Глава первая
В которой Мэд просыпается, знакомится с демоном, который рассказывает ему о реальном устройстве мира и напутствует его в дорогу.

В комнате было светло. Мэд приоткрыл глаза. Яркий свет заливал комнату, вынося скудные предметы интерьера куда-то далеко на задний план. Мэду понравился свет. Он был приятного молочно-белого цвета, казался очень густым, насыщенным и тёплым. Свет оставлял приятное, но немного пугающее ощущение покоя.
      Мэд понял, что лежит на полу. В комнате были какие-то люди, их неясные силуэты склонились над ним. Люди казались расстроенными, некоторые отчаянно размахивали руками, пытаясь что-то объяснить другим. Мэд не понимал, почему эти люди находятся здесь, но он просто лежал неподвижно, наблюдая за ними. Люди, казалось, не замечали его, они были полностью поглощены какими-то своими делами. Наконец веки Мэда отяжелели, и он снова провалился в бездонный сон…
      Сон был тоже приятен, и оставлял ощущение чего-то родного, знакомого, куда более родного, чем мать и отец, но, почти позабытого. Это чувство переполняло душу, не оставляя места другим, безраздельно охватив всё его существо…
      Когда он снова проснулся, в комнате уже никого не было. Не было и приятного света, льющегося отовсюду. Разбудил Мэда голос.
– Мэ. Эд. Про… снись, Мэд, – голос, казалось, доносился одновременно со всех сторон. Звуки с трудом складывались в слова, так что было непонятно, то ли сам говорящий произносил их с трудом, то ли Мэду было так тяжело их понять.
      Он попытался приподняться, чтобы увидеть зовущего, но с ужасом понял, что не чувствует собственного тела. После нескольких безуспешных попыток пошевелить хотя бы пальцем, Мэд отбросил это занятие, и попытался обдумать это, не совсем приятное открытие. Долго думать ему не пришлось.
– Мэд. Проснись, – голос теперь говорил куда более уверенно. – Ты должен проснуться.
– Что… со… мной? – Мэд попробовал произнести пару слов, и с удовлетворением заметил, что это у него получилось.
– Просто проснись, – донеслось в ответ.
      Мэд сосредоточился, и попытался вернуть внезапно утраченный контроль над телом. Голос терпеливо ждал, не произнося больше ни звука.
      Наконец Мэду всё же удалось пошевелиться, и он, боясь снова потерять власть над собой, резким движением поднялся и сел. Очертания комнаты покачнулись, на мгновение потеряв и без того невысокую четкость. Теперь тело снова слушалось своего хозяина – не без удовольствия заметил Мэд, и огляделся. Обстановка не сильно обрадовала его.
      Он обнаружил, что всё это время лежал в грубо сколоченном деревянном ящике, с торчащими внутрь и уже начинавшими ржаветь гвоздями. Об один такой гвоздь Мэд задел, когда поднимался, и тот больно царапнул ему руку. Выступила кровь. Это зрелище немного успокоило Мэда.

– Не понимаю, – пробормотал он. – Что вообще происходит?

      Комната, за исключением уродливого ящика, была совершенно пустынна, не было ни одного знакомого предмета, не было даже каких-либо дверей или окон. Тем не менее, Мэд чувствовал, что это его комната, его дом. Внезапно страшная догадка резанула его сознание.
 – Я умер?
– А что, по-твоему, значит «умереть»? – оживился уже знакомый Мэду голос. – Смерть похожа на рождение?
– Кто ты? – огляделся по сторонам Мэд. – Я могу увидеть тебя?
– Ну, это лучше, чем продолжать забрасывать друг друга вопросами, – незримому собеседнику был не чужд сарказм.
 В углу началось какое-то лихорадочное движение, и через пару минут Мэд смог лицезреть нечто, похожее на небольшую, но весьма мрачную грозовую тучу.
– Это всё, что ты сейчас можешь увидеть. Знаю, что не особо впечатляет, но, в конце концов, так ли важно то, что ты видишь?
      Разглядев бесформенную тучу со всех сторон, Мэд слегка успокоился. Хоть какая-то доля материальности происходящего придала ему сил.
– Отлично. Теперь я знаю, что ты говорящая туча.
– Вообще-то, меня зовут Райлок.
– Замечательно, – окончательно обескураженный Мэд сел на пол. – А моё имя Мэд. Будем знакомы.
– Ну, фактически, мы знакомы уже давно. Гораздо дольше, чем ты можешь себе представить.
      Туча неторопливо задвигалась по комнате. Мэд обхватил голову руками, и начал раскачиваться из стороны в сторону.
– Что ты хочешь сказать? – обратился он к своему новому собеседнику.
– Вопросы, вопросы… вы, люди, так любите задавать вопросы.
Мэду на мгновение показалось, что туча ехидно ухмыльнулась.
 – Эта неутомимая жажда знаний, что сокрыта в вас… Когда-нибудь она уничтожит вселенную.
– Не люблю существ, уходящих от ответа.
– Ладно, – сдался Райлок. – Придётся напомнить тебе основные положения.
 Мэд с поникшим видом приготовился слушать. Его всё еще слегка пугала непривычная тяжесть в теле и в голове. Райлок начал свой рассказ.

Что рассказал Райлок.

