Налоговая инспекция, проведя выездную проверку организации-налогоплательщика по вопросам соблюдения, им, действующего законодательства о налогах и сборах, приняло решение о доначислении налогов и взысканию пени. При этом налоговая инспекция руководствовалось тем что, плательщиком единого социального налога являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе и организации (п.1 ст.235 НК РФ). А согласно п.1 ст.236 НК РФ объектом налогообложения единым социальным налогом для организаций-налогоплательщиков, производящих выплаты физическим лицам (в данном случае свои работникам), признаются и являются выплаты и иные какие-либо вознаграждения, которые начисляются налогоплательщиками в пользу физических лиц по трудовым или гражданско-правовым договорам. Причем предметом исполнения данных договором является выполнение физическими лицами работ, оказание услуг (за исключением вознаграждений, выплачиваемых индивидуальным предпринимателям), а также вознаграждения, выплачиваемые по авторскому договору.

В тоже время налогоплательщиками единого социального налога, помимо организаций, производящих выплаты физическим лицам, являются также индивидуальные предприниматели и физические лица, не являющиеся индивидуальными предпринимателями, а также индивидуальные предприниматели, адвокаты, нотариусы, занимающиеся индивидуальной практикой (п.2 ст.235 НК РФ). А адвокаты если налогоплательщик вдруг относится к нескольким категориям (т.е. указанным в п.1 и п.2 ч.1 ст.235 НК РФ), он исчисляет и уплачивает налог по каждому основанию.

А вот в силу положений ст.2326 НК РФ не относятся к объекту налогообложения выплаты которые производятся в рамках гражданско-правовых договоров, предметом которых является переход права собственности или иных вещных прав на имущество (имущественные права), а также договоров, связанных с передачей в пользование имущества (имущественных прав). А также, выплаты, начисленные в пользу физических лиц, являющихся иностранными гражданами и лицами без гражданства, по трудовым договорам, заключенным с российской организацией через ее обособленные подразделения, расположенные за пределами территории РФ, и вознаграждения, начисленные в пользу физических лиц, являющихся иностранными гражданами и лицами без гражданства, в связи с осуществлением ими деятельности за пределами территории РФ в рамках заключенных договоров гражданско-правового характера, предметом которых является выполнение работ, оказание услуг. Объектом налогообложения для налогоплательщиков признаются также доходы от предпринимательской либо иной профессиональной деятельности за вычетом расходов, связанных с их извлечением (п.2 ст.236 НК РФ). А для налогоплательщиков — глав крестьянских (фермерских) хозяйств из доходов этих хозяйств исключаются фактически произведенные указанными хозяйствами и документально подтвержденные расходы, связанные с ведением крестьянских (фермерских) хозяйств.

Но в тоже время в силу п.3 ст.236 НК не признаются объектом налогообложения выплаты и вознаграждения (вне зависимости от формы, в которой они производятся) если:

• у налогоплательщиков-организаций такие выплаты не отнесены к расходам, уменьшающим налоговую базу по налогу на прибыль организаций в текущем отчетном (налоговом) периоде;
• у налогоплательщиков — индивидуальных предпринимателей, нотариусов, занимающихся частной практикой, адвокатов, учредивших адвокатские кабинеты, или физических лиц такие выплаты не уменьшают налоговую базу по налогу на доходы физических лиц в текущем отчетном (налоговом) периоде.

В рассматриваемом нами случае налогоплательщик помимо сумм, выплачиваемых негосударственным пенсионным фондам за счет средств, перечислявшихся налогоплательщиком на счета негосударственного пенсионного фонда по договору о негосударственном пенсионном обеспечении, выплачивались также и суммы за счет средств полученного инвестиционного дохода. Таким образом, суммы инвестиционного дохода полученного негосударственным пенсионным фондом при осуществлении предусмотренной уставом деятельности, являются доходом именно этого фонда. И такие суммы не могут и не должны учитываться организацией-налогоплательщиком в качестве расходов, учитываемых при исчислении налога на прибыль, поэтому начисление на эти суммы налоговым органом единого социального налога и соответствующей суммы пени противоречит действующему законодательству. Такое решение было принято по рассматриваемому делу арбитражным судом первой инстанции (Решение Арбитражного суда Липецкой области от 30 декабря 2008 года по делу N А36-2885/2008). И, оценивая обстоятельства выплаты работникам организации-налогоплательщика средств негосударственного пенсионного фонда при наступлении страховых случаев, суд, правильно применив положения ст.208 – 210, а также ст.226 НК РФ, обоснованно указал, что налогоплательщик не является налоговым агентом в отношении спорных сумм, в связи, с чем у него отсутствовала обязанность исчислять налог на доходы физических лиц, удерживать его и перечислять в бюджет.

Таким образом, объектом налогообложения по единому социальному налогу признаются только суммы взносов, уплачиваемые работодателем за своих работников в негосударственные пенсионные фонды. Суммы инвестиционного дохода, полученного негосударственным пенсионным фондом при осуществлении предусмотренной уставом деятельности, направляемые на пополнение средств пенсионных накоплений (статья 25, п.2 ст.27 Федерального закона от 07 мая 1998 года N 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах»), являются доходом именно фонда, не могут и не должны учитываться организацией-страхователем в качестве расходов, учитываемых при исчислении налога на прибыль, поэтому начисление на эти суммы единого социального налога в силу п.3 ст.238 НК РФ является неправомерным.

К тому же налоговая инспекция не правильно применила положения ст.223 НК РФ, определяющей дату фактического получения дохода, полагая, что фактическая выплата денежных сумм по поручениям негосударственного пенсионного фонда через кассу организации-налогоплательщика автоматически возлагает на организацию обязанности налогового агента (Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 13 мая 2009 года по делу № А36-2886/2008).

Напомним, что ст.223 НК РФ определяет дату фактического получения дохода физическими лицами, как день:

• выплаты дохода, в том числе перечисления дохода на счета налогоплательщика в банках либо по его поручению на счета третьих лиц — при получении доходов в денежной форме;
• передачи доходов в натуральной форме — при получении доходов в натуральной форме;
• уплаты налогоплательщиком процентов по полученным заемным (кредитным) средствам, приобретения товаров (работ, услуг), приобретения ценных бумаг — при получении доходов в виде материальной выгоды.

А при получении дохода в виде оплаты труда датой фактического получения налогоплательщиком такого дохода признается последний день месяца, за который ему был начислен доход за выполненные трудовые обязанности в соответствии с трудовым договором (контрактом). В случае прекращения трудовых отношений до истечения календарного месяца датой фактического получения налогоплательщиком дохода в виде оплаты труда считается последний день работы, за который ему был начислен доход (п.2 ст.223 НК РФ).

К такому выводу пришел Федеральный арбитражный суд Северо-Западного округа. В своем постановлении от 25 июня 2009 года № А05-9905/2008 арбитражный суд указал, что материальная выгода налогоплательщика в виде экономии на процентах за пользование средствами по договорам беспроцентного займа не подлежит обложению налогом на доходы физического лица, если полученные заемные средства использовались им для осуществления деятельности, облагаемой единым налогом на вмененный доход. В соответствии с п.24 ст.217 НК РФ не подлежат обложению налогом на добавленную стоимость (то есть освобождаются от налогообложения) доходы, получаемые налогоплательщиком от осуществления им тех видов деятельности, по которым они являются плательщиками единого налога на вмененный доход, а также при налогообложении, которых применяется упрощенная система налогообложения и система налогообложения для сельскохозяйственных товаропроизводителей (единый сельскохозяйственный налог).

Рассматривая данное дело, арбитражный суд установил, что налогоплательщик осуществлял розничную торговлю (в том числе алкогольной продукцией) в неспециализированных магазинах и в отношении указанного вида деятельности применял систему налогообложения в виде единого налога на вмененный доход.

Налоговая инспекция провела выездную проверку соблюдения налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах, в том числе правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налога на доходы физических лиц за период с 01 января 2005 года по 05 декабря 2007 года, о чем был составлен соответствующий акт.

