На самом деле, даже среди самих японцев по этому вопросу нет единого мнения. Если на западе ещё можно проследить точку отсчёта, с первого переведённого или изданного ранобэ, то в Японии момент формирования лёгких новелл в отдельный жанр затерялся во времени и издательских экспериментах.

Сам термин «ранобэ» появился в начале 90-х, можно сказать случайно. Любители научной фантастики и фэнтези заметили, что не хватает отдельного определения для молодёжных романов. Название «лёгкий роман» предложил администратор тематического форума Кейта Камикита, и поначалу оно вызвало немало споров.

На форуме общались не только фанаты, но и писатели, которые нашли слишком спорным понятие «лёгкости». Многие молодёжные произведения публиковались в формате тонких книжек с упрощённым вариантом японского, который легко читать детям и школьникам, но далеко не все авторы и издатели следовали этому негласному правилу. К примеру, Ёсики Танака, автор популярных в те времена серий «Сказание об Арслане» и «Легенды о героях галактики», любит насытить текст иероглифами, которых не знает даже словарь, однако его творения всё равно причисляются сейчас к ранобэ.

Иллюстрации для “Сказания об Арслане” рисовал именитый японский художник Ёситака Амано

Другим авторам не понравилось, что «лёгкость» может быть воспринята читателями как намёк на сугубо развлекательную литературу, лишенную всяких смыслов. Термин всё равно прижился, однако до сих пор некоторые писатели избегают относить свои книги к ранобэ.

Впрочем, необходимость как-то обозначить новый жанр возникла гораздо позже, чем определение. Как раз в 80-х появилось множество фантастических и фэнтезийных серий, которые позже будут отнесены к лёгким романам.

Многие любители жанра считают первым ранобэ «Летопись войн острова Лодосс», начавшуюся в 1988-м году в журнале Comptiq, который был посвящён видеоиграм и настолкам. Чтобы увлечь читателей, журнал выпускал «стенограммы» сеансов настолок – мега-популярной Dungeons & Dragons и других. Стенограмма представляла собой текстовое прохождение некого квеста, в котором нередко участвовали писатели и видные гики того времени.

Текст понравился не только любителям настолок, но и читателям, не увлекающимся «Подземельями и драконами», потому что напоминали классическое приключенческое фэнтези. Поэтому спустя некоторое время Рё Мидзуно, мастер таких игр, приступил к написанию прохождений, которые и превратились в итоге в полноценное ранобэ «Летопись войн острова Лодосс».

Ранобэ оказалось довольно успешным среди гиков и после завершения основной серии получило воплощение в виде манги и нескольких видеоигр. Удачное использование до сих пор актуальной пиксельной графики позволило им сохранить презентабельный вид до наших дней. Последняя игра серии вышла в 2021-м году – «Летопись войн острова Лодосс: Дидлит в Лабиринте чудес» - её даже можно скачать в Стиме с русским переводом.

«Летопись войн острова Лодосс», пожалуй, можно назвать первым ранобэ, созданным специально для гиков. Однако и до него было произведения, которые позже стали причисляться к лёгким новеллам.

Поэтому порой точкой отсчёта называют начало творческого пути «отцов» ранобэ – Хидэюки Кикути и Баку Юмэмакуры.

В 1983-м году Кикути ворвался в литературу с серией «Охотник на вампиров Ди», смешивающей все западные фантастические жанры – фэнтези, фантастику, ужасы, готику… С другой стороны, в 1986-м Юмэмакура начал насквозь японскую серию «Оммёдзи» о легендарном маге Абэ-но Сеймее.

Иллюстрации для “Охотника на вампиров Ди” тоже создал Ёситака Амано

Оба писателя были очень плодовиты и невероятно популярны (хотя в России больше знают Кикути, а работы Юмэмакуры по большей части даже не переведены). Их произведения перенеслись на экраны, превратились в аниме, мангу и видеоигры, а издатели радостно подсчитывали прибыль, которая побуждала искать подобных авторов и выпускать ещё больше развлекательных серий для молодёжи.

Некоторые говорят, что до «отцов» у ранобэ были «матери» - Саэко Химуро и Матоко Арай, писавшие романтические серии для девочек. Некоторые даже причисляют к началам ранобэ один из романов Юкио Мисимы – «Вечернее платье», изданное в 1977-м году. Хотя для Мисимы это совсем не комплимент – в конце 70-х роман считался одним из самых слабых в его творчестве, пустым и развлекательным, поэтому его и ставят рядом с детским сёдзё.

“Какой прекрасный японский стиль” – одна из самых известных серий Саэко Химуро. Как и другие её работы, за пределы Японии она так и не выбралась

Чуть более весомая версия называет точкой отсчёта 1975-й год, когда появилось издательство «Сонорама Бунко», специализирующееся на серийном выпуске небольших томов с иллюстрациями в анимешном стиле, которые позже назовут ранобэ.

Если так, то первым ранобэ в истории можно считать первый тайтл, выпущенный этим издательсвом – «Космический крейсер Ямато», адаптацию знаменитого аниме.

Пожалуй, это самая обоснованная версия. Однако и её можно считать не самой первой - Юдзи Накадзато, писатель и член Японского клуба фантастов, который писал ранобэ в 90-х, называл истоками лёгких романов «Клуб Сёнен» - ежемесячный журнал для мальчиков, который начал выходить в 1914-м году.

Там публиковалась первая манга, напоминающая американскую супергероику, издавались романы для молодёжи – в том числе от признанных ныне классиков, вроде Эйдзи Ёсикавы и Эдогавы Рампо… От «серьёзной литературы» их отличало то, что они были развлекательными, написаны под влиянием западных жанров и выпускались по частям.

