, чтобы присутствовать при перенесении мощей Анны из деревянного собора в каменный Воскресенский. Царь сам вместе с боярами поднял на плечи мощи преподобной Анны и перенес их на новое место.

Не только при жизни, а и после смерти немало горьких испытаний выпало на долю Анны Кашинской.

В древнем Клину икону Анны Кашинской, считающейся покровительницей этого города, расположили прямо напротив памятника, на котором центральной фигурой изображен главный недруг и потенциальный убийца её супруга

Примерно через тридцать лет после состоявшейся в 1650 году ее канонизации Великий собор во главе с Патриархом Иоакимом исключил ее из сонма святых. Столь на первый взгляд странное решение объяснялось происходившими на Руси важными религиозно-политическими событиями, связанными с борьбой со старообрядчеством. Ведь все хорошо помнили, что при первом вскрытии гроба Анна Кашинская предстала с рукой, благословляющей людей. Но на руке были соединены не три, а два пальца. Так крестились раскольники. Поэтому у церковных иерархов возникли серьезные опасения, что Анна может стать символом старообрядчества. Это и предопределило ее деканонизацию.

Но кашинцы продолжали почитать свою заступницу: войны, пожары и эпидемии на протяжении столетий обходили стороной этот тверской городок. Минуло более 220 лет, прежде чем стала возможной повторная канонизация Анны Кашинской. Она состоялась 25 июня 1909 года, вскоре после того как в России был принят закон о старообрядцах, предоставлявший им право свободного вероисповедания и гражданские права. В день повторной канонизации Анны в тихий Кашин, украшенный флагами и гирляндами, пришли свыше ста тысяч богомольцев.

.
В 1909 году по указу императора Николая II ошибка была исправлена. Святая Анна Кашинская была вновь прославлена

.Казалось бы, своими слезами и страданиями святая Анна наконец-то вымолила себе вечный покой. Но, видно, еще не до конца испила она чашу страданий и гонений. Тяжкие испытания выпали на ее долю в послереволюционные годы. В январе 1930 года мощи Анны стали объектом атеистической пропаганды. В Кашин приехала комиссия, в присутствии которой были вскрыты мощи святой. Происходившее засняли на кинопленку. Вскоре в «Правде» появилась статья, автор которой со всем революционным пылом убеждал читателей, что преклонение перед представляющими собой обыкновенные кости мощами преподобной Анны — это «поповский обман», подлежащий решительному разоблачению.

Ну а затем начались многолетние скитания ее мощей, которые прекратились лишь в начале 90-х годов прошлого столетия. После того как Воскресенский собор был закрыт, они одно время были экспонатом в краеведческом музее. Потом их перенесли в храм Вознесения, который при Хрущеве тоже закрыли. После этого мощи побывали еще в двух городских храмах. И лишь 25 июня 1993 года это неслыханное кочевье завершилось. В этот день мощи святой благоверной княгини Анны Кашинской были перенесены во вновь открывшийся кафедральный собор Вознесения, где и по сей день находятся.

Торжества у Воскресенского собора: вторая канонизация св. блгв. и прп. кн. Анны Кашинской 25 июня 1909 г.

Настоятель собора отец Дмитрий рассказал мне, что Кашин, чтобы помолиться над мощами преподобной княгини, приложиться к ним, регулярно посещают паломники со всей России. К Анне обращаются со своими горестями и надеждами, получая утешение. Удивительная вещь, говорит отец Дмитрий, очень часто в день почитания Анны Кашинской во время утренней литургии начинается дождь. Но когда вслед за ней наступает черед Крестного хода, он обычно прекращается, и небо светлеет, выглядывает солнце, иногда появляется радуга…Немало историй связано с исцеляющей силой мощей святой Анны. Сравнительно недавно к ним поднесли тяжело больную женщину, которая не могла ходить, и, казалось, дни ее были сочтены. Но, приложившись к мощам, она встала на ноги..

.Но мы не гонимся за чудесами, говорит о. Дмитрий. Главное, что, приходя к преподобной Анне, люди обретают веру, их сердца наполняются любовью к Богу и ближним.О благоверной напоминает и минеральная вода, на базе которой несколько десятилетий назад в городе был создан санаторий. Эта вода разливается и продается в Тверской области и за ее пределами. Существует легенда, что в эту целебную воду превратились слезы Анны, которые она выплакала, молясь за Кашин и его жителей…

.Ее заступничеством многие объясняют тот факт, что в годы Великой Отечественной захватившие Тверь фашистские войска так и не смогли овладеть Кашином. Они были остановлены в тридцати километрах от города. Немецкой авиации не удалось разбомбить железнодорожный мост через Волгу, находившийся примерно в десяти километрах от Кашина.

Интересно, что в годы войны именно в Кашин из Калинина были эвакуированы многие государственные учреждения. Хоть и считали партийцы себя атеистами, но все же многие втайне надеялись на защиту святой Анны.

Мы не знаем, как выглядела Анна Кашинская. Самое ее первое иконописное изображение относится к XVII веку. На иконе она предстает старицей со скорбным лицом и четками в руках. С теми же четками ее можно увидеть на другой иконе, только молодую и красивую. Но какой бы ни изображали ее, она по-прежнему вызывает восхищение, ее помнят и чтут.

Артем Сокольников

Источник.

Апокалипсис — давно сбывшаяся книга

Сергей С. — Wed, 14 Oct 2026 04:55:02 +0000

Апокалипсис — самая спорная книга Библии. Одни видят в ней зашифрованное пророчество о конце мира, другие — источник вдохновения для социальных и политических теорий, третьи — предмет для бесконечных споров о «шестёрках» и «звере»

Архимандрит Феогност (Пушков) предлагает прочитать книгу иначе: в ее прямом историческом контексте. По его убеждению, оригинал говорит не о далеком будущем, а о событиях 68–69 годов — гражданской войне в Риме, Иудейской войне, Лже-Нероне и ожидании скорого конца.

Если в Библии нужно найти самую проблемную книгу, чтение которой принесло христианству больше всех внутренних и внешних проблем, то, без сомнения, это будет Апокалипсис!

С другой стороны, Апокалипсис — это книга, породившая массу глубоких социальных и политических теорий. Люди, не зная ее оригинального смысла, то и дело увлекались ее яркими образами и встраивали их в современную ситуацию. Тем, кто поумней, Апокалипсис служил источником глубоких размышлений о базовых принципах политики, социологии, власти, государства[1].

Другие — и таких немало — строили вокруг книги примитивные картины, видя в ней предсказания о картошке, табаке или о замене двуперстия троеперстием.

Но беда в том, что даже критики примитивного толкования Апокалипсиса наступают на те же грабли, что и отслеживающие три шестерки в штрихкодах. Вот, к примеру, рассуждения советского историка античной философии А. Ф. Лосева:

«Совершеннейшей безвкусицей и полнейшей беспредметностью надо считать всякие попытки богословов «разгадать» повествование Моисея с точки зрения современных научных теорий. Общеизвестны также вольные упражнения «богословов» в «толковании Апокалипсиса». Несмотря на то, что классическая патристика старательно избегала такого толкования, несмотря также на то, что под сложные образы Апокалипсиса можно подставить сотни исторических фактов, — все-таки число этих «апокалиптиков» не уменьшается, но, пожалуй, даже увеличивается. Обычно, кто из «верующих» не умеет философски и диалектически-догматически мыслить, тот занимается «толкованием Апокалипсиса», ибо мечтать всегда было легче, чем мыслить. Никак не хотят понять, что миф надо трактовать мифически же, что мифическое содержание мифа само по себе достаточно глубоко и тонко, достаточно богато и интересно и что оно имеет значение само по себе, не нуждаясь ни в каких толкованиях и научно-исторических разгадываниях. Кроме того, Апокалипсис есть «откровение». Какое же это будет откровение, если вместо буквального понимания всех этих поразительных апокалиптических образов мы предоставим право каждому подставлять под любой образ любую историческую эпоху или событие?»[2].

С одной стороны, он справедливо осуждает «разгадывание» чисел и зверей по отношению к современности. С другой, вместо историко-критического анализа уводит читателя в болото мистицизма, настаивая на мифичности оригинального текста. Но Апокалипсис — не миф, а построенное в виде загадки повествование о современных автору исторических событиях. Если уж на то пошло, то бестиарий Апокалипсиса служит не мифологическим, а конспиративным целям: засекретить именно современную ситуацию (а не далекое будущее), дабы не подставить под удар со стороны государственных репрессивных структур автора и читателей книги.

Однако проблема Апокалипсиса — это ярко выраженная проблема всего корпуса Библии! Все «благочестивые», «типологические», «аллегорические» и прочие «высокодуховные толкования» оказываются просто вымыслом, фантазией. Адекватное толкование как Апокалипсиса, так и всей Библии может быть только научно-критическим, историко-филологическим. Но если в отношении других книг Писания «осторожно-благочестивые» толкования иногда позволяют обойти острые вопросы, то с Апокалипсисом это не удается: каждая попытка вывернуть его наизнанку только обостряет проблему.

Смотрите также: Апокалипсис сегодня

Место патмосского Апокалипсиса в апокалиптической библиотеке

Фундаментально важно понимать, что Апокалипсис не стоит особняком, а принадлежит к довольно объемной библиотеке — без знания которой мы ничего не поймем в патмосском Апокалипсисе. Иоанн не является ни автором жанра, ни автором образов, ни создателем идей — общие «догматические» постулаты апокалиптической теологии были заложены еще во II в. до н. э. неизвестными авторами «Книги Даниила пророка» (ее 1-я часть, т. е. главы 1–6, и 2-я часть, т. е. главы 7–12, написаны разными авторами). А эти последние, в свою очередь, опирались на иранскую (зороастрийскую), назовем ее так, «философию истории».