В ходе проверки налоговая инспекция выявила ряд нарушений, в том числе неуплату налогоплательщиком налога на доходы физических лиц за 2005 — 2007 годы с доходов в виде материальной выгоды, полученной от экономии на процентах за пользование денежными средствами, полученными по договорам беспроцентного займа, заключенным налогоплательщиком с рядом обществ с ограниченной ответственностью.

Кроме того, налоговой инспекцией было установлено несвоевременное представление заявителем в налоговый орган деклараций по налогу на доходы физических лиц за 2005 — 2007 годы.

По результатам проверки налоговая инспекция приняла решение, согласно которому налогоплательщику было предложено уплатить налог на доходы физических лиц, а также было начислены пени по этому налогу за период с 01 января 2005 года по 09 июля 2008 года. Этим же решением налогового органа налогоплательщик был привлечен к налоговой ответственности на основании п.1 ст.122 НК РФ в виде взыскания налоговых санкций за неуплату налога на добавленную стоимость, а также на основании п.1 и 2 ст.119 НК РФ в виде взыскания штрафа за непредставление декларации по налогу на доходы физических лиц за 2005 — 2007 годы.

Так, согласно ст.209 НК РФ объектом налогообложения признается доход, полученный налогоплательщиками.

Пунктом 1 ст.210 НК РФ предусмотрено, что при определении базы, облагаемой налогом на доходы физических лиц, учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со ст.212 НК РФ.

В силу п.п.1 п.1 ст.212 НК РФ материальная выгода, полученная от экономии на процентах за пользование налогоплательщиком заемными (кредитными) средствами, полученными от организаций или индивидуальных предпринимателей, признается для целей обложения налогом на доходы физических лиц доходом налогоплательщика, полученным в виде материальной выгоды.

Вместе с тем в соответствии с п.24 ст.217 НК РФ не подлежат обложению налогом на доходы физических лиц (то есть освобождаются от налогообложения) доходы, получаемые индивидуальными предпринимателями от осуществления ими тех видов деятельности, по которым они являются плательщиками единого налога на вмененный доход, а также при налогообложении, которых применяется упрощенная система налогообложения и система налогообложения для сельскохозяйственных товаропроизводителей (единый сельскохозяйственный налог).

Согласно п.1 ст.346.26 НК РФ система налогообложения в виде единого налога на вмененный доход устанавливается НК РФ, вводится в действие нормативными правовыми актами представительных органов муниципальных районов, городских округов, законами городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга и применяется наряду с общей системой налогообложения и иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством РФ о налогах и сборах.

В п.2 ст.346.26 НК РФ перечислены виды деятельности, в отношении которых по решениям представительных органов муниципальных районов, городских округов, законодательных (представительных) органов государственной власти городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга может применяться система налогообложения в виде единого налога на вмененный доход.

К числу таких видов деятельности относится, например, розничная торговля, осуществляемая через магазины и павильоны с площадью торгового зала не более 150 квадратных метров по каждому объекту организации торговли, а также розничная торговля, осуществляемая через объекты стационарной торговой сети, не имеющей торговых залов, и объекты нестационарной торговой сети (п.п.6 и 7 п.2 ст.346.26 НК РФ).

Закон Архангельской области от 12 ноября 2002 года N 121-17-ОЗ «О едином налоге на вмененный доход для отдельных видов деятельности», действовавший в 2005 году, а также решение Совета депутатов от 24 ноября 2005 года N 37 "О едином налоге на вмененный доход для отдельных видов деятельности на территории муниципального образования «Город Новодвинск», вступившее в силу с 01 января 2006 года, предусматривали применение организациями и индивидуальными предпринимателями системы в виде единого налога на вмененный доход в отношении розничной торговли, осуществляемой через магазины и павильоны с площадью торгового зала не более 150 квадратных метров по каждому объекту организации торговли, а также розничной торговли, осуществляемой через объекты стационарной торговой сети, не имеющие торговых залов, и через объекты нестационарной торговой сети.

В соответствии с п.1 ст.346.28 НК РФ плательщиками единого налога на вмененный доход являются организации и индивидуальные предприниматели, осуществляющие на территории муниципального района, городского округа, городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга, в которых введен единый налог на вмененный доход, предпринимательскую деятельность, облагаемую данным налогом.

В силу п.4 ст.346.26 НК РФ уплата индивидуальными предпринимателями единого налога на вмененный доход предусматривает их освобождение от обязанности по уплате ряда налогов, в том числе налога на добавленную стоимость (в отношении доходов, полученных от предпринимательской деятельности, облагаемой единым налогом на вмененный доход).

Таким образом, из приведенных норм следует, что доходы, полученные налогоплательщиком от осуществления деятельности, облагаемой единым налогом на вмененный доход, не подлежат обложению налогом на добавленную стоимость.

Исследуя материалы дела, было установлено, что в проверяемый период (в 2005 — 2007 годах) налогоплательщик осуществлял розничную торговлю (в том числе алкогольной продукцией) в неспециализированных магазинах. В указанный период в отношении данных видов деятельности налогоплательщик являлся плательщиком единого налога на вмененный доход в соответствии с п.п.6 и 7 п.2 ст.346.26 НК РФ, а также с нормами Закона Архангельской области от 12 ноября 2002 года N 121-17-ОЗ «О едином налоге на вмененный доход для отдельных видов деятельности» и решения Совета депутатов от 24 ноября 2005 года N 37 "О едином налоге на вмененный доход для отдельных видов деятельности на территории муниципального образования «Город Новодвинск».

Материалами дела подтверждается и налоговой инспекцией не оспаривается, что в проверяемый период налогоплательщик не осуществлял иных видов деятельности.

В акте налоговой проверки и в оспариваемом решении указано, что «в проверяемый период с 01 января 2005 года по 04 декабря 2007 года не установлено осуществление налогоплательщиком видов деятельности, облагаемых в соответствии с общим режимом налогообложения».

Таким образом, полученные налогоплательщиком заемные средства использовались им только для осуществления деятельности, облагаемой единым налогом на вмененный доход, поэтому материальная выгода в виде экономии на процентах за пользование заемными средствами не подлежала обложению налогом на доходы физических лиц.

При таких обстоятельствах у налоговой инспекции не имелось оснований для доначисления налогоплательщику налога на доходы физических лиц с дохода в виде материальной выгоды, полученной от экономии на процентах за пользование заемными средствами, а также для начисления пеней и взыскания налоговых санкций за неуплату этого налога и непредставление деклараций по налогу на доходы физических лиц.

Учитывая все вышеизложенное, арбитражный суд вынес решение в пользу налогоплательщика.

По нашему мнению Интернет-форумы предназначены, в том числе и для свободного высказывания посетителями своих мнений, а владелец сайта не проводит проверку регистрируемого имени (так называемого ника) и не контролирует достоверность размещаемых сообщений.

Такого же мнения придерживается и Федеральный арбитражный суд Северо-западного округа. Так в своем постановлении от 15 июня 2009 года по делу N А56-22460/2008 арбитражный суд указал на то, что владелец интернет форума не несет ответственности за информацию размещаемую посетителями.

Так рассматривая дело было установлено что общество с ограниченной ответственностью обратилось в арбитражный суд с иском о признании не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию истцов сведений, опубликованных на Интернет-странице сайта принадлежащего ответчику, а также об осязании опубликовать в сети Интернет опровержение и взыскании 500 000 руб. денежной компенсации за вред, причиненный деловой репутации истца.

Сама суть дела сводилась к тому, что в сети Интернет на форуме сайта ответчика в одном из подразделов посетителем сайта было размещено сообщение определенного содержания с включенным предложением, содержащим следующее смысловое значение: «Настоятельно не рекомендую каким-либо образом сотрудничать с данным обществом с ограниченной ответственностью и лично с директором данного общества".

Полагая, что сообщение не соответствует действительности и порочит деловую репутацию, общество с ограниченной ответственностью обратилось в арбитражный суд с этим иском.