Сейчас опубликованные в нём романы издаются как одна книга, но, например, в «Мусаси» Ёсикавы до сих пор заметны «клиффхэнгеры» между главами, призванные побудить читателя купить следующий номер журнала.

Впрочем, при желании можно копнуть ещё глубже в историю. Серии развлекательных романов – давняя придумка японских издательств, появившаяся ещё в те века, когда выпускать толстые книги не выпускались, и даже небольшие сюжеты разделяли на десяток-другой томов.

Мемуары Тэцуко Куроянаги «Тотто-тян, маленькая девочка у окна» вошли в Книгу рекордов Гиннесса как наиболее издаваемые мемуары, написанные одним автором. И у людей, которые их читали, может возникнуть вопрос – а, собственно, почему?

«Тотто-тян» - это беллетризованные воспоминания Куроянаги о детстве, которое пришлось на годы Второй Мировой. Героиня книги, маленькая Тотто (ласковое сокращение от имени Тэцуко), живёт обычной жизнью ребёнка, ходит в школу, мечтает о сладостях, которые исчезли из-за дефицита, играет с друзьями, в то время как Япония приближается к поражению в войне.

Подобных мемуаров по всему миру было написано множество, и на их фоне эта книга выглядит довольно обычной. Почему же именно история Тотто-тян стала самой издаваемой? Причин тому несколько.

Во-первых, сама Тэцуко Куроянаги – очень значимая личность в японской телеиндустрии. В 1975 году она начала вести программу «Комната Тэцуко», где брала интервью у знаменитостей спорта, культуры и политики. Это было первое ток-шоу в Японии, выпуски которого транслировались без монтажа, чтобы передать ощущение живого диалога в реальном времени.

Куроянаги резко отличалась от привычного в те годы образа женщины-интервьюера на экране – скромной, услужливой, не обладающей выделяющейся личностью, чтобы не перетягивать внимание зрителей на себя. Её умение вести беседу, жизнерадостность и уверенность в себе покорили публику.

Передача идёт до сих пор. Несмотря на то, что Тэцуко Куроянаги в прошлом году исполнилось 90 лет, она всё ещё работает на телевидении, а её шоу выходит и на Ютубе.

«Тотто-тян» с самого начала попала на благодатную почву – книги, написанные знаменитостями, привлекают больше внимания покупателей, чем книги обычных начинающих писателей.

Вторая причина неугасающей популярности мемуаров - Тэцуко Куроянаги сделала Тотто-тян символом своей благотворительной деятельности. Япония сравнительно поздно пришла к идее, что детям с ограниченными возможностями необходим особый подход в обучении и приобщении к культуре – до этого государство предпочитало перекладывать все заботы на родителей. На гонорар с рекордных продаж мемуаров писательница создала «Фонд Тотто», помогавший детям-инвалидам включиться в жизнь.

Начав с организации театральных представлений для глухих, Тэцуко Куроянаги постепенно размахнулась на всю Азию, а её фонд занялся помощью детям в бедных странах, пострадавшим от войн или стихийных бедствий. В середине 80-х она стала послом доброй воли ЮНИСЕФ, организации, предоставляющей детям в бедных странах помощь с образованием или получением медицинских услуг.

Всё это многократно подогрело интерес читателей к истории Тотто-тян, история которой была переведена на несколько языков и широко разошлась в западных странах.

На русский переведена только самая первая версия «Тотто-тян», но на самом деле Куроянаги написала несколько книг с таким названием – учебников для маленьких детей, рассказов о своих благотворительных поездках с ЮНИСЕФ, а в 2023-м году – продолжение первой книги, рассказывающее о жизни Тотто в эвакуации, когда её увезли из горящего Токио.

В родной Японии первая книга некоторое время была частью школьной программы – история обычной девочки, живущей в сложное время, стала отличным примером, чтобы поговорить с детьми о серьёзных взрослых вещах, войне, образовании и потере близких.

Впрочем, в некоторых районах школы отказались принимать в программу «Тотто-тян», потому что её создательница была телеведущей и актрисой – даже в конце 20-го века в некоторых «традиционных» уголках Японии эти профессии считались позорными для женщин, сродни гейшам и проституткам.

Необходимость покупать ребёнку в школу экземпляр книги знатно увеличивает её продажи и, соответственно, тиражи.

Обычно выход аниме по мотивам книги тоже существенно влияет на тираж, но к тому моменту, когда «Тотто-тян» обзавелась экранизацией, она уже не нуждалась в дополнительной рекламе.

В 2023-м году было создано одноимённое аниме – как раз к девяностолетию создательницы «Девочки у окна».

Японцы часто называют Куроянаги самым известным человеком Японии, она 14 раз становилась «любимой телеведущей года», а некоторое время назад уже входила в Книгу рекордов Гиннеса, как ведущая наибольшего количества выпусков собственного ток-шоу. При таких исходных ещё один рекорд Гиннесса уже не выглядит чем-то необычным.

Все мы знаем, что «молодежь не читает книги». Каждое новое поколение слышит от своих родителей, бабушек и дедушек, что дети испортились и предпочитают книгам развлечения. Сначала чтение заменил кинематограф, потом телевизор, затем видеоигры и аниме, интернет и... снова аниме.

Япония в этом плане мало чем отличается – старшее покаление точно так же как в России беспокоится, что молодёжь "совсем перестала читать". Однако статистика и у нас, и у них, говорит об обратном.

В прошлом году японская Ассоциация библиотек провела исследование, в ходе которого выяснила, что большинство школьников (в школу японские дети ходят с 6 до 18 лет) читают не только обязательную литературу по программе, но и для удовольствия, а чуть меньше половины из них предпочитают бумажные книги. Однако с возрастом любовь японцев к чтению резко сокращается – около половины взрослых за год не прочитали ни одной книги.