Жанр апокалиптики зародился на почве вавилонской математики и астрологии: знание законов и порядка «небесных светил» попытались применить к событиям человеческой истории. До наших дней, к сожалению, дожила вера в то, что цифры и математические расчеты определяют личную жизнь и судьбы мира. Все, что «звездочет» накручивал себе в голове, воспринималось как «откровение богов».

У иудеев были непростые отношения со всей этой мантикой и астрологией. С одной стороны, они пытались отвергнуть идею зависимости судеб мира от звезд и цифр. Наоборот — провозглашали Бога Небесного единственным сувереном истории. Так «персидский Исаия» (т. е. автор, продолжатель Книги Исаии, начиная с 40-й главы, писавший около 539 г. до н. э.) пытается опровергнуть оракула вавилонян, говоря, что только Господь может возвещать миру о своих намерениях (см. Ис 41:18–29). Хотя этот автор не говорит о глобальных судьбах мира и дело касается локальной судьбы Израиля.

С другой стороны, среди иудейских теологов того времени было немало и таких, кто сильно увлекся вавилонскими и персидскими влияниями. Среди них, во-первых, автор первой части псевдоэпиграфической Книги Даниила (1–6-я главы). Там впервые встречается фундаментальное для всей последующей экзегетики понятие «raza» (тайна) — заимствованное в еврейском языке как раз из персидского и переводимое обычно как «тайна». В 1-й части Дан оно встречается 9 раз (2:18, 19, 27, 28, 29, 30,47; 4:4, 6).

Суть этого «толкования» довольно проста: взять любое древнее Писание своей религии и, применив творческое воображение, с помощью игры с текстом и цифрами (напоминающей более поздние эзотерические практики), «вычитать» в них все, что тебе необходимо касательно текущей ситуации или ближайшего будущего.

Не нужно думать, что персы придумали этот метод. В ту эпоху стремительного развития письменных культур остро стоял вопрос: что делать, по мере развития народа, с его древними — довольно примитивными — письменами? Чем больше развивался народ, тем очевидней становилась примитивность его прошлого. Но читать эпосы и мифы «для общего развития» тогда не умели. Если есть текст, он должен быть важен и для современников.

Греки примерно в это же время придумали аллегорическое толкование Гомера и Гесиода вкупе со всей мифологией. Впоследствии Геродот и Фукидид у греков заявят, что историю нужно знать чисто в стратегических целях — чтобы учиться на ошибках и достижениях прошлого. Но это — у греков. Вавилоняне же считали, что древние тексты «не простые», в них есть «тайны» и их просто нужно «уметь разгадывать». Эти тексты превратились в средства манипуляции со стороны жрецов как народом, так и царями.

Не стоит упрекать иудеев в том, что они восприняли общие для той эпохи приемы работы с древними текстами. Все исторические цивилизации обращались вспять в поисках «золотого прошлого» и «находили» его в своих самых древних и довольно скупых памятниках письменности.

Смотрите также: Пророк Даниил и его друзья

Итак, Книга Даниила! Она написана в разное время разными авторами, поэтому в одной книге мы имеем не один, а сразу два апокалипсиса:

1. Дан 2 — видение об истукане. Это — первый иудейский апокалипсис[3]. Он заканчивается селевкидо-птолемеевской эпохой с твердым утверждением: «И во дни тех царств Бог небесный воздвигнет царство, которое вовеки не разрушится, и царство это не будет передано другому народу; оно сокрушит и разрушит все царства, а само будет стоять вечно» (Дан 2:44).

2. Дан 7–12 — это уже второй апокалипсис, он продолжает тему первого, но более конкретизирует исторический контекст. Твердо установленный факт — он написан в разгар «маккавейского восстания», т. е. по следам осквернения Храма при Антиохе Епифане, но незадолго до смерти Епифана (где-то летом 164 г. до н. э.), так как обстоятельства пророчествуемой смерти Епифана (ноябрь 164 г.) изложены в Дан неверно. В этом апокалипсисе та же самая идея: после переживаемого «нами» «воссядут судьи и отнимут у него [Епифана. — Прим. авт.] власть губить и истреблять до конца. Царство же и власть и величие царственное во всей поднебесной дано будет народу святых Всевышнего, Которого царство — царство вечное, и все властители будут служить и повиноваться Ему» (Дан 7:26–27)[4].

3. На этой апокалиптической волне возникали все новые и новые апокалипсисы — это 1 Енох, Юбилеи и разные пэшеры (метод толкования, «прочитывающий» древнюю историю и пророчества в «современном» автору комментария контексте) иудейской Пустыни (Кумранская библиотека). Мы не будем здесь подробно рассматривать все эти апокалиптические произведения, отметим только следующие основные черты, без понимания которых невозможно понять Апокалипсис Иоанна:

(a) Автор остро переживает социальную и прочую несправедливость «текущей истории» и именует это время как «время тьмы», «век Кривды» и т. п.

(b) Автор уверен, что живет при «развязке» исторических событий и уже «вот-вот» наступит Царство Господа: Господь свергнет с земных престолов всех злодеев, победит космическое зло и Сам воцарится, поставив на земле Своего Наместника — «Сына Человеческого», который и будет править от Лица и Имени «Предвечного Отца». И это царство уже будет вечным!

(c) Автор уверен, что обладает особым «духовным чутьем», позволяющим ему «раскрывать тайны Писания», т. е. толковать древние священные тексты в применении к текущей ситуации. Это тоже важно! Все последующие апокалиптики будут в дальнейшем ориентироваться на Книгу Даниила как на архетип всей апокалиптической традиции.

(d) Наконец, все гематрии и бестиарии апокалипсисов создаются не для того, чтобы зашифровать некое далекое будущее и сделать «предсказание» о нем максимально непонятным. Наоборот! Все зашифрованное находится в современном для автора мире, потому приходится использовать шифры, скрываясь от репрессивных органов действующих на тот момент политических сил. Иными словами, перед нами апокриптический (не путать с апокрифическим) или конспиративный метод написания текста.

Авторство

Библейской науке уже давно очевидна непринадлежность Апокалипсиса тому же автору, что и «корпус Иоанна» (Евангелие и 1–3-е Послания)[5]. Что мы знаем об этом авторе?

Сам он о себе сообщает, что 1) его зовут Иоанном; 2) он был на острове Патмос; 3) причина пребывания на острове — «ради слова Божьего и свидетельства Иисуса» (Откр 1:9); также 4) очевидна его связь с Малой Асией, т. к. пишет он послание свое именно семи Церквам Малой Асии (Откр 1:4).

К сожалению, позднейшие читатели этого текста сделали неверный вывод, что Иоанн был в качестве ссыльного. Известно, что император Домициан ссылал на Патмос «неблагонадежных» граждан. Так, Дион Кассий сообщает, что Нерва (преемник Домициана) «разрешил вернуться домой сосланным прежде на Патмос»[6]. Видимо, отсюда у кого-то возникла ассоциация пребывания Иоанна на острове со ссылкой при Домициане. А поскольку Домициан — это 81–96 гг., то христианские писатели начали наперебой повторять, что «Апокалипсис был дан Иоанну …под конец царствования Домициана» [Iren. Adv. haer. V:30:3; ср: Euseb. HE. III:18:1–3; 20:9; Tertull. De praescr., 36; Clem. Quis div., 42].

Но внимательное чтение этой книги отправляет нас ко временам Нерона и Лже-Нерона I (67–69 гг.) в Риме и к разгару Иудейской войны (66–71 гг.) в Иудее и Галилее. А пребывание Иоанна на Патмосе абсолютно никак не связано с мнимым узничеством: фразу διὰ τὸν λόγον τοῦ Θεοῦ καὶ τὴν μαρτυρίαν Ἰησοῦ можно прочесть как в пассивном, так и в активном залогах: «Я был отправлен туда за то, что проповедовал слово Божье и свидетельствовал об Иисусе» (пассивный залог); «Я отправился туда, чтобы проповедовать Слово Божье и свидетельствовать об Иисусе» (активный залог). Но кто-то из толкователей решил привязать пребывание Иоанна на Патмосе со ссылкой при Домициане, а отсюда уже пассивный залог прочтения напрашивался как единственно верный.

Автор — иудей, очень плохо говорящий и пишущий по-гречески, зато хорошо «думающий» по-еврейски. Он мог быть одним из тех миссионеров, которые отправились по всему миру проповедовать Евангелие Христа! До него доходили слухи о том, что происходит в мире: о начале Иудейской войны, о суициде Нерона и о появлении Лже-Нерона, собирающего коалицию восточных царей, чтобы сначала завоевать Рим («Суд над блудницей» в Откр), а затем двинуться и на Иерусалим — чтобы закончить Иудейскую войну (которая перешла в вялую стадию из-за переворотов в Риме).

Возможно, он вообще был одним из малоасийских христиан, но его очень плохое знакомство с греческим языком говорит в пользу его происхождения в округе Иерусалима. Что не исключает его связь с Малой Асией.

Смотрите также: Апокалипсис и современный мир

Структура текста

Апокалипсис — это не одна «сплошная кинолента», а несколько серий картин, относящихся к одному и тому же периоду. Это важно учитывать. Т. е. одна серия не обязательно является «предшествующей» для следующей серии. Скорее — это смена ракурса:

1. После Введения (1–4-я главы) «Первая серия видений» — это Книга с семью печатями (5:1 — 8:1). Здесь описан общий ход истории кризиса: война (рыжий конь) — голод (вороной) — смерть (бледный), вопли страдальцев и природно-экологические катастрофы, которые, как правило, сопровождают кризис цивилизаций, ибо имеют антропогенный характер.