      Начнём с того, что до недавнего времени ты, Мэд, просто спал. Я не знаю, кто, и за какие «заслуги» ввёл тебя в это состояние, но я знаю, что ты спал не всегда. Раньше ты жил, как и все люди в этом мире, радовался и грустил, путешествовал и встречался с разными интересными персонажами... И не все из них были людьми, в общепринятом смысле этого слова. Ты жил удивительной жизнью, Мэд. И я всегда был рядом с тобой.
      Я, Райлок, демон из одного из многочисленных миров, или планов, существующих в этой Вселенной. Я существую настолько долго, что уже не помню своего появления на свет. Возможно мы – просто провинившиеся, или просто неугодные кому-то души, которые не могут вновь возродиться в человеческом теле, и вынужденные тысячелетиями скитаться по бескрайним планарным полям, или изредка посещать мир людей в виде бесплотных духов…На планах мало развлечений.
       Я прицепился к тебе еще с самого твоего рождения. Ты, конечно, знаешь, что иногда дети рождаются мёртвыми. Мы, низшие демоны, всегда подстерегаем такие моменты. Это наш шанс. Шанс обмануть этот мир и незаконно прожить еще одну, хоть и не совсем полноценную жизнь. Мертвыми дети рождаются по разным причинам. Наша задача – поймать момент, и предложить еще не до конца покинувшей тело душе сделку. Если душа соглашается, то ребёнок загадочным образом оживает… вместе с демоном. И дальше их ожидает борьба, продолжающаяся всю их «совместную» жизнь. Человек, живущий в одном теле с демоном, всю жизнь обречён на несчастья.
      Человек хочет жить. Демон хочет чувствовать. Мы, земные демоны, живём, отбирая эмоции у наших «носителей», паразитируем, если хочешь. Каждый такой случай уникален, и нет смысла рассказывать о них подробно.
      Иногда демон берёт верх над человеком. Всё зависит от того, какие желания преобладают в демоне, жажда убийства, крови, разрушения, чего угодно. В жизни каждого человека существуют такие переломные моменты, когда демон может утолить свою потребность. В такие минуты человек становится неуправляемым, и может произойти что угодно. И многие, слишком многие из них заканчивали свои дни в психиатрической лечебнице, тюрьме, или других, не сильно отличающихся от тех миров, где обретаемся мы…
      Ты, Мэд, в момент своего рождения, повстречался со мной. Когда ты понял, что жизнь не может удержаться в хрупком маленьком тельце, ты сделал свой выбор. Я давал тебе силы для существования, взамен, ты подкармливал меня отборными неподдельными чувствами… Надо заметить, я не единственный дух, существующий в твоём теле. Подобно безумному коллекционеру, ты со временем умудрился собрать в себе еще несколько скитающихся душ. Как ты умудряешься справляться с ними со всеми – загадка даже для меня. Ты вообще не на шутку загадочен. Сомневаюсь, что с кем-то другим я бы жил такой насыщенной жизнью.
      Что мне известно о том мире, в котором мы живём. Интересного мало, управляется он кучкой богов, которых ты именовал Хозяевами. Самым сильным среди них по праву считается существо по имени Семеро. Некоторые боги, подобно нам, демонам, выбирают жизнь среди смертных, другие же предпочитают оставаться в тени. Я думаю, с некоторыми из них ты еще встретишься на своём пути.
      Откуда появились боги? Боги упорно создавались человечеством на протяжении тысячелетий, а когда же они, наконец, появились, о них все благополучно забыли. По-настоящему божественного в них мало, так что ты привык считать их просто населяющими эту планету существами, находящимися на пару ступеней эволюции повыше человека. По сути, так оно  и есть.
      Вот почти и всё, что тебе сейчас надо знать. Через некоторое время вся твоя память вернётся к тебе. Так иногда бывает после сна, просыпаешься, и не можешь вспомнить, кто ты, где ты, и почему за окном еще темно... Или уже темно.
    �
      Райлок закончил свой рассказ и начал потихоньку сворачиваться в маленький плотный комок.
      – Теперь немного о том, почему ты проснулся. Я сам еще до конца не всё понимаю, но, по-видимому, тебе что-то приснилось. Точнее кто-то.
      Перед глазами Мэда промелькнул образ девушки с чёткими, даже немного хищными чертами лица.
      – Ага. Именно она. И твой сон каким-то образом создал её в настоящем мире. Или она уже была в нём, и как-то смогла разбудить тебя… Неважно. Я думаю, в любом случае было бы хорошим тоном найти её и поблагодарить.
      Мэду показалось, что при этих словах Райлок хитро подмигнул ему. Как он мог это сделать при полном отсутствии глаз, осталось неизвестным.
      – Мэд, мы с тобой существуем вместе уже много лет, – засмеялся демон. – Неужели ты думаешь, что мне нужны глаза, чтобы подмигнуть тебе? Ладно, тебе пора в путь. Я не знаю, кто заставил тебя спать так долго, но вряд ли ему понравится, что ты проснулся.
      Мэд поднялся с пола и размял застывшие мышцы. Чувствовал он себя с каждой минутой всё лучше. Райлок к тому времени уже совершенно свернулся в точку и исчез.
      – Сколько я проспал?
      – Семь лет, – раздался в голове уже ставший привычным голос. – Целых семь лет.

Глава вторая
В которой Мэд собирается в путь, обнаруживает в шкафу свой гардероб, а в себе необычные способности, идёт за покупками и шокирует окружающих.

Мэд оглядел комнату еще раз. Серые стены, серый пол и такой же потолок. Дополняла картину неизвестно откуда взявшаяся дверь.
– Непонятно, почему я не заметил её раньше. – Мэд в последний раз окинул комнату взором и дотронулся до дверной ручки. Ручка была холодной на ощупь. Привыкший анализировать любую ситуацию мозг постепенно просыпался.

За дверью оказалась очередная серая комната, чуть шире предыдущей. Еще в комнате присутствовали: очередная дверь, высокий шкаф и одиноко лежащий в углу небольшой черный мешок.
Райлок вновь проявил себя.
– Перед тем, как ты отправишься в путь, возьми кое-какие вещи. Они могут тебе пригодиться. А в шкафу, по-моему, должна быть твоя походная одежда.
В шкафу действительно обнаружилась одежда. Мэд в недоумении посмотрел на пыльный, потрепанный, но до сих пор сохраняющий достойный вид плащ. Плащ был черного цвета, длинный, почти в полный рост Мэда и казался довольно тёплым. Полы плаща были то ли изъедены молью, то ли просто истрепались, но, в общем, складывалось впечатление, что кто-то выпустил по его хозяину пулемётную очередь.
Плащ Мэду сразу понравился. Слегка отряхнув от накопившейся за долгие годы пыли, Мэд надел его и принялся исследовать содержимое мешка. Внутри он оказался заполнен аккуратными пачками белой бумаги.
– Райлок? – растерянно произнёс Мэд.
Ответ не заставил себя долго ждать.
– Ах. Это тебе тоже понадобится. Это деньги.
– Деньги? Но почему они так выглядят? За семь лет, что я спал, ввели валюту нового образца? – внезапно проснулось чувство юмора.
– Я не знаю, почему ты ничего не видишь, но это деньги. Хм. Их тут довольно много, а нам как раз надо сделать несколько покупок, – демон был практичен, как может быть практичен только демон.
– Ладно. – Мэд оставил сумку в покое и вернулся к шкафу с одеждой. Внушительного вида истоптанные «дизайнерские» сапоги, найденные на полке для обуви произвели впечатление очень надёжных, и Мэд не замедлил одеть их. Высотой они оказались почти до колен.
Напоследок Мэд заглянул в выдвижной ящик шкафа. Там его поджидал видавший виды MP3-плеер неизменно черного цвета. Рядом, в отдельной коробочке обнаружилось несколько дисков с музыкой. Мэд приладил плеер на пояс, в специально предназначенный для него чехол, диски кинул в мешок с «деньгами». Что-то важное насчет плеера вертелось в голове, но Мэд никак не мог вспомнить.
– Мэд очень любил этот плеер, – услышал он голос Райлока. – Никогда не покидал дом, не захватив его с собой.
Напоследок Мэд закинул мешок за плечо, как мог, оглядел себя и, в принципе, остался доволен своим внешним видом. Подойдя к двери, он остановился, внимательно посмотрев на стену рядом с ней.
– Здесь не хватает… зеркала.
Райлок никак не прокомментировал это замечание. Очевидно, воспоминания Мэда мало тревожили демона. Мэд вздохнул и взялся за дверную ручку. Дверь, как и предполагалось, оказалась незапертой.
– Теперь я покидаю это место.
– И не говори. Что-то задержался ты здесь…
Смех Райлока какое-то время еще раздавался в голове Мэда. Ощущение было не самое приятное. Мало кому понравится, если у него в голове будут смеяться демоны.
– Кстати, ты прав. Тебе придётся зайти… как это у вас называется… салон связи.
– Салон связи? – Мэд устал удивляться. – Зачем?
– Никогда не слышал о телефонах, которые звонят сами по себе? – лукаво спросил Райлок.

