Кри́зис (др.-греч. κρίσις — суд, приговор, решение; поворотный пункт) — переворот, пора переходного состояния, перелом, состояние, при котором существующие средства достижения целей становятся неадекватными, в результате чего возникают непредсказуемые ситуации.
Мы с вами в буквальном смысле живём на руинах – руинах старого «мирового порядка», в остром кризисе, на том самом переломе, когда существующим национальным и наднациональным структурам (некоторым национальным государствам, ООН, НАТО, ЕС) придётся либо адаптироваться к новым вызовам, либо попросту исчезнуть.
Многое изменится в нашей жизни, поэтому давайте разберёмся, почему казавшийся незыблемым старый мировой порядок рухнул, и попробуем очертить контуры «нового порядка», который с неизбежностью наступит.
Природа кризисов
Мир меняется через кризисы, а все кризисы устроены ужасно примитивно: обычно сначала накапливаются изменения в технологической, социальной сферах и экономической сферах, затем эти изменения порождают политические кризисы, которые позже разрешаются либо во внутренней политике (через выборы, революции, гражданские войны и распад государств), либо во внешней (через войны и создание новых союзов).
Простой пример: в какой-нибудь средневековой стране растёт население (социальная сфера), а затем происходит засуха и неурожай (технологическая сфера). В стране становится банально нечего жрать (экономическая сфера) и вопрос переходит в политическую плоскость – грабить и развешивать аристократию на воротах замков (внутренняя политика) либо объявить войну соседней стране и грабить её (внешняя политика).
После этого наступает период стабильности, в течение которого опять начинают накапливаться изменения в технологической, социальной и экономической сферах, которые порождают новые политические кризисы. Это бесконечный, как сама жизнь, и абсолютно нормальный процесс, так всегда было и так всегда будет.
Думаете, сейчас что-то сильно изменилось? Как бы не так. «Арабская весна», затронувшая Египет, Сирию, Ливию, Йемен, Тунис, Бахрейн, Алжир, Иорданию, Марокко, Ирак и Ливан, произошла ровно по тем же причинам – из-за неурожая и роста цен на еду.
Единственное, что отличает наше время от всех прочих – благодаря техническому прогрессу мир сейчас меняется на порядки быстрее, чем раньше, а благодаря глобализации эти изменения затрагивают большее число людей – кризисы и войны становятся мировыми.
Ещё один существенный момент: почти все кризисы развиваются «снизу вверх» – начинаются с одного региона, отрасли или социальной группы, затем охватывают всю страну, а потом выходят на межнациональный или глобальный уровень, делая оказавшуюся в кризисе сторону одним из участников большой игры.
Шахматная доска
Чтобы понять, что нас ждёт, сначала нужно разобраться в том, какие фигуры стоят на шахматной доске и какие ходы привели к текущей ситуации.
В качестве точки отсчёта возьмём окончание последнего глобального кризиса – Второй мировой войны. (Можно, разумеется, отматывать цепочку кризисов и глубже в историю, но практического смысла в этом немного).
После Второй мировой в мире многое изменилось:
- В мире остались только две сверхдержавы – СССР и США.
- Возникла Потсдамско-Ялтинская система международных отношений: сверхдержавы разделили сферы влияния и договорились не воевать напрямую.
- Появилось ядерное оружие, потенциально способное уничтожить цивилизацию.
- Возникли четыре мощные наднациональные структуры: ООН (политическая организация), ЕС (экономическая организация), НАТО (военный блок) и Организация Варшавского договора (ещё один военный блок).
Эта конфигурация просуществовала до 1991 года, а потом сломалась. Экономический кризис вызвал распад СССР, а следом и Организации Варшавского договора.
Затем Китай занял освободившееся место второй сверхдержавы, ЕС вырос, окреп экономически и с 1979 года начал трансформироваться в политического субъекта, а НАТО, лишившись своего противника, начало бесконтрольно и, в принципе, бессмысленно расширяться.
Но самое интересное произошло в социальной сфере: падение социалистического блока и проникновение капитализма на его территорию парадоксальным образом открыло двери для социалистической идеологии на Западе: когда социализм перестал быть очевидным внешним врагом, с ним перестали бороться и внутри.