Несмотря на явный интерес молодёжи к чтению, книжные магазины в Японии последние годы находятся в плачевном состоянии.

Они и раньше постепенно теряли прибыль из-за появления электронных книг, однако ковид нанёс им куда более сильный удар.

Во-первых, потому, что во времена самоизоляции люди не ходили в книжные магазины по соображениям безопасности. К тому же интернет предоставляет неограниченный доступ к мировой библиотеке не выходя из дома. Маленькие региональные магазинчики, которые основную прибыль получали от бумажных копий и не имели онлайн-продаж (что не редкость для консервативных уголков Японии), терпели огромные убытки.

Во-вторых, убытки терпели не только книжные – множеству компаний и организаций оказалось непросто пережить пандемию. Сокращение доходов повлекло сокращение зарплат и увольнения сотрудников. Люди стали уменьшать расходы и книги быстро оказались вычеркнуты из списков товаров первой необходимости.

Финансовые отчёты постковидного времени показали, что число книжных магазинов сократилось почти на четверть.

Президент сети Yaesu присоединил к своей компании ещё один маленький книжный и встречает первых посетителей

Чтобы выжить некоторые книжные трансформировались в канцелярские магазины, потеснив книги школьными принадлежностями или товарами для художников, едой, напитками и прочим. Небольшие магазинчики продавали свои точки крупным сетевикам, которым было проще пережить ковид. Однако многие просто закрывались.

Старшее поколение японцев читает мало, но всё же видит необходимость в том, чтобы сохранить книжные магазины. Это стремление во многом связано с давней японской концепцией «развиваться не меняясь». Японцы -- сторонники традиций и устоявшихся привычек, существующих наряду с достижениями современной цивилизации.

Компании, занимающиеся строительством или арендой домов придерживаются той же тактики, поскольку наличие книжного магазина улучшает облик района и притиягивает культурную публику.

Книжный в Мацумото – одна из туристических точек продажи антиквариата и сувениров

На книжную индустрию сокращение числа магазинов тоже влияет негативно. Несмотря на распространение электронного формата, издательства всё ещё рассчитывают на прибыль с печатных копий, а чем меньше точек продаж, тем меньше прибыли.

Поэтому в этом году правительство Японии решило принять меры для поддержки книжных магазинов. Проектная группа под руководством министра экономики в диалоге с владельцами крупных книжных сетевиков продумывают способы привлечения покупателей.

Так одним из вариантов решения проблемы названо превращение книжных магазинов в место культурного досуга, где можно устроить встречу с писателем, клуб любителей чтения с обсуждением книг или зал для публичных лекций. Способ достаточно рабочий, но неподходящий для маленьких магазинов в провинциальных городах, куда редко заезжают знаменитые лекторы и писатели.

Писатель Сёго Имамура открывает книжный магазин под своим протекторатом

Впрочем, магазины и без помощи министерства раздумывают над тем, как вернуть взрослых покупателей. Так магазин в Осаке завел себе личного «именитого писателя», объединившись с Сёго Имамурой, обладателем нескольких литературных наград.

А магазин в Токио в качестве рекламной акции поставил в своих залах терминалы с ИИ чат-ботом, который может советовать книги покупателям, основываясь на их предпочтениях.

По второй половине 20 века страны Азии, оправившись от последствий Второй мировой войны, начали стремительно развиваться. Одно за другим возникали «экономические чудеса» - японское и сигапурское, ряд реформ во Вьетнаме «Дом мой», Чудо на реке Ханган, превратившее Южную Корею из страны третьего мира в передовое технологически развитое государство, наконец «политика реформ и открытости» в Китае…

Неудивительно, что западные фантасты 80-х видели в Азии образ будущего человечества. Восточные мегаполисы с их небоскрёбами и неоном, смогом и собственной культурой ведения бизнеса, передовой техникой и специфическим взглядом на устройство социума стали локацией для нового жанра -- киберпанка.

Уильям Гибсон, любитель путешествий в Японию, признавал, что пока западные страны мечтали – или скорее опасались наступления киберпанка, азиаты его построили.

Японцы были только рады статусу страны наступившего будущего, который привлёк к их неоновым небоскрёбам ещё больше туристов. Да и новый в фантастике жанр отлично прижился в японской культуре, приобретя свои аутентичные черты.

Концепт локации для фильма “Бегущий по лезвию” 1982 года

Киберпанк родился в западной литературе как попытка привнести нечто новое в уже существующий жанр фантастики.

Фантастика начала и середины века рисовала будущее либо приключенческой одиссеей с космическими боями и технологиями, подозрительно похожими на магию, либо мрачной антиутопией с социально-политическим подтекстом.

Первые авторы киберпанка пытались сделать её ближе к реалиям своего времени. Впрочем, несмотря на технический прогресс, пример азиатского экономического чуда не вселял писателям надежды на счастливое будущее.

Бездушные корпорации, нацеленные на обогащение любой ценой, корпоративное рабство ( например японская система пожизненного найма), ухудшающаяся экология и низкая ценность человеческой жизни – киберпанк 80-х был убеждён, что развитие технологий не сделает жизнь простого человека лучше. Высокие технологии, но при этом ужасные условия жизни простых людей -- таков мрачный взгляд создателей киберпанка.

Сейчас некоторые любители жанра могут сказать, что киберпанк умер, потому что стал реальностью. В новом веке на смену ему пришёл посткиберпанк – менее мрачный, сконцентрированный на социальной повестке и не настолько скептичный по отношению к технологическому прогрессу.

Япония в своё время стартовала сразу с этой ступени.

Во второй половине 20-го века в страну хлынули западные книги и фильмы, неся с собой новые жанры – фантастика, фэнтези, ужасы, вестерн… В том числе и киберпанк.