2. Семь труб (8:2 — 11:19) начинают с природных катаклизмов, затем переходят к военной коалиции (о которой потом будет сказано в 16:12–16), и завершается все в Иерусалиме, храм которого еще стоит. Т. е. перед нами краткая зарисовка для будущих сцен.

3. Явление Жены (12:1–17).

4. Явление морского зверя, олицетворяющего Римскую империю (13:1–18).

5. Небесная литургия — прелюдия к новым видениям (14–15-я главы).

6. Видение 7 чаш гнева Господа, где первые 4 опять ознаменуют начало природных бедствий, 5 — об эпидемии в Риме, 6 — Евфрат пересыхает, чтобы дать дорогу коалиции Лже-Нерона I в сторону Армагеддона и 7 — крушение Рима (16-я глава).

7. Суд над Римом (17–18-я главы).

8. Начало суда Божьего: Царь Царей низвергает оставшиеся части коалиции врагов вместе со зверем (Лже-Нероном) и лжепророком в озеро огненное (19-я глава).

9. Продолжение суда: суд над сатаной, который станет узником на 1000 лет, и начало этого самого 1000-летнего Царства и первого воскресения, где воскреснут далеко не все. По завершении 1000 лет — сатана будет отпущен, война всех племен земли во главе с Гогом и Магогом против Иерусалима, их окончательная гибель и новое — уже всеобщее, второе, воскресение мертвых и конечный суд (20-я глава).

10. Вечное Царство Бога со столицей в Новом Иерусалиме (но это все равно земной, а не небесный город, т. к. он спускается с небес на землю, а не наоборот), где Правитель — Христос (21–22-я главы).

Основные образы Апокалипсиса

Здесь нет возможности расписать все образы и картины, которые рисует патмосский тайнозритель, — мы остановимся на фундаментально значимых.

«Рассмотрим, например, описания судов семи труб (8:6 — 9:21) и семи чаш (16:1–21). Они образуют очень схематизированный литературный образец, который сам передает их значение. Их содержание предполагает, среди многих такие вещи, как язвы Египта, которые сопровождали исход, падение Иерихона от армии Иисуса Навина, войско саранчи, изображенное в пророчестве Иоиля, синайскую теофанию, современный страх перед вторжением парфянской кавалерии, землетрясения, с которыми довольно часто встречались города Малой Азии… Иоанн принял некоторые из худших переживаний его современников и худшие опасения войн и стихийных бедствий, усилив их до апокалиптических масштабов и отослал их к библейским аллюзиям. Смысл не состоит в том, чтобы предсказать последовательность событий. Смысл в том, чтобы раскрыть и исследовать цель Божьих судов, которые надвигаются на грешный мир»[7].

Вулкан

Большинство комментаторов Откр 8:8–9 почему-то видят тут аллюзию на Везувий — самое громкое извержение вулкана. Но оно произошло намного позже составления Апокалипсиса. Возможна и другая параллель, например, из описания Эфиопии Плинием Старшим:

«Эфиопия занимает [в Обитаемом мире] место от зимнего восхода солнца до зимнего захода солнца… В средней ее части пылает вечным огнем высокая гора, нависшая прямо над морем, которая названа греками «Теон охема»» (Plinius Maior. Naturalis Historia, VI, 35, 197). «Во время союзнической войны остров Гиера из числа Эоловых островов, расположенных посреди моря напротив Италии, горел вместе с прилегающей к нему полосой моря, пока депутация сената не выполнила умилостивительных обрядов. Наибольшая же сила извержений наблюдается на Эфиопском хребте, на горе под названием Теон-Охема, где бушующее пламя выбрасывается навстречу солнечному жару. Вот сколь разнообразны и многочисленны пожары, которыми Земля воспламеняется силой природы вещей» (Plinius Maior. Naturalis Historia, II, § 238). В тексте описывается сильное вулканическое извержение, произошедшее в период Союзнической войны (91–88 гг. до н. э.) в Древнем Риме. Затем упоминается активно извергающийся вулкан Камеруна (Θεῶν ὄχημα — «колесница богов»).

Но Откр 8:8–9 может относиться не только к вулканам, а и к землетрясениям. А в правление Нерона было два мощнейших землетрясения, последствия которых — по описаниям — очень похожи на то, что имеем в Откр:

(1) 5 февраля 62 года мощное землетрясение (магнитудой около 5–6 и интенсивностью до 9–10 баллов) серьезно разрушило Помпеи, Геркуланум и затронуло Неаполь. Погибло много скота, были повреждены храмы, дома и водопроводы. Эту катастрофу детально описывает учитель Нерона — Сенека Младший в «Естественных вопросах»[8]. И Тацит[9].

(2) Землетрясение в Лаодикии (по разным источникам — между 62 и 64 гг.): Мощнейший подземный толчок полностью разрушил Лаодикию во Фригии (Малая Азия), а также пострадали Колоссы и Иераполис[10].

Звезда Полынь

«Большая звезда, горящая подобно светильнику» (Откр 8:10–11). Плиний сообщает, что «во время принципата Нерона комета на западе горела свирепо и почти беспрерывно» (Plinius Maior. Naturalis Historia, II, § 92).

Затмение

Откр 8:12 говорит о колоссальном затмении солнца, луны и звезд.

Скорее всего, все три образа (связанные вместе, а точнее — все четыре первые трубы ангельские) не относятся к какому-то конкретному событию, а являются лишь образами.

Вера в непременное сопутствие природных бедствий социальным кризисам — locus communis всех апокалиптиков!

Храм и 42 месяца

«И дана мне трость, подобная жезлу, и сказано: встань и измерь храм Божий и жертвенник, и поклоняющихся у него. А внешний двор храма исключи и не измеряй его, ибо он дан язычникам: они будут попирать святой город сорок два месяца. И дам двум свидетелям Моим, и они будут пророчествовать тысячу двести шестьдесят дней, будучи облечены во вретище. Это суть две маслины и два светильника, стоящие пред Богом земли» (Откр 11:1–4, ср.: 12:6, 14).

Во-первых, перед нами именно Иерусалимский храм — и он еще стоит и функционирует. «Внешний двор» — тот самый двор, куда язычники могли входить и где Иисус за неделю до Распятия разгромил торговые точки.

Во-вторых, перед нами время «языческой оккупации» Иерусалима — 42 месяца. Откуда взято это число? — Из Книги Даниила! Там несколько событий вращаются вокруг полутора лет (42 месяца = 3,5 года). То говорится 1150 днях без жертвоприношений (в Дан 8:14 дает число 2300 не-принесенных жертв утром и вечером, что равно 1150 дням). То говорится о 1290 и 1330 днях (Дан 12:11–12). Но иудейские апокалиптики I в. н. э. не знали, что Дан написан по следам истории с Антиохом Епифаном — они свято верили, что это предсказание «о современных событиях». Точкой отсчета «попирания язычников» является начало Иудейской войны в мае 66 г. Запомним этот нюанс. Он дальше позволит нам четко установить время написания Откровения.

В-третьих, упомянуты два проповедника, которым надлежит все это время проповедовать и принять смерть от «зверя». Едва ли удастся их идентифицировать с какими-то историческими лицами — скорее это очередное отражение веры в то, что перед наступлением Дня Господнего будет послан Илия (Мал 4:5) и Енох. Имя второго в иудейской апокалиптике имеет статус не ниже Моисея и Илии.

Другие моровые язвы

«Пятый Ангел вылил чашу свою на престол зверя: и сделалось царство его мрачно, и они кусали языки свои от страдания, и хулили Бога небесного от страданий своих и язв своих; и не раскаялись в делах своих» (Откр 16:10–11). «Престол зверя», очевидно, — Рим. Вот как Светоний и Тацит описывают закат царства Нерона (события 65 г.): «К злоключениям и бедствиям виновником которых был Нерон, судьба прибавила и другие: xуму, которая за одну осень внесла в погребальные списки 38 000 человек»[11]. «Этот год, омраченный столькими злодеяниями, боги отметили также бурями и моровым поветрием. Вся Кампания была опустошена вихрем, который, повсеместно сметая постройки, плодовые деревья и урожай, донес свою ярость до самых окрестностей Рима»[12].

Жена с луной под ногами (Откр 12)

Как только не перекручивали этот образ толкователи за минувшие 2000 лет! Это и Мария, и Церковь. Увы, ни Та, ни другая! Ведь Жена из видения дает жизнь Младенцу, которому надлежит пасти народы и который вознесен к Престолу Всевышнего. Это явно не Церковь (ибо Иисус не Сын Церкви, а ее Господь и Жених), но и не Мария (ибо Она не бегала по пустыни после Вознесения Сына).

Образ дракона как символ языческой империи использовал и Иеремия: «Пожирал меня и грыз меня Навуходоносор, царь Вавилонский; сделал меня пустым сосудом; поглощал меня, как дракон; наполнял чрево свое сластями моими, извергал меня» (Иер 51:34).

«Иоанн с Патмоса был погружен в писания пророков; он заимствовал у них образы: Израиля как женщины (Ис 26:16–18) и «народов» как чудовищ, угрожающих ему; он изобразил Рим так, как Исайя и Иезекииль нарисовали Вавилон в своем воображении около шести сотен лет до того. Иоанн изменил видение Исаией Израиля как женщины, рожающей в муках, сделав его центральной драмой своего пророчеств, когда ему потребовалось трактовать борьбу, с которой он и другие последователи Иисуса тогда столкнулись. Уверовав в Исайино предвидение, которое свершилось — Израиль дал рождение мессии, Иисусу из Назарета! — Иоанн представляет его как «Жену, облаченную в солнце», которая является угрозой для «большого красного дракона с семью головами и десятью рогами». Страшный дракон яростно преследует ее, чтобы пожрать ее дитя в момент рождения: так Иоанн характеризует римскую власть, которая погубила Иисуса.