Распространившись, мутировав и приобретя принципиально новую организационную форму, социалистическая идеология породила противоречия, которые привели нас к нынешнему состоянию.
Ключевые игроки
Сейчас на карте мира есть всего 5 глобальных игроков. Четырех из них – США, ЕС, Китай и РФ – обладают международной правосубъектностью и как раз переживают каждый свой кризис – социальный или экономический.
США обладает и военной, и экономической мощью, уступая в последней Китаю, Китай – экономика №1 (по ВВП по ППС) с не вполне понятным военным потенциалом (до сих пор Китаю внешние войны удавались очень плохо), ЕС – пока силён только экономически, а РФ достался от СССР самый мощный арсенал ядерного оружия.
В общем, есть два основных игрока и два «странных»: в этой тусовке Россия выглядит как нищий с гранатой в руках, а ЕС наоборот – как обвешенный золотом жирный мажор в тёмном переулке.
А вот с пятым игроком всё сложнее. В процессе трансформации социалистическая идеология стала базой нового глобального левого движения, опирающегося на наднациональные структуры и не имеющего привычных нам государственных форм, но при этом обладающего колоссальными ресурсами.
Правое и левое
Экзистенциальное различие между «правыми» и «левыми», породившее текущие противоречия между сторонниками этих идеологий в США и ЕС, заключается в том, что правые считают, что тот, кто хорошо работает, должен хорошо жить.
Левые считают, что хорошо жить должны все, однако на практике, если кто-то живёт хорошо и богато, а кто-то плохо и бедно, для левых это означает, что у богатых нужно отнять часть их богатства и отдать бедным.
Социалисты СССР реализовали это через «диктатуру пролетариата» и отобрали богатство силой. Современные леваки на Западе силовым ресурсом пока не обладают, поэтому воспользовались своей слабостью, эксплуатируя чувство вины и достигнув в этом искусстве недосягаемых высот.
Вина пошла в ход любая, богатым и успешным припомнили вообще всё – колониализм, угнетение коренных народов, дискриминацию по признаку расы, пола и половой ориентации, требуя за события вековой давности компенсаций в виде пособий, преференций и квот на высокие должности.
Когда запасы этой вины подошли к концу, левакам пришлось начать изобретать новую. Двумя наиболее успешными новыми источниками вины стали «глобальное потепление» (работаешь, производишь что-то, ешь мясо – плати за выбросы CO2 тем, кто ничего не производит) и «мультикультурализм».
С последним вообще получилось красиво: если дикари пробрались в твою страну и тебе это не нравится, то ты – мразь, ксенофоб и фашист, а если не хочешь, чтобы тебя заклеймили позором – плати им пособия.
Тему половых отношений тоже выжали досуха: был секс по пьянке 10 лет назад? Оплати изнасилование! Посмотрел не так? Харрасмент! Не обратился в соответствии с одним из 78 новоизобретённых полов? Мисгендеринг!
Дипстейт
Для того, чтобы организовать монетизацию вины, начали создаваться организационные структуры – всевозможные национальные и интернациональные фонды, комиссии, агентства.
Очень скоро оказалось, что торговля виной – это очень выгодный бизнес, на котором оптовые дилеры вины могут зарабатывать колоссальные деньги.
Деньги – это ресурс, который можно направить на расширение бизнеса. Например, обеспечить себе политическое влияние (доступ к национальным бюджетам) и скупать пачками журналистов или целые СМИ, которые будут расширять и популяризировать глобальный рынок вины.
Интересно, что журналистам и политикам даже не обязательно говорить, что они должны делать. Эти хитрые твари и сами очень быстро понимают, что если говорить правильные слова, то получишь грант и поддержку на выборах, а если неправильные – то можно остаться на подножном корме и попасть под каток «отмены».
Медиа–бизнес (отчасти – под давлением, отчасти – увидев в этом модный тренд) начал цензурировать соцсети и массово клепать контент с чернокожими хромыми лесбиянками в любой роли – от эльфа до викинга, а некоторые олигархи восприняли это как интересную возможность поиграть в бога, управляя судьбами целых государств.