Многие японские писатели, сценаристы и художники стали пробовать свои силы в новом жанре, и постепенно родился японский киберпанк, который в 90-х и начале 00-х фактически переродился в чуть ли не отдельный поджанр. В отличие от западных произведений, японский киберпанк фокусировался не на цене, которую человечеству вероятно придётся платить за технологический прогресс, а на том, как технологии будут влиять на сознание людей.

Так самый известный японский киберпанк 20-го века – манга и аниме «Призрак в доспехах» - задавался вопросом, что случится, когда роботы интеллектуально сравняются с человеком. Будет ли их сознание равноценно человеческому? Будут ли они способны проявлять эмоции и смогут ли взламывать заложенные в них программы? Может ли машина обрести душу? И не станет ли это новым витком эволюции, подобным тому, который отделил человека от обезьяны?

Философский и артхаусный «Призрак в доспехах» 90-х отлично вписался в поток западных кибертриллеров, одновременно внеся в них нечто новое и перекликаясь со старым – с предком жанра романом Филиппа Дика «Мечтают ли андроиды об электроовцах?».

Книга и аниме «Паприка» подходит к проблеме сознания человека и машины с другой стороны – можно ли программировать человеческий мозг так же, как машину? Ведь это отличный инструмент контроля, о котором мечтает каждое государство. Что будет, если в этот код – случайно или по чьей-то злой воле – закрадётся ошибка?

Тема контроля со стороны государства, столь любимая многими фантастами, затрагивается и в романе «Орган геноцида», перевод которого на русский язык ожидается в этом году. Все государства оправдывают контроль над обществом защитой от преступности, терроризма, тлетворного влияния неправильных идеологий. Но в какой момент защита превращается в угнетение? И можно ли защитить общество от насилия, если тяга к разрушению заложена в человеческой природе?

Впрочем, не весь японский киберпанк скрывает глубокий философский подтекст. Развлекательных произведений в этом жанре более чем достаточно. Тот же «Призрак в доспехах» после второй части начал клониться в сторону незамысловатового футурстического боевика. А ранобэ и аниме «Грязная парочка» нещадно эксплуатирует сексуальные женские образы, развлекая зрителя привлекательными героинями, беспрестанно сражающимися со злом в чрезмерно открытой одежде. Так или иначе, японский киберпанк проявил себя в самом широком диапозоне, вызывав интерес не только публики увлеченной фантастикой, но и самой широкой аудитории.

С распространением интернета границы культур размылись, и японский киберпанк естественным образом занял свою нишу в мировой культуре, оказав огромное влияние в том числе на западную культуру.

Магазины – неотъемлемая часть быта. Как сами магазины, так и товары могут стать отправной точкой захватывающего сюжета. Часто они являются лишь фоном, очередной локацией, в которой герои появляются эпизодически. Но бывает и так, что сам магазин становится центром всей истории.

Героиня этой книги живёт в мире, где сны можно купить в магазине. Их создают так же, как писатели пишут книги, классифицируют, раскладывают по полкам, выдвигают на специальные премии и проводят рекламные кампании. Тысячи людей каждую ночь попадают в этот мир, чтобы выбрать для себя сон.

А Пенни работает как раз в таком магазине, большом и многоэтажном, где продаются сны на любой вкус.

Эта небольшая книга стала литературным дебютом корейской писательницы Мие Ли и началом одноимённого цикла – в прошлом году вышло его продолжение «Дневники грёз».

Как правило писатели сами книголюбы. Поэтому в литературе книга нередко становится порталом в мир фэнтезийного сюжета, а книжная лавка - местом особенным и даже мистическим.

«Аллея волшебных книжных лавок» - одна из таких. Это сборник из пяти рассказов, каждый из которых описывает книжный магазин. Где-то действительно волшебный – в котором поселился призрак или который может перемещаться во времени. Где-то вполне обычный, но который наполняются волшебством его владельцы и посетители.

Название может сбить с толку тех, кто ожидает встретить на страницах этой книги попаданцев. На этот раз сюжет далёк от научно-фантастического, однако героиня истории действительно продаёт время.

Как часто нам не хватает времени для чего-то важного? Рутина, работа, бесконечные дела мешают уделить время приятным вещам, хобби или просто выдохнуть. Героиня книги за небольшую плату готова взять на себя часть дел клиента – передать посылку или поговорить с проблемным родственником – чтобы у освободить ему немного времени.

Комбини в Японии – что-то вроде мини-маркета, где продаются необходимые в быту мелочи. Закуски или чистящие средства, вещи первой необходимости. Неприметный магазин, каких много, без изысков, удобный, легко подстраивающийся под спрос.

Вот и работница комбини старается не выделяться и быть удобной для всех. Тонкости отношений между людьми всегда были для неё загадкой – она родилась с лёгкой степенью аутизма. Однако нашла способ быть «нормальной» - следуя общепринятым правилам и стереотипам.

Вот только «нормальность» - не всегда хорошо, и попытки героини быть такой же как все могут доставить немало проблем.

Этот роман о вещах, безвозвратно уходящих в прошлое. Бумажные книги, которые постепенно вытесняются электронными, рукописные тексты, письма в конвертах – современный мир делает передачу информации быстрее и проще, но в то же время лишает её теплоты, которую может передать бумага.

Героиня книги Хатоко росла в семье строгих традиционалистов. В детстве она бунтовала против строгих и порою чопорных правил, принятых дома, но повзрослев и унаследовав магазинчик канцтоваров, она занялась сохранением традиций – калиграфией. И в дополнение к продаже мелочей стала помогать людям выразить эмоции в письмах или надписях на открытках.