Как указал арбитражный суд, рассматривая это дела, и исходя из сложившейся практики рассмотрения подобных дел Интернет-форумы предназначены для свободного высказывания своих мнений посетителями сайтов, а владелец сайта не проводит проверку регистрируемого имени (ника) и не контролирует достоверность сообщений. Арбитражные суды, принимая решения по таким делам, сходятся во мнении, что спорные сообщения, являясь выражением субъективного мнения, не могут быть проверены на предмет соответствия его действительности в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, слова, изложенные в спорном сообщении, размещенном на сайте в сети Интернет, являются выражением субъективного мнения, суждения опубликовавшего его лица. Об этом свидетельствует как место размещения информации (Интернет-форум), так и форма изложения. Оспариваемые слова не относятся к сообщениям о фактах, обстоятельствах, а являются выражением личной оценки определенных событий разместившего это сообщение лица.

Подводя итог всему вышесказанному важно отметить, что и владельцы интернет-форумов не несут абсолютно никакой ответственности за размещенные сведения и информацию, так как не могут проверить их достоверность.

Но, как из любого правила всегда есть исключения, так и в этом правиле. А именно, ст.7 Федерального закона «О введении в действие ЖК РФ» (далее – Закон о введение в действие ЖК РФ), содержит условие, что общежития, которые принадлежали государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и были переданы в ведение органов местного самоуправления, утрачивают статус общежитий и к ним применяется правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма.

Именно такое толкование ст.7 названного Федерального закона дал Верховный Суд РФ (ВС РФ) в Определении от 15 мая 2007 года № 57-В07-6.

Некоторые чиновники засомневались в конституционности ст.7 названного Федерального закона, которая, по их мнению, эта статья изменяет ст.4 закона о приватизации жилья и фактически разрешает приватизацию общежитий в обход этого закона о приватизации.

Эта проблема также была рассмотрена Конституционным Судом РФ по запросу одного из судов Тюменской области. И Конституционный Суд РФ в определении от 03 июля 2007 года № 425-О-О отказал в принятии запроса этого суда, подтвердив конституционность ст.7 закона о введении в действие ЖК РФ.

Так что теперь, можно смело приватизировать жилые помещения в общежитиях, переданных от организаций муниципальным образованиям, с последующим переводом жилых помещений в нежилые (например, в магазины).

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ в своем определении от 15 мая 2007 года N 57-В07-6 установила, что в силу ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, применяются нормы ЖК РФ о договоре социального найма.

А согласно ст.2 Закона о приватизации граждане РФ, занимающие жилые помещения в государственном и муниципальном жилищном фонде, включая жилищный фонд, находящийся в хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), на условиях социального найма, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных положениями Закона о приватизации, иными нормативными актами РФ и субъектов РФ. Жилые помещения передаются в общую собственность либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Разрешая дело и удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что занимаемое истцами изолированное жилое помещение, ранее использовавшемся в качестве общежития открытым акционерным обществом и переданного согласно постановлению главы местной администрации в муниципальную собственность.

В связи с этим, суд первой инстанции пришел к выводу, что на истцов в силу ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ непосредственно распространяются нормы ЖК РФ о договоре социального найма и поэтому в соответствии со ст.2 Закона о приватизации истцы имеют право на приватизацию занимаемого жилого помещения.

С таким выводом суда первой инстанции согласилась и судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда.

Судебная коллегия по гражданским делам ВС РФ находит вывод суда первой и кассационной инстанции правильным, основанным на нормах материального права, регулирующих спорные отношения.

Президиум Белгородского областного суда, отменяя вынесенные по делу судебные постановления и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указал, что судом первой и кассационной инстанции не учтена ст.4 Закона о приватизации, согласно которой жилые помещения, находящиеся в общежитиях, приватизации не подлежат. Кроме того, по мнению президиума, по буквальному смыслу ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ ее нормы распространяются на отношения, возникающие при пользовании помещениями в домах, использовавшихся в качестве общежитий, а не в общежитиях, изначально построенных в таком статусе.

Однако Судебная коллегия посчитало, что данное судом надзорной инстанции толкование норм ст.7 Закона в введении в действие ЖК РФ искажает их смысл и содержание, а также не соответствует положениям ст.16 ЖК РФ, которая к видам жилых помещений относит жилой дом, часть жилого дома, квартиру, ее часть, комнату, а не общежития.

Из положений ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ следует, что общежития, которые принадлежали государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и были переданы в ведение органов местного самоуправления, утрачивают статус общежитий в силу закона и к ним применяется правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма.

При этом отсутствие договора социального найма, а также решения органа местного самоуправления об исключении соответствующего дома из специализированного жилищного фонда не может препятствовать осуществлению гражданами прав нанимателя жилого помещения по договору социального найма, так как их реализация не может быть поставлена в зависимость от оформления органами местного самоуправления указанных документов.

Поскольку жилой дом был принят в муниципальную собственность в соответствии с постановлением главы местной администрации, то после вступления в силу Закона в введении в действие ЖК РФ статус данного дома как общежития был утрачен в силу закона и у граждан, в том числе истцов по настоящему делу, занимающих в этом доме изолированные жилые помещения, имеется право приобрести их в собственность согласно ст.2 Закона о приватизации.

Кроме того, президиум не учел установленного судом первой инстанции обстоятельства обустройства спорной квартиры для постоянного проживания по утвержденным местной администрацией проектам перепланировки нежилых помещений первого этажа общежития за счет истцов.

С учетом изложенного обжалуемое постановление президиума нельзя признать законным, в связи, с чем оно подлежит отмене.

Подлежащим отмене Судебная коллегия находит и определение Свердловского районного суда об оставлении искового заявления без рассмотрения, как вынесенного во исполнение незаконного судебного постановления.

Руководствуясь ст.387, 388 и 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ определила, что постановление президиума Белгородского областного суда и определение Свердловского районного суда отменить. И оставить в силе решение Свердловского районного суда и кассационное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда.

А вот Конституционный суд РФ свои определением от 3 июля 2007 года N 425-О-О отказал в принятии к рассмотрению запросов городского суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры Тюменской области о проверке конституционности ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ.

И вот почему. Конституционный суд РФ, рассматривая обращение, пришел к выводу о том, что подлежащая применению при рассмотрении данных дел ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ, предусматривающая, что к отношениям по пользованию жилыми помещениями, которые находились в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий, и переданы в ведение органов местного самоуправления, применяются нормы ЖК РФ о договоре социального найма, не соответствует Конституции РФ, Лангепасский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа — Югры Тюменской области приостановил производство по этим делам и обратился в Конституционный Суд РФ с запросами о проверке ее конституционности.

По мнению заявителя, названная норма ставит в неравное положение перед законом граждан, получивших жилые помещения, находящиеся в жилых домах, ранее принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям либо государственным или муниципальным учреждениям и использовавшихся в качестве общежитий и переданных в ведение органов местного самоуправления, и граждан, занимающих жилые помещения, использующиеся в качестве общежитий и находящиеся в ведении органов местного самоуправления со дня их ввода в эксплуатацию, а потому противоречит ст.7, 19 (ч.1), 35 (ч.2), 55 (ч.3) Конституции РФ, а также ограничивает право граждан, проживающих в общежитиях, на приватизацию жилого помещения.

Так, Конституция РФ, провозглашая РФ социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (ст.7, ч.1), одновременно закрепляет соответствующие права и свободы человека и гражданина, в том числе право на жилище, обязывая органы государственной власти и органы местного самоуправления создавать условия для его осуществления (ст.40).

А введение в действующее законодательство ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ было обусловлено прежде всего задачей защиты прав тех граждан, которые после передачи органам местного самоуправления общежитий, ранее принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям (учреждениям), выполнявшим в отношении указанных граждан функцию и наймодателя, и работодателя, оказались пользователями жилой площади, принадлежащей другому наймодателю, не являющемуся их работодателем, что исключало возможность использования этих помещений в качестве общежитий и, соответственно, выселения проживающих в них граждан по основаниям, предусмотренным для выселения из специализированного жилищного фонда. Фактически это привело к изменению их правового статуса и тем самым потребовало изменения правового режима занимаемых жилых помещений.