Но Иоанн хочет показать: несмотря на то, что римлянам удалось убить иудейского мессию, Иисус на самом деле спасся от них, «уйдя на небо». В то время как матерь его, Израиль, бежала в пустыню. Теперь Иоанн изображает дракона, жестокую и беспощадную власть, воплощенную в Риме, которая развязала гонения на людей Божиих»[13].

Отметим, что такое понимание (Жена = Израиль) вполне соответствует историческому контексту: «Бегство в пустыню» в 60-е годы Ι в. было не у Церкви, а именно у Израиля. Хотя вполне возможно, что Иоанн имеет в виду бегство иудеохристиан в Пеллу и Петру. И на голове ее венец из 12 звезд — это 12 колен Израиля!

Зверь с семью головами и десятью рогами

«И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадим, а на головах его имена богохульные. Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него — как у медведя, а пасть у него — как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою и престол свой и великую власть» (Откр 13:1–2; ср. 17:3).

Рим для всей Азии и всего Средиземноморья — держава морская, а потому и зверь «выходит из моря». Семь царей — это семь принцепсов Рима (см. ниже).

А вот 10 рогов — это число, видимо, условное, обозначающее вассальные царства, фактически подчиненные Риму (Откр 17:12). Эту систему «дружественных царств» заложил еще Цезарь, но придал ей официальный статус на договорной основе все тот же Август. Эти цари именовались reges socii et amici populi romani («цари — союзники и друзья римского народа»). Одним из таких царств была Иудея во времена Ирода Великого и затем — в статусе тетрархий. Формально она именовалась «царством» с легкой руки Юлия Цезаря, но фактически даже престолонаследие осуществлялось там только по решению Рима.

Вот навскидку несколько вассальных царств, которые формально существовали как «независимые», но реально без санкции Рима не могли и шагу ступить:

1. Иудея.

2. Фракия (аннексирована 46 г. н. э.).

3. Мавретания в Африке (до 40 г. н. э.).

4. Коммагена на Евфрате (полностью аннексирована Римом в 72 г. н. э.).

5. Понт (царь Полемон II передал скипетр как раз Нерону в 64 г.).

6. Эмесское царство (независимо до 70-х гг. н. э.).

7. Малая Армения (в Малой Асии — аннексирована Веспасианом в 72 г.).

8. Боспорское царство (в I в. н. э. чеканило монету, где на оной стороне был римский принцепс, а на другой — боспорский царь).

9. Иберское царство (части современной Грузии — в том же статусе вассала «с широкой автономией»).

10. Лазское царство (аналогично Иберскому — своему соседу).

11. Британские племена имели статус малых государств, и каждое племя лично заключало вассальный договор с Римом — полная аннексия не завершилась и к 90-м гг. I в. н. э.

Автор Апокалипсиса мог не знать «точного числа» вассалов Рима, но слышал, что их «где-то плюс-минус десять». Именно эти народы (которые, по зову Лже-Нерона I, должны принять участие в походе против Рима), по мысли автора Апокалипсиса, и разрушат Рим (Откр 17:16).

Семь царей

«…и семь царей, из которых пять пали, один есть, а другой еще не пришел, и когда придет, не долго ему быть» (Откр 17:10).

Как только не пытались провертеть этот список имен те, кто датируют Апокалипсис концом I века! Ведь к этому времени императоров Рима было далеко не 7 и не 8.

Но ошибка допускается еще и в том, кого ставят на место № 1. Большинство ставят сюда Юлия Цезаря — и сильно ошибаются! Первым «царем» Рима был Октавиан Август. Именно он считается официально первым римским императором (хотя формально он ввел так называемый «принципат» от лат. princeps — «первенствующий»). Именно с присвоения Октавианом себе двух титулов «Август» (Священный) и «Принцепс» (Первенствующий) начинается история Рима как империи.

(а) Вот 7 «царей» Рима: Октавиан — Тиберий — Калигула — Клавдий — Нерон (умер в июне 68 г.) — Гальба (июнь 68 — январь 69) — Отон.

(b) На момент написания апокалипсиса у власти был Гальба (и Лже-Нерон I еще не был сражен). Но дошли слухи о конфликте с Отоном, который, скорее всего, сменит Гальбу. Но «когда Отон придет, не долго ему быть», потому что автор уверен: судьба Рима уже предрешена и Лже-Нерон с коалицией союзников «осуществит волю Бога» касательно Рима, т. е. сотрет его с лица земли.

Зверь с исцеленной раной (почему «восьмой из числа семи»?)

«И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель» (Откр 17:11, ср. 13:3).

«После смерти Нерона стала ходить легенда о Нероне воскресшем (Nero redivivus). Рассказывали, что он не умер, но только скрылся, бежал в Парфию, скоро вернется с помощью парфянской конницы, отомстит своим врагам в Риме и снова займет свое место императора»[14]. Эту легенду создали под самозванца (древнего прототипа для обоих Лжедмитриев). Лже-Нерон мыслится как «восьмой», но войти в историю он пытается под именем «одного из числа семи».

Кто такой этот Лже-Нерон?

Все исследователи согласны с тем, что этот «восьмой из числа семи» — Лже-Нерон. Но большинство назначают на эту роль Терентия-Максима, выступившего в 79–80 г. Однако это был уже Лже-Нерон II (а всего их было три), а Лже-Нерон I выступил как раз в 68 г. — вскоре после суицида настоящего Нерона! Имя этого самозванца не сохранилось. Но, по сообщению Тацита, он был внешне и по характеру похож на Нерона, и так же, как император, был умелым актером.

Этот самозванец был не то вольноотпущенником из Италии или Понта, не то простолюдином из Греции. Вскоре он сделал своей резиденцией остров Цитну (современный Китнос) в Эгейском море. Восстанием были охвачены многие легионы по империи. Устранен был Лже-Нерон I при Гальбе (июнь 68 — январь 69), т. е. как минимум полгода он правил [15].

Этот самозванец послал своих эмиссаров как раз как к формальным союзникам Рима (убеждая их, что он и есть настоящий император), так и к парфянам — давним врагам Рима (суля им в походе добычу). Но его планы не осуществились.

Критики говорят, что автор-иудей не мог знать про китносского Лже-Нерона I, т. к. о нем молчит Флавий и в Иудее он вообще не был «представлен». Но они забывают, что тайнозритель был на Патмосе, а это — тоже остров в том же Эгейском море, что и Китнос. Между ними расстояние — 101 морская миля (187 км). Патмос в это время как раз был в очаге восстания Лже-Нерона I.

Суд над блудницей

Итак, мы видели, что тайнозритель уверен, что вассалы Рима пойдут за Лже-Нероном I. Именно эти цари-союзники, согласно Откр 17:16, должны разрушить Рим. Суд над блудницей вавилонской в Откровении — это военная коалиция Лже-Нерона I.

Евфрат

«Шестой Ангел вылил чашу свою в великую реку Евфрат: и высохла в ней вода, чтобы готов был путь царям от восхода солнечного. И видел я [выходящих] из уст дракона и из уст зверя и из уст лжепророка трех духов нечистых, подобных жабам: это — бесовские духи, творящие знамения; они выходят к царям земли всей вселенной, чтобы собрать их на брань в оный великий день Бога Вседержителя. Се, иду как тать: блажен бодрствующий и хранящий одежду свою, чтобы не ходить ему нагим и чтобы не увидели срамоты его. И он собрал их на место, называемое по-еврейски Армагеддон» (Откр 16:12–16).

Апокалипсис — это литературное произведение, построенное на образах, взятых из истории и предшествующей традиции. Для ближневосточного жителя Евфрат — и символ цивилизации (орошение полей, водоснабжение), и символ всех трагедий, связанных с борьбой за контроль над этим стержнем ближневосточной цивилизации.

Сам образ «обмелевшего Евфрата» связан скорее всего с литературной традицией о гибели Вавилона. Геродот в своей «Истории», Ксенофонт в «Киропедии» и Вавилонская хроника Набонида (влияние этих книг на автора Апокалипсиса несомненно) описывают, как в 539 г. Кир Персидский, чтобы покорить Вавилон, вырыл каналы, чтобы отвести воды реки. Это позволило его армии пройти по обмелевшему дну и взять неприступные стены столицы империи. Для автора Апокалипсиса (работавшего в жанре интертекстуального мидраша) история обмелевшей реки (природная катастрофа) и последующего крушения столицы цивилизации — это именно образ, а не «предсказание будущего». Автор обращает нас к той мысли, что кризис цивилизации и природные аномалии взаимосвязаны.

Следующий образ, связанный с Евфратом, — это Армагеддон (дальнейшие пояснения по Евфрату будут сделаны именно в заметке про Армагеддон).

Армагеддон

«И он собрал их на место, называемое по-еврейски Армагеддон» (Откр 16:16). Итак, в блокбастере тайнозрителя Евфрат осушен для того, чтобы собрать войско в Армагеддон.

Армагеддон (ар-Мегиддо = холм Меггидо) известен только тем, что он располагался на пересечении торговых путей, и там случилось несколько судьбоносных сражений для цивилизаций Ближнего Востока, Северной Африки и Леванта. Но сегодня это никому не интересная археологическая достопримечательность. Поскольку сегодня пути, на которых схлестываются современные «большие игроки», пролегают в других местах. Но как символ Армагеддон выбран удачно.

Какое это все имеет отношение к современной реальности?

Адекватное прочтение этих образов не предполагает ожидания физического пересыхания Евфрата с последующим боестолкновением армий ведущих политических игроков у исторического холма Армагеддон. Во-первых, для того, чтобы двинуть свои армии, современным заевфратским государствам уже не нужно ждать пересыхания Евфрата! Технологии сильно поменялись со времен земной жизни автора Апокалипсиса. Во-вторых, деревушка исторического Армагеддона сегодня не является центром пересечения интересов современных ключевых политических игроков.