Выйдя из комнаты, Мэд оказался в обыкновенном подъезде обыкновенной «пятиэтажки». Спустившись вниз, он толкнул тяжелую железную дверь и вышел на улицу. Был тихий осенний вечер, кроваво-красное солнце клонилось к закату, слабый ветерок гнал по асфальту листья цвета застарелой ржавчины и трепал длинные волосы Мэда, отросшие за время его сна. Людей на улицах почти не было.
Оглядев небольшой дворик, Мэд направился в сторону видневшейся невдалеке автострады. Медленным, отточенным движением сунул в уши маленькие наушники-«вкладыши», включил плеер. В кармане плаща обнаружились солнцезащитные очки, которые он машинально одел. Тело вспоминало свои старые привычки, в голове становилось яснее.
– Так что там с телефонами? – спросил Мэд. – Просвети меня.
– Да. Поскольку раньше нам с тобой не приходилось общаться так явно…
– Мы раньше… не разговаривали друг с другом?
Райлок снова усмехнулся, насколько это было возможно в голове Мэда.
– Не было повода. Но теперь всё изменилось… Теперь ты можешь видеть и слышать меня.
– Извини, но мне не очень-то нравится слышать всякие голоса в моей голове. Я привык к одиночеству не только внешнему, но и внутреннему. Да и рак мозга так развиться может.
– Понимаю, Мэд. Но ты в любом случае не одинок. У тебя есть мы, твои души, хочешь ты этого, или нет.
Мэд задумался. Демон тактично выдержал паузу и продолжил.
– В любом случае, общаясь с тобой таким способом, как сейчас, мы оба тратим много сил, которые могли бы быть полезными в других делах. Да и окружающие не поймут, если ты будешь постоянно говорить с невидимым собеседником. Поэтому, наиболее простым выходом из ситуации, будет использование какого-нибудь механического устройства. В средние века для этого люди обычно использовали хрустальный шар, доску с алфавитом и тому подобную ерунду. Сейчас же, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания, проще всего будет связываться через мобильный телефон.
– Я помню, что через пару кварталов отсюда был супермаркет, – кивнул Мэд. – Не знаю, выдержал ли он испытание временем…
Размышления прервались следующей последовательностью: глухим ударом, неожиданной сменой угла зрения, скрежетом тормозов и резкой болью во всём теле. Тело Мэда подбросило в воздух, пару раз перевернуло и отшвырнуло на тёплый асфальт. Перед тем, как погрузиться в небытие, Мэд успел лишь услышать рёв двигателя. Водитель автомобиля только что отдал несколько лет своей жизни за осуществление своей новой мечты, а именно: оказаться как можно быстрее и как можно дальше от этого места. Вокруг места происшествия начала собираться толпа. Кто-то фотографировал место аварии мобильным телефоном.
Мэда снова окутал мягкий белый свет. Вскоре из постороннего мира перестали проникать какие-либо звуки, но сознания Мэд не терял. Тело никак не реагировало на попытки сделать хотя бы малейшее движение. Поняв это, Мэд прекратил сопротивляться и сдался на милость судьбы.
– Нет никакой судьбы. Хватит уже валяться, – раздался откуда-то издалека знакомый голос Райлока. – Надеюсь, это не войдёт в привычку…
Услышав это, Мэд снова возобновил попытки борьбы с медленно обволакивающим его светом. Голос демона придал ему сил. Мэд резко пришел в сознание. Свет бесследно растаял так же быстро, как и появился, явив вместо себя довольно мрачное зрелище закатного неба. Боли в теле не ощущалось.
Мэд пошевелился, что вызвало весьма неоднозначную реакцию у собравшейся публики. Когда же он вполне уверенно поднялся на ноги, некоторые сами начали падать в обморок. Люди с психикой покрепче застыли в одной позе, и тщетно пытались понять, что же страшнее, сцена смерти или сцена «воскрешения». Каждый подсознательно понимал: ни один человек не мог выжить после такого. Когда Мэд, подобрав свою сумку, прошествовал сквозь толпу, все в ужасе расступились. Никто не сказал ни слова, все лишь молча проводили его взглядом.
А Мэд, опустив голову, медленным, но твёрдым шагом двигался к своей цели. Его размышления занимал таинственный белый свет. На первый взгляд, свет был явно приятен, но где-то внутри него таилась какая-то враждебность. И более того, Мэд не понимал, зачем он нужен свету.
– Кто-то нас с тобой очень не любит, – лениво произнёс Райлок. – Эта авария выглядела явно подстроенной.
– Я знаю. Не люблю, когда случайные люди становятся чьими-то орудиями.
– Тогда ты должен еще знать, что «случайных» людей не бывает.
Мэд нахмурился, но спорить с этим он не мог. Подняв голову, он ускорил шаг.

Монолитное четырехэтажное здание супермаркета выросло, словно из-под земли. Храм торговли, построенный на месте, где когда-то был храм любви, выглядел пугающе в лучах уже зажегшихся фонарей. Безупречно алый закат распростёрся над крышами домов, усугубляя и без того жуткое ощущение драматичности происходящего.
– Мне кажется, это место скоро будет уничтожено, – равнодушно заметил Райлок. – Мне оно никогда не нравилось. Скучно тут.
– И как меня угораздило здесь застрять здесь… – Мэд покачал головой.
– Ну, ты не прав. Это отличное место, для того чтобы вздремнуть с десяток-другой лет.
Мэд криво улыбнулся. У демона было неплохое чувство юмора.
Супермаркет работал круглосуточно, принося определенный доход его хозяевам и подпитывая силы его настоящих Хозяев. Войдя в здание, Мэд сразу почувствовал их присутствие, какие-то неведомые силы яростно носились вокруг, создавая воздушные потоки. В арендованных секциях за прилавками скучали ничего не подозревающие продавцы, лениво разглядывая друг друга и случайных покупателей через стеклянные перегородки. Сегодня кого-то из них ожидало уникальное в своём роде зрелище.
Мэд быстро вошел в отдел сотовой связи и остановился, разглядывая обстановку сквозь черные стёкла солнцезащитных очков. Его взгляду открылся маленький закуток, где занимались продажей мобильных телефонов, большая часть стен была завешана зеркальными стеллажами с продукцией. Зеркала были практически повсюду, по задумке они должны были визуально расширить площадь секции. В этом месте Мэд чувствовал себя неуютно, он ощущал какую-то враждебность в собственных отражениях, тем более, что он даже не мог толком разглядеть себя в зеркалах. Возможно, это было и к лучшему: Мэд чувствовал, что увидь он себя со стороны, случится что-то непоправимое.
Продавец на другом конце комнаты оживился, и бодрым движением подскочил к нему.
– Ч… – начал он проговаривать заученную за время работы фразу, но осёкся. Что-то в этом посетителе было не так. Окинув клиента быстрым опытным взглядом, он узрел молодого, небритого, длинноволосого типа среднего роста, в давно требующей чистки и ремонта одежде, черных очках и явным доходом ниже среднего. Для покупателей такого разряда имелась специальная программа.
– Чем-могу-помочь-может-быть-вас-что-то-интересует-могу-подсказать! – продавец быстро вернулся в норму.
– Похоже, что мне нужен телефон, – мрачно ответил Мэд. Он не любил все эти торговые операции, но отличался серьёзным подходом к ним.
– Могу-посоветовать-недорогой-и-качественный-вариант, – продавец-консультант ловким, отработанным движением продемонстрировал свой беспроигрышный вариант, красующийся на стеллаже. – Цена-составляет-всего-лишь…
– Мне не нравится. Ни один из них.
Продавец снова сник. Действие снова выбивалось из привычной схемы.
– А на какую сумму вы рассчитываете? – попытался он вернуть ситуацию под контроль.
– Я рассчитываю не на сумму. Я рассчитываю на телефон.
Это высказывание окончательно повергло несчастного продавца в тоску. Он уже понял, что ему попался так называемый «трудный клиент», и означало это, что дело могло повернуться абсолютно любым образом. К счастью для него, Мэд что-то увидел в углу комнаты и медленно направился туда.
– Я беру вот этот. – Мэд указал на полку.
Продавец не верил своим глазам. Телефон, на котором остановил выбор Мэд, был безупречно стильным, дорогим и безуспешно продавался уже седьмой год. За это время он успел безнадёжно устареть, и руководство тщетно пыталось продать остатки закупленной партии. Проблема была в одной особенности этой серии экспериментальных телефонов, из-за которой нельзя было намного сбросить цену.
– Хм, понимаете ли, это сильно устаревшая модель, хотя и выполнена в очень оригинальном титановом корпусе. Могу показать, если хотите, но лично я всё же советую вам купить за эти же деньги что-нибудь посовременнее.
– Устаревший? – усмехнулся Мэд. – Тем более. Я беру его. Я тоже устарел.
При первом же взгляде на телефон, Мэд почувствовал, что это именно то, что ему нужно. Взяв в левую руку увесистый, начинённый электроникой комочек металла, Мэд занёс над ним правую ладонь и к чему-то прислушался.
– Кажется, мужская энергия в тебе преобладает, – тихонько улыбнулся Мэд телефону. – Ну, будем знакомы, друг.
Не удостаивая Мэда ответом, телефон постепенно поглощал тепло из его ладони. Мэд повернулся к уже вконец повергнутому в шок консультанту и вытащил из сумки две или три пачки бумаги.
– Этого должно хватить? – с невинным видом поинтересовался он.
– Да… – только и сумел выдавить несчастный продавец. – На какой тариф хотите подключиться?
– Тариф? – переспросил Мэд. – Мне не нужен тариф.
– Но… – попытался возразить...
Телефон зазвонил. Без SIM-карты. С разряженным аккумулятором.