Индустрия вины обзавелась инструментами стратегического планирования (всяческие think-tank’и) и площадками для координации действий (например, Давосский экономический форум или Бильдербергский клуб).
В результате сложилась сложная, самоподдерживающаяся, замкнутая, наднациональная система, паразитирующая на наиболее сильной и успешной части общества и инфильтрованная в национальные структуры.
Сложно сказать, насколько она рукотворна, а в какой степени сложилась естественным путём, и даже насколько она сама себя осознаёт, но фактически она представляет собой Пятый Интернационал, построенный на причудливой смеси троцкизма и капитализма.
Эту структуру можно называть как угодно – международной бюрократией, глубинным государством, дипстейт, глобалистами, но суть не изменится – это и есть пятый игрок на мировой арене.
Игра престолов
В английском языке есть замечательное своей глубиной понятие – «frenemy», смесь слов «друг» и «враг». В контексте сложных взаимоотношений описанных выше пяти субъектов оно означает, что они в один и тот же момент времени могут быть друг другу ближайшими партнёрами в одной области и конкурентами в другой, причём любое состояние нестабильно и меняется с течением времени.
До момента последних президентских выборов в США отношения игроков выглядели (если их предельно упростить) следующим образом: США и ЕС выступают в качестве союзников в прокси-войне против РФ, которая, в свою очередь, образовала коалицию с Китаем.
Это, откровенно говоря, крайне неестественная и странная с точки зрения реальных интересов сторон ситуация.
Россия, что бы там не говорили разные маргиналы, уже тысячу лет как часть западной культуры и естественный торговый партнёр Европы с развитыми логистическими путями. Всю свою новейшую историю РФ буквально из кожи вон лезла, чтобы быть принятой Западом. Реальные интересы РФ и ЕС состоят в тесном взаимовыгодном экономическом сотрудничестве с Европой.
Китай – это для нас буквально другая ментальность, и с момента развала СССР нас не объединяет даже коммунистическая идеология. Всё, что сейчас есть, это товарно-денежные отношения, в которых РФ выступает донором ресурсов и рынком сбыта для китайских товаров на крайне невыгодных для себя условиях.
США, которые являлись до последнего момента главным спонсором Украины в войне не имеют с РФ практически никаких реальных пересекающихся интересов – отчасти в силу географической удалённости, отчасти – в силу колоссальной разницы в уровне развития. Фантомные боли холодной войны такими интересами не являются, в них нет ничего рационального.
Зато с Китаем США сейчас конкурирует напрямую: в космосе, в сфере ИИ, в экономике. Колоссальный госдолг США обеспечивается статусом доллара, как резервной валюты. А статус резервной валюты – производное от экономической, политической и военной мощи. Первый козырь – экономический – уже побит Китаем, причём перенос производств из США в Китай это вопрос не только рабочих мест и престижа, но и безопасности. Второй козырь – политический – тоже под угрозой. Потеря военного преимущества при наличии у Китая денег и огромного населения это лишь вопрос времени.
ЕС для США это тоже сильный конкурент в наукоёмких секторах экономики, при этом США ещё и несут расходы на безопасность Европы. При этом от кого эта безопасность – не вполне ясно, ведь СССР уже давно нет, а РФ совсем не так давно была готова есть у европейцев с рук и вилять хвостиком.
Китай до последнего времени развивал свою науку и экономику за счёт заимствования технологий и переноса к себе производств из США и ЕС, а теперь готов их превзойти и делает серьёзную ставку на свой внутренний рынок.
При этом в процессе ускоренной индустриализации у Китая тоже накопилась огромная долговая масса, которая неминуемо приведёт к жесточайшему экономическому кризису, как только темпы роста ВВП Китая замедлятся. Это означает, что юаню сейчас не помешало бы потеснить доллар и евро в международных расчётах, что ещё больше усиливает противоречия между Китаем и США.