Но для нас важно именно прочтение цельного образа: конфликт сил начинается из-за контроля над жизненно важными природными ресурсами (тогда это был Евфрат — сегодня это может быть что угодно другое: нефть, газ, никель, уран и т. д.). И у игроков всегда есть точка пересечения, где они непременно сходятся. В те времена это была сухопутная дорога, связывающая Ближний Восток, Аравию и Африку через Левант. Холм Мегиддо был стратегическим пунктом: кто им владел — тот владел всем путем из Междуречья и Сирии в Аравию и Африку (сравните современное значение проливов Босфор и Ормуз).

Урок апокалиптика: когда в точке пересечения возгорается кризис, беда может накрыть всю цивилизацию, которая питается через эту точку пересечения.

«Пересыхание Евфрата», «Армагеддон» и т. д. — в устах автора Апокалипсиса это только образы катастроф, взятые из прошлого! Он писал для аудитории, которая была воспитана на этих образах. Сравним для русской культуры: Куликово поле, Ледовое побоище, Сталинградская битва, Курская дуга и т. п. Если в рассуждении о внутреннем кризисе кто-то в русской культуре речи обратится к этим символам, то только неумный читатель истолкует это узко топографически, мол, «это произойдет на том самом месте».

666

Перед нами классический гематрий — цифровое значение слова. В еврейском, греческом, славянском и в латыни нет специальных знаков для написания цифр — цифры изображаются буквами. А это значит, что у каждого слова есть свое «цифровое» значение.

Приведу пример, понятный для русского читателя. Если имя Нина записать по-славянски, а потом взять алфавит славянский, то мы получим: Н = 50, И = 8, А = 1. Итого: 50+8+50+1 = 109. Цифра 109 и будет гематрием имени Нина. У слова «стол» (С — 200, Т — 300, О — 70, Л — 30) гематрий будет 600. Греки и евреи использовали гематрий, чтобы с помощью цифры указать на слово, зашифрованное в цифре. Но чье же имя зашифровано в Апокалипсисе?

Этот фрагмент лучше всех разобрал покойный архимандрит Ианнуарий (Ивлиев) (с рядом выводов коего я не могу согласиться принципиально, но по этому вопросу полностью согласен). Он отмечает еще тот факт, что ряд древних рукописей — кодекс Ефрема (С) (как, кстати, и древний латинский перевод — Vetus Itala) дает гематрий не 666, а 616.

«Но откуда могло появиться число 616? Предполагали, что 616 — не случайный вариант или ошибка переписчика… Наиболее признанное до сих пор толкование сводит число 666 к Нерону. И это толкование построено на числовых значениях букв именно еврейского алфавита. Если написать «Кесарь Нерон» по-еврейски, то получим как раз 666: Nrwn qsr (nun = 50 + resh = 200 + waw = 6 + nun = 50 + qoph = 100 + samech = 60 + resh = 200). Это решение лучше всего подходит к толкованию зверя как Nero redivivus. Но вдобавок такое толкование объясняет появление варианта 616 как неслучайного. Дело в том, что еврейскими буквами можно было транскрибировать либо греческое имя Нерона (Néron), либо его латинское имя (Nero). Разница всего в одну букву «n». В еврейском числовом обозначении nun = 50. Получается, что при транскрипции с латинского языка число 666 уменьшается на 50: то есть должно получиться 616. И число 666, и число 616 объясняются из имени Нерона»[16].

«Начертание зверя» — это классическое «клеймение», использовавшееся как у римлян, так и у греков. Долгое время считалось, что автор имеет в виду что-то конкретное, но, скорее всего, имелась в виду практика в общем смысле. «Легионеры, находясь под влиянием обычаев завоеванных народов, начали украшать свое тело словами «Civis Romanus», то есть «Гражданин Рима». Она являлась своеобразным отличительным знаком, позволявшим похоронить павшего на поле боя легионера с подобающими почестями, либо выявить бежавшего дезертира. В последующем к ней начали добавлять символ или название легиона, а также имя императора — особенно когда он был любим и уважаем»[17].

Автор Апокалипсиса предполагает (а м. б. руководствуется долетевшим до Патмоса с Китноса слухами), что Лже-Нерон собирается проклеймить все свои войска. Ставить принудительно клеймо на свободных гражданах Рима было немыслимо, но автор мог не разбираться в нюансах римского права — «всех, значит, всех, от мала до велика».

Но еще интереснее, что гематрием увлекались еще при жизни Нерона его критики. Так, Светоний упоминает о стишке, который ходил в толпе после того, как Нерон убил свою мать: «Сочти — найдешь: «Нерон — убийца матери»»[18]. Переводчик Светония — М. Л. Гаспаров пишет: «Блюхер отметил, что сумма числового значения имени Нерон, написанного по-гречески (Νέρων) = 1005, что также равно сумме гематрия фразы «убийца матери»»[19].

«…И теперь настанет конец…»

Итак, тайнозритель твердо уверен, что 7-й принцепс Рима (Отон) будет править недолго (тут Иоанн был прав), и он — последний правитель Рима (а вот тут трагический просчет!).

Патмосский апокалиптик бодро рисует картину финала истории: нынешнего Гальбу вскоре сменит Отон (это уже понимали в империи многие — просто судя по перевесу сил). Но он недолго продержится, потому то Лже-Нерону на подмогу идут «10 царей». Они двинутся сначала на Рим — и предадут огню эту «великую кровавую блудницу» (Откр 7–18). Именно поэтому «седьмому недолго быть»!

«Воскресший Нерон» сделает всем клеймо со своим именем, а кто откажется принимать, тех убьет. Но едва он это сделает (Откр 13:16–17), как тут же начнется «последняя развязка».

Кстати, еще одна ошибка, которая кочует по всем «толкованиям Апокалипсиса» — утверждение, что «Антихрист будет править 3,5 года». Мы видели выше, что 3,5 года — это время, которое автор отводит на Иудейскую войну. По расчетам Иоанна, она должна завершиться к ноябрю 69 года. «Раненый зверь» придет к власти под самый конец этой войны — нигде не сказано, что он будет править продолжительное время. Иоанн уверен, что к концу 69 г. прекратят свое существование и Лже-Нерон, и Отон, и сам Рим!

Сколь бы «традиционалисты» ни упрямились, но в Апокалипсисе Иоанна (1) «зверь» с гематрием из трех шестерок — это Лже-Нерон.

(2) Он — последний император Рима. Его орды разорят Рим, а затем настанет конец и ему, и Риму, и всему миру! «И один сильный Ангел взял камень, подобный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, великий город, и уже не будет его» (Откр 18:21).

(3) Следом за падением Рима — «схвачен был зверь и с ним лжепророк, производивший чудеса пред ним, которыми он обольстил принявших начертание зверя и поклоняющихся его изображению: оба живые брошены в озеро огненное, горящее серою; а прочие убиты мечом Сидящего на коне, исходящим из уст Его, и все птицы напитались их трупами» (Откр 19:20–21).

(4) Сразу после того, как зверя-Лже-Нерона бросают в озеро — в бездну-темницу узником отправляется сам сатана и начинается 1000-летнее царствование всех святых свидетелей Христа (Откр 20:1–6). Их, убиенных зверем, Христос воскресит!

Детальное рассмотрение образов глав с 20 по 22 уже выходит за рамки целей, поставленных перед этим кратким исследованием. Если будет время — можно будет установить их преемство с иудейской апокалиптикой. Для нашего очерка важно, что для Иоанна история должна закончиться «вот-вот», сразу после ликвидации орд Лже-Нерона, которые ликвидируют Рим.

Но мы понимаем, что этого всего не произошло. Не было коалиции царей, не пал Рим, не было явления Христа, низвержения Лже-Нерона в ад! Не было воскрешения (!) тех, кого убил Лже-Нерон за отказ принять его печать! Автор Апокалипсиса использовал тот же смысловой ход, что и автор Книги Даниила: он поверил в очень скорое наступление конца истории и Грядущего за ним Царства Божьего!

Датировка

(1) Выше мы уже установили, что пребывание тайнозрителя на Патмосе (Откр 1:9) не связано со ссылкой и потому не относится к эпохе Домициана.

(2) «Кровь святых» (Откр 18:24), «найденная» в Риме, может относиться только к гонению Нерона (64 г.). Очевидно, что автор писал под впечатлением этого, еще очень свежего в памяти, события. Если бы он писал в эпоху Домициана (т. е. через 30 лет), событие не было бы таким актуальным. Уточним, что в Риме следующим после гонения Нерона было гонение Траяна (98–117 гг.). Домициан же (81–96 гг.) прямых гонений на христиан в Риме не устраивал! Единственным до конца I в. сильным гонением было гонение Нерона (при котором пострадали апостолы Петр и Павел).

(3) Иерусалимский храм еще стоит и функционирует (Откр 11:1–2). «Внешний двор» — это тот самый двор, куда язычники могли входить, и где Иисус за неделю до Распятия разгромил торговые точки.

(4) «Рана, нанесенная зверю, исцелена» (Откр 13:3). Имеется в виду суицид Нерона 9 июня 68 г. и последовавшая за этим молва о том, что он «воскрес». Т. е. текст был написан после 09.06.68, когда молва уже разнеслась. Эта дата — terminus post quem, т. е. текст не был написан раньше этого времени.

(5) Антипа Пергамский, упоминаемый в Откр 2:13, принял мученическую кончину также во время правления Нерона (т. е. до июня 68 г.)

