Снилось ленивому Марку однажды, что бегал он долго.
После того он не спит, чтобы не бегать во сне.

Или вот, злое такое:

Апис, кулачный боец, никого не поранил. За это
Был от соперников он статуей этой почтён.

Вообще злые были ребята.
Часто используется игра слов (переводчик разделил «золото» и «злато», чтобы как-то уточнить это):

Золотом Зевс покорил Данаю. И я тебя — златом.
Более Зевса тебе я предложить не могу.

Или игра смыслов — высмеять, так по всем фронтам сразу:

Двадцать на свет произвёл сыновей живописец Евтихий;
Сходства, однако, с собой не получил ни в одном.

Женщин тоже не жалели:

Мёд покупаешь ты с воском, румяна, и косы, и зубы.
Было б дешевле тебе сразу купить всё лицо.

Но попадаются и абсолютные шедевры:

Вот он — ничтожество, раб, и гроша за душой не имеет,
Но, посмотрите: души чьей-то чужой господин.

Гекзаметр ещё этот завораживает абсолютно.

Главная его ценность в том, что он снят 10 лет назад. То есть мак-пользователи работают на Mac OS 9, преданные фанаты. Недавно вышел Intel Pentium III, и это та мощность, которая должна окончательно добить и порвать Apple (оптимизированный под этот процессор Adobe Photoshop 5.5 нацелен на самых лояльных пользователей маков — специалистов по компьютерной графике). Apple продаёт лицензии на более дешёвые реплики своих моделей. Президент Dell через печать советует Джобсу закрыть компанию, продать имущество с молотка и раздать деньги акционерам.

Ещё нет iPod-а и iTunes Music Store. Ещё нет Mac OS X. Любой сотовый телефон с монохромным экраном выглядит инновацией, а аппарат с маркой iPhone выпускает Cisco.

Но уже вышел и получил большой успех iMac — новый Мак. А у Джобса есть NextCube и NextSTEP. И понимание того, как надо работать с графикой, полученное в Pixar. И Джонатан Айв. И огромный GUI-development background, который накоплен в компании.

Но создатели фильма этого пока не знают. В 1999 году Apple всё ещё компания с туманным будущим, а Билл Гейтс — самый богатый человек на планете, только что вышла Windows 98, и процесс USA vs. Microsoft начнётся только в апреле следующего года.

Всё это, с позиции людей, которые уже знают, что было дальше, смотреть очень интересно.

Отдельный фан в том, что теперь понятно, откуда хомячки черпают мифы про «кто у кого что спёр» — события фильма немного отличаются от реальных, в том числе и в том, что касается использования разработок Xerox. Потому и финал такой откровенно дебильный. Да и сам фильм снимался только для телека.

Причём мы-то не сразу врубаемся, но современники фильма в большинстве своём ещё помнили дореформенную орфографию.

Ну, то есть, да, у нас и немцы в фильмах по-русски с акцентом между собой говорили, и надписи в американских барах по-русски висели. Но здесь стоит буква ять. Надо было или без неё, или:

Съ нами Богъ, съ нами Богъ!!!
Красныхъ давимъ мы, какъ блохъ!
А трусливыя чапайцы
Удираютъ всҍ, какъ зайцы!

— Чем больше я это всё читаю, тем сильнее ощущение, что я утрачиваю возможность отличать плохое от хорошего.

Похожую мысль любил Булгаков, приводя в пример нарушение музыкального слуха при долгой игре на расстроенном инструменте.

Социальные сервисы в этом смысле — полная смерть для художественного чувства меры. Бездна прозаиков, поэтов и драматургов полностью захлёстывают количеством и перестаёшь понимать: то ли это хорошо на общем фоне, то ли это нехорошо а у тебя просто чувство притупилось, то ли это прекрасно, но ты так боишься и не веришь во что-то путнее в этой среде, что обманываешь себя и думаешь, что это плохо, из боязни ошибиться, а это на самом деле хорошо.

Поэтесс опять же как-то много — их с начала прошлого века было много, женщина эмоциональнее мужчины, а эмансипация открыла ей дорогу в большой мир. Но поэзию как таковую порождали единицы из женщин, и многие переоценены.

Глядя на то, как и что сейчас публикуется в интернете, становится ясно, что путь к издателю и читателю стал легче, но путь к литературе как таковой отдалился ещё сильнее даже по сравнению с девяностыми годами, когда вообще вся предшествующая литературная инфраструктура разрушилась, а новая ещё не создалась.

В море той литературы, которая приходит из интернета на книжные полки, хороший уровень добротной вторичности, читательской востребованности, общественной актуальности, но собственно искусства в ней или очень мало или нет совсем, оно там декоративно-прикладное.