15 января 2025 года были объявлены лауреаты японской премии для молодых писателей Им. Рюноскэ Акутагавы. На сей раз их оказалось двое: Хосе Андо и Юи Судзуки. По словам одного из членов отборочной комиссии, им пришлось голосовать дважды. Поначалу с незначительным отрывом лидировал Юи Судзуки. При повторном голосовании вперед вырвался Хосе Андо. В ходе завязавшейся дискуссии было решено присудить премию обоим авторам.

Итак, Хосе Андо получил награду за роман «DTOPIA». Следует отметить, что это уже третья номинация писателя с 2023 года.

События «DTOPIA»разворачиваются на райском острове Бора-Бора, расположенного в южной части Тихого океана. В романе затронуты острые темы расы, пола, войны и геноцида..

Хосе Андо (安堂 ホセ)родился в 1994 году в Токио. В 2022 году дебютировал как автор, выиграв премию Бунгэй за роман «Джексон», впоследствии номинированный на премию Акутагавы в 2023 году, а французская версия романа была представлена на премию маркиза де Сада. В 2023 году писатель выпустил свою вторую работу «Человек в камуфляже». Она будет номинирована на премию Акутагавы в 2024 году, став второй номинацией автора на престижную премию.

Вторым лауреатом стал Юи Судзуки за роман «Гёте сказал все». Это история о профессоре немецкой литературы, исследователе творчества Гёте. Через события, происходящие во время поисков главного героя, который задался целью выяснить, действительно ли знаменитая цитата, приписываемая Гёте, вышла из-под его пера, раскрывается тема значения «слова».

Юи Судзуки (鈴木 結生) родился в 2001 году в префектуре Фукуока. В 2024 году он получил десятую почетную награду премии Хаяси Фумико за тему «Сколько книг нужно людям?

Победители премии были выбраны из числа 245-ти претендентов.

В преддверии новогодних праздников нет большего счастья для книголюба, чем зарыться в книжные страницы, наполненные чудесами. Это может быть нестареющая классика или пахнущая типографской краской новинка, главное, чтобы ей было присуще то самое зимнее настроение. Мы составили небольшую подборку таких изданий и желаем всем любителям чтения больше увлекательных, умных и захватывающих книг в наступающем 2025 году.

«Зима в Сокчхо» Элиза Шуа Дюсапен

Малый по объему, скорее новелла, чем роман, этот текст завораживает. Трудно поверить, что перед вами дебют юной французско-корейской писательницы. Любителям азиатской прозы непременно стоит его прочесть.

Неназванная рассказчица возвращается в родной город из университета в Сеуле. Сокчхо так близок к северному соседу, что туда можно совершить однодневную экскурсию. Зима укутала город белым покровом. В этом призрачном снежном пейзаже людские фигуры подобны огромным рыбам и осьминогам, которые вяло передвигаются в аквариумах городского рыбного рынка.

Неожиданно в маленький отель, в котором подрабатывает главная героиня, приезжает погостить французский художник в поисках новых идей и впечатлений. Между ними возникает странная связь: неистовая, ломкая, почти болезненная…

«Зимняя бегония» Шуй Жу Тянь-эр

Китайская новелла, исторический роман-эпопея, одна из лучших в своем роде. Действие романа разворачивается не в вымышленном мире и не в Древнем Китае. Перед нами китайский город Бейпин накануне Второй Мировой войны и японской оккупации.

Солисту традиционной китайской оперы Шан Сижую пришлось несладко. Он чужой в этом городе. Добиться успеха на театральных подмостках помог только яркий талант и любовь к искусству.

Чэн Фэнтай, предприниматель и меценат, однажды услышав завораживающий голос Шан Сижуя, решил покровительствовать китайскому гению. Но как уберечь театр, когда японцы вошли в город? И как спасти родную страну?

Они сошлись: лед и пламень. И у них одна цель на двоих…

Атмосфера холода и неприступности. Безысходности и отчаяния. Медленное, почти медитативное чтение. Как раз для полного погружения.

«Девушка со снежным сердцем» Джессика Чоффи

Ну и напоследок очаровательная версия истории Юки-онна от итальянской художницы Джессики Чоффи, известной в интернете под псевдонимом Loputyn. Замечательные иллюстрации, оригинальный текст о противоречивом духе зимы. Книга может стать неплохим подарком для тех, кто увлечен японской культурой.

История разворачивается в Японии, у подножия горы Хида на окраине небольшой деревни. Дровосек выглянул в окно, за которым разыгралась небывалой силы снежная буря. Но что это? Легкий силуэт, едва заметный. Молодой человек потер глаза. Нет, не показалось, фигура реальна: молодая женщина стояла посреди снежных завихрений. Он бросился к двери и открыл ее, борясь с ветром, ворвавшимся в комнату и принесшим с собой пригоршни снежных хлопьев.

Он просит ее войти, чтобы укрыться от непогоды. С этого момента все в его жизни измениться...

В Китае первой половины 20-го века было опасно называться маньчжуром. В самом начале века рухнула империя Цин, и из привилегированного класса маньчжуры превратились в преследуемых. По всей стране происходили погромы маньчжурских кварталов. Одни ненавидели их за былые привилегии и притеснение других народностей. Другие – за то, что они разрушили великую Китайскую империю, превратив её в отсталую провинцию мира. Третьи – за империализм и угнетение рабочего класса.

Лао Шэ, выходец из маньчжурской семьи, долгое время не любил говорить о своём происхождении.

Отношение к «привилегированному классу» не принесло ему ничего, кроме бедности – отец был военным, и хотя после его смерти семье полагалось государственное пособие, умирающая империя не могла его предоставить. Только собственная тяга к знаниям и любовь к литературе помогли будущему писателю выбиться в люди.

Когда Мао Цзэдун начал строить новый Китай, Лао Шэ отнесся к этому с большим воодушевлением. Не в последнюю очередь потому, что теперь мог свободно сказать – я маньчжур. Интернациональная дружба народов обещала всех сделать равными, а значит отпадает нужда стесняться своей национальности.