Распространение законодателем, в полномочия которого входит определение действия закона по кругу лиц, на указанные жилые помещения действия норм ЖК РФ о договоре социального найма устранило неопределенность правовых последствий передачи таких общежитий органам местного самоуправления и не может рассматриваться как нарушение конституционных прав и свобод, поскольку, вопреки утверждению заявителей, направлено исключительно на реализацию положений, закрепленных в ст.40 Конституции РФ.

При этом следует учитывать, что ст.7 Закона о введении в действие ЖК РФ не регулирует отношения по приватизации жилых помещений, осуществляемой на основании специального закона — Закона о приватизации и с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, согласно которой ограничение прав и свобод человека и гражданина путем определения круга объектов, не подлежащих приватизации, допустимо только в том случае, если обстоятельства, фактически обусловливающие особенности правового режима жилья, прежде всего его целевое назначение, исключают возможность передачи жилого помещения в частную собственность (Постановление от 3 ноября 1998 года N 25-П).

Вместе с тем, как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, суды, разрешая вопрос о правомерности распространения на то, или иное жилое помещение особого правового режима, не должны ограничиваться лишь формальным подтверждением целевого назначения данного помещения, и обязаны проверять факты, обосновывающие в каждом конкретном случае такое распространение (определения от 2 ноября 2000 года N 220-О, от 14 декабря 1999 года N 229-О и др.).

Неконституционность оспариваемой нормы заявители усматривают также в том, что она распространяется только на определенную категорию граждан — лиц, проживавших в жилых домах, принадлежавших государственным или муниципальным предприятиям (учреждениям), использовавшихся в качестве общежитий и переданных в ведение органов местного самоуправления, тогда как, по их мнению, нормы ЖК РФ о договоре социального найма должны распространяться на все жилые помещения, используемые в качестве общежитий, а проживающие в них граждане должны иметь право на их приватизацию.

Тем самым фактически перед Конституционным Судом РФ ставится вопрос о внесении изменений в действующее жилищное законодательство. Разрешение этого вопроса, которое потребовало бы отказа от существования специального режима использования определенных жилых помещений, не входит в полномочия Конституционного Суда РФ, как они определены в ст.125 (ч.4) Конституции РФ и ст.3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ».

Исходя из изложенного и руководствуясь п.2 ч.1 ст.43 и ч.1 ст.79 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ», Конституционный Суд РФ отказал в принятии к рассмотрению запросов Лангепасского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа — Югры Тюменской области, поскольку они не отвечают требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ», в соответствии с которыми обращение в Конституционный Суд РФ признается допустимым.

Именно Высший Арбитражный Суд РФ (ВАС РФ) освободил налогоплательщика от административной ответственности за совершение административного правонарушения предусмотренного ст.8.41 КоАП РФ, посчитав, что за размещение отходов на мусорных свалках плату должны вносить лишь пользователи специально оборудованных хранилищ., остальные же «пользователи» платить такие взносы не должны.

Напомним, что ст.8.41 КоАП РФ устанавливает и регулирует ответственность за невнесение в установленные сроки платы за негативное воздействие на окружающую среду. А именно за невнесение такой платы предусмотрена ответственность в виде административного штрафа на должностных лиц в размере от 3 тыс. до 6 тыс. рублей; а на юридических лиц — от 50 тыс. до 100 тыс. рублей.

ВАС Суд РФ, в своем постановлении, освобождая налогоплательщика от административной ответственности по ст.8.41 КоАП РФ, указал, что в соответствии со ст.1 Федерального закона от 24 июня 1998 года N 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее — Закон об отходах) под размещением отходов понимается их хранение и захоронение.

Закон об отходах определяет хранение отходов как их содержание в объектах размещения отходов в целях их последующего захоронения, обезвреживания или использования, а захоронение отходов — как изоляцию не подлежащих дальнейшему использованию отходов в специальных хранилищах в целях предотвращения попадания вредных веществ в окружающую природную среду.

Объектом размещения отходов является специально оборудованное сооружение, предназначенное для размещения отходов (полигон, шламохранилище, хвостохранилище, отвал горных пород и другое).

Статья 12 Закона об отходах устанавливает особые требования к объектам размещения отходов: их создание допускается на основании разрешений, выданных специально уполномоченными федеральными органами исполнительной власти; определение места строительства таких объектов осуществляется на основе специальных исследований и при наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы; объекты размещения отходов вносятся в государственный реестр объектов размещения отходов. Ведение государственного реестра объектов размещения отходов осуществляется в порядке, определенном уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти.

Следовательно, деятельность по размещению отходов носит специализированный характер и осуществляется в специально оборудованных местах. Однако ни из материалов дела, ни из оспариваемого постановления управления Ростехнадзора не следует, что общество занималось размещением отходов в смысле, придаваемом этой деятельности нормами Закона об отходах.

Рассмотрев все материалы дела, ВАС РФ отменил постановление о привлечении налогоплательщика к административной ответственности, предусмотренной ст.8.41 КоАП РФ. Так как, по мнению суда ни из материалов дела, ни из оспариваемого постановления управления Ростехнадзора не следует, что налогоплательщик занимался размещением отходов в смысле, придаваемом этой деятельности нормами Закона об отходах.

ВАС РФ, вынося такое постановление, руководствовался следующим. Статьей 8.41 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за невнесение в установленные сроки платы за негативное воздействие на окружающую среду. А вот согласно статье 1 Федерального закона от 10 января 2002 года N 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее — Закон об охране окружающей среды) негативным воздействием на окружающую среду является воздействие хозяйственной и иной деятельности, последствия которой приводят к негативным изменениям качества окружающей среды.

В соответствии со ст.16 Закона об охране окружающей среды негативное воздействие на окружающую среду является платным. К видам негативного воздействия на окружающую среду относятся: выбросы в атмосферный воздух загрязняющих веществ и иных веществ; сбросы загрязняющих веществ, иных веществ и микроорганизмов в поверхностные водные объекты, подземные водные объекты и на водосборные площади; загрязнение недр, почв; размещение отходов производства и потребления; загрязнение окружающей среды шумом, теплом, электромагнитными, ионизирующими и другими видами физических воздействий; иные виды негативного воздействия на окружающую среду.

Постановлением Правительства РФ от 28 августа 1992 года N632 утвержден Порядок определения платы и ее предельных размеров за загрязнение окружающей природной среды, размещение отходов, другие виды вредного воздействия, который согласно п.1 распространяется на предприятия, учреждения, организации, иностранных юридических и физических лиц, осуществляющих любые виды деятельности на территории Российской Федерации, связанные с природопользованием, и предусматривает взимание платы за следующие виды вредного воздействия на окружающую природную среду: выброс в атмосферу загрязняющих веществ от стационарных и передвижных источников; сброс загрязняющих веществ в поверхностные и подземные водные объекты; размещение отходов; другие виды вредного воздействия (шум, вибрация, электромагнитные и радиационные воздействия и т.п.).

В соответствии с п.1.4 Инструктивно-методических указаний по взиманию платы за загрязнение окружающей природной среды, утвержденных Министерством охраны окружающей среды и природных ресурсов РФ 26 января 1993 года (зарегистрированы в МинЮст РФ 24 марта 1993 года N 190), плата за загрязнение взимается с природопользователей, осуществляющих следующие виды воздействия на окружающую природную среду: выброс в атмосферу загрязняющих веществ от стационарных и передвижных источников; сброс загрязняющих веществ в поверхностные и подземные водные объекты, а также любое подземное размещение загрязняющих веществ; размещение отходов.

Пунктом 1 приказа Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 08 июня 2006 года N 557 (зарегистрирован в Министерстве юстиции РФ 17 июля 2006 года N 8077) установлен срок уплаты платежей за негативное воздействие на окружающую среду: по итогам отчетного периода не позднее 20-го числа месяца, следующего за отчетным периодом.