Наш бизнес – горе, и бизнес идёт хорошо
А что же с интересами дипстейт, глобального левацкого интернационала? Ну, начнём с того, что дипстейт это паразит в чистом виде. Он ничего не создаёт, он лишь перераспределяет ресурсы. Часть из них присваивает себе, часть использует для расширения бизнеса, часть тратит на бессмысленные, пустые затеи, и лишь небольшая доля попадает к тем, кому нужна помощь.
Дипстейт вредит и тем, чьи деньги высасывает, и тем, кто является «донорами». Хороший бизнес – устойчивый бизнес, поэтому в интересах дипстейт не решать проблемы раз и навсегда, а держать раны открытыми и кровоточащими. Если дипстейт зарабатывает на продовольственной помощи, то в его интересах, чтобы голод не заканчивался никогда. Если бизнес состоит в помощи беженцам, то беженцев должно становиться больше, а не меньше.
Блестящий пример такого подхода – «палестинские беженцы». До начала военных действий в 1948 году в Палестине проживали около 1 млн 230 тыс. арабов, из которых 600 тыс. стали беженцами, сбежав в Иорданию, Египет, Ливан и Сирию – арабские страны с одним языком и близкой культурой. 100 тыс. впоследствие вернулись в Израиль.
А теперь внимание, каверзный вопрос: как вы думаете, сколько на сегодняшний день осталось этих самых беженцев, если с тех пор прошло 77 лет? Арифметика, вроде бы, простая: 600 тыс. сбежало, 100 тыс. вернулись, значит всего 500 тыс. Вероятность дожить до 100 лет околонулевая, так что всех, кто был на тот момент старше 23 лет – вычёркиваем. Нижняя оценка их численности – 50%. Остаётся 250 тыс. Даже если бы они все были младенцами на момент исхода, до 77 лет дожили бы около 30%, то есть 75 тыс. человек, и это – верхняя оценка.
Итак, математика говорит нам, что палестинских беженцев должно быть менее 75 тыс. А что по этому поводу думает ООН? А ООН считает, что палестинских беженцев 4,7 млн! Как такое может быть? А вот так. Дети и внуки первых палестинских беженцев тоже считаются палестинскими беженцами, несмотря на то, что родились в других странах и имеют их гражданство.
При этом годовой бюджет БАПОР (Ближневосточное агентство ООН для помощи палестинским беженцам) составляет более миллиарда долларов и до последнего времени там работало 30 тыс. сотрудников. Разводить беженцев – выгодно.
И это всего лишь один пример того, как дипстейт делает своей бизнес. Вот вам другой: Продовольственная программа ООН.
На борьбу с голодом, который буквально миллионами косит несчастных детей в Эфиопии, Конго и других бедных африканских странах, ООН планирует потратить в 2025 году $16,9 млрд. Сумма приличная. Давайте теперь посмотрим, что происходило с регулярно вымирающим от голода населением Эфиопии.
В 1951 году оно составляло 18,2 млн. человек. С этого момента страна пережила 6 эпизодов массового голода, он там, в принципе, частое явление. Как думаете, сколько осталось выживших в этих нечеловеческих условиях? Правильный ответ – 125,4 млн. Да, голодающее население Эфиопии выросло почти в 7 раз и теперь хочет есть в 7 раз больше.
В общем, принцип вы поняли: если есть проблема, за которую взялся дипстейт, то она не решится никогда, а число нуждающихся в помощи и расходуемые на это бюджеты будут непрерывно расти, выдаивая доноров.
Кстати, крупнейшие доноры дипстейт это ожидаемо США и ЕС. В той же Продовольственной программе ООН на США приходится почти половина всех средств, от ЕС – в два раза меньше, и всё остальное распределяется по остальным странам. Расходы Китая (первой экономики мира) на этом фоне просто мизерны.
Очевидно, что степень инфильтрации дипстейт в системы госуправления США и ЕС тоже была максимальной по сравнению с другими странами. Фактически, демократическая партия США стала внешним контуром дипстейт – неизбираемой, несменяемой и плохо контролируемой бюрократии, прикрытой тонким слоем выборных клоунов.