(6) 42 месяца, или 3,5 года (Откр 11:3; 12:6,14) — это срок предполагаемого «попирания» Иерусалима язычниками (Откр 11:2). Откуда отсчитываем? — От начала Иудейской войны в мае 66 г. Как мы видели выше, читая Даниила, тайнозритель пришел к выводу, что текущая ситуация (т.е. Иудейская война) будет длиться 42 месяца, что выводит нас на ноябрь 69 г. Соответственно, Апокалипсис не мог быть написан позднее этой даты! Потому что в таком случае тайнозрителю пришлось бы объяснять, почему война продолжается дольше «предсказанного Даниилом». Но поскольку автор ничего подобного не делает, остается бесспорный вывод, что Апокалипсис написан до этого времени.

Но мы можем еще более сузить временной коридор.

(7) «…и семь царей, из которых пять пали, один есть, а другой еще не пришел, и когда придет, не долго ему быть. И зверь, который был и которого нет, есть восьмой, и из числа семи, и пойдет в погибель» (Откр 17:10–11).

(а) Выше мы перечислили 7 «царей» (принцепсов) Рима: Октавиан — Тиберий — Калигула — Клавдий — Нерон — Гальба — Отон. И на момент написания Апокалипсиса у власти был Гальба (и Лже-Нерон I еще не был сражен). Но дошли слухи о конфликте с Отоном, который, скорее всего, сменит Гальбу.

(b) «Восьмой из числа семи» — это Лже-Нерон I. Автор Апокалипсиса еще думает, что демонической силой воскрешенный Нерон захватит власть — такова логика апокалиптиков: Зло должно дойти до своего апогея, до максимума, а значит, власть должна перейти к злодею. Т. е. автор Апокалипсиса не знает, что мятеж Лже-Нерона I не увенчается успехом, то не будет никакого похода коалиции против Рима и, что самое главное, не будет никакого разорения Рима. Автор не подозревает даже о том, что максимум в январе 69 г. Лже-Нерона I убьют по приказу Гальбы. Перед нами — начало января 69 г., т. к. 15 января Отон убил Гальбу и занял престол — но ровно на 3 месяца[20].

(8) Но т. к. Патмос был островом, то в январе, в отсутствие навигации, с Китноса вести могли запоздать на Патмос до марта месяца: С 11 ноября по 5 марта навигация по всему Средиземноморью была закрыта для гражданских и торговых судов, но военные корабли могли отправляться в плавание — именно так и был ликвидирован в нач. января 69 года лже-Нерон I на Китносе. К тому же от материковой Греции до Китноса — 25 морских миль (48 км), а на такие расстояния даже зимой можно было отправиться в море, используя технику каботажного плавания. Так же можно было добраться и до Патмоса (причем как раз со стороны Малой Азии, но не с Китноса), но там в зимнее время было сложнее, потому разумнее было отложить до марта — если ты не военный корабль. Значит, максимальный предел написания Апокалипсиса — это март 69 г. Вести о том, то в Риме уже правит Отон, тоже могли не достичь еще ни Китноса, ни Патмоса. В любом случае тайнозритель еще не знает ни про смерть Отона (16.04.69), ни про воцарение Авла Вителлия, ни, тем более, про то, что в декабре 69 года Вителлия уже сменит Веспасиан, с приходом которого «смутный период» завершится и Рим снова начнет набирать свои силы.

(9) Смерть Лже-Нерона I. Мы установили, что «зверь …восьмой, и из числа семи» (Откр 7:11) — это лже-Нерон I. Обосновавшийся на Китносе самозванец был ликвидирован при императоре Гальбе (июнь 68 — январь 69) ^{^[21]}. Но автор Апокалипсиса говорит о его погибели в будущем времени, т. е. он еще жив. Соответственно, январь 69 — terminus ante quem, т. е. дата, позднее которой Апокалипсис уже не мог быть написан. Дело все в том, что автор Апокалипсиса ждал, что самозванец сначала «расправится с блудницей» (Римом) с помощью коалиции Заевфратских царей, а затем двинется на Иерусалим. Но, как мы знаем, ни первого, ни второго не произошло — лже-Нерона I «по-тихому» ликвидировали прямо в его ставке. Патмос от Китноса лежит на расстоянии 101 морской мили. В ту эпоху корабли и ладьи в целом за час преодолевали от 4 до 6 миль, т. е. это сутки пути. Ликвидация Лже-Нерона I на Китносе мигом долетела бы до Патмоса, и тайнозрителю пришлось бы переделывать свой текст!

(10) Также подтверждает эту датировку и несбывшееся пророчество о том, что зверь (Лже-Нерон) будет клеймить «именем или числом имени» Нерона (под именем коего он выступает) «всех от мала до велика». Это пророчество могло быть сказано только до смерти лже-Нерона. Но, видимо, автор так крепко верил, что этот злодей преуспеет в своем зле и достигнет апогея, что безо всякого сомнения писал свои предсказания.

Итак, январь-март 69 г. — бесспорное время написания книги Апокалипсис Иоанном Патмосским!

Уроки для нас

Увы, религиозный фанатизм веками наступает на одни и те же грабли. Традиционалисты все еще уверены, что у книги есть «скрытый код» и там предсказано все до самой кончины мира. И все же я настоятельно преподам читателям несколько важных уроков:

1. В книге нет никаких конкретных предсказаний, простирающихся дальше 70 года н. э., но и эти предсказания о конце оказались неверными.

2. Поиск «шестерок» в штрихкодах и документах — занятие, на которое некоторые «верующие» тратят немало сил. Между тем, если у мира и будет в будущем конечный злодей в одном лице, который установит контроль над миром (кем бы он ни был — человеком или ИИ-агентом), то у него однозначно не будет никаких «шестерок» в имени. Потому что гематрий относился к «кесарю Нерону».

3. Вавилон выступает символом центра международной торговли (Откр 17:1–2; 18:1–2, 15). Но все торговые коалиции так же непрочны, как и политические. Чаще всего погибель на фондовые рынки и в банки приходит внезапно.

4. В каждую эпоху у человечества свои «Евфраты» и «Армагеддоны» (Ормузы и Босфоры). Меняется топография и игроки, а суть игры не меняется.

5. «Зверь» — это любая тоталитарная система, которая пытается установить контроль над умами и кошельком всех своих граждан. Любой человек, который служит такой системе, — служит «зверю». Потому что суть «зверя» не в имени и не в цифрах, а в духе. Его дух — это жажда тоталитарного господства и абсолютного ему повиновения всех. Он чужд свободы!

Этот урок — самый значимый, но, к сожалению, не все его усвоили. Некоторые по-прежнему полагают, что могут победить «зверя» его же оружием — озверением. Тогда как Апокалипсис предлагает нам только одну тактику поведения в отношении всех тоталитарных систем — «уход в Пустыню». Отождествление борьбы одной цивилизации с другой с борьбой света и тьмы — опасное упрощение, которое, по мысли автора Апокалипсиса, играет на руку самому «зверю». Потому что «зверь» действует во всех формах тоталитаризма — под каким бы флагом они ни заявляли о себе.

«Испытывайте духов» (1 Ин 4:1), а не «выискивайте повсюду шестерки». Антихрист сегодняшнего дня будет иметь другое имя (а значит, другой гематрий). Но дух у него будет один и тот же с Нероном. И только по духу вы сможете отличить его!

6. Никто не сказал, что «зверь» должен быть непременно «всемирным владыкой»! Даже в Апокалипсисе все замешано вокруг Рима и Иерусалима, а не вокруг «всего мира». Потому существуют не только «звери», возглавляющие какие-то крупные государства. Нет, даже в маленьком княжестве может оказаться свой местный «зверек», которому удастся в одном отдельно взятом регионе установить абсолютный контроль над проживающими там людьми.

7. В нашу эпоху мы переживаем риски планетарного масштаба — угроза от ИИ, вытеснения человека роботами, экологический кризис и военные угрозы. Но оценивать риски мы должны рационально, а не путем «разгадывания шарад» в разных писаниях и без опоры на «предсказания». Прогностика, если она хочет быть надежной, должна опираться на рациональный анализ, а не на поиск скрытых кодов в древних текстах.

8. Ну и самое главное — ракурс: Апокалипсис — это взгляд на мировую историю (центром коей тогда был Рим, по крайней мере, в Средиземноморье) из Святилища (Откр 16:1) и из глубокой провинции (остров Патмос, Откр 1:9). Взгляд Истины и Жизни не совпадает со взглядом с точки зрения прагматичной и бездушной цивилизации. Последняя может быть даже прямо богоборческой (и чаще всего таковой и бывает). Но Господь не с сильными мира сего — Господь с теми, кто ищет Правды и Истины.

Смотрите также: Свидетели Апокалипсиса. Кто они?

Для интеллектуального человека Апокалипсис (как и любой текст в Библии) — не линейно выстроенная система вопросов и ответов, а основа глубоких размышлений, анализа, исследования и внутреннего диалога с Текстом. И именно на таких людей рассчитан и этот текст.

На анонсе: В.М. Васнецов. Всадники Апокалипсиса (коллаж)

Источник

Почему в России так любят праздник Покрова Богородицы?

Сергей С. — Tue, 13 Oct 2026 12:00:14 +0000

С праздником Покрова Пресвятой Богородицы связан удивительный парадокс. В основе этого праздника лежит поражение войск наших предков. В чем тут дело? Давайте разбираться…

Начало X века, христианский Константинополь, столица Византии. Правит империей Лев VI Философ, личность занятная. Автор трудов по праву, инструкций о том, как развивать ремесла и торговлю, пророческих стихов и религиозных гимнов, император оставил потомкам еще и военное сочинение «Тактика Льва» — хотя сам на поле боя никогда не бывал. При этом, несмотря на ученость и трактат по военному делу, военачальником Лев VI был никудышным: к примеру, в его правление Византия потеряла Сицилию. Да и сам богатейший Константинополь мог показаться легкой добычей для всех, кто бы вознамерился его завоевать. Летописи свидетельствуют: такими желающими оказались наши предки славяне, тогда еще язычники.