Следовательно, обязанность по внесению платы за негативное воздействие на окружающую среду возложена на физических и юридических лиц только в том случае, если в результате их деятельности происходит такое воздействие на окружающую среду, которое подпадает под виды негативного воздействия, установленные в Законе об охране окружающей среды.

Суд указал, что при осуществлении обществом деятельности, связанной с использованием оргтехники и оформлением документации, образуются бытовые и канцелярские отходы, от размещения которых происходит негативное воздействие на окружающую среду.

Однако в соответствии со ст.1 Закона об отходах под размещением отходов понимается их хранение и захоронение.

Закон об отходах определяет хранение отходов как их содержание в объектах размещения отходов в целях их последующего захоронения, обезвреживания или использования, а захоронение отходов — как изоляцию не подлежащих дальнейшему использованию отходов в специальных хранилищах в целях предотвращения попадания вредных веществ в окружающую природную среду.

Объектом размещения отходов является специально оборудованное сооружение, предназначенное для размещения отходов (полигон, шламохранилище, хвостохранилище, отвал горных пород и другое).

Статья 12 Закона об отходах устанавливает особые требования к объектам размещения отходов: их создание допускается на основании разрешений, выданных специально уполномоченными федеральными органами исполнительной власти; определение места строительства таких объектов осуществляется на основе специальных исследований и при наличии положительного заключения государственной экологической экспертизы; объекты размещения отходов вносятся в государственный реестр объектов размещения отходов. Ведение государственного реестра объектов размещения отходов осуществляется в порядке, определенном уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти.

Следовательно, деятельность по размещению отходов носит специализированный характер и осуществляется в специально оборудованных местах. Однако ни из материалов дела, ни из оспариваемого постановления управления Ростехнадзора не следует, что общество занималось размещением отходов в смысле, придаваемом этой деятельности нормами Закона об отходах.

Кроме того, согласно положениям ст.65 и 210 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.

В силу ч.1 и 2 ст.26.2 КоАП РФ наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, устанавливаются протоколом об административном правонарушении, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

В рассматриваемом нами случае, в постановлении прокурора о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении налогоплательщика отсутствуют сведения, относящиеся к событию совершенного правонарушения, а также сведения, касающиеся объективной стороны административного правонарушения. Кроме того, не отражено, какие суммы за негативное воздействие на окружающую природную среду подлежали внесению, но фактически не внесены либо внесены с нарушением установленного срока.

Административный орган, рассматривая административное дело, не установил, какие виды деятельности осуществляются обществом, какие объекты и как эксплуатируются обществом, связана ли его деятельность с воздействием на окружающую среду, и если связана, то какой вид негативного воздействия, из установленных Законом об охране окружающей среды, осуществляется.

При наличии таких обстоятельств, следует признать, что административный орган привлек юридическое лицо к административной ответственности при отсутствии надлежащих доказательств, с нарушением положений Кодекса об административных правонарушениях РФ, содержащих требования о всестороннем, полном и объективном рассмотрении дела.

Так положения о выходе участника общества с ограниченной ответственностью из состава общества содержатся в ст.26 Федерального закона от 08 февраля 1998 года N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее — Закон об обществах с ограниченной ответственностью). Пунктом 17 ст.3 Федерального закона от 30 декабря 2008 года N 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации» в указанную статью Закона об обществах с ограниченной ответственностью были внесены некоторые изменения, которые вступили в силу 1 июля 2009 года (п.1 ст.5 Федерального закона N 312-ФЗ).

Так согласно действующему положению п.1 ст.26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества, если это предусмотрено уставом общества. Право участника общества на выход из общества может быть предусмотрено уставом общества при его учреждении или при внесении изменений в его устав по решению общего собрания участников общества, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, с 1 июля 2009 года участник общества с ограниченной ответственностью может выйти из состава общества только в том случае, если уставом общества предусмотрена такая возможность выхода. Если в уставе общества с ограниченной ответственностью нет положения, что его участники вправе выйти из состава общества, то выйти из состава такого общества участник не сможет.

В соответствии с п.1 ст.26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью право участника общества на выход из состава общества может быть предусмотрено при внесении изменений в устав общества по решению общего собрания участников, принятому всеми участниками общества единогласно, если иное не предусмотрено федеральным законом. При этом в уставе общества с ограниченной ответственностью должен быть предусмотрен также порядок выхода участника из общества и последствия такого выхода (п.2 ст.12 Закона об обществах с ограниченной ответственностью устанавливает перечень необходимых сведения и информации, которая должна содержаться в уставе общества с ограниченной ответственностью). Однако ни при каких условиях невозможен выход участников общества из состава ООО, если в результате такого выхода в обществе не остается ни одного участника, а также выход единственного участника из общества. Запрет на это содержится в п.2 ст.26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью. Также согласно п.7 ст.23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью доля переходит к обществу с момента получения обществом заявления участника общества о выходе из состава общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

В соответствии с п.6.1 ст.23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, в случае выхода участника из общества в соответствии со ст.26 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, его доля переходит к обществу. Общество в свою очередь, обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества — действительную стоимость оплаченной части доли. Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Таким образом, если возможность выхода участника из общества с ограниченной ответственностью предусмотрена уставом общества, для выхода из общества его участнику необходимо направить обществу соответствующее заявление. Заключать договор купли-продажи доли при этом не нужно. В соответствии с пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса РФ при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Необходимость получения нотариально удостоверенного согласия другого супруга установлена п.3 ст.35 СК РФ для случаев совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью либо сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке.

Поэтому если доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью входит в состав общего имущества супругов (п.2 ст.34 СК РФ), то согласие супруга на совершение другим супругом сделки по отчуждению принадлежащей ему доли обществу предполагается. Однако, поскольку выход участника общества с ограниченной ответственностью из общества представляет собой сделку по распоряжению имуществом, такая сделка все-таки может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия супруга, но только по требованию супруга и только в случаях, если доказано, что общество знало или заведомо должно было знать о несогласии супруга на выход участника из общества (п.2 ст.35 СК РФ). Также согласно п.п."д" п.1 ст.5 Федерального закона от 08 августа 2001 года N 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее — Закон о государственной регистрации) в Едином государственном реестре юридических лиц в отношении обществ с ограниченной ответственностью содержатся сведения о размерах и номинальной стоимости долей в уставном капитале общества, принадлежащих обществу и его участникам, о передаче долей или частей долей в залог или об ином их обременении, сведения о лице, осуществляющем управление долей, переходящей в порядке наследования.

Поэтому, при переходе прав на долю от участника общества к самому обществу в единый государственный реестр юридических лиц должны быть внесены изменения. В соответствии с п.6 ст.24 Закона об обществах с ограниченной ответственностью орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, должен быть извещен о состоявшемся переходе к обществу доли или части доли в уставном капитале общества не позднее чем в течение месяца со дня перехода к обществу доли или части доли путем направления заявления о внесении соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц и документа, подтверждающего основания перехода к обществу доли или части доли. В случае, если в течение указанного срока доля или часть доли будет распределена, продана или погашена, орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, извещается обществом путем направления заявления о внесении соответствующих изменений в единый государственный реестр юридических лиц и документов, подтверждающих основания перехода к обществу доли или части доли, а также их последующих распределения, продажи или погашения.

Документы, для государственной регистрации предусмотренные ст.24 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, изменений, а при продаже доли или части доли также документы, подтверждающие оплату доли или части доли в уставном капитале общества, должны быть представлены в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, в течение одного месяца со дня принятия решения о распределении доли или части доли между всеми участниками общества, об их оплате приобретателем либо о погашении. Указанные изменения приобретают силу для третьих лиц с момента их государственной регистрации. Поскольку такие изменения в единый государственный реестр юридических лиц не связаны с внесением изменений в учредительные документы общества с ограниченной ответственностью, то заявление в регистрирующий орган подается по форме N Р14001, утвержденной постановлением Правительства РФ от 19 июня 2002 года N 439 (п.2 ст.17 Закона о государственной регистрации). Однако эта форма не учитывает произошедших изменений законодательства.