Кому нужна война
По странному стечению обстоятельств именно НАТО, ЕС и США сыграли ключевую роль текущем в российско–украинском конфликте. ЕС и НАТО поманили Украину перспективой членства, что, в свою очередь, стало триггером для РФ.
Отдельный разговор – роль в разжигании и поддержании конфликта USAID, в буквальном смысле подкупившей 90% украинских СМИ и 6200 журналистов. Мы пока не знаем, участвовал ли USAID через какие-нибудь прокладки в финансировании российских патриотических СМИ, но я бы и этому не удивился. За последние 8 лет USAID потратил солидные $335 млрд. – всем должно было хватить.
При этом, напомню, ни у США, ни у ЕС нет реальных долгосрочных интересов, требующих конфронтации с РФ. Тем более, что это столкновение способно поставить мир на грань ядерной войны и всеобщего уничтожения.
Из всего этого с неизбежностью следует, что заказчиком, разжигателем и основным бенефициаром войны в одном лице является именно дипстейт. Каков его мотив? Их может быть сразу несколько.
Первый и самый примитивный – деньги. За три года войны США и ЕС потратили на этот конфликт в общей сложности $242 млрд, и это ведь только начало истории: так или иначе Украину потребуется восстанавливать и разминировать. На это нужны колоссальные средства, по самым скромным подсчётам – под триллион долларов.
Это лакомый кусочек, никакие палестинские беженцы и голодающие дети Эфиопии столько не позволят освоить. Какая часть этой суммы будет прямо разворована, даже не дойдя до Украины, можно только догадываться. Сейчас речь идёт о том, что порядка 40% денег уходит в неизвестном направлении, и это в военное время. В мирное, очевидно, можно красть и больше.
Второй мотив – экзистенциальный. Дипстейт похож на рак, который, разрастаясь, медленно убивает своего носителя, чтобы погибнуть вместе с ним. Вся левацкая идеология пропитана мотивом «не живи», который очень чётко таргетирован на коренное население своих стран.
Пусти в свой дом чужаков, пусть они тут живут, они важнее тебя. Не живи. Ты – зло. Ты грабил колонии, унижал женщин, угнетал сексуальные меньшинства, разрушаешь природу. Ты должен быть наказан. Не живи. Секс, семья – это опасно. Тебя обвинят в насилии или ограбят при разводе. Не живи. Зачем тебе дети? Делай карьеру, помогай спасать бездомных котиков. Не живи. А не хочешь ли ты кастрировать своего ребенка? Вдруг он – ребенок–транс? Не живи. И так – во всём.
Но такое нудное уничтожение изнутри это долгий путь, есть и быстрее. Подоляк (с учётом его роли – одна из креатур дипстейт в Украине) недавно, ничтоже сумняшеся, открытым текстом заявил, что было бы здорово, если бы удалось вовлечь США в прямой конфликт с РФ.
Возможно, одно из чаяний левацкого интернационала состоит как раз в том, чтобы разжечь мировую войну, желательно – ядерную, в которой сгорят к чертям ненавистные им США и ЕС. А что при этом погибнут миллионы ни в чём неповинных людей – так это побочный ущерб. Троцкисты всегда относились к чужой жизни крайне цинично.
В танк ударила молния
Всё шло, как по нотам, но вдруг случилось нечто непредвиденное: Трамп не сел в тюрьму по десятку обвинений сразу, не умер от пули убийцы и не проиграл выборы, оказавшись в итоге на самой высокой позиции из возможных в ключевой для дипстейт страны. Если есть в мире точка, из которой дипстейт можно нанести максимальный ущерб, то это именно она.
Возможно, дипстейт просто сильно недооценил угрозу: в прошлую каденцию действия Трампа удавалось эффективно купировать с помощью подконтрольных СМИ, судов и бюрократии. В этот раз, видимо, в качестве плана «Б» планировалось то же самое.
Однако экзерсисы леваков были настолько самоубийственны и отвратительны, что люди в какой-то момент очнулись и стали задавать себе простые вопросы: почему я, моя жизнь и жизнь моих детей находятся на последнем месте в списке приоритетов, где-то далеко за спасением мадагаскарских тушканчиков и закупкой презервативов для геев из ХАМАС?