Продавец с обессилевшим видом опустился на стул, предназначенный для клиентов. Он не понимал ничего, кроме того, что сегодня явно был не его день.
Мэд нажал на утопленную в корпусе маленькую клавишу, и нижняя часть телефона с негромким щелчком отъехала вниз. Поднеся телефон к уху, он услышал знакомый голос.
– Хороший выбор, – искаженный динамиком телефона голос Райлока звучал немного непривычно. – И вовремя – я уже начал слабеть. Сделка совершена, мы можем идти.
– Да, – ответил Мэд и, сунув телефон в карман, направился к выходу. Выходя, он краем глаза заметил, что в салоне связи резко захлопнулась дверь, опустились жалюзи и чья-то рука молниеносным движением повесила табличку «Закрыто». Мэд вздохнул и вышел на улицу.

Глава третья
В которой Мэд начинает своё путешествие, сталкивается с первыми трудностями и знакомится с первыми необычными существами.

Снаружи было уже темно. Небо было совершенно безоблачным, тускло мерцали звёзды, обшарпанная луна взошла над не менее обшарпанными домами. Резко похолодало, и Мэд плотнее закутался в плащ.
– Куда теперь? – поинтересовался Мэд у телефона.
– В Город.

– А сейчас я разве не в нём?
– Нет. Это место еще не удостоилось такого названия. Ах, я же еще не рассказывал тебе о городах.
Демон сделал небольшую паузу, словно подбирая нужные слова.
– В этом мире существует всего с пару десятков настоящих Городов. У каждого – своё имя. Ближайший отсюда Город находится на севере.
– Тогда – на вокзал, за билетами?
– Не думаю. Добраться до настоящего Города можно только пешком. Никакой транспорт туда не ходит.
– В таком случае, я уже отправляюсь, – почти прошептал Мэд, спрятав телефон в глубинах плаща. Подняв голову, он поглядел на звёзды, пытаясь найти среди них знакомые. Повернулся в сторону большой дороги. Еле различимое чувство направления подсказало: север там. Туда и лежал путь Мэда.
Поднимался холодный осенний ветер. Мэд шел по дороге на север, слушая вливающуюся в его уши музыку и размышляя о прошедшем дне. Особое место в его размышлениях занимала таинственная незнакомка, которую ему еще предстояло встретить. Мэд не мог вспомнить ни одного человека из своей прошлой жизни. Никого, до того момента, как он пришел в себя в пустой комнате. Никого, и ничего, что хоть как-то напоминало бы о них. Мэд чувствовал, что его знания, накопленные с годами, вернулись к нему, но не воспоминания. Выходило, что все эти годы он прожил зря. Зря заводил немногочисленных друзей, напрасно встречался с разными людьми, и совершенно бессмысленно любил… кого-то. Ничего этого не было. Было только небольшое чувство сожаления. Небольшое, потому, что Мэд не знал, что именно он потерял.
Откуда-то с неба упала снежинка. Упала на щеку Мэда, растаяв через пару мгновений. Мэд поднял взгляд, пытаясь хоть что-то разглядеть в ночном небе, но там не было ничего, кроме холодных мерцающих звёзд.
– Снежинка… Предвестница зимы, – подумалось Мэду.
Ветер усиливался.