Так Федеральная налоговая служба в п.9 своего письма от 25 июня 2009 года N МН-22-6/511@ и п.2 письма от 08 июля 2009 года N МН-22-6/548@ рекомендовала использовать до утверждения в установленном законодательством РФ порядке новых форм заявлений формы заявлений о государственной регистрации, размещенные на сайте ФНС России в сети Интернет.

Заявление подписывает руководитель постоянно действующего исполнительного органа регистрируемого юридического лица или иное лицо, имеющие право без доверенности действовать от имени этого юридического лица (п.п."а" п.1.3 ст.9 Закона о государственной регистрации, пункт 4 письма Федеральной налоговой службы России от 25 июня 2009 года N МН-22-6/511@). На основании п.1.2 ст.9 Закона о государственной регистрации, теперь подлинность подписи заявителя на заявлении должна быть засвидетельствована в нотариальном порядке.

Женщина-работник имеет полное право по своему желанию потребовать от работодателя установления для нее сокращенного рабочего дня (или неполного рабочего дня) на основании ч.1 ст.93 и ч.3 ст.256 ТК РФ. Так по соглашению сторон трудового договора, а именно между работником и работодателем может устанавливаться сокращенный рабочий день или неполный рабочий день (смена), а также неполная рабочая неделя как при приеме на работу, так и впоследствии. Работодатель обязан устанавливать неполный рабочий день (смену) или неполную рабочую неделю по просьбе беременной женщины, одного из родителей (опекуна, попечителя), имеющего ребенка в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет), а также лица, осуществляющего уход за больным членом семьи в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Также, при работе на условиях неполного рабочего времени оплата труда работника производится пропорционально отработанному им времени или в зависимости от выполненного им объема работ. Работа на условиях неполного рабочего времени не влечет для работников каких-либо ограничений продолжительности ежегодного основного оплачиваемого отпуска, исчисления трудового стажа и других трудовых прав.

А ст.256 ТК РФ устанавливает порядок предоставления отпуска по уходу за ребенком. Так в соответствии с ч.1 данной статьи женщине по ее заявлению предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска (по уходу за ребенком) определяются федеральными законами. Отпуска по уходу за ребенком также могут быть использованы полностью или по частям также отцом ребенка, бабушкой, дедом, другим родственником или опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком. По заявлению женщины или лиц, указанных выше, во время нахождения в отпусках по уходу за ребенком они могут работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию. Причем на период отпуска по уходу за ребенком за работником сохраняется его место работы (должность). Отпуска по уходу за ребенком засчитываются в общий и непрерывный трудовой стаж, а также в стаж работы по специальности (за исключением случаев досрочного назначения трудовой пенсии по старости).

Таким образом, если женщина обратилась к работодателю с письменным требованием о предоставлении ей неполного рабочего дня (сокращенного рабочего времени) в связи с уходом за ребенком, не достигшим возраста трех лет, отказать ей в этом работодатель не вправе.

Помимо женщин имеющих детей в возрасте до трех лет, потребовать предоставления сокращенного рабочего времени также могут следующие категории работников, указанных в ст.92 ТК РФ:

• для работников в возрасте до шестнадцати лет — не более 24 часов в неделю;
• для работников в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет — не более 35 часов в неделю;
• для работников, являющихся инвалидами I или II группы, — не более 35 часов в неделю;
• для работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, — не более 36 часов в неделю в порядке, установленном Правительством РФ с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений;
• продолжительность рабочего времени учащихся образовательных учреждений в возрасте до восемнадцати лет, работающих в течение учебного года в свободное от учебы время, не может превышать половины норм, установленных частью первой настоящей статьи для лиц соответствующего возраста.

Трудовым кодексом или иными федеральными законами может устанавливаться сокращенная продолжительность рабочего времени и для других категорий работников (педагогических, медицинских и других работников).

Особенностью сокращенного рабочего времени для отдельных категорий работников является то, что работник получает заработную плату, как если бы рабочее время устанавливалось ему нормальной продолжительности. Если женщина не относится к этим категориям, устанавливать ей сокращенное рабочее время работодатель не обязан. В то же время трудовое законодательство помимо сокращенного рабочего времени предусматривает режим неполного рабочего времени, когда работнику устанавливается неполный рабочий день (смена) или неполная рабочая неделя (ст.93 ТК РФ). При работе на условиях неполного рабочего времени оплата труда работника производится пропорционально отработанному им времени или в зависимости от выполненного им объема работ.

Работа на условиях неполного рабочего времени также не влечет для работников каких-либо ограничений продолжительности ежегодного основного оплачиваемого отпуска, исчисления трудового стажа и других трудовых прав.

В силу прямого указания, содержащегося в ч.1 ст.93 ТК РФ, работодатель обязан устанавливать неполный рабочий день или неполную рабочую неделю по просьбе одного из родителей, имеющего ребенка в возрасте до четырнадцати лет. Таким образом, если отец ребенка не воспользовался этой возможностью, а женщина уже вышла на работу из отпуска по уходу за ребенком, то работодатель обязан установить женщине неполное рабочее время на основании ч.1 ст.93 ТК РФ. Женщина, находящаяся в отпуске по уходу за ребенком, может работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию (ч.3 ст.256 ТК РФ). Отказать в установлении неполного рабочего времени женщине, находящейся в отпуске по уходу за ребенком, работодатель также не может.

Необходимо также обратить внимание, что до достижения ребенком трехлетнего возраста женщина может неоднократно выходить из отпуска по уходу за ребенком на работу, а затем уходить в него заново, не спрашивая на это согласия работодателя. Это ее право следует из ч.2 ст.256 ТК РФ. Таким образом, женщина имеющего ребенка в возрасте до трех лет, в любом случае сможет потребовать у работодателя установить ей неполное рабочее время на основании ч.1 ст.93 или ч.3 ст.256 ТК РФ, уйдя в отпуск по уходу за ребенком. Установление режима неполного рабочего времени как в первом, так и во втором случае оформляется дополнительным соглашения к трудовому договору (ч.2 ст.57, ст.100, ст.72 ТК РФ).

Если же работодатель откажет женщине в установлении неполного рабочего времени, то на основании ст.5.27 Кодекса об административных правонарушениях РФ на должностных лиц работодателя может быть наложен административный штраф в размере от 1000 до 5000 рублей; на работодателя — индивидуального предпринимателя — от 1000 до 5000 рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток; на работодателя — юридическое лицо — от 30 000 до 50 0000 рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.

Порядок установления сокращенного рабочего дня для женщин, имеющих детей в возрасте до трех лет, является обязательным для работодателей. И отказ в установлении сокращенного рабочего дня для женщины-сотрудницы может повлечь за собой очень тяжелые последствия. Теперь подробней остановимся на наиболее важных моментах.

Женщина-работник имеет полное право по своему желанию потребовать от работодателя установления для нее сокращенного рабочего дня (или неполного рабочего дня) на основании ч.1 ст.93 и ч.3 ст.256 ТК РФ. Так по соглашению сторон трудового договора, а именно между работником и работодателем может устанавливаться сокращенный рабочий день или неполный рабочий день (смена), а также неполная рабочая неделя как при приеме на работу, так и впоследствии. Работодатель обязан устанавливать неполный рабочий день (смену) или неполную рабочую неделю по просьбе беременной женщины, одного из родителей (опекуна, попечителя), имеющего ребенка в возрасте до четырнадцати лет (ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет), а также лица, осуществляющего уход за больным членом семьи в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Также, при работе на условиях неполного рабочего времени оплата труда работника производится пропорционально отработанному им времени или в зависимости от выполненного им объема работ. Работа на условиях неполного рабочего времени не влечет для работников каких-либо ограничений продолжительности ежегодного основного оплачиваемого отпуска, исчисления трудового стажа и других трудовых прав.