Из желания наконец-то свободно рассказать о своей семье родился роман «Под пурпурными стягами». Неизвестно, сколько в нём автобиографического, а сколько выдумки, но очевидно Лао Шэ взял за основу историю собственной семьи мелкого военного.

Для китайца – по крайней мере в то время – одно название уже намекало на маньчжурскую культуру (пурпурный и красный цвета значительно отличаются друг от друга, но, видимо, переводчики решили, что первый звучит солиднее – на китайском роман называется “Под истинно красным знаменем”)

"Истинно красный" флаг маньчжурской армии

Захватив Китай в 17-м веке, маньчжуры учредили «Восемь знамён» - систему управления страны, армию и госаппарат. Знамёна различались по цвету. Четыре “истинных” – жёлтый, белый, красный, синий – и их вариации "с каймой". Под красным флагом ходили военные, бывшие когда-то в давние времена чистокровными маньчжурами, но к началу 20-го века они смешались с другими национальностями.

Иероглифы «под красным флагом» можно прочитать и как «тот, кто носит красный флаг» - то есть знаменосец, солдат невысокого звания. Он не буквально носил древко с флагом – форма солдат в теории должна была совпадать с цветом их армии, так что каждый был сам себе флаг, тогда как форма командиров отличалась. Хотя в последние годы существования династии Цин это правило не особо соблюдалось. Считается, что Лао Шэ родился именно в семье знаменосца красных флагов.

Современная реконструкция формы солдат всех восьми армий

Роман описывает быт семьи мелкого военного. По-китайски большой, с тётями, дядями, бабушками, традиционным конфуцианским патриархатом. Они стараются следовать традиционным укладам жизни предков. Мужчины заняты мужскими делами, госслужбой, разведением голубей и певчих птиц, женщины домом, готовкой, надзором за слугами, которых с каждым годом становится всё меньше.

Вот только мир вокруг стремительно меняется. Не успевая приспособиться к переманм, герои романа всё дальше скатываются в бедность и долги. Поколениями они служили империи и теперь не могут представить, что им придётся работать «как чернь» на мусульман и китайцев, когда государство бросит их.

Пьеса по роману с традиционными маньчжурскими костюмами.

Кроме отсылки на «Восемь знамён» название романа также намекает на красный коммунистический флаг – хотя роман и описывает быт мелкой аристократии, в нём присутствуют и рабоче-крестьяне – мелкие торговцы, ремесленники, их семьи, слуги, подмастерья, наполнявшие улицы старого Пекина.

Если бы писатель закончил роман, он мог бы стать новым «Сном в красном тереме». Как и в монументальном классическом романе Лао Шэ неторопливо описывает повседневную жизнь, с иронией относится к своим персонажам. Как и роман Цао Сюэциня, «Под пурпурными стягами» смешивает биографические факты и выдумку, затрагивает и отношение полов, и быт, и события во внешнем мире, и то, как они сказываются на семьях простых людей…

Возможно сейчас культурологи изучали бы по нему жизнь Китая в начале 20-го века, как по «Сну в красном тереме» изучают быт 18-го века.

Бытописание простых трудяг приветствуется в литературе социалистических стран. Но культурная революция не дала осуществиться этому похвальному начинанию. Всего за несколько лет Лао Шэ из уважаемого классика, который всегда поддерживал идеи Мао, превратился в антинародный элемент и потомка классовых врагов.

Признание себя маньчжуром делало его в глазах власти сторонником прогнившей империи. Написанная за много лет до этого сатира «Записки о кошачьем городе» содержала недостаточно уважительные высказывания о коммунистах и культе Мао. Ко всему прочему, Лао Шэ к тому времени был весьма пожилым человеком. А поднятые на борьбу хунвейбины во всём старшем поколении видели опасность для нарождающегося строя.

Столкнувшись с травлей и разочаровавшись в «новом Китае» Лао Шэ умер при невыясненных обстоятельствах. Некоторые считают, что это было самоубийство из протеста, другие – что его убили. В то время его смерть не расследовали – Китай был охвачен гражданской войной, подобных случаев было немало

Впрочем, погребённый лавиной культурной революции, сейчас Лао Шэ восхваляется китайскими литератураведами как пвевец самого Великого Кормчего Мао. Таким он и остался в китайской истории.

История «Гарри Поттера» надолго захватила умы не только читателей, но и издателей. Приключения юных волшебников, совмещающих обучение магии и борьбу с тёмными силами, оказались на редкость успешным замыслом, что вдохновило множество новых произведений. Соблазн продолжить или повторить успех "Гарри Поттера" оказался непреодолимым.

Появились многочисленные романы в жанре фэнтези о волшебных школах, вроде «Школы добра и зла» или «Секрета древнего ордена». Пародии, как например, небезызвестный «Порри Гаттер». Ну а всевозможных фанатских продолжений и самиздатных вариантов и вовсе не счесть.

Оригинальный Гарри Поттер на китайском

Когда речь заходит об авторском праве, то в каждой отдельно взятой стране дествуют собственные правила. Часто автору бывает непросто добиться справедливости в борьбе с плагиатом, особенно если дело касается чужой юрисдикции.

Поклонники «Гарри Поттера» могут вспомнить суды Джоан Роулинг с Дмитрием Емцом, автором «Тани Гроттер» - российский суд признал её пародией, а пародия относится к «добросовестному использованию» чужой интеллектуальной собственности. В России книги издаются до сих пор, хотя европейский суд счёл их плагиатом.

Китайцы тоже не отстают. Приключения мальчика, который выжил, так понравился китайским читателям, что в начале нулевых сразу несколько китайских издательств решили сами написать новые части серии, не дожидаясь продолжения от Роулинг.