Дорога, по которой шел Мэд, давно закончилась. Теперь он шел по иссохшим землям, готовящимся принять зиму, как что-то неизбежное. День сменял ночь, ночь опять сменялась днём, всё было как обычно. Необычно было только то, что Мэд почти не останавливался отдохнуть. Какая-то необычайная энергия разливалась по его телу, придавая сил для дальнейшего продвижения. Пить, есть и спать совершенно не хотелось, похоже, организм неплохо отдохнул за семь лет сна и еще не совсем пришел в норму. Райлок никак не проявлял себя, видимо, восстанавливая энергию. Но на десятый день пути мобильник в кармане неожиданно ожил, разразившись негромкими трелями. Мэд выкинул наушник из левого уха и поднёс к нему телефон. Сначала из-за громкого шума ничего не было слышно. Потом сквозь шум стало что-то пробиваться.
– У тебя есть какие-то вопросы о твоей прошлой жизни? – раздался в трубке незнакомый голос, искаженный помехами.
– Кто это? – Мэд вынул из уха второй наушник, чтобы музыка не отвлекала.
– Увидимся в Первом Городе, Мэд! – голос снова начал пропадать. – Обязательно увидимся!
Вслед за голосом прекратился и шум. Динамик молчал. Молчал и Мэд.
– Кто это был, Райлок? – спросил он спустя некоторое время. Райлок отозвался не сразу.
– Не знаю, – был ответ.
– Но я думал, только ты один можешь связываться со мной через этот телефон!
– Я тоже так думал. Видимо, Город уже близко. Там ты получишь ответы.
Связь прекратилась. Похоже, Райлоку тоже было не слишком приятно произошедшее, Мэд чувствовал это. Находясь в его теле, демон не мог слишком хорошо скрывать своё настроение, тем более от сверхчувствительного Мэда, который мог ощущать дыхание травы за несколько метров.
Мэд решил отложить решение этой, очередной загадки на будущее. Их и без того слишком уж много накопилось. В настоящий момент, Мэду предстоял еще долгий путь.
Следующие три дня ничего не происходило. Ветер не утихал ни на минуту, погода резко ухудшалась. Временами шел мокрый снег, ухудшая и без того скверную видимость. Темнело, ночь быстро вступала в свои владения. Ветер тянул с севера внушительных размеров тучи. Похоже, предстояла нешуточная борьба с непогодой.
Мэд замерзал. Идти становилось с каждым шагом всё труднее. Пряча окоченевшие руки в карманах плаща, Мэд упорно двигался на север, прямо в эпицентр начинающейся снежной бури. Ноги вязли в сугробах, ветер создавал невидимую стену, мешая идти дальше. Мэда заносило снегом, но он шел, медленно и неуклонно. Ураган сбивал с ног. Кровь в бешеном ритме носилась по венам, пытаясь хоть немного согреть тело, но это не помогало. Мэд замерзал.
Не выдержав, Мэд упал на одно колено в рыхлый снег. Руки бессильно повисли вдоль плеч.
– Надо бороться, – медленно ворочались мысли. – Это не слишком-то оригинально, но надо бороться.
Он попытался подняться. Шаря руками в снегу, Мэд наткнулся рукой на что-то твёрдое. Присмотревшись, он обнаружил вырезанную изо льда статуэтку кошки. Было совершенно непонятно, кто, и с какой целью сделал её в этом безлюдном месте и в такое время, но Мэд машинально подобрал её и сунул в свой мешок.
– Всё… происходит, – мысли, казалось, тоже замерзали. – Надо… Идти.
Он прошел еще два или три километра. Пустошь постепенно заканчивалась и вдалеке виднелась черная стена какого-то леса. Тем временем, холод достиг своего предела. Глаза заливало кровью. Шаг за шагом Мэд отвоёвывал у зимы пространство. Вьюга кружила над ним, подобно стервятникам, дожидаясь своего победного часа. Всё вокруг, куда бы не падал взгляд, было ослепительно белым. Вслед за белизной снега пришел и уже знакомый Мэду белый свет. Мэду стало страшно. Он помнил этот свет и боялся его. Свет чувствовал это и осмелел, заключая его в свои объятья. Райлок не спасал своего хозяина в этот раз, все его силы уходили на поддержание жизни, да он и не мог ничего сделать. Демон не мог бороться со светом. Это мог сделать только человек.
Человек споткнулся об собственную ногу и погрузился в свет. Свет победил.

Мэд лежал в сугробе, потеряв сознание. Он не знал, что вьюга медленно начала стихать. Что ветер, наконец, прекратился, и теперь белые хлопья снега просто медленно падали на землю, засыпая тело Мэда. Зима, насладившись своей жертвой, теперь просто шла дальше.
Окруженный мягким тёплым светом, Мэд двигался к самому его центру, самому сосредоточию света. Ощущение не было похоже ни на один известный Мэду способ перемещения, ни на ходьбу, ни на полёт, ни на что вообще. Движение это было одновременно и невероятно быстрым, и чрезмерно долгим, но, тем не менее, Мэд приближался к центру света, где его ждало, как ему казалось, нечто прекрасное. Прекрасное и долгожданное, потерянное когда-то очень давно, и, наконец, обретённое вновь. Но внезапно свет стал слабеть. Мэд запротестовал, он почти плакал, он не мог понять, в чём он провинился, ведь еще можно было всё исправить... Свет моргнул чёрным и выбросил Мэда из себя.
Мэд с трудом пришел в сознание. На мгновение ему показалось, что кто-то лижет ему щеку маленьким шершавым языком.
– Мы успели, мяу, – услышал он под ухом тихое мурлыканье. – Он приходит в себя, мяу.
Мэд открыл глаза и чуть не ослеп. Слегка привыкнув к необычно яркому освещению, сунул руку в карман, вынул телефон и посмотрел на экран с часами. Было уже давно за полдень. Яркое, но по-зимнему холодное солнце освещало его с белого небосвода. Видимо, он пролежал без сознания довольно долго. Мэд в очередной раз убедился, что не может умереть, однако, лишний раз проверять это не хотелось. Он приподнялся и поглядел вокруг. Снега вокруг было уже меньше, похоже, зима унесла основной запас с собой, а остатки медленно сжигало подоспевшее солнце. Найдя неподалёку в снегу свои солнечные очки, Мэд надел их, и еще раз огляделся вокруг. Никого и ничего. Только сумка в куче снега. Мэд протянул к ней руку, чтобы взять.
Сумка шевельнулась. Мэд нахмурился и застыл с вытянутой рукой.
– У тебя в сумке наш сородич, мяу, – услышал он снова тихое мяуканье, на этот раз у себя за спиной. Слова разобрать было трудно, похоже, что их произносила не совсем предназначенная для человеческих слов глотка.
Мэд огляделся в третий раз, и, конечно же, никого не увидел. Медленно развязал мешок, и почувствовал, как что-то мягкое быстро выпрыгнуло оттуда.
– Благодарим тебя, человек, мяу.
Похоже, «мяу» было логическим завершением каждого предложения. Что-то вроде «аминь» или «dixi».
– Кто вы? – только и пришло на ум Мэду.
Тишина.
– Вы видите, я не причиню вам вреда, – продолжил Мэд, но вдруг что-то почувствовал. Какое-то лихорадочное движение вокруг, как будто колышущийся океан.
– Чуть не поглотил тебя Желтый волк, мяу, – услышал он. Каждый раз голос был чуть другим, как будто говоривших было несколько.
– Э-э-э… Белый, возможно? – удивился Мэд.
– Желтый, мяу. Вы, люди, неправильно видите цвета.
Мэд удивился еще больше, но после этих слов почувствовал, как кто-то мягко потёрся о его ногу. Прямо как кошка. Ощущение было слегка необычным, и почему-то очень знакомым.
Мэд сел прямо на промёрзшую землю, и стал ждать. Ждать долго не пришлось.
– Идём с нами, – что-то неуловимо знакомое было в этом голосе. – Ты должен поговорить с вождём, мяу.
– Хорошо, – Мэд поднялся на ноги. – Только скажите, куда идти, потому что я не вижу вас.
– Мы живём в лесу, мяу. Иди туда.
Только сейчас Мэд обратил внимание, что весь снег вокруг усыпан следами от кошачьих лап. Цепочка таких следов тянулась к лесу. Мэд двинулся по этой «дороге», но не прямо по следам, а чуть сбоку от них.