Благодаря этому Трамп из человека со смешной причёской и раздутым эго внезапно превратился в стихийное воплощение желания многих сотен миллионов людей по всему миру просто жить. Он очень чётко отрефлексировал проблему (ну или ему помогли) и осознал свой главный приоритет: демонтаж дипстейт.
Пользуясь поддержкой фактически присягнувшего ему консорциума миллиардеров во главе с Илоном Маском, Трамп буквально с первого дня начал громить инфильтрированные дипстейт структуры и проекты: ФБР, ЦРУ, USAID. Вышел из Парижского соглашения по климату, ВОЗ, и уже негативно высказался по роли НАТО. На очереди – Газа и Украина, две фантастические по масштабу кормушки дипстейт, которые выжирают у США и Европы огромные ресурсы.
Его задача – нанести дипстейт необратимый ущерб, который исключил бы его возвращение к власти. Это хорошая стратегия: удары наносятся как по самим структурам, так и по их ресурсной базе, причём быстро и массированно. В этих условиях ответная реакция всегда на шаг запаздывает, сбои финансирования дестабилизируют систему, контролируемые дипстейт СМИ не справляются с кризисами.
До победы, разумеется, ещё очень далеко: уже организуется сопротивление Трампу через судебную систему, идею его физического устранения тоже вряд ли отбросили, международные структуры и ЕС пока в полной сохранности, но направление действий выбрано верно и темп очень хорош.
Что ж, искренне желаю дипстейт сдохнуть. Мир от этого вздохнет с огромным облегчением, а многие неразрешимые ранее проблемы внезапно просто исчезнут.
Что это означает для нас
Стратегические интересы США состоят в том, чтобы по возможности:
- разорвать сотрудничество РФ и Китая, усиливающее за счёт дешевых ресурсов Китай;
- прекратить поток расходов на войну в Украине, подпитывающий дипстейт;
- создать напряжение (а лучше – конфликт) ЕС и РФ, который ослабит или даже разрушит ЕС.
Первые два на руку России, последний – нет, тем более, что ЕС и НАТО делают шаги, приближающие этот конфликт. Вне зависимости от его исхода результаты будут печальны и для ЕС, и для РФ.
Поэтому конфликт в Украине закончится быстро, без сантиментов и реверансов в сторону украинской стороны. Украина уже сыграла свою роль, причём довольно неприглядную, и теперь не стоит ровным счётом ничего. Рим предателям не платит, а дуракам – тем более.
Исключительно из любви к искусству Трамп пробует вернуть хотя бы часть потраченных США на Украину денег за счёт её полезных ископаемых, но это лишь приятный бонус к разгрому одного из важных проектов дипстейт, не более того.
Стратегические интересы Европы, как ни странно, тоже состоят в нормализации отношений с РФ, однако это невозможно до завершения в Европе правого поворота. Вероятно, завершение войны в Украине ускорит этот процесс, так что главное – не ввязаться в новую авантюру.
Китай действует реактивно, медленно и вряд ли успеет предпринять что-то осмысленное до того, как конфликт завершится, поэтому сосредоточится на главном – конкуренции с США, опираясь на страны глобального Юга.
Поэтому интересы России состоят в том, чтобы встать на перекрёстке между тремя центрами силы чтобы, аккуратно балансируя между ними, добиться нормализации отношений со всеми и выйти из экономического кризиса, который уже сейчас находится в острой фазе. Это очень сложная задача, требующая высокого уровня дипломатического искусства, поэтому, увы, я бы всерьёз на это не рассчитывал.
Так что умеренно-оптимистичный план – это завершить СВО и не ввязаться в новый конфликт. При этом на какой-то период времени (год-два) наступит облегчение. Дальше я бы загадывать не стал, потому что ситуация крайне неопределённая и зависит от множества случайных факторов.
Вот, если коротко, контуры нового мирового порядка и нашего места в нём, как я это сейчас вижу. Это абсолютно точно не истина в последней инстанции, картина будет дополняться и корректироваться по мере появления новых данных. На 100% ясно лишь одно – жить будет интересно.
]]>
[contact-form-7]