А ст.256 ТК РФ устанавливает порядок предоставления отпуска по уходу за ребенком. Так в соответствии с ч.1 данной статьи женщине по ее заявлению предоставляется отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет. Порядок и сроки выплаты пособия по государственному социальному страхованию в период указанного отпуска (по уходу за ребенком) определяются федеральными законами. Отпуска по уходу за ребенком также могут быть использованы полностью или по частям также отцом ребенка, бабушкой, дедом, другим родственником или опекуном, фактически осуществляющим уход за ребенком. По заявлению женщины или лиц, указанных выше, во время нахождения в отпусках по уходу за ребенком они могут работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию. Причем на период отпуска по уходу за ребенком за работником сохраняется его место работы (должность). Отпуска по уходу за ребенком засчитываются в общий и непрерывный трудовой стаж, а также в стаж работы по специальности (за исключением случаев досрочного назначения трудовой пенсии по старости).

Таким образом, если женщина обратилась к работодателю с письменным требованием о предоставлении ей неполного рабочего дня (сокращенного рабочего времени) в связи с уходом за ребенком, не достигшим возраста трех лет, отказать ей в этом работодатель не вправе.

Помимо женщин имеющих детей в возрасте до трех лет, потребовать предоставления сокращенного рабочего времени также могут следующие категории работников, указанных в ст.92 ТК РФ:

• для работников в возрасте до шестнадцати лет — не более 24 часов в неделю;
• для работников в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет — не более 35 часов в неделю;
• для работников, являющихся инвалидами I или II группы, — не более 35 часов в неделю;
• для работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, — не более 36 часов в неделю в порядке, установленном Правительством РФ с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений;
• продолжительность рабочего времени учащихся образовательных учреждений в возрасте до восемнадцати лет, работающих в течение учебного года в свободное от учебы время, не может превышать половины норм, установленных частью первой настоящей статьи для лиц соответствующего возраста.

Трудовым кодексом или иными федеральными законами может устанавливаться сокращенная продолжительность рабочего времени и для других категорий работников (педагогических, медицинских и других работников).

Особенностью сокращенного рабочего времени для отдельных категорий работников является то, что работник получает заработную плату, как если бы рабочее время устанавливалось ему нормальной продолжительности. Если женщина не относится к этим категориям, устанавливать ей сокращенное рабочее время работодатель не обязан. В то же время трудовое законодательство помимо сокращенного рабочего времени предусматривает режим неполного рабочего времени, когда работнику устанавливается неполный рабочий день (смена) или неполная рабочая неделя (ст.93 ТК РФ). При работе на условиях неполного рабочего времени оплата труда работника производится пропорционально отработанному им времени или в зависимости от выполненного им объема работ.

Работа на условиях неполного рабочего времени также не влечет для работников каких-либо ограничений продолжительности ежегодного основного оплачиваемого отпуска, исчисления трудового стажа и других трудовых прав.

В силу прямого указания, содержащегося в ч.1 ст.93 ТК РФ, работодатель обязан устанавливать неполный рабочий день или неполную рабочую неделю по просьбе одного из родителей, имеющего ребенка в возрасте до четырнадцати лет. Таким образом, если отец ребенка не воспользовался этой возможностью, а женщина уже вышла на работу из отпуска по уходу за ребенком, то работодатель обязан установить женщине неполное рабочее время на основании ч.1 ст.93 ТК РФ. Женщина, находящаяся в отпуске по уходу за ребенком, может работать на условиях неполного рабочего времени или на дому с сохранением права на получение пособия по государственному социальному страхованию (ч.3 ст.256 ТК РФ). Отказать в установлении неполного рабочего времени женщине, находящейся в отпуске по уходу за ребенком, работодатель также не может.

Необходимо также обратить внимание, что до достижения ребенком трехлетнего возраста женщина может неоднократно выходить из отпуска по уходу за ребенком на работу, а затем уходить в него заново, не спрашивая на это согласия работодателя. Это ее право следует из ч.2 ст.256 ТК РФ. Таким образом, женщина имеющего ребенка в возрасте до трех лет, в любом случае сможет потребовать у работодателя установить ей неполное рабочее время на основании ч.1 ст.93 или ч.3 ст.256 ТК РФ, уйдя в отпуск по уходу за ребенком. Установление режима неполного рабочего времени как в первом, так и во втором случае оформляется дополнительным соглашения к трудовому договору (ч.2 ст.57, ст.100, ст.72 ТК РФ).

Если же работодатель откажет женщине в установлении неполного рабочего времени, то на основании ст.5.27 Кодекса об административных правонарушениях РФ на должностных лиц работодателя может быть наложен административный штраф в размере от 1000 до 5000 рублей; на работодателя — индивидуального предпринимателя — от 1000 до 5000 рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток; на работодателя — юридическое лицо — от 30 000 до 50 0000 рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.

Как в такой ситуации поступать самому работодателю, ведь ему причинен ущерб, в виде разбитого транспортного средства. Может ли он как владелец источника повышенной опасности и ответственный перед третьими лицами за вред, причиненный его сотрудником, привлечь работника к полной материальной ответственности в порядке регресса за ущерб, который ему причинен работником (в результате совершенного ДТП). И можно ли в подобной ситуации применить нормы п.6 ч.1 ст.243 ТК РФ? Напомним, что нормы ст.243 ТК РФ устанавливают и регулируют случаи полной материальной ответственности работника. А пункт 6 части первой этой статьи определяет, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае причинения ущерба имуществу работодателя в результате совершенного административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом.

В связи с этим, забегая немного вперед можно ответить на поставленный ранее вопрос — работник не может быть привлечен к полной материальной ответственности по п.6 ч.1 ст.243 ТК РФ, за вред причиненный имуществу работодателя.

Так согласно п.1 ст.1081 ГК РФ лицо, определяется порядок компенсации за возмещение вреда причиненного третьими лицами. А именно, лицо возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и тому подобное), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения. Таким образом, вроде получается что работодатель, несущий ответственность за вред, причиненный его работниками третьим лицам, обязан этот ущерб возместить, и конечно потребовать в порядке регресса компенсации его расходов на это. Причем, такая компенсация включает в себя не только расходы работодателя на возмещение ущерба, причиненного действиями работника третьим лицам, но и свои собственные расходы, например, по ремонту транспортного средства после произошедшего ДТП, как в нашем случае.

Также ст.238 ТК РФ подтверждает этот тезис. Причем в нормах указанной статьи говорится о том, что работник несет полную материальную ответственность как за прямой действительный ущерб, который непосредственно причиненный им работодателю, так и за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (так называемый косвенный ущерб).

Материальная ответственность работника может быть полной и ограниченной. По общему правилу работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка (ст.241 ТК РФ). Полная материальная ответственность наступает лишь в случаях, предусмотренных ТК РФ и иными федеральными законами (ч.2 ст.242 ТК РФ).

Пунктом 6 ч.1 ст.243 ТК РФ предусмотрена полная материальная ответственность работника за ущерб, причиненный работодателю в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом.

Вроде бы все понятно. Раз произошло административное правонарушение, выразившееся в совершенном ДТП, и работник был признан виновным в его совершении, то и нет основания, по которому работодатель не может привлечь своего работника к полной материальной ответственности за ущерб причиненный ему.

Но вот, пленум Верховного Суда РФ в п.12 постановления от 16 ноября 2006 года N 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснил некоторые не совсем понятные вопросы в отношении рассматриваемого дела. А именно, что работник может быть привлечен к полной материальной ответственности в соответствии с п.6 ч.1 ст.243 ТК РФ, если по результатам рассмотрения дела об административном правонарушении было вынесено постановление о назначении административного наказания. По мнению пленума Верховного Суда РФ, п.6 ч.1 ст.243 ТК РФ применяется также и тогда, когда работник освобожден от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного им административного правонарушения. Об этом органом, отвечающим за рассмотрение такой категории административных дел должно быть вынесено соответствующее постановление.