Расстояние до леса оказалось больше, чем Мэд думал поначалу. Он проделал чуть больше половины пути, когда уже начало темнеть. Темнота была довольно необычная, такое ощущение, что вокруг Мэда она специально сгущалась. На горизонте виднелось слабое, чуть красноватое свечение. Приглядевшись, Мэд обнаружил, что тьма вокруг него была живая и оставляла вполне различимые кошачьи следы на снегу. Через некоторое время Мэд уже начал различать нечёткие силуэты кошек. Мэд никогда не видел, чтобы кошки жили стаей, тем более такой огромной: он насчитал около двух сотен призрачных особей – целая выставка.
Прямо перед ним бежал, то и дело проваливаясь в снег, совсем маленький серый котёнок. Опасаясь, что ненароком наступит на него, Мэд внезапно наклонился и подхватил его. В руку моментально впились острые коготки, а секундой позже к ним присоединились и маленькие клыки – котёнок, видимо, не успел понять, что произошло. Чтобы успокоить зверька, Мэд осторожно погладил его по призрачной шерстке. Ощущение было очень мягким, непохожим на обычный кошачий мех. Котёнок сообразил, что ему ничего не угрожает, и тихонько замурлыкал. Рядом, то и дело беспокойно поднимая голову, бежала большая кошка, видимо мать малыша. Мэд успокаивающе кивнул ей и посадил котёнка себе на плечо. Так они и вошли в лес.
Кошки вывели Мэда извилистой тропой к тому месту, где, видимо обитали. Теперь, когда Мэд прекрасно видел их, следовать за ними было нетрудно.
– Здесь, мяу, – услышал он, достигнув широкой поляны, сокрытой глубоко в чаще.
Мэд огляделся. Снег вокруг был плотно вытоптан, но никого не было видно. В то же время, создавалось впечатление, что на Мэда смотрят тысячи внимательных глаз. Мэд поднял голову, и понял, что чувства его не обманывали. Кошки разглядывали Мэда с ветвей деревьев. Стая, сопровождавшая Мэда к месту их обитания, привычным движением расположилась в наиболее удобных местах, кто-то запрыгнул на дерево, другие остались на земле.
Мэд тоже присел, прислонившись к дереву. Котёнок пригрелся у него на плече и не выказывал желания слезать. Мэд не возражал. В лесу, защищенном от степных ветров, было теплее. Кроны деревьев надёжно укрывали землю от изрядной доли падающего снега.
С широкого дуба, растущего напротив, изящным молниеносным движением спрыгнула крупная кошачья тень и направилась к гостю. Тень обладала поразительной грациозностью и была вполне живой копией древних египетских кошачьих статуэток. В этом существе ощущалось столько мужества, благородства и чести, так что у Мэда не оставалось никаких сомнений – перед ним кошачий предводитель. Мэд поднялся и плавным жестом снял черные очки, как символ доверия.
– Приветствую, – почтительно склонившись, промолвил Мэд. – Позвольте быть вашим гостем.
Мэд обращался на «вы» не только из уважения. Он чувствовал, что эти существа принадлежат тьме.
– Садись, – услышал он неожиданно чёткий и ровный для кота голос.
Мэд еще раз поклонился и снова устроился у своего дерева. Котёнок спрыгнул с плеча, и, вальяжно потянувшись, отправился по каким-то своим делам. Остальные кошки лишь молчаливо наблюдали за ходом событий.
– Мне сказали, что ты спас нашего, – продолжил кошачий «вождь». – Я, и мой народ благодарны тебе за это.
– Я плохо помню подробности… я замерзал…
– Дай-ка я посмотрю на тебя, – неожиданно сменив интонацию на более неформальную, тень потянулась к Мэду. Мэд почувствовал, что к нему принюхиваются.
– Ага. К нам пожаловал Двойной Человек, мяу, – кот, похоже, удовлетворился увиденным.
– Двойной? – нахмурился Мэд. – Как это?
– А-а-а. Я вижу. Ты прошел через воду, но не вспомнил.
– Воду? Всю прошедшую неделю меня поливало дождями, било градом и засыпало снегом. Не сказал бы, что это благотворно сказывается на памяти…
– Ты помог нам. Я помогу тебе, – кошачий повелитель с довольным видом изогнул спину, и повернул голову в сторону, обращаясь к остальным. – Добудьте нашему гостю пищу.
– Благодарю, но я не голоден, – начал Мэд, но встретился взглядом с котом и понял, что отказываться было бы как минимум невежливо.
– Очень скоро ты почувствуешь, как ты голоден… и как голодны те, что внутри тебя. Пока наши воины охотятся, я расскажу тебе всё.
Мэд кивнул и приготовился слушать. Краем глаза он увидел, как сквозь кроны деревьев поблескивают звёзды, и подумал, что, возможно, это были вовсе не звёзды. С небес на Мэда глядели любопытные кошачьи глазищи.

Глава четвертая
В которой Мэд встречает старого друга, переживает весьма неприятные моменты, и, в конце концов, вспоминает забытое прошлое.