Обложка китайского издания.

Так появилась книга «Гарри Поттер и фарфоровая кукла», отправившая главного героя в Китай, где он нашёл новых друзей (а старых потерял где-то по дороге). Туда же отправился Волан-де-Морт, чтобы сразиться со своим старым врагом, китайским магом. Кроссоверы тоже не заставили себя долго ждать. Сразу несколько китайских продолжений населили Хогвартс древними ящерами.

В книге «Гарри Поттер и кубок с огнём» в центре сюжета оказывается современный телевизор, который Рон приносит в Хогвартс. Из-за магии тот начинает работать неправильно, и фигурки динозавров с экрана переносятся в реальность. Друзьям приходит на помощь Флик из популярного в те годы мультфильма «Приключения Флика» - художники обложки поменяли цвет отважного муравья, но герой остался несмоненно узнаваемым.

Другие пираты решили не задумываться над сюжетом и просто взяли «Хоббита» Толкина, поменяв Бильбо на Гарри, а Гэндальфа на Дамблдора.

“Гарри Поттер и леопард, крадущийся к дракону”

Книжка стала столь популярной, что получила два продолжения - «Гарри Поттер и золотые доспехи» и «Гарри Поттер и водозащитная жемчужина». Она прославилась не только в Китае, но и на западе, где привлекла внимание правообладателей.

В отличие от русской «Тани Гроттер», китайские пародии не только взяли персонажей из Поттерианы, но и издавались как официальные продолжения – якобы написанные самой Роулинг, с постером экранизации на обложке или картинкой, подражающей настоящим изданиям. Даже ISBN был скопирован с иностранных легальных «Поттеров».

Издательство, уличённое в плагиате, не стало ничего отрицать, согласилось выплатить компенсацию правообладателю в размере 2,500 долларов (не очень много по меркам китайского бизнеса), публично извинилось и заверило, что больше так поступать не будет. Правда найти всех пиратов правообладателям не удалось – выпуском таких книг занимались и подпольные частные типографии, создававшие подделки не только Поттерианы, но и родных китайских издательств.

В отличие от официальных представителей, поклонники ГП на западе более благосклонно отнеслись к поддельным книгам. Эта франшиза стала основным двигателем зарождающейся культуры фикрайтерства. Совпав с распространением интернета, она стала холстом, на котором множество начинающих авторов всех возрастов могли выстроить свои сюжеты и поделиться ими с благодарными читателями.

Дадли сожительствует с танцовщицей-стриптизёршей, а ученики Хогвартса по неизвестной причине превращаются в табуретки. Неудивительно, что сама автор пришла в недоумение от такого сюжетного поворота.

К тому моменту, когда китайский «Гарри Поттер» проник на западный рынок, фанатов франшизы уже турдно было чем-то удивить. Вариации от кроссоверов с другими франшизами до эротических фантазий школьниц гуляли по сети в огромном количестве.

На их фоне китайские книжки оказались не так уж плохи. Они обладали связным сюжетом, были полны задорной экзотики. Хотя правообладатели оценили их как "мусор, оскверняющий репутацию официальной серии", многие читатели нашли их весёлыми, а коллекционеры мерча охотно брали их в свои коллекции.

Несмотря на все усилия правообладателей, даже сейчас китайского Гарри Поттера можно найти в продаже на иностранных барахолках.

Периодически возникает впечатление, что ранобэ постепенно теряет популярность, и после расцвета в конца девяностых -- начала нулевых (за пределами Японии рамки популярности и спада очерчены иначе) спрос на лёгкие новеллы неуклонно снижается.

Плохо ли это? Даже если это так, читатели не останутся без увлекательных историй, и издательства заменят ранобэ другими жанрами, как до этого молодёжные новеллы заменили сериализированные романы. Однако это может означать снижение количества выпускаемых серий, переводов, новых тайтлов, бумажных копий – издательства работают ради прибыли, а если спрос падает, то и выпускать будут меньше.

Правдив ли слух? И да, и нет.

Он родился ещё до ковидных времён и был основан на статистике продаж самых популярных ранобэ за всю историю жанра. Долгое время на вершине держались серии, начавшиеся ещё в девяностых. Даже не самые часто выходящие, вроде «Двенадцати королевств» (у которых, для сравнения, 9 томов против 60 у «Индекса волшебства» из того же топа), имели десятки миллионов проданных копий, и новые, начавшиеся в 10-х годах не могли с ними сравниться.

Несмотря посредственную экранизацию и то, что тома выходят с большим перерывом, серия “Двенадцать королевств” до сих пор популярна

Из-за этого могло показаться, что новые серии недостаточно успешны, чтобы войти в топ. Хотя надо учесть, что старым сериям потребовалось десятилетие-другое, чтобы оказаться на вершине – у новых просто не было достаточно времени.

Однако в последние три-четыре года продажи ранобэ действительно существенно снизились. Если в середине десятых в списки бестселлеров попадали сразу несколько тайтлов с миллионом или двумя проданных томов, то в последнее время даже самые успешные едва дотягивают до 600 тысяч. Успехом считается даже сотня тысяч, которая в прежние времена не вошла бы и в десятку лидеров.

Основная причина падения продаж ранобэ в Японии – ковид.

Спрос на лёгкие новеллы очень зависит от выхода экранизаций, провоцирующих нетерпеливых зрителей на покупку книг с продолжением истории. Однако во время самоизоляции и прочих ограничений производство анимации заметно пошатнулось. Многие готовящиеся проекты были отменены, существующим потребовалось больше времени на производство, выходящие в прокат полнометражки не могли собрать ожидаемую кассу, что тоже не мотивировало студии производить больше…

И хотя ковид уже позади, индустрии всё ещё требуется время, чтобы прийти в себя. За эти несколько лет ещё не появилось книжной серии или экранизации, которая могла бы взорвать рынок, и читателей привлекают в основном старые серии, начавшиеся ещё до ковида, такие как «Монолог в аптечной лавке», или связанные со старыми франшизами, как «Кирби».