Следовательно, если по результатам рассмотрения дела о совершенном дорожно-транспортном происшествии работник не был привлечен к административной ответственности (например, в связи с истечением сроков давности) либо в отношении него не вынесено постановление о прекращении производства по административному делу в связи с малозначительностью совершенного им проступка, то полную материальную ответственность по п.6 ч.1 ст.243 ТК РФ на него возложить нельзя.

Но это, как указал пленум Верховного суда РФ, не препятствует привлечению работника к полной материальной ответственности по другим основаниям, предусмотренным все той, же ст.243 ТК РФ или иными федеральными законами, регулирующих решение данного вопроса. Если же таких оснований нет, то работник может быть привлечен к ответственности, которая ограничена размерами его среднего месячного заработка.

До принятия решения о возмещении ущерба работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения, а также истребовать от работника письменное объяснение (ч.1 и ч.2 ст.247 ТК РФ).

В соответствии с ч.1 ст.248 ТК РФ сумма причиненного ущерба, не превышающая среднего месячного заработка, взыскивается с виновного работника по распоряжению работодателя. Распоряжение должно быть сделано не позднее одного месяца со дня окончательного установления работодателем размера причиненного его работником ущерба. На основании распоряжения работодателя из заработной платы работника удерживается сумма причиненного им ущерба. Общий размер всех удержаний при каждой выплате заработной платы не может превышать 20% (ч.1 ст.138 ТК РФ).

Если месячный срок вынесения распоряжения о взыскании пропущен, то работодателю в таком случае следует обратиться в суд (ч.2 ст.248 ТК РФ). Иск о возмещении ущерба может быть подан в суд в течение одного года со дня обнаружения ущерба. При пропуске срока по уважительным причинам, он может быть восстановлен судом (ч.1 и ч.2 ст.392 ТК РФ).

В соответствии с ч.3 ст.136 ТК РФ (порядок, место и сроки выплаты заработной платы) заработная плата выплачивается работнику, как правило, в месте выполнения им работы либо перечисляется на указанный работником счет в банке на условиях, определенных коллективным договором или трудовым договором. Это значит, что коллективным или трудовым договором могут быть определены условия о том, кто несет расходы по перечислению денежных средств на расчетный счет, по обслуживанию банковской карты и т.п. Банк же, на счет в котором работнику будет перечисляться заработная плата, он вправе выбрать самостоятельно.

Это связано с тем, что договором банковского счета является гражданско-правовой договор (гл.45 ГК РФ), поэтому при его заключении и исполнении необходимо руководствоваться непосредственно положениями гражданского законодательства. А в соответствии с п.2 ст.1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена самими нормами ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством (п.1 ст.421 ГК РФ).

Денежные средства, полученные работником от работодателя в качестве заработной платы, с позиции гражданского законодательства являются собственностью этого гражданина. Осуществляя самостоятельно выбор банка, работник может оценить надежность такого банка, его платежеспособность, ставку процентов, начисляемых на денежные средства, находящиеся на счету, и другие подобные критерии. Тем самым работник имеет возможность учитывать свои интересы как собственника денежных средств, получаемых от работодателя в качестве заработной платы. Учитывая принцип свободы договора, работодатель не вправе обязать работника заключить договор банковского счета с определенным им самим банком.

Согласно п.1 ст.846 ГК РФ при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами. Иными словами, работодатель имеет возможность в интересах своего работника открыть ему счет в банке. Но в силу п.3 ст.308 ГК РФ работник не обязан пользоваться счетом, открытым ему работодателем. В части же 3 ст.136 Трудового кодекса, как уже было отмечено, установлено, что заработная плата перечисляется на указанный работником счет. Это означает, что работодатель не может без согласия работника перечислять заработную плату на счет, открытый работодателем на имя работника в банке, выбранном работодателем. В противном случае фраза о том, что счет указывается работником, теряла бы всякий смысл.

Таким образом, ч.3 ст.136 ТК РФ предполагает, что право выбора банка, на счет в котором перечисляется заработная плата, принадлежит работнику. Работодатель не вправе обязать работника выбрать определенный банк. В случае, если трудовым или коллективным договором предусмотрена возможность перечисления заработной платы на счет в банке, работодатель не вправе отказать в перечислении заработной платы на счет в банке, указанный самим работником.

Такую же позицию занимает и Конституционного Суда РФ, которая была изложена в определении от 21 апреля 2005 года N 143-О. В частности, Конституционным Судом РФ было указано, что из содержания ч.3 и 5 ст.136 ТК РФ следует, что они направлены на обеспечение согласования интересов сторон трудового договора при определении правил выплаты заработной платы, на создание условий беспрепятственного ее получения лично работником удобным для него способом, что в свою очередь соответствует положениям Конвенции МОТ N 95 1949 года «Относительно защиты заработной платы» (которая была ратифицирована еще Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 января 1961 года), и сами по себе такие действия не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права и свободы граждан.

И, как правило, мало кто из «бывших» кредиторов задумывался о необходимости налогообложения полученных от должника процентов за пользование чужими денежными средствами.

А вот как указало Министерство финансов РФ в своем письме от 11 сентября 2009 года № 03-07-11/222 «О налогообложении НДС сумм, полученных налогоплательщиком от покупателей товаров» полученные проценты за пользование денежными средствами при нарушении договорных обязательств подлежат обложению налогом на добавленную стоимость.

В частности Департамент налоговой и таможенно-тарифной политики Министерства финансов РФ указал на необходимость применения налогообложения налогом на добавленную стоимость сумм денежных средств, полученных налогоплательщиком от покупателей товаров (работ, услуг) на основании решения арбитражного суда за нарушение договорных обязательств в виде процентов за пользование чужими денежными средствами.

В обоснование такой позиции была приведена норма п.п.2 п.1 ст.162 НК РФ, именно данной нормой установлено правило, согласно которому налогообложению налогом на добавленную стоимость подлежат полученные налогоплательщиком денежные средства, связанные с оплатой реализованных этим налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

Таким образом, суммы денежных средств, полученных налогоплательщиком от покупателей товаров (работ, услуг) на основании решения арбитражного суда за нарушение договорных обязательств в виде процентов за пользование чужими денежными средствами, следует относить к суммам, связанным с оплатой этих товаров (работ, услуг). Поэтому указанные суммы подлежат включению в налоговую базу по налогу на добавленную стоимость.

Когда при осуществлении предпринимательской деятельности, к примеру, происходит нарушение взятых на себя обязательств, например, в виде не выполнения обязательств по оплате переданных товаров, выполненных работ или оказанных услуг, кредитор вправе требовать от должника не только исполнение самого обязательства, но и выплаты ему процентов за пользование чужими (в данном случае кредитора) денежными средствами.

И, как правило, мало кто из «бывших» кредиторов задумывался о необходимости налогообложения полученных от должника процентов за пользование чужими денежными средствами.

А вот как указало Министерство финансов РФ в своем письме от 11 сентября 2009 года № 03-07-11/222 «О налогообложении НДС сумм, полученных налогоплательщиком от покупателей товаров» полученные проценты за пользование денежными средствами при нарушении договорных обязательств подлежат обложению налогом на добавленную стоимость.

В частности Департамент налоговой и таможенно-тарифной политики Министерства финансов РФ указал на необходимость применения налогообложения налогом на добавленную стоимость сумм денежных средств, полученных налогоплательщиком от покупателей товаров (работ, услуг) на основании решения арбитражного суда за нарушение договорных обязательств в виде процентов за пользование чужими денежными средствами.

В обоснование такой позиции была приведена норма п.п.2 п.1 ст.162 НК РФ, именно данной нормой установлено правило, согласно которому налогообложению налогом на добавленную стоимость подлежат полученные налогоплательщиком денежные средства, связанные с оплатой реализованных этим налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

Таким образом, суммы денежных средств, полученных налогоплательщиком от покупателей товаров (работ, услуг) на основании решения арбитражного суда за нарушение договорных обязательств в виде процентов за пользование чужими денежными средствами, следует относить к суммам, связанным с оплатой этих товаров (работ, услуг). Поэтому указанные суммы подлежат включению в налоговую базу по налогу на добавленную стоимость.