      – Я расскажу тебе всё, – повторил вождь. – И ты спрашивай, если что-то интересует.
 – Расскажите для начала о себе. И о вашем народе. Моё имя Мэд, и я иду в город на севере.
 – У нас нет имён, мяу. Это вы, люди, стремитесь дать имена всему, что видите, чтобы контролировать и управлять им. Но ты можешь называть нас «Ночные».
 – Ночные… – повторил Мэд. Что-то заворочалось в памяти, когда он услышал это слово. Вождь тактично молчал, не мешая ему. Видя, что память даётся Мэду с трудом, кот просто подошел к нему и ободряюще потёрся об ногу.
 И тогда Мэд вспомнил. Вспомнил, почему всё это казалось ему таким знакомым. Когда он был еще ребенком, у него дома жил Ночной. Мэд звал его Пушистиком, и тот часто приходил спать к нему в комнату, осторожно укладываясь в ногах. Однажды Пушистик по непонятным причинам исчез, и никогда уже не возвращался.
 – Пушистик… – с тоской в голосе прошептал Мэд. Мэд еле сдерживался, чтобы не зарыдать, но на глаза всё равно наворачивались слёзы.
 – Это тяжело, – сочувственно произнёс вождь. – Когда вспоминаешь забытое, всегда тяжело.
 – Я хотел бы увидеть его… еще раз, – тихо проговорил Мэд.
 – Хорошо, – одобрительно кивнул кот. – Он с нами.
      Откуда-то выскочила серая тень и рванулась к Мэду. Тот сразу узнал кота, и хотел кинуться навстречу, но не успел. Пушистик сам подбежал к Мэду.
      – Мяу! – кот, видимо, был рад встрече не меньше, чем человек, тёрся щекой о плечо Мэда.
      – Мяу… – Мэд улыбался. – Где ты был всё это время?
      – Прости, не мог попрощаться, мяу! Ушел на далёкий зов!
      – Всё хорошо… – Мэд был счастлив.
      Из леса выбежала кошка, неся за шиворот маленького котёнка, того самого, которого Мэд почти всю дорогу нёс на плече.
 – Познакомься с моей семьёй, мяу, – кот, похоже, был очень доволен собой.
      Мэд не мог подобрать нужных слов, чтобы описать свою радость, поэтому он просто гладил и ласкал окруживших его призрачных существ, оказавшихся вдруг такими родными. Предводитель Ночных, с одобрением смотревший на эту сцену, вдруг повернул ухо в сторону леса и к чему-то прислушался.
 – Охотники вернулись, – объявил, наконец, он.
 Две проворные тени вынырнули из чащи, притащив мёртвого кролика.
 – Тебе нужно поддерживать силы, – продолжал вождь. – Тебе еще многое предстоит.
      – Кролик, хм, – Мэд посмотрел на «добычу» и вздохнул. Он не был вегетарианцем, но и циником по отношению к животным тоже не являлся. Убийство с целью пропитания в его философии было оправдано, но не переставало быть убийством.
      – Я не могу есть сырое мясо, – с хмурым видом доложил Мэд. – Мне надо развести костёр, или что-то в этом роде…
      – У нас нет огня. Мы не пользуемся им, – промурлыкал Пушистик.
 – Возьми тот огонь, что горит внутри тебя, – услышал Мэд голос предводителя Ночных. – Он вполне годится для этой цели.
      – Огонь? Внутри меня? – медленно, растягивая слова, переспросил Мэд.
      – В тебе разожгли огонь.
      – Жаль, что я не знал об этом раньше. Я бы не замерзал по дороге сюда.
      – Ты не превратился в кусок льда благодаря этому огню.
      Мэд вспомнил заледеневшего Ночного, которого спас и понимающе покачал головой.
 – Полезная вещь.
      Ночные подтащили кролика поближе к своему гостю. Мэд опустил глаза и внимательно посмотрел на предложенный ему труп. Почему-то он не мог отвести взгляд от лежащего перед ним мёртвого зверька. Мэд долго смотрел на него, не отрываясь, даже не моргая. Наконец рука его медленно потянулась к кролику и обхватила его. Тело Мэда начало медленно раскачиваться из стороны в сторону, из груди вырвался жуткий вой. Кошки, наблюдавшие за Мэдом, резко прижали уши и, прищурившись, тихо зашипели, но вождь подал им знак не вмешиваться. Мэда трясло, глаза закатились, вой перешел в хрипение. Кости кролика хрустели, ломаясь под нечеловеческой силой.
      Наконец, Мэд, обессилев, упал набок. Руки его бессильно разжались. Мэд, кашляя кровью, постепенно выходил из своего транса, морщась от боли.
 – Что это за дьявольщина?! – отплёвываясь, прохрипел он.
 – А что ты сейчас чувствуешь? – вождь ответил вопросом на вопрос.
 Мэд ответил не сразу, приводя себя и свои чувства в относительный порядок.
 – Проклятье… такое со мной точно впервые. Уверен, я бы не забыл подобное даже после стольких лет сна!
 Мэд ощущал внутри себя сильнейший голод, и в то же время, чувствовал себя насытившимся до предела. Этот диссонанс чувств сбивал с толку и мешал здраво размышлять. Пушистик, предусмотрительно отпрыгнувший во время происходившего, осторожно подошел к нему и сочувствующе посмотрел умными глазами. Его кошка с котёнком просто сидели неподалёку. Они не знали Мэда до сегодняшней ночи, и, по понятным причинам, рисковать им не хотелось. Мэд обхватил голову руками.
      – Кого… я сейчас накормил?
      – Теперь ты и сам всё знаешь, – ответил Пушистик. – Впредь старайся не выпускать своих демонов наружу, мяу. Ты можешь причинить боль близким тебе существам.
 Мэд посмотрел на деформированные кроличьи останки и содрогнулся.
 – Во время этого... Я видел вещи… страшные вещи. Древние. Много тысяч лет назад…
 – Да. Это нормально. Ты продвигаешься вперёд. Это неизбежно. – Мэд чувствовал, что после случившегося вождь заговорил с ним по-другому. Как с равным себе. Как с существом своего рода.
      Мэд потряс головой, словно пытаясь отогнать воспоминания, и рассеянно запустил руку в мягкую шерсть Пушистика. Голод не утихал. Нужно было сделать еще одно важное дело.
      Собравшись с силами, Мэд всеми чувствами попытался обнаружить огонь внутри себя. Сверху вниз и обратно, он заглянул в каждую клеточку своего тела. Через некоторое время поиски благополучно завершились. Как и предполагал Мэд с самого начала, огонь избрал для себя место в самом центре, прямо под сердцем. Теперь пришло время его потревожить. Правда, оставался сущий пустяк: понять, как это сделать.
      Немного подумав, Мэд предпочел самый простой путь. Он не любил излишних сложностей.
    �
      Наломав сухих веток и собрав их перед собой в кучу, Мэд приготовился к самой ответственной части. Кинул пачку денег для розжига. Голод подстёгивал его, движения были быстрыми и нервными.
 Мэд снял плащ и засучил рукава. Встав на колени перед будущим костром, он закрыл глаза и попытался представить в своём сознании огонь. Всё окружающее должно было перестать существовать. Только огонь. Все чувства угасли, время замедлилось, осталось только тепло.
 По-шамански воздев руки над головой, Мэд продолжал смотреть на огонь внутри себя. Когда пламя стало совершенно отчётливым, Мэд молниеносным движением опустил руки, погрузив их в себя. Руки свободно прошли сквозь одежду и плоть, пальцы обожгло жарким огнём. Быстро обхватив маленький пылающий шарик, Мэд потянул его наружу. Огонь вышел из тела, оставив несколько крупных подпалин на одежде.
 С громким вздохом Мэд открыл глаза и посмотрел на объятые пламенем руки. Огонь щипал кожу, не обжигая её.
 – По-моему для одной ночи событий более чем достаточно, – пробормотал он.
 Когда костёр был разведён, а на импровизированном вертеле из тех же веток уже поджаривались останки будущей пищи, Мэд затушил пылающие руки в сугробе. При беглом осмотре ожогов на них он не обнаружил, чему уже почти не удивился. Кошачьи глаза отсвечивали в свете огня, так что казалось, будто вокруг Мэда пляшут тысячи загадочных мерцающих огоньков.
 – Ты смог разжечь огонь, мяу, – послышался в ночи голос предводителя Ночных. – Скажи мне, что ты видишь сейчас в нём?
 Мэд внимательно посмотрел сначала на кошачьего вождя, затем медленно перевёл взгляд на костёр. И действительно, что-то неуловимое скрывалось в языках пламени, что-то, что необходимо было обнаружить.
Мэд всё смотрел и смотрел в глубину колыхавшегося на ветру огня. Видения, представившиеся ему, казались смутно знакомыми, вызывая какое-то двойственное ощущение. Мэд продолжал вглядываться, пытаясь ухватиться за неуловимое, и сам не заметил, как уснул. Впервые за последнее время Мэду снились сны. Весьма интересные сны.

 Мэд видел свою жизнь с самого рождения. Сначала он увидел уже знакомый ему свет. Мэд даже не успел испугаться или хоть как-то приготовиться к этой встрече. Свет всегда появлялся неожиданно. Но в этот раз он растворился почти сразу после появления, и Мэд узрел пустоту. Пустота не имела цвета, но вызывала странно знакомое ощущение покоя. Еще она не хотела быть пустотой. В этот момент и появился Райлок. Пустота перестала быть пустотой.
 – Привет, – поздоровался демон.
 – Здравствуй.
 – Кто ты? Кстати, похоже, что ты умер, даже не успев родиться.
 – Мне еще не дали имени. Но мне нравится имя – Мэд.
 – Чего ты хочешь, Мэд? – задал вопрос Райлок.
 – Хочу... Жить... – тихо ответил Мэд.
 – Я могу помочь тебе. Я тоже хочу жить, но, подобно тебе, не имею возможности.
 – Может быть, вместе у нас что-то получится? – с надеждой спросил Мэд. Сквозь пустоту проглядывались очертания родильной палаты, было видно, как люди в белом пытаются вернуть к жизни младенца.
 – Я должен попасть туда, должен вернуться, – шептал Мэд в пустоту.  – Они там очень расстроятся, если я так и не оживу...
 – Ты должен сделать выбор. Я попытаюсь вместе с тобой вырваться отсюда. Если получится, учти, в качестве награды я буду жить в тебе. Но тебе придётся пожертвовать чем-то. Разумом, телом или душой.
– Я пожертвую телом, – не задумываясь, ответил человек. – Я не пущу никого в свой разум и душу.
 – Ты всю жизнь будешь больным и слабым.
 – Да будет так, – были произнесены слова.
Мэд почувствовал, как окружающий мир начал искривляться – договор был заключён и демон приводил в действие одному ему подвластные силы. Мэд тоже сосредоточился на своём желании вернуться. Пустота всколыхнулась и начала затягивать Мэда.
 – С рождением! – услышал он голос Райлока. – Я так рад, что хочу сделать тебе подарок.
 Прямо перед собой Мэд увидел что-то очень похожее на сверкающую карточную колоду. Колода пришла в движение, и Мэд смог разглядеть, что вместо карт в ней были маленькие зеркала. Они кружились, ослепляя, в стремительном танце.
 – Со временем научишься пользоваться, – теряя сознание, услышал Мэд. Быстрая белая вспышка перенесла его в другой сон, в еще одно яркое воспоминание.