Согласно «Повести временных лет» русский князь Олег в 907 году начисто разорил столицу Византии. Тот самый пушкинский Вещий Олег, который, не имея обыкновения церемониться с врагами, обрекал «их села и нивы… мечам и пожарам».

Смотрите также:
Вещий Олег: легенда Киевской Руси

По-видимому, впечатления от набега воинственной дружины Олега были так сильны, что уже одно приближение его кораблей к Константинополю наводило на жителей столицы ужас. Таинственное и мистическое происшествие, связанное с одним таким появлением кораблей Олега, и легло в основу нашего праздника. Итак, Влахерны — северо-западная окраина Константинополя на южном берегу бухты Золотой Рог.

Как сообщает церковное предание, в день, когда тревога горожан была особенно сильна (на Льва Философа они, видно, уже не надеялись!), христиане собрались во Влахернском храме у иконы Пресвятой Богородицы. Вместе со всеми молился в храме и раб византийского вельможи Андрей, Христа ради юродивый, славянин. Именно Андрей и увидел во время моления Богородицу, озаренную небесным светом и окруженную сонмом ангелов и святых.

Преклонив колена, Божия Матерь со слезами молилась за христиан, а потом, сняв со Своей головы плат, распростерла его над стоящими в храме, защищая от врагов зримых и незримых.

Как сообщает предание, Андрей, трепеща, спросил стоявшего рядом с ним своего товарища Епифания, видит ли он «Царицу и Госпожу, молящуюся о всем мире». «Вижу, святый отче, и ужасаюсь!» — ответил Епифаний.

Поход на Царьград. Художник Н. Зотин

Летописи свидетельствуют: неожиданно для жителей столицы корабли с дружинами славян вдруг развернулись назад. Константинополь был спасен. Историки до сих пор не пришли к единству касаемо даты произошедшего и того, был ли это князь Олег с дружиной или захватчики-арабы, но вот сам факт того, что корабли неприятеля, вплотную подошедшие к Константинополю, без видимой причины изменили свои планы, врезался в народную память надолго. Как чудо, связанное с молитвой к Пресвятой Богородице, простирающей Свой плат, Свой покров, Свою защиту над всеми молящими об этом. Это явление Пресвятой Богородицы, которая Своим Покровом защищает всех, ищущих Ее заступничества, и вспоминают во время праздника.

Подчеркну, спасен был враждебный на тот момент нашим предкам Константинополь, возможно спасен от набега наших же предков, но с XII века событие отмечают в России как праздник, причем отмечают только в России. Хотя явление Божией Матери произошло в Византии, в греческом календаре такого праздника мы не найдем. Парадокс: событие, которое можно было бы посчитать военным поражением наших предков или как минимум происшествием, нас никак не касающимся, Русская Церковь считает великим праздником заступничества Богородицы за всех православных христиан. В чем тут дело?

По словам епископа Василия (Родзянко), такое «самоотречение — историческое, народное — не случайно». Оно свидетельствует о том, что народ несет в себе «мощь правды», понимание того, что истинно, а что нет. Поэтому любовь к празднику Покрова Пресвятой Богородицы свидетельствует о глубокой нравственной чистоте и силе нации, о сохранении в людях чувства правды.

Есть всеохватная материнская любовь, и имя ей — Богородица.

.Конечно, можно скептически отнестись к видению некоего юродивого раба и посчитать произошедшее совпадением — Господь никому не навязывается Своими чудесами, или, как выразился Альберт Эйнштейн, «при помощи совпадений Бог сохраняет анонимность». Но дело в том, что визуализация спасительного Покрова, распростертого Богородицей над молящимися, не противоречит внутреннему опыту каждого верующего, получавшего защиту по молитве к Божией Матери. Неслучайно в России строили столько храмов в честь Покрова Пресвятой Богородицы: только в Москве и Московской области до революции их было более ста. Причем какие были храмы! Они не просто восхищают, но заставляют задуматься: «Как человек прорывается в такие выси? Только ли одним своим талантом?»

Смотрите также:
Тайны храма Покрова на Нерли

Первая Покровская церковь — Покрова на Нерли, шедевр мирового зодчества, была поставлена князем Андреем Боголюбским в память о старшем сыне Изяславле, погибшем от ран после похода в Волжскую Булгарию.

Неслучайно и то, что многие Покровские храмы возводились именно в честь воинских побед.

Например, построенный Иоанном Грозным собор Покрова Божией Матери у храма Святой Троицы, больше известный как храм Василия Блаженного.

Освящено это чудо зодчества в честь взятия Казани и победы над Казанским ханством, случившейся в день Покрова Пресвятой Богородицы в 1552 году.

Народная любовь вписала Покров в свою обыденную жизнь и приметами, поговорками. По погоде в Покров день судили, какая впереди зима. «Не покрыл Покров, не покроет и Рождество». Это касалось и снега, и — не будем ханжами! — девушек на выданье. Покров был временем свадеб.

А еще говорили: «Вот подойдет Покров — всему развяза». «Что за «развяза»?» — спрашивает юный герой шмелевского «Лета Господня». «Да все дела развяжутся… — объясняет мальчику плотник Горкин. — И всего у нас запасено будет, ухитимся потеплее, а над нами Владычица, Покровом своим укроет, под Покровом Богородицы и живем. И скажет Она Господу: «Господи, вот и зима пришла, все нароботались, напаслись… благослови их, Господи, отдохнуть, зиму перебыть, Покров Мой над ними будет»… Потому, милок, и не страшно нам ничего: роботай-знай — и живи, не бойся, заступа у нас великая».

Мария Городова

На анонсе: Н. Рерих. Заморские гости

Источник

Чудесный улов

Сергей С. — Sat, 10 Oct 2026 12:00:08 +0000

Слово на воскресное Евангелие протоиерея Александра Шаргунова в неделю 17-ю по Пятидесятнице.

Лк., 17 зач., V, 1-11.

Сегодняшнее Евангелие рассказывает о призвании Господом на служение Его учеников. Христос вышел к Геннисаретскому озеру, где трудились Галилейские рыбаки, и начал проповедовать о новой жизни, которая с Его приходом открывается человечеству. Огромные толпы народа, тесня Его, жадно слушали каждое слово. Мы можем видеть, как во все времена верующий народ жадно слушает истинную проповедь. Оставляя все дела, люди устремляются туда, где звучит подлинное слово Божие. Так много народа, что Господу как будто бы и места не остается, по крайней мере, на земле.

Смотрите также:
Нагорная проповедь для Апостолов

Среди этих огромных толп Он стоит, как бы сливаясь со всеми, так что Его не видно. Поэтому Он просит одного из рыбарей, Симона, позволить Ему сесть в его лодку и отступить немного от земли.

Отступить немного от земли должна Церковь и тот, кто говорит слово Божие. Немного — чтобы было видно и слышно с земли. Видно — так, как будет видно, когда Господь будет вознесен на Крест и всех привлечет к Себе, как Он Сам говорит.

Эта тайна уже присутствует здесь.

Его голос слышен, сколько бы ни было народу. «Наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут» (Ин. 5, 25). Мертвые глас Его услышат, и сегодня слышат, как Он Сам говорит. «Если кто имеет уши слышать, да слышит!» — как бы тихо ни говорил Христос. Какое бы ни было количество людей, весь род человеческий может слышать Его голос.

Чудесный улов. С. Беклемишев

После этого Господь говорит, чтобы Симон, будущий апостол Петр, а также Иаков и Иоанн, сыновья Зеведеевы, снова возвратились к своему обычному земному делу: занялись рыбной ловлей. «Наставник! — отвечает Петр, — мы трудились всю ночь и ничего не поймали; но по Твоему слову закину сеть» .

Труды всех людей были напрасными без Христа, как были пустыми сети апостолов. Человечество предпринимало много усилий, чтобы устроить хорошую жизнь на земле. Оно строило не одну вавилонскую башню, и, кажется, достигало уже самого неба, но все без Христа Бога. На наших глазах было строительство так называемого коммунизма, а затем последовала так называемая перестройка. Но все рассыпал, и сейчас рассыпает Господь всякий труд, который без Бога. Вся ночь строительства человеческой истории оказывается тщетной, бесплодной, напрасной.

Простые рыбаки, которые трудились всю ночь. Уставшие и разочарованные, они показывают особое послушание Христу. «По слову Твоему, — говорит Господу Петр, — закину сеть» . И происходит великое чудо. Так много было уловлено рыб, что сети прорывались. Такая большая ловля, что рыбаки не могут справиться с рыбой, не могут вытащить ее и потому они машут руками тем, кто находятся на других лодках, прося помочь. И, наконец, обе огромные лодки, перегруженные рыбой, начинают тонуть.

Рыбаки знают — это же их ремесло — как дорого достается им удача. Господь показывает им, что значит весь человеческий труд. Он показывает, что значат все наши предприятия, земные замыслы, вообще вся человеческая история для того, чтобы мы увидели, что такое Его проповедь. Это не просто очень сильные, до глубин проникающие слова, но это говорит Тот, Кто является Господином всех морей, всей земли, Кто властвует над рыбами и волнами, над бурями, звездами, над всеми людьми, Он Господь Вседержитель, Который хочет дать истинную жизнь всем людям. И Симон Петр падает к ногам Христовым и говорит: «Выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный» .

Смотрите также:
«Отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн!»