В прошлом году в топ-10 самых успешных ранобэ попал розовый пухляш из серии видеоигр

Ещё одна причина падения спроса – новый формат онлайн-платформы. Статистику продаж публикуют издательства, учитывая в них и бумажные версии, и тома, проданные онлайн. Однако уже несколько лет нарастает популярность платформ для самиздата, где любой может опубликовать своё ранобэ и поставить на него ценник – за книгу сразу или за каждую главу по отдельности

Каждый год такие платформы посещают миллионы читателей, публикуются тысячи веб-романов.

Они существовали и раньше, но период самоизоляции резко поднял интерес публики к онлайн сервисам – зачем ходить в магазин или ждать доставку, когда можно просто достать смартфон. Внимание читателей рассеялось среди огромного выбора, и одной серии сложнее стало привлечь к себе сразу миллион поклонников.

И наконец – конкуренция со стороны Китая и Кореи. Если в начале нулевых Япония держала лидерство в производстве лёгких романов, то в десятых годах новеллы с официальным или любительским переводом стали отнимать внимание читателей у серий ранобэ.

Впрочем, здоровая конкуренция любой идёт на пользу любому продукту.

Российский рынок китайские новеллы тоже покоряют весьма активно. Падают продажи ранобэ и на западе – в США и Европе, но по иным причинам. На западную публику тоже повлиял ковид – во время ограничений люди проявляли больше интереса к «домашним развлечениям» - онлайн кинотеатрам, книгам, видеоиграм и прочему подобному, что привело к расцвету онлайн сервисов.

В годы ковида ранобэ и манга продавались отлично – на западе онлайн-платформы с переводом ранобэ не пользуются такой же популярностью, многие серии лицензированы, поэтому читателям остаётся только покупать или подписываться на библиотечные сервисы.

Когда пандемия закончилась, люди снова начали интересоваться развлечениями вне дома. И востребованность «домашних развлечений» пошла на спад. Аналитики пишут, что спад был ожидаемым – интерес западной публики к ранобэ носит волнообразный характер и в недалёком будущем снова вырастет, хотя и на западном рынке японцам приходится конкурировать с китайцами и корейцами.

Впрочем, российского рынка периоды спада коснулись в меньшей степени – русскоязычный книжный рынок не настолько крупный, как англоязычный, а собственная развитая литературная традиция всё-таки оставляет ранобе в достаточной узкой нише любителей жанра.

Гертруда Гринхоу специально для Librebook

В это невозможно поверить, еще труднее принять…

Скорбит весь читающий мир, ошеломленный невосполнимой потерей. Основатель «Флибусты» Stiver совершил ассистированное самоубийство в Германии 20 октября. Диагноз не давал ни единой надежды на жизнь. Он решил уйти достойно, не потеряв собственную личность. Нам остается уважать его выбор и бесконечно сожалеть, и помнить, как много он для нас сделал. Для тех, кто просто любит читать…

Спасибо тебе, Капитан, за образцовую библиотеку, в которой можно было отыскать саму редкую и «никому не нужную» книгу. За самоотверженность и преданность идее. За отсутствие жлобства и рвачества. Лучшие уходят первыми…

Мы не знаем твоего настоящего имени и, наверное, это даже к лучшему. Мы никогда не забудем твой безымянный подвиг. Теперь ты символ, Капитан, наш вечный Благородный Разбойник.

Потерю «Флибусты» настолько невозможно представить, что хочется верить в лучшее, в то, что не оскудела земля…

Но нет! Им не послать его на дно –

Поможет океан, взвалив на плечи.

Ведь океан-то с нами заодно

И прав был Капитан – еще не вечер!

(Владимир Высоцкий)

Источники ( 1 ), ( 2 ), ( 3 )

Одинокий спецагент Вэнь Шичунь расследует загадочное дело и неожиданно попадает в аномальную зону, известную оперативной группе как Одиннадцатое измерение.

Здесь обитают не только счастливчики, свободно путешествующие между мирами, но и множество «знакомых», давно исчезнувших из человеческой реальности.

Знакомых?!

...

Янь Ли, повелитель Десятого региона — самоый устрашающий из Десяти Владык Одиннадцатого измерения. Когда Вэнь Шичунь случайно сталкивается с ним, он видит, как этот леденящий кровь мужчина поворачивается к нему...

...и внезапно обнажает взгляд, полный щенячьей преданности и скрытой тоски.

Вэнь Шичунь: «...Ты кто?»

«Сирота» с пробелами в памяти методично выживает в смертельной игре:

Когда другие игроки рыдают: «Это слишком страшно!»

Вэнь Шичунь кивает: «Да, ужасно... особенно когда тебя преследуют родственники»

Владыка 1-го региона (с самым высоким уровнем смертности): «Братик, иди ко мне. У меня безопасно».Владыка 2-го региона (известный мгновенными убийствами): «Я твой давно потерянный брат. Хочешь, проверим ДНК?»Владыка 7-го региона (куда игроки идут на смерть добровольно): «Чунь, не слушай их. Я отведу тебя в рай».

Вэнь Шичунь: «...»

Янь Ли протягивает руку: «Жена, иди ко мне».

Глядя на эти протянутые руки, Вэнь Шичунь молчит: «Нет уж, спасибо. Это ещё страшнее».

К счастью, появляется Новый 11-й регион, ломая старую систему. Теперь у него есть шанс выжить и увидеть завтрашний рассвет!