 Мэд бежал по улице. Ему было двенадцать лет. Улицы почему-то вдруг стали непривычно пустынны, поэтому он остановился и посмотрел по сторонам, почувствовав чьё-то незримое присутствие.
 Навстречу ему шла женщина. Мэд удивился, что не заметил её раньше и стал внимательнее разглядывать незнакомку.
 Женщина была очень красивой и стройной, слегка неправильные контуры лица были расплывчаты и постоянно менялись. Её возраст и цвет ниспадающих почти до пояса волос определить Мэд, тоже не смог, как ни старался. Единственное, что он заметил, это то, что в её волосы было вплетено бесчисленное множество маленьких бубенцов, позвякивающих при каждом шаге тихим серебристым звоном. Одета она была в длинное, очень красивое, расшитое загадочными пёстрыми узорами платье. Мэду стало интересно, и он зашагал ей навстречу.
Странная женщина взглянула на Мэда и улыбнулась. Какая-то притягательная сила присутствовала в этой улыбке, отчего Мэд сам робко улыбнулся в ответ.
 – Здравствуйте, – сказал Мэд ей. – Кто вы такая?
Уже в юном возрасте он был достаточно прямолинеен.
 – Здравствуй и ты, – женщина снова одарила его своей улыбкой. – У меня, как и у всех остальных, нет имени. Но ты можешь, как и многие, называть меня – Великая Гидра...
 – А меня зовут Мэд, – представился удивлённый подросток. – Я никогда раньше не встречал таких, как вы.
 – Думаю, раз однажды смогли, значит, встретимся еще не раз. Но, скорее всего, ты встретишься с моими дочерьми.
 Она негромко засмеялась, как будто уже предвидя эту встречу. Мэд не мог понять, почему незнакомка так манила его, почему ему хотелось остаться с ней навечно. Он чувствовал опасность этого желания, но ничего не мог с собой поделать, его душа неумолимо тянулась к женщине, назвавшейся Великой Гидрой, тянулась подобно мотыльку, летящему на пламя свечи. Мэд понимал, что исход будет таким же, а возможно даже страшнее. В какой-то момент Мэд осознал, что уже никогда не отведёт от неё глаз. И тогда с ним что-то произошло.
Окружающий мир стал чётче, движения быстрее. Мэд оглянулся по сторонам, но окружение не было знакомо ему. Взглянув в надежде на Гидру, он на долю секунды увидел её истинный облик. Точнее, он увидел не саму её, а скорее, её отражение. От ужаса Мэд закричал. Крик перешел в сдавленный стон – слабые лёгкие не выдержали напряжения. В полуобморочном состоянии он попятился назад и почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Последним, что он успел заметить, была яркая вспышка от высвободившейся энергии. Всполох ослепительно белого света, залившего всё вокруг. Мэд почувствовал, как свет вбирает в себя безжизненное тело, унося прочь от этого страшного места. В этот раз, повинуясь известному лишь богам замыслу, свет выступил на его стороне...

Мэд пришел в себя уже в лесу. Он лежал на боку рядом с костром. Кроличья тушка обуглилась, но внутри, как подозревал Мэд, осталась  совершенно сырой.
Уже рассветало и очертания кошек постепенно теряли чёткость.
 – Теперь я сделал для тебя всё, что мог, послышался тихий голос вождя. – Теперь ты вспомнил всё.
 Мэд прислушался к своим чувствам и понял, что кошачий предводитель был прав. В своём сне Мэд увидел каждую прожитую минуту, начиная с самого рождения. Нельзя сказать, что ему это сильно понравилось, но польза от полученных обратно воспоминаний чувствовалась сразу.
 Сняв с огня свой неожиданный ужин, Мэд принялся поглощать куски полусырого мяса. Кошки молча наблюдали за процессом.
 Доев последний кусок, Мэд почувствовал, как чувство голода покидает его тело, уступая место спокойствию. Организм перестал бунтовать, пытаясь переварить самого себя. Вслед за спокойствием пришла и сонливость. Мэд впервые почувствовал, как сильно он устал.
 – Я останусь в этом месте до утра? – спросил Мэд уже почти прозрачного вождя Ночных. Тот еле заметно кивнул.
–  Ты мог бы оставаться с нами ровно столько, сколько бы пожелал. Но я вижу, что у тебя впереди большой путь... И большие страдания, – добавил он.
 Мэд молча кивнул в ответ. Теперь он был готов ко всему. Устроившись рядом с костром, глядя в сердце весело пляшущего пламени, он незаметно уснул, прижимая к себе тихо мурлыкавшего Пушистика. Снов Мэд больше не видел – после возвращения памяти мозг нуждался в отдыхе.

 Когда Мэд проснулся, рядом с ним никого уже не было. Ночных нигде не было видно, учитывая тот факт, что более-менее различимы они были только в темноте. Догорал костёр. Мэд сделал попытку встать, и охнул от дикой головной боли. С трудом ему удалось встать на ноги и чуть не рухнуть обратно от душераздирающей трели мобильника. Видимо, проснулся и Райлок, и теперь требовал внимания.
 – Чё-ё-ёрт... – с трудом ворочая языком, пробормотал Мэд в  трубку. – Ты не мог бы в будущем отключать звук в таких ситуациях?!
 – Извини, извини, – послышался из динамика как всегда слегка ехидный голос, – просто тут тебе просили передать, что ты всегда останешься здесь желанным гостем.
 – Надеюсь, что смогу еще когда-нибудь отблагодарить Ночных за гостеприимство. Но сейчас мне действительно пора в дорогу.
 Едва Мэд сунул трубку в карман, как раздался еще один звонок.
 – Я же просил, выключай звук, дьявол тебя раздери!.. – процедил Мэд сквозь зубы, и осёкся. В трубке звучал совершенно незнакомый мужской голос.
 – Ну и куда ты запропастился? – услышал Мэд. – Ты должен был быть в Городе еще вчера!
 Превознемогая головную боль, Мэд всё же смог вспомнить, почему этот голос казался ему знакомым. Именно его он слышал раньше, на занесённом снегом поле, правда в прошлый раз к голосу примешивалось слишком много посторонних шумов. Сейчас помехи тоже были слышны, но не так сильно.
 – С кем я ... – попытался осведомиться Мэд, но был грубо перебит неожиданным собеседником.
 – Собирай своё барахло и дуй на север! Незамедлительно! – звонивший повесил трубку. Похоже, он был не на шутку зол.
 Мэд молча пожал плечами, и, закинув сумку на плечо, сгрёб в охапку свой плащ, и медленным шагом двинулся в прежнем направлении. Где-то на севере его ждал Город.