И непонятно, как оттуда может появиться новое произведение искусства как таковое, как оно пробьётся сквозь мегабайты одинакового потока вторичного, но очень популярного у нетребовательного большинства чтения.

Большое искусство содаётся меньшинством, часто противопоставляющим себя большинству, и это в корне противоречит современному интернету, где главные критерии всего — количественные.

Можно предположить, что оно никогда не появится из интернета, но, наверное, просто будет придуман какой-то новый механизм, которого пока нет или он в зачатке. Одно из главных условий непрерывного творческого роста, без которого произведения искусства не создаются, это постоянное реальное общение среди себе подобных, человек — коллективное животное. Поэтому часто творческие люди объединяются в коллективы, в которых многие ненавидят друг друга: среда важнее, выживание в одиночку для человека невозможно, у него такой мозг.

Интернет сейчас не даёт такой возможности. Помимо перенесения онлайновых знакомств в оффлайновые, но это немного не то.

Видеосервисы, возможно, поправят дело. Но пока я не верю в качественный литературный процесс в сети.

«Я ничего не сделал, ибо всегда хотел сделать больше обыкновенного».

Впрочем, цитирую по Бунину, может, и не так звучало; но какая прекрасная фраза для самомотивации.

Сколько я талантливых людей перевидал, которые ничего не сделали, только потому что брезговали «мелочью» — это ужас. Да ещё и других презирали за то, что те «ерундой занимаются». Один голос так и звучит в ушах: «Ну вот на что вы, (вставить имя), тратите свою жизнь?» — обладатель голоса предпочитал пить чай «Бодрость», да и до сих пор, наверное, предпочитает.

Ждут всю жизнь вот так вот подачек от вечности.

Ну так вот.

Кидалты (как показывает история) целыми поколениями появляются после поколений тяжких потрясений. Наиболее близкое нам предшествующее поколение кидалтов — это т. наз. шестидесятники.

Безусловный плюс поколений кидалтов — они изменяют художественно-культурную ситуацию, придумывают новые формы и вносят новые ценности. То есть да, такие дети, которые вносят детские правила во взрослую жизнь, и жизнь меняется для всех, не только для них.

Но их главный минус — он бьёт по ним же. Они незрелы, и потому кажутся многим современникам вздорной шелупонью, и, главное — становятся навозом для последующих поколений, которые, приходя на изменённую кидалтами почву уже снова зрелыми людьми, создают-таки реальные, взрослые ценности и продукты. И именно им потомки приписывают заслуги эпохи.

Не правда ли, кепка Евтушенко и шейный платок Вознесенского кажутся вам клоунскими? Ну вот, так и с этими произойдёт.

Сначала расстрелять парламент, потому что «Ну нельзя же допустить!»
Потом подтасовать результаты голосования, потому что «Ну нельзя же Зюганова!»

А потом терпеть блоггерские процессы, усмехаться при слове «выборы», и с горечью проклинать «народ», который поддерживает «эту власть».

А потому что никогда не надо считать себя умнее «народа».
И уж особенно никогда не надо любой ценой спасать «народ» от возможных ошибок.

Это всё равно, что чужую личную жизнь закулисно устраивать: и у них ничего хорошего не выйдет, и ты виноват останешься.

Формулировки в нём, конечно, мудацкие. Но тут надо понимать, что экспертам был задан вопрос — «Оскорбляет ли мультфильм чувства верующих»? Ну конечно же, оскорбляет! Он для этого и снят, чтобы оскорблять чувства верующих.

Я просто не понимаю, а с какой стати у нас верующие являются какой-то привилегированной частью общества, что их защищает какая-то особенная статья? Это что, с перестроечных времён остатки идеализма, когда верующих было мало, авторитет церкви выше некуда, и чувства верующих были эдакой экзотикой, которую надо защищать, как права меньшинств.

С тех пор, однако, верующие размножились — эй, а вот теперь я хочу чтобы и мне ввели закон специальный, про оскорбления чувств неверующих! Я что, меньше их для России значу? Меньше налогов плачу? Меньше пользы приношу?

Общество — оно такое, неоднородное. Оно состоит из очень разных людей, и существует, живёт и развивается оно за счёт того, что одни люди не согласны с другими людьми. Часто одни несогласные оскорбляются высказываниями других людей, а те посвящают им какую-нибудь сатиру. И процесс этот вполне двусторонний.

Это банальность, конечно же. Но заключение экспертов по серии из South Park — это зато небанальность.

Так-то по этой статье 90% моих знакомых засудить можно — верующие они вообще народ обидчивый.