Что ты говоришь, Петр! — восклицает святитель Димитрий Ростовский. — Не диавол ли такое говорит? Ты скажешь однажды такие слова Спасителю, заботясь о том, чтобы все было благополучно с Господом на земле, и Он ответит тебе:«Отойди от Меня, сатана! ты Мне соблазн! потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое» (Мф. 16, 23). Может быть, и сейчас точно так же диавол, который не может переносить присутствия Христа Бога, говорит: «Отойди от нас»? «Что Тебе до нас, Иисус, Сын Божий? пришел Ты сюда прежде времени мучить нас» (Мф. 8, 29). Или, может, как те гадаринцы, которые после исцеления бесноватого человека, говорят Господу: «Отойди от нас» . Почти те же самые слова говорит Петр, только он говорит их не так.

Диавол говорит эти слова, зная, что его ждет. Гадаринцы просят: «Отойди, Господи», — потому что им жалко своих свиней. А Петр говорит, потому что он понимает свое недостоинство. Потому что от приближения к нему Бога, он видит, что человек не может устоять на этом месте и остаться живым. Он охвачен страхом и ужасом. Ему, может быть, надо было сказать: «Не отходи от меня, Господи, никогда» — как он потом скажет: «Господи! к кому нам идти?», — когда все растеряются и Господь будет говорить о том, что значит Его призвание. «Господи! к кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни» (Ин. 6,68).

Но святость Петра начинается именно с того, что он имеет чувство греха. Святость всякого человека начинается со страха Божия.

Один молодой человек рассказывал, что перед крещением и даже какой-то период после он не мог войти в храм Божий — останавливался на пороге, и не мог объяснить, в чем дело. Он говорил, что ему просто страшно. «Страшно место сие, а я и не знал… Ибо Господь на месте сем» , как говорит слово Божие (Быт. 28, 16-17). А есть другие люди, которые, входя в храм Божий, приближаясь ко Господу и Его святыне, продолжают чуть не со смехом свой уличный разговор. Так некоторые из нас бесстрашно приближаются к Святым Христовым Тайнам, готовые причащаться и исповедоваться каждый день.

С чего начинается утрата этого страха? Каждый из нас может по своей жизни проследить, как мы участвуем в Святых Страшных Христовых Тайнах, и может видеть, как бесстрашно смотрит на святыню сегодня мир. Как хотят превратить наши храмы в такое место, которое не нужно уже взрывать и уничтожать. Их взрывали тогда, когда было страшно, что это — святыня, спасительная для многих людей. От ее присутствия люди могли снова приходить в себя и приносить покаяние Господу. А теперь они хотят, чтобы храмы просто стали чем-то вроде музеев. Как на Западе: все храмы сохранены, туда ходят экскурсии, туристам рассказывают о достижениях культуры, искусства, великолепного пения.

Чудесный улов рыбы. Джеймс Тиссо

Обращение Петра, которому Господь сказал: «Отплыви на глубину, и закинь сети свои для лова» — образ того, что предстоит Петру, всем апостолам, святителям и всей Церкви. О какой глубине говорит Господь? О каком спасении множества душ человеческих?

О том спасении, которое рождается, когда человек сознает свою греховность, мучается ею, и не видит возможности преодолеть ее в себе и в окружающем мире. Вот эта глубина жизни, где даруется прощение грехов, где осознание своей греховности приводит к покаянию, открывающему Царство Христово — Самого Господа. И тогда можно все оставить, как апостолы все оставляют.

Смотрите также:
Много званых, но мало избранных

Обратим внимание на это чудо. Рыбаки, которых призывает Господь, все оставляют, чтобы последовать за Христом.

Кто оставляет? Самые простые люди. Для них это во много раз труднее, чем для кого бы то ни было — оставить свой родной дом, родителей. Особо крепкими кровными узами родства связаны бывают простые люди. Так и должно быть у нормального человека.

И все-таки они все оставляют: один — родной дом, другой — отца, Петр оставляет жену и все, что у него есть, и следуют за Господом, ни о чем не заботясь. О чем им заботиться? До этого они заботились всю ночь — всю жизнь — но у них ничего не было. А теперь они следуют за Христом, все оставляя, чтобы всегда быть с Господом, Который все дает, и больше, чем мы можем помыслить.

Протоиерей Александр Шаргунов

На анонсе: Питер Пауль Рубенс. Чудесный лов рыб

Источник

И Ангелу Русской Церкви напиши…

Сергей С. — Thu, 08 Oct 2026 21:01:54 +0000

Ко дню памяти апостола Иоанна Богослова и святителя Тихона, Патриарха Московского…

Когда апостол Петр уже утвердил Церковь Божию в Риме своим свидетельством, а Павел основал Церкви по всему Средиземноморью, когда утихли споры об обрезании и свободе, когда почти все «очевидцы и свидетели Слова» (Лк. 1:2) были убиты – тогда изрек слова апостол Иоанн:

«Я, Иоанн, брат ваш и соучастник в скорби и в царствии и в терпении Иисуса Христа, был на острове, называемом Патмос, за слово Божие и за свидетельство Иисуса Христа…

[И увидел Сына Человеческого], и Он положил на меня десницу Свою и сказал мне: не бойся; Я есмь Первый и Последний, и живой; и был мертв и се, жив во веки веков… и имею ключи ада и смерти. Итак, напиши, что ты видел, и что есть, и что будет после сего…» (Откр. 1: 9; 17–19).

Смотрите также:
Любимый ученик Христа

Апостол Иоанн вообще загадочная личность. Его Евангелие самое сложное для понимания, самое «богословское», словно взгляд на всем известные события, но только – с высоты птичьего полета. Как сумел он взять эту высоту?

Церковь объясняет нам: он черпал «токи Богословия» на груди Иисуса. Человек тонкой и чуткой души, он полюбил Учителя и стал пристально всматриваться в Его внутренний мир, вслушиваться в Его слова и внутреннее свидетельство Духа в своем сердце.

Плодом этого внимания к Логосу стало четвертое Евангелие. А затем, в конце его долгой жизни, закончившейся почти вместе со столетием, Иоанну были показаны судьбы Церкви в истории…

«И Ангелу Ефесской церкви напиши: …знаю дела твои, и труд твой, и терпение твое… Но имею против тебя то, что ты оставил первую любовь твою» (Откр. 2:1–4).

Тобиас Верэхт (1561-1631). Иоанн Богослов на острове Патмос

Не нужно думать, что написанное конкретной общине I века нашей эры относится только к ней. Это послание всякой общине и любой Церкви, больше того – каждому христианину. И в разные моменты истории-жизни к нам может относиться то или иное слово, обращенное к «семи церквам» Апокалипсиса.

Задумываясь о судьбе Церкви Русской, видишь многочисленные параллели с тем, что писал в I веке апостол Иоанн

Задумываясь об исторических судьбах Церкви Русской, не можешь не увидеть многочисленные, бьющие в точку параллели с тем, что писал в I веке апостол Иоанн.

«И Ангелу Смирнской Церкви напиши: …знаю твои дела, и скорбь, и нищету (впрочем, ты богат), и злословие от тех, которые говорят о себе, что они иудеи, а они не таковы, но сборище сатанинское. Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы искусить вас, и будете иметь скорбь дней десять. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни» (Откр. 2: 8–10).

Святитель Тихон, Патриарх Всероссийский, побывал и под арестом, и под судом. Возможно, он был бы рад испытать и большее, чтобы не оказываться в лучшем положении, чем его собратья-мученики. Но Господь уготовал ему другой венец: исповедничества и пророчества.

Пророческим предвидением началось и закончилось его первосвятительское служение. Узнав об избрании в патриархи в 1918 году, Тихон, митрополит Московский, сказал в ответ на поздравления:

«Ваша весть об избрании меня в патриархи является для меня тем свитком, на котором было написано: “Плач, и стон, и горе” – и каковой свиток должен был съесть пророк Иезекииль (Иез. 2: 10; 3: 1). Сколько и мне придется глотать слез и испускать стонов в предстоящем мне патриаршем служении и особенно в настоящую тяжелую годину!.. Отныне на меня возлагается попечение о всех церквах российских, и предстоит умирание за них во вся дни. А сим кто доволен даже и из креплих мене! Но да будет воля Божия!»

Это был орлиный взгляд в будущее – подобный тому, которым обозревал его Иоанн Богослов

К избранному в условиях гражданской войны и большевистского террора патриарху как нельзя лучше относились слова Иезекииля:

«И Он сказал мне: сын человеческий! Я посылаю тебя к сынам Израилевым, к людям непокорным, которые возмутились против Меня; они и отцы их изменники предо Мною до сего самого дня. И эти сыны с огрубелым лицем и с жестоким сердцем; к ним Я посылаю тебя, и ты скажешь им: “так говорит Господь Бог!” Будут ли они слушать, или не будут, ибо они мятежный дом; но пусть знают, что был пророк среди них. А ты, сын человеческий, не бойся их и не бойся речей их, если они волчцами и тернами будут для тебя, и ты будешь жить у скорпионов; не бойся речей их и не страшись лица их, ибо они мятежный дом; и говори им слова Мои, будут ли они слушать, или не будут, ибо они упрямы» (Иез. 2:3–7).

Арест патриарха Тихона (Благословение Святителя Тихона). Художник Филипп Москвитин

А на пороге смерти Патриарх сказал келейнику:

«Теперь я засну. Крепко и надолго. Ночь будет темной и длинной».

Между началом и концом его служения – бессонные ночи, молитвы, волнения и безмолвное мученичество, закончившееся для Патриарха Тихона 7 апреля 1925 года, в день Благовещения.

И хочется услышать (не сказанное и не начертанное):

«И Ангелу Русской Церкви напиши: “Знаю твои дела, и что ты живешь там, где престол сатаны, и что содержишь имя Мое, и не отрекся от веры Моей даже в те дни, в которые у вас, где живет сатана, умерщвлен верный свидетель Мой Тихон…”»

(ср.: Откр. 2:12).

Павел Смирнов